Глава 3. Тот, у кого хранятся ключи

От Автора. Я считаю Люциуса Малфоя сексуальным. Считаю ли я его хорошим человеком? Определённо нет. Но он сексуален. Не отрицаю.

Я так рада положительным отзывам на эту историю. Большое спасибо за каждый отзыв, и я надеюсь, что вы продолжите читать и наслаждаться! Я ценю каждого из вас.

…~oOo~…

На следующий день, когда Гермиона укладывала Драко спать и читала ему сказку, в комнату вошла Нарцисса, громко стуча каблуками. Гермиона подавила вздох. Мальчик уже почти заснул, но от стука двери и появления матери тут же проснулся. Он сел в кроватке и с нетерпением посмотрел на Нарциссу. — Здравствуй, радость моя, — сказала Нарцисса, доставая Драко из кроватки и крепко прижимая к груди. — И здравствуй, Гермиона. — Здравствуй, Нарцисса. Я могу чем-то помочь? — спросила Гермиона, закрывая книгу и возвращая её на полку. — Вообще‑то да. Сегодня вечером моя кузина Матильда Розье устраивает званый ужин, и нас пригласили, в том числе и тебя. Я понимаю, что это не совсем обычно, но другие гувернантки приходят и присматривают за детьми, пока дамы болтают, — сказала Нарцисса. Она легонько поцеловала сына в щёку, стараясь не стереть помаду, и уложила обратно в кроватку. — Так что будь готова к шести. Надень что‑нибудь красивое и одень Драко во что‑нибудь зелёное — это подчеркнёт цвет его глаз. — Она развернулась и вышла, не сказав больше ни слова. До этого момента Гермиона была уверена, что, уединившись в поместье Малфоев, сможет избежать большинства проблем, связанных с путешествиями во времени. Но теперь, когда Нарцисса пригласила её на светский прием… Кто знает, какие люди там будут? Может быть, родители тех, кого Гермиона знала по школе? Это была проблема, но избежать её было нельзя. Она не могла допустить, чтобы её уволили. Ей нужно было вернуться в ту библиотеку, чтобы найти книгу, из‑за которой она здесь оказалась. Она почти не продвинулась в поисках ключей, но уже определила большинство защитных чар и рун. Защита была серьёзной, но если она найдёт ключи, то с остальным будет несложно справиться. — Драко, я знаю, что ты это ненавидишь — поверь мне, я тоже не люблю наряжаться, — но твоя мама совершенно права. Этот цвет тебе очень идет, — сказала Гермиона, застёгивая на нём шёлковую рубашку с аккуратным воротником. Драко недовольно морщился, хмурился, совсем как отец, и отталкивал руки Гермионы. — Никаких ударов, — твёрдо сказала она. Гермиона застегнула последнюю пуговицу, расправила ткань и посмотрела на хмурого Драко. Маленькие чёрные брюки, красивая зелёная рубашка и пара чёрных кожаных туфель — он был просто очарователен. — Ты очень красивый мальчик, — сказала ему Гермиона. — Хорошо, что в будущем тебя распределят в Слизерин, потому что ни один другой факультет не подошёл бы тебе так, как Слизерин. А теперь иди. Мама и папа ждут. Она хотела, чтобы он сам спустился в фойе, но Драко обхватил её ручонками за шею и крепко прижался. Как тут откажешь? Со вздохом и улыбкой Гермиона подняла мальчика на руки, не обращая внимания на то, что ткань рубашки слегка помялась, и понесла через весь дом. Перед дверью Люциус помогал жене надеть красивое пальто, отороченное горностаевым мехом, в котором она выглядела поистине царственно. Нарцисса выбрала льдисто‑голубое платье с элегантной драпировкой на шее и довольно глубоким вырезом на спине. В этом пальто, высоких чёрных туфлях и со сложной причёской она напоминала голливудскую кинодиву прошлых лет. Люциус, как всегда, был одет с иголочки: шёлковая рубашка, жилет, пиджак с серебряными пуговицами, изумрудные запонки и безупречно начищенные туфли. Гермионе казалось, будто она попала в окружение кинозвёзд. В тот момент она даже не могла заставить себя их ненавидеть — настолько они были великолепны. Ей определенно нужно было поскорее выбираться из этого времени, пока она не начала завидовать семейству Пожирателей смерти. Впрочем, было уже слишком поздно. Она уже завидовала. — Ты готова? — спросила Нарцисса, с сомнением оглядывая наряд Гермионы. Гермиона опустила глаза. На ней было кремовое платье с завышенной талией длиной до колена и чёрные балетки. Она собрала волосы в пучок и до этой секунды думала, что выглядит неплохо… Но хозяйка дома явно считала, что этого недостаточно, и Гермиона была с ней втайне согласна. — Я могу переодеться, — нерешительно предложила она.Нарцисса уже собиралась велеть ей именно это и сделать, но Люциус вмешался: — Ерунда. Ты прекрасно выглядишь. Нарцисса поджала рубиново‑красные губы, выражая несогласие одним лишь взглядом. — Спасибо, — тихо сказала Гермиона, чувствуя, как к щекам приливает краска. — Хорошо, — со вздохом произнесла Нарцисса. — Поехали. Гермиона, возьми из шкафа мантию Драко и встреть нас у камина. Не прошло и десяти минут, как Гермиона оказалась в бальном зале, полном незнакомых людей. И это радовало по нескольким причинам. Раз она никого не знает, значит, временная линия в безопасности. К тому же никто не станет докучать ей расспросами, а Гермиона совершенно не была настроена на общение. Она внимательно следила за Драко, повсюду следуя за ним, в том числе и к группкам других детей. Минут через тридцать она заметила, что несколько женщин занимаются точно тем же. И тут её осенило: это ведь другие няни, приставленные присматривать за воспитанниками. Вдруг справа от Гермионы кто-то появился, изрядно её напугав. — Я Хизер, — широко улыбаясь, женщина протянула руку. — Вы, должно быть, новая гувернантка Малфоев. Мы все очень хотели с вами познакомиться. — Э‑э… мы? — растерянно моргая, переспросила Гермиона. — Конечно, мы, — раздался голос из-за спины. Гермиона обернулась и снова вздрогнула. Теперь её плотным кольцом окружали четыре женщины. Хизер оказалась симпатичной девушкой, года на два старше Гермионы, с роскошными светло-золотистыми волосами, собранными в причудливый вьющийся хвост. У неё были выразительные глаза цвета барвинка и яркое платье оттенка подсолнуха. Стоявшая позади неё женщина тоже протянула руку. На вид ей было около тридцати, каштановые волосы доходили до подбородка, а у глаз залегли лучики морщинок от частого смеха. — Я Далия, — представилась она. — Гувернантка Булстроудов. А это Тереза, она работает у Крэббов, и Герти, которая служит Гринграссам уже почти двадцать лет. Терезе можно было дать лет двадцать пять — черноволосая, со смуглой кожей. Герти выглядела гораздо старше остальных, лет на пятьдесят: полная, заметно поседевшая. Она сурово хмурилась, как это часто бывает у нянек с большим стажем. — А я только что начала работать у Розье, — добавила Хизер.— О, как мило, — отозвалась Гермиона, не зная, что еще сказать. — Да ненадолго она там, — хмыкнула Тереза с сильным испанским акцентом и хихикнула. Хизер нахмурилась: — Ну не начинай. — А в чем дело? — поинтересовалась Гермиона. — Почему ты не задержишься у Розье? — У мистера Розье есть привычка слишком уж… сближаться со своими гувернантками, — Далия покачала головой. — Если понимаешь, о чем я. И каждый раз жена увольняет несчастную, как только обо всем узнает. У Гермионы округлились глаза. — Но я-то поумнее буду, — уверенно заявила Хизер. — Далия меня недооценивает. Джереми не раз пытался со мной флиртовать, но я почти не обращаю на это внимания. Тереза, Герти и Далия дружно закатили глаза и застонали. — Джереми? Джереми?! — Тереза аж по слогам выговорила имя. — С каких это пор вы зовете друг друга по именам? Это же совершенно неприлично! Кстати, милая, а тебя-то как зовут? Мы так и не спросили. — Гермиона, — машинально ответила та. Хизер между тем со строила невинную гримасу: — Он сам сказал, что я могу звать его по имени, в этом нет ничего такого. Герти покачала головой и проворчала что‑то по‑голландски. Гермиона растерянно моргнула: — Простите? — Герти права, — поддакнула Тереза. — Это возмутительно! Не смей заигрывать с ним, Хизер. Ты здесь для того, чтобы учить детей, и точка. Гермиона ведь не зовет мистера Малфоя Люциусом, верно? Гермиона сглотнула: — К‑конечно, нет, — она поспешно покачала головой. Герти снова что‑то буркнула по-голландски и одобрительно погладила Гермиону по голове. Та расценила это как «умная девочка». — Спасибо, — вежливо сказала Гермиона, хотя и не совсем поняла, за что её хвалят. Весь остаток вечера няньки сплетничали, словно школьницы, не отводя при этом глаз от своих подопечных. Гермионе это до боли напоминало жизнь в одной спальне с Лавандой и Парвати, поэтому она вскоре перестала вслушиваться в их болтовню и полностью сосредоточилась на Драко… который в этот самый момент пребольно укусил маленькую пухлую девочку примерно своего возраста. — Драко! — воскликнула Гермиона. Вырвавшись из плотного кольца нянек, она подбежала к мальчику и опустилась перед ним на колени. — Это недопустимо! Извинись! Драко сердито надулся и демонстративно фыркнул, буравя Гермиону упрямым взглядом. — Кусаться нельзя, — строго сказала она, погрозив ему пальцем. — Это совершенно неуместно. Извинись перед ней сейчас же. Гермиона где‑то читала, что называть поступки ребёнка «плохими» — контрпродуктивно и слишком токсично. Психологи предлагали в качестве замены слово «неуместно», и оно быстро стало любимым выражением Гермионы каждый раз, когда Драко капризничал. Мальчик снова повернулся к девочке с тем же хмурым видом. Не говоря ни слова, он схватил её пухлую ручку — как раз ту, которую только что укусил, — быстро поцеловал, резко развернулся и со всех ног бросился бежать сквозь толпу гостей. По пути он наскочил на сидевшую в кресле женщину. Та вздрогнула и выронила бокал, пролив красное вино на своё, без сомнения, дорогое шёлковое платье. — О боже, мне так жаль! — выдохнула Гермиона, пытаясь догнать беглеца и стараясь как можно вежливее лавировать между гостями. — Простите, извините, пожалуйста, — без конца повторяла она, пока чистокровные волшебники недовольно хмурились и ахали от того, что их бесцеремонно расталкивают. Оказавшись, к счастью, в относительно свободном проходе между группами людей, Гермиона глубоко вздохнула и огляделась. Драко нигде не было. — Вот же проныра, — пробормотала она.Поняв, что искать его на уровне своего роста бесполезно, Гермиона решилась на отчаянный шаг. Игнорируя удивленные вздохи и перешептывания стоявших рядом дам, она опустилась на корточки. «Преданность делу — это про меня», — мысленно усмехнулась она, продолжая преследование. Заглянув под пышные подолы и полы мантий гостей, Гермиона заметила, как Драко ловко пробирается под длинным фуршетным столом. — Ага! Вот ты где, маленький негодник, — прошептала она. Приподняв тяжелую бархатную скатерть, она нырнула под стол. Голые колени больно ударялись о твердую плитку, но Гермиона упрямо ползла вперед. В полумраке она почти сразу наткнулась на беглеца. Драко сидел прямо на полу, крепко удерживая на коленях целую вазу с профитролями. — Попался! — торжествующе воскликнула Гермиона. Мальчик уставился на неё широко раскрытыми серыми глазами. Его щеки были туго набиты, губы перепачканы шоколадом, а пальцы стали липкими от крема. Но не успела она протянуть к нему руку, как Драко подхватили чьи-то чужие ладони и бесцеремонно вытащили наружу. Гермиона растерянно моргнула, осторожно выглянула из-под края скатерти и замерла. Люциус Малфой держал на руках извивающегося сына и смотрел на гувернантку с легкой усмешкой.К щекам Гермионы мгновенно прилил жар. Пытаясь сохранить хотя бы остатки достоинства, она робко улыбнулась, медленно выбралась из-под стола и поднялась на ноги. Судорожно откашлявшись, она принялась поспешно отряхивать подол кремового платья. — Должен признать, ни один званый ужин еще не радовал меня подобным зрелищем, — с ухмылкой заметил он, и его серебристые глаза лукаво блеснули. Снова смущенно кашлянув, Гермиона выдавила: — Простите, мистер Малфой. — Не извиняйтесь, это было весьма забавно, — отозвался Люциус. — Хотя, боюсь, моя жена моего веселья не разделит. Но я уверен, что мужская половина зала по достоинству оценила вашу самоотверженность. Гермиона прищурилась, сдерживая смех. Прижав ладонь к лицу, она тихо фыркнула: — Должно быть, я выглядела совершенно нелепо. — Именно так. Нелепо и… прелестно, — улыбнулся Люциус. Проигнорировав то, что он уже второй раз за вечер отвесил ей комплимент, Гермиона из вежливости поинтересовалась: — Вам нравится прием? — Ни капельки, — сухо отозвался он. — О… Я бы предложила вам в качестве утешения пирожное с кремом, но ваш сын, кажется, уничтожил все запасы, — заметила Гермиона. Люциус ухмыльнулся. — Думаю, я как-нибудь справлюсь, — он приподнял бокал с огневиски. Ему на удивление ловко удавалось совмещать две задачи: удерживать на бедре брыкающегося сына и не проливать напиток. Приоритеты старшего Малфоя были очевидны. — Давайте я заберу его, — предложила Гермиона, протягивая руки к ребенку. — Нет‑нет, у него все ладони в шоколаде. Не хватало еще, чтобы он испортил ваше платье, — Люциус снова окинул её оценивающим взглядом. — Тем более что мне бы очень хотелось увидеть вас в нем снова. — Осторожнее, мистер Малфой, иначе мне придется пожаловаться на вас главе высшего надзорного органа, — полушутя предупредила Гермиона. Люциус заинтригованно приподнял бровь. — И кто же занимает этот грозный пост? — Ваша супруга. — А вы забавная, — протянул Люциус, наконец опуская сына на пол. Драко тут же припустил прочь. Гермиона дернулась, собираясь броситься в погоню, но Малфой мягко, но властно перехватил её за локоть. — Не беспокойтесь о нем. Здесь повсюду стоят защитные чары, да и бежит он, скорее всего, к матери. — Но… — Вы ведь заметили, что мы с вами еще ни разу толком не разговаривали? Давайте это исправим, — сказал он, забирая бокал шампанского с подноса проходящего мимо официанта. Люциус протянул его Гермионе: — Расскажите мне что‑нибудь о себе. Гермиона нерешительно замерла и огляделась: — Э‑э… Вы точно уверены, что с Драко всё в порядке? Люциус кивнул в конец коридора, где мальчик уже снова играл с остальными детьми. Затем он легким, но властным жестом увлек её за собой дальше по галерее. — Ну… Я… очень люблю книги, — выдавила Гермиона. Сердце у неё бешено заколотилось. Ей ни в коем случае не следовало вступать в беседу с Люциусом. Это могло опасно повлиять на ход событий: он снова начнет засыпать её двусмысленными комплиментами, вгоняя в краску, другие няни поймают повод для сплетен… Было слишком много причин немедленно прекратить этот разговор. — Какого рода книги? — поинтересовался он, приподняв бровь. — Да самые разные, — она небрежно повела плечом. — Художественная литература, научные труды, исследования о маглах и волшебниках, учебники, романы… Абсолютно все. — Знаете, в нашем поместье довольно обширная библиотека, — как бы между прочим заметил он, делая глоток из своего бокала. У Гермионы перехватило дыхание, но она отчаянно заставила себя сохранить самое невозмутимое выражение лица.— О, правда? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал как можно равнодушнее. — О да, — подтвердил Люциус. — Малфои коллекционируют уникальные фолианты и свитки с самого Средневековья. — Звучит захватывающе. Быть может, я могла бы… как‑нибудь взглянуть на них? Люциус на мгновение замялся: — Боюсь, это исключено. Видите ли, там хранятся очень хрупкие древние рукописи, а также несколько весьма опасных темных книг. Это просто небезопасно. Гермиона понимающе кивнула, но в её голове мгновенно созрел план. Ей позарез нужно было попасть в эту библиотеку. Она почти не сомневалась, что ключи находятся лично у Люциуса. Если ей удастся убедить его впустить её туда, то даже не придется возиться со взломом сложнейших защитных чар. Что ж, значит, придется терпеть его сомнительное внимание и налаживать с хозяином дома что‑то вроде приятельских отношений. Ей стоило огромных усилий сохранять хладнокровие и не выдавать своего страха перед будущим Пожирателем смерти, но Люциус, кажется, и сам был совсем не прочь поболтать. Гермиона сделала глоток шампанского. Пузырьки приятно покалывали язык. Натянув вежливую улыбку, она произнесла: — В таком случае… расскажите мне побольше об истории рода Малфоев… Люциус довольно улыбнулся, оценив её интерес к беседе, и с удовольствием принялся рассуждать о своем чистокровном происхождении — Гермиона не сомневалась, что эта тема была его самой любимой. Она вовремя кивала и даже умудрилась выведать у него еще несколько подробностей о семейном книжном хранилище. Если ей удастся втереться к Люциусу в доверие, то заветный доступ в библиотеку она сможет получить уже через месяц. По крайней мере, ей очень хотелось в это верить.

~ Прощайте и спасибо за рыбу ~