Странное послевкусие

      Уэнсдей стояла в душевой одна под струёй горячей воды. Она давно смыла с себя пот и их общие жидкости, но она все ещё не могла поверить в то, что произошло. Честно говоря, после неудачного первого раза Уэнсдей думала, что никогда не вернётся в мир проникающего секса. Но она не просто вернулась, а позволила какому-то тренеру, которого видела второй раз в жизни, раздеть её и трахнуть в общественном месте. Это было безумнее всего, что она делала раньше. Она хотела этого. И ей понравилось.       Мысль о том, каким хорошим был этот секс, заставила Уэнсдей улыбнуться и даже странно хихикнуть. Её голова давно не была такой спокойной. Может, от таких тренировок даже больше пользы, чем от обычных. Так, наконец, она вышла из душа, выбросив порванные легинсы в помойное ведро.       Высушив волосы и снова собрав их в идеальные косички, Уэнсдей вышла в холл и с удивлением увидела Тайлера сидящим на кожаном диване и что-то смотрящим в телефоне. Она встала как вкопанная, будто бы они только что не сливались в единое целое в малом зале. Услышав шорох, Тайлер поднял глаза от телефона и закинул спортивную сумку на плечо, мягко улыбаясь в свойственной ему манере. Он переоделся в уличную одежду, и будто того животно-страстного парня вовсе не было.       — Уэнсдей, знаешь, после тренировок надо есть белковую пищу, — она чуть не поперхнулась от первого, что пришло ей в голову. — Может, поужинаем вместе?       Странно, но его предложение просто разделить приём пищи было более робким, чем всё, что он делал с ней полчаса назад. Уэнсдей не могла понять, с чего вдруг он приглашает её поужинать. Если он так расплачивался за секс, её это даже оскорбляло. Она согласилась на это потому, что сама хотела, секс для неё не сделка. А если уж и продаваться, то она стоит дороже любого салата "Цезарь".       — В... В услуги тренера входит составление рациона, — он немного запнулся, сглотнув слюну. — Правильное питание так же важно, как тренировки. Здесь есть неподалёку ресторан, который готовит блюда для спортсменов.       Уэнсдей подумала, что, если она относилась к произошедшему как к удовлетворению своей потребности, то и Тайлер мог относиться как к тренировке. Многие называют секс "домашним кардио".       — Хорошо, — уверенно сказала она, чтобы не дать ни ему, ни себе поводов сомневаться, что для неё это не значит ничего особенного.       Ресторан уже был близок к закрытию, но посетители там были. Выпить люди любят больше, чем заниматься спортом. Уэнсдей назвала бы интерьер типичным: не было особенных черт, которые выделяли его среди других. Серые стены, деревянные вставки, редкие растения в горшках. Угнетающая эстетика деградации искусства.       Но больше её мысли занимало странное послевкусие... Уэнсдей всё ещё ощущала пустоту внизу живота, которая отвлекала её от всего вокруг.       — Уэнсдей, всё в порядке? Что-то болит? — Тайлер наклонился вперёд, изучая её лицо. Она не заметила, что они уже сидели за маленьким столиком у окна и держали в руках меню. Правда, она его даже не открыла.       — Да, всё нормально. Немного устала. Что последнее ты сказал? — она прочистила горло и открыла меню, опустив глаза туда.       — Говорю, что у них хорошая гречневая паста с говядиной. Считай, греча с котлетами в другой форме, — он посмеялся, но неловко остановился, когда понял, что её это не позабавило. — Там есть страница с корейской кухней. Много мяса, овощей, мало углеводов. Отличная подборка.       Уэнсдей перелистнула и наткнулась на страницу с теми самыми восточными блюдами, к которым её тренер заботливо советовал присмотреться. Пока она сосредоточено изучала меню, к ним подкрался официант, которого девушка не заметила за высокими листами.       — Добрый вечер, что будете заказывать? — от неожиданного незнакомого голоса Уэнсдей вздрогнула.       — Пибимпаб большой, пожалуйста, и латте большой, — заказал Тайлер, а она лишь усмехнулась, сдержавшись, чтобы не пошутить, что у её тренера всё большое. Фактически, это не было шуткой. — Уэнсдей, ты что будешь?       — Пулькоги поккым. Совсем без углеводов, — она вынырнула из-за листов. — И квад.       Официант ушёл, забрав меню, и Уэнсдей больше не за чем было спрятаться от пристального взгляда Тайлера, который будто представлял её голой в тот момент. Ей так казалось, по крайней мере, потому, что она только об этом и думала. Он понимающе закивал головой и протянул ей телефон с включённым экраном. В замешательстве опустив глаза на экран, Уэнсдей увидела документ с анализами на ИППП и итоговым с результатом "отрицательно".       — Как видишь, я чист, так что можешь не переживать, — сказал Тайлер, неловко улыбаясь.       — А может, это тебе стоит переживать? Вдруг я уже беременна или болею сифилисом?       — Не буду скрывать, чекнул твою медкарту. Не думай, что я отношусь безответственно к... такого вида тренировкам, — он неловко сложил руки перед собой в замок.       — А вдруг я успела подхватить что-то или залететь после того, как прошла медосмотр?       — За неделю? Было не похоже, что ты занималась такими практиками, как минимум, последние три месяца.       Хотя слова были абстрактными, и оба делали вид, что считали произошедшее частью тренировки, Уэнсдей почувствовала неловкость от того, что он буквально прокомментировал её узость.       — Прости, — Тайлер заметил её замешательство его репликой.       — Тебе бы в гинекологи, а не в тренеры с такой экспертностью, — съязвила она.       — Основываюсь на личном опыте, не более.       — С таким опытом тебе надо анализы почаще сдавать.       — Сдаю после окончания каждого активного периода.       — Этим анализам уже полгода, — обвинительно сказала Уэнсдей, на что Тайлер лишь пожал плечами.       Её настроение сразу изменилось. Помимо того, что Тайлер успокоил её паранойю, Уэнсдей нравилась мысль, что у него, как и у неё, было воздержание от секса в полгода. Но в то же время ей было жаль, что вместо выпускного она не пошла в зал, чтобы её первый секс был с человеком, как минимум, умеющим доставлять оргазм. Её разорванное напополам чёрное платье, валяющееся на матах, его руки на её бёдрах в чёрных колготках — низ живота снова приятно потянуло. К тому же Уэнсдей не могла отрицать его заинтересованность в её удовольствии.       — Я тоже полгода не... тренировалась. Как школу закончила. Поэтому и пошла на спорт, чтобы восполнять необходимую активность, — принесли кофе, и она, наконец, заняла свой рот, чтобы не было неловко.       — В какую школу ходила? Вдруг я тебя видел. Я сам недавно выпустился, — сказал Тайлер, глотнув свой латте, пенка которого осталась на его верхней губе. Он быстро слизал её, чем заставил её сидеть со слегка приоткрытым ртом несколько секунд, пока она приводила мысли в порядок.       — Я не здесь училась. Школа-пансионат для изгоев "Невермор" в Джерико.       — Ты изгой? Никогда бы не подумал.       — В моем случае это не то, что бросается в глаза, — Тайлер ожидал, что она продолжит и расскажет о своей особенности, но она демонстративно сделала ещё один глоток своего кофе.       — Слышал, "Невермор" — дорогая школа. У вас наверняка были классные мероприятия. Расскажи что-нибудь, — он опустил локти на стол, придвинувшись к ней.       — Классные? Скукота, — Уэнсдей откинулась на спинку кресла. — На первом балу кто-то включил пожарную систему, и всю школу залило красной водой. Мы изгои, а нас хотели напугать обычной водой. Те парни просто встряли на крупную сумму и исправительные работы. Хоть бы свиную кровь взяли.       — Действительно. Вонь бы такая стояла, да и не отстиралась бы, — Тайлер отреагировал так вовлечённо и спокойно, что даже насторожило её.       Затем Уэнсдей рассказала про попытку скаутов сорвать выезд, закончившийся нападением зомби. Про ежегодный кубок По, про школьные турниры по фехтованию, про запрещённые вылазки из школы поздно ночью. Тайлер слушал её как зачарованный, задавая ей вопросы, чтобы она не останавливалась, редко прерываясь на то, чтобы пережевать свою еду.       Когда ужин закончился, её тренер заплатил так быстро, что Уэнсдей даже не успела посмотреть на счёт. В её голове стоимость одной тренировки и этой посиделки были практически эквивалентны, поэтому она задавалась вопросом: кому теперь из них заплатили за доставленное удовольствие?       — Не думал, что ты живёшь так близко к залу. Практически соседи, а я тебя раньше не видел здесь, — сказал Тайлер, когда пешком провожал её до дома, который был всего в нескольких минутах от ресторана и зала.       — С началом учебного года переехала сюда. Просто не выхожу практически из квартиры, — она не понимала, почему проводить её до дома было чем-то само собой разумеющимся, что они даже не обсудили это.       — Тренировки — единственный повод выйти из дома?       — Да. Подруга посоветовала, — их руки постоянно касались пальцами и костяшками, но взять его за руку было бы интимнее, чем то, что происходило между ними в зале.       — Энид? Я не сталкер, просто запомнил имя единственной подруги, которую ты называла за ужином.       С Тайлером время летело невообразимо быстро. Уэнсдей уже стояла под тусклой лампой своего подъезда, не понимая, хочет ли она остаться там на всю ночь или уже, наконец, развалиться звездой на кровати.       — Ну, вот ты и дома, — остановился Тайлер, повернувшись к ней лицом. Его выражение было мягким, дружелюбным. — Спасибо за компанию за ужином.       Уэнсдей кивнула, ощущая странную неловкость. Что теперь? Рукопожатие? Простое «пока»? Точно не поцелуй, это, на удивление, казалось самым не уместным. Но Тайлер разрешил её сомнения сам. Он сделал небольшой шаг вперёд и, не говоря ни слова, обнял её обеими руками. Это был не страстный захват, как в зале, наоборот, обычное мягкое объятие. Его ладони легли ей на спину, его подбородок едва коснулся её виска. Уэнсдей на секунду застыла, застигнутая врасплох, а затем её руки спешно легли ему на талию.       Это ведь не просто общепринятая вежливость? Если бы Тайлер обнял её без особой "тренировки" и ужина, то она бы подняла только одну руку, но в её случае она могла положить обе руки на его широкую спину, чувствуя каждый его стальной мускул.       Её лицо упёрлось в его упругую грудь, Уэнсдей слышала, как билось его сердце, вдыхала аромат его геля для душа с ментолом и нескольких капель пота, и это было так приятно... Быть обхваченной большими руками, прижатой к тёплому телу. Она поняла, что одной такой тренировки будет мало, чтобы утолить её голод, и надеялась, что он думал так же.       Тайлер продержал её в объятиях несколько секунд, но так же легко отпустил её, отступил на шаг и улыбнулся. Как обычно, лучезарно, но уже не отвратительно, а очаровательно, заставляя её снова чувствовать влагу между ног.       — Спокойной ночи, Уэнсдей. Хорошо отдохни.       — Спокойной ночи, Тайлер, — сказала она тихо и исчезла за дверью подъезда, переводя дыхание. Она должна была первая попрощаться.       Сон пришёл к Уэнсдей не сразу. За закрытыми веками её разум проигрывал обрывки дня: хруст рвущейся ткани, тяжесть его взгляда в зеркале, похабный шёпот, и в противовес всему этому — его заинтересованное лицо во время её рассказов о школе и неожиданно нежное объятие у подъезда.       Всё же, когда Уэнсдей начала проваливаться в сон, она услышала тихую вибрацию телефона на прикроватной тумбе. В полудрёме посмотрев на экран, она увидела сообщение от Тайлера, чей номер у неё, конечно же, появился сразу после первой тренировки.       "Спишь? Шучу. Уже чувствую твой укоризненный взгляд. Тем не менее, ты уже легла спать?"       С чего бы вдруг Тайлеру интересоваться этим? Что ещё он придумал? Нет, Уэнсдей не будет ему отвечать, несмотря на то, что она ещё не спит и, пока не уснёт, будет думать о том, что ответит ему утром. Пусть знает, что её границы — не отвечать поздно вечером.       Или не отвечать конкретно ему.       Тайлер всего лишь тренер, Уэнсдей ему платит.