Глава 8. Союзник

От Автора: Хм… даже не знаю, что сказать. Эта история очень скоро подойдёт к концу. Это не приключенческий роман и даже не любовный роман. Это история об искушении, похоти, долге и манипуляциях. Мне будет грустно с ней расставаться. Напоминаю, что рейтинг этого фанфика — 18+. Так что любые разговоры об оргазмах и сексе — это моё право. Если вам не нравится, то… Ну, тебе, наверное, не стоит читать фанфики с рейтингом NC-17, верно?

…~oOo~…

Было очередное воскресенье. Нарцисса ушла из дома с Драко, а Гермиона оказалась зажатой между Люциусом и его столом. Упираясь ягодицами в край стола и обхватив Люциуса обнажёнными ногами, Гермиона крепко прижималась к нему, заглушая шёпот и крики, пока он входил в неё глубоко и ритмично. Гермиона ахнула, когда Люциус толкнул её так, что она упала на спину, а её плечи и голова прижались к пергаменту. Она опрокинула чернильницу, и её волосы пропитались чёрными чернилами, но она заметила это только потом. Она была слишком сосредоточена на каждом движении Люциуса внутри неё. На том, как он двигал бёдрами, на его медленных движениях, от которых она всхлипывала, и на толчках, от которых ей становилось трудно дышать. Люциус прижал её запястья к вискам, а затем наклонился, чтобы небрежно, но страстно поцеловать в губы. Затем он обхватил её руками за голову и начал шептать милые глупости, которые сменялись грязными словами и шипением. Её руки соскользнули с его шеи на грудь, оставляя на коже цвета слоновой кости чёрные чернильные полосы. Напряжение нарастало в животе Гермионы, колени и бёдра дрожали, её сковал паралич, который сменился восхитительным оргазмом. Гермиона задыхалась, ей не хватало воздуха, а от того же ощущения, которое заставляло её бёдра дёргаться, а ноги трястись, перед глазами всё плыло. Люциус выкрикнул её имя и рухнул на неё, едва успев остановиться, чтобы не придавить. Их дыхание смешивалось, пока они тяжело дышали и ждали, когда утихнут отголоски оргазма. Он нежно поцеловал её. Просто коснулся губами и обменялся вздохами. — Люциус… — прошептала Гермиона. — Да, красавица? — спросил он, зарываясь руками в её волосы. — Ты… ты похож на зебру… — тихо сказала она. Люциус нахмурился и посмотрел на чернильные разводы на своём торсе. И он рассмеялся. Гермиона была потрясена этим звуком, но кабинет наполнился искренним, громким смехом. — А ты похожа на корову, — хихикнул он. — Я не… — Да, похожа. У тебя большие чёрные пятна, вот здесь, здесь и здесь, — он усмехнулся, указывая на её лоб, руку и грудь. — Дай мне посмотреть, — сказала она, высвобождаясь из‑под него и вставая. Она инстинктивно потянулась к загадочному зеркалу в раме на стене, но он тут же перехватил её, позабыв о смехе. — Нет, нет, — сказал он, встав прямо между ней и зеркалом. — Ты ни в коем случае не должна прикасаться к этому зеркалу, ты поняла? — Теперь он смотрел на неё сурово, как на Драко — ребёнка, которому нужно указывать, что делать. Гермиона подозрительно прищурилась и скрестила руки на груди. Она знала, что с зеркалом что‑то не так, и вот‑вот должна была узнать, что именно. — Что не так с этим зеркалом? Люциус откашлялся. — Мы, Малфои, никогда не славились… простыми семейными реликвиями. Вещи, которые мы передаём из поколения в поколение, гораздо сложнее и порой опасны. И это всё, что тебе нужно знать. — Но… я думала, ты говорил, что опасные вещи находятся в библиотеке, а здесь всё… более безобидное, — заметила Гермиона. Люциус ухмыльнулся, проводя рукой по волосам. Гермиона хотела сказать ему, что он только что подкрасил свои красивые светлые локоны чёрной тушью, но промолчала. — Ты довольно умна, моя дорогая. Но если ситуация потребует этого, мне понадобится немедленный доступ к этому конкретному зеркалу. Итак, я и так сказал слишком много. — Он шагнул к ней и положил обе руки ей на бёдра, оставив чёрные отпечатки ладоней на её плоти. — Пойдём примем ванну. Я обязательно сотру с тебя все чернильные пятна. Через несколько минут Гермиона уже сидела в ванне, наполненной паром и ароматом мяты и зелёного чая, между ног Люциуса, прислонившись к его груди. Они только устроились, и в воздухе повисла тишина. Это была не неловкая тишина, но Гермиона о чём‑то думала. Думала напряжённо. Было приятно играть с Люциусом в дочки‑матери, но ей нужна была информация. — Хочешь, я помою тебе спину? — тихо спросил Люциус, наклонившись к её уху. Она просто кивнула и наклонилась вперёд. Он провёл мыльной тряпкой по её спине, и это было похоже на массаж. Гермиона смотрела на воду, которая становилась сероватой по мере того, как с них стекали чернила. Пар обжигал её щёки. А от влажности волосы ещё больше завивались. — Люциус? — Да? — Мне действительно очень любопытно, — медленно произнесла она. — Нескольких уклончивых ответов мне недостаточно, чтобы удовлетворить моё любопытство. Его рука замерла лишь на мгновение, а затем продолжила водить по коже милыми кругами. — Ты права. С моей стороны было неправильно оскорблять твой интеллект, давая расплывчатые ответы, которые, скорее всего, только породили бы новые вопросы. Но чем меньше ты знаешь, тем в большей безопасности находишься. — Я сильнее, чем ты думаешь, — сказала Гермиона. — Возможно, так и есть. Возможно, ты даже сильнее меня, — вздохнул Люциус. От этих слов у Гермионы округлились глаза. Ни разу в жизни она не слышала, чтобы Люциус признавал, что он не самый сильный, могущественный и лучший. Но… признать свою слабость… Гермиона что-то изменила. Она слегка повернулась в его объятиях, чтобы посмотреть ему в лицо, и вода вокруг них забурлила. Гермиона положила руку ему на грудь и заглянула в эти прекрасные серебристые глаза. Она прикусила губу и сказала: — Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю. Это было совсем не так, и Гермиона почувствовала глубокое чувство вины, которое её удивило. По её опыту, Люциус был слабым человеком, приспособленцем и трусом. Он солгал Министерству, чтобы избежать ареста после первой войны, а после второй цеплялся за то, что покинул поле боя, когда стало известно, что Гарри Поттер жив. Он был мастером прятаться, лгать и убегать. И от этой мысли ей стало не по себе, но это была правда. — Зеркало… — медленно произнёс он, — это не зеркало. — Тогда что же это такое? — нахмурилась Гермиона. — Это дверь, — объяснил он, нахмурившись и пытаясь подобрать слова. — Библиотека защищена не просто так, но некоторые вещи, опасные реликвии, нуждаются в более… надёжном месте. Ценные вещи, ядовитые вещества, а в прошлом иногда и пленники. Зеркало — это дверь в место, где мои предки заточили то, что было им неподвластно. Существа, которые, если оставить дверь открытой, могут вырваться наружу и уничтожить всё на своём пути. Первое, о чём подумала Гермиона, — это о дыме, который много ночей назад окутал комнату Люциуса. Но зеркала в комнате не было, так что Гермиона отбросила эту мысль. — Покрывающая его простыня заколдована. Она удерживает всё в зеркале, где ему и место, — закончил Люциус. Одной рукой он почти ласково провёл по бедру Гермионы. — Я удовлетворил твоё любопытство, дорогая? — Вполне, — медленно кивнула Гермиона. Она наклонилась, чтобы поцеловать его в губы. — Спасибо, что доверился мне. — Разумеется, само собой разумеется, что ты никому об этом не расскажешь, — как ни в чём не бывало произнёс он, не выказав ни малейшего беспокойства. Он явно доверял Гермионе по каким‑то причинам, о которых она не знала. Однако секс был отличным стимулом. Для мужчины оргазм — это очень важно. — Конечно, — сказала Гермиона, положив голову на его тёплое крепкое плечо. — А теперь, — прошептал он, — давай вымоем твои волосы.

…~oOo~…

На следующий день Гермиона стояла у кроватки Драко, пока тот спал. Она не знала, куда ещё пойти, хотя знала, что Драко проспит как минимум час. Это был один из тех редких дней, когда Люциус отсутствовал, встречаясь с нужными людьми, а не заманивая их в свои владения. А Нарцисса пила чай в саду с другой светской дамой, которую Гермиона никогда раньше не видела. У Нарциссы было так много друзей и знакомых, которые то приходили в дом, то уходили, что Гермиона махнула на это рукой. Иногда, если она запоминала чьё‑то имя, то записывала его в дневник, чтобы расспросить о человеке, когда вернётся в свою временную линию. Просто из любопытства. Мысль о возвращении в свой послевоенный мир одновременно пугала и радовала Гермиону. Ей нужно было вернуться к семье и друзьям — этот фарс уже порядком надоел, — но она начала привыкать ко лжи, к Малфой‑мэнору и к… ну, к Люциусу. Потирая лоб, Гермиона попыталась выбросить эту мысль из головы. Люциус не имел значения. Люциус был средством для достижения цели. Она застонала. — Какой кошмар. — Боже мой, и почему же мы… так напряжены? — раздался голос. Гермиона подпрыгнула и резко обернулась. Это была не Нарцисса и не Люциус. Глаза Гермионы округлились, когда она увидела высокую худощавую фигуру молодого Северуса Снейпа. — О, — сказала Гермиона, слегка задохнувшись. Это был страх. — Здравствуйте, мистер Снейп. Вы ищете мастера Люциуса или… — Нет, не ищу, — сухо ответил он. — Наоборот, я ищу вас. Она сглотнула. Это не могло быть хорошим знаком. — Э‑э… Чем я могу вам помочь? Северус долго молчал. Так долго, что Гермиона задрожала от неприятного предчувствия. — Тебе здесь не место, — сказал он, чеканя каждое слово. — Ты это знаешь. Я это знаю. Только Люциус и Нарцисса настолько глупы, что этого не понимают. Гермиона дважды попыталась заговорить, прежде чем слова вырвались у неё из груди. — Я… я не понимаю, что вы имеете в виду. — О, не надо со мной играть, — язвительно сказал он, и его лицо исказилось в ухмылке. — Ты знаешь больше, чем показываешь. И хотя обычно для меня это ничего не значит, у меня стойкое ощущение, что ты знаешь больше, чем следовало бы. Так что я дам тебе шанс во всём признаться… А взамен я приложу все усилия, чтобы достичь твоей цели. Гермиона моргнула. Она сглотнула. У неё случился небольшой инсульт. — К‑как… как?.. — У меня есть источник, — уклончиво ответил Снейп. — Он изучил два моих воспоминания о тебе и всё, что о тебе говорил Люциус, и решил, что ты что‑то скрываешь. Я с ним согласен. Он дал мне очень чёткие указания — заключить союз с тобой. — Дамблдор? — спросила Гермиона. Снейп сделал паузу. — Значит, это правда. Ты знаешь больше, чем мне хотелось бы. А это значит, что я сделаю всё, чтобы избавиться от тебя. — Ты хочешь сказать, помочь мне, — поправила она. — Это равнозначно, — отмахнулся он. И Гермиона начала говорить.

…

Они стояли у зеркала в кабинете Люциуса. На лице Снейпа, как всегда, было суровое выражение. Гермиона с тревогой кусала губы. Люциус рассказал им о том, что находится в зеркале. — Чары зеркала очень сложны, — кисло пояснил Северус. — Я помню, как Люций получил его в наследство. Он застрял внутри на тридцать шесть часов. Гермиона постаралась не рассмеяться. — Что я должна сделать? — Твоя роль проста, — сказал он. — Заколдованную простыню можно сдвинуть только снаружи зеркала. Войти можно и самому, но выйти без посторонней помощи не получится. Очевидное решение — просто снять простыню, но это вызовет подозрения у Люциуса, и, что ещё хуже, из зеркала могут вырваться бесчисленные тёмные силы. — Поэтому я должна быть рядом, чтобы снять простыню? — уточнила Гермиона. — Да, но, судя по словам Люциуса и по тому, что я успел разглядеть внутри, в этом зеркале хранится множество вещей. Придётся хорошенько в нём покопаться. Мне понадобится время, чтобы найти ключи — если они вообще здесь есть. — Когда мне вернуться, чтобы выпустить тебя? — спросила Гермиона, чувствуя, как у неё сводит желудок. Что‑то здесь было не так. — Ровно через двенадцать часов, — ответил он, глядя на часы на стене. — Но… что, если там что‑то причинит тебе вред? — спросила Гермиона. — Мы должны пойти на риск, чтобы вернуть тебя в твою временную линию, — холодно сказал Снейп, как будто это и так было очевидно. Он потянулся, чтобы сдвинуть шёлковую простыню в сторону, обнажив великолепное опаловое зеркало. Оно мерцало, переливаясь разными цветами на свету. Затем Гермиону словно обдало порывом ветра — на этот раз скорее метафорически, чем буквально. — Подожди, — сказала Гермиона, роясь в кармане. Она вложила камень в руку Северуса. — Возьми это. Он вопросительно приподнял тёмную бровь. — Это детский камень. Он следит за Драко, и если с ним что‑то случится, камень начинает сильно нагреваться. Так что, если с тобой что‑то случится, пока ты там, я узнаю и сразу же приду на помощь, — объяснила Гермиона. Северус с некоторым недоверием посмотрел на камень, но всё же коротко кивнул. Убрав камень в карман, он повернулся к зеркалу, потянув за засарованную простыню, он осторожно прикоснулся к стеклу. Несмотря на то, что в зеркале отражались их лица, с первого прикосновения стало ясно, что никакой преграды там нет. Северус погрузил в зеркало пальцы. Медленно, осторожно Северус просунул руку в зеркало. От локтя, словно круги на воде, разошлись несколько рябистых колец. Не оглядываясь, Северус без труда прошёл в зеркало до конца. Взгляну в зеркало, Гермиона увидела себя — встревоженную и напуганную за своего профессора.

…~oOo~…

От Автора:

Задание: 1.Как вы думаете, что будет дальше?

2.Найдет ли Северус ключи?

3.Вернется ли он целым и невредимым?

Расскажите, что вы думаете!

~ Прощайте и спасибо за рыбу ~