Ласка это...

Котики... Пушистые, ласковые и такие теплые... Много, очень. На любой вкус и цвет. Мурчание забивает уши, но от этого еще блаженнее. Пахнет ватой и чем-то свежим. Сатору лежит на теплой земле. В руку утыкается влажный нос рыжего кота, на животе другой полосатый гад, на груди черный котенок, громко мурлыкает. Мнет лапками белое худи и легонько царапает когтями. Везде, каждый сантиметр - заполнен котами. – Это точно рай. Настоящий, – прохныкал белобрысый пуская слезу счастья. Он не двигался - боялся спугнуть такое чудо. ШЛЕП! В лицо прилетает вонючая, холодная и мокрая тряпка. Звук вышел омерзительным, похожий на чавканье. Сатору дернулся и очнулся ото сна, его снова встретила суровая реальность. – Фу!.. Какого хрена?! – начал возмущаться Годжо, отшвырнув тряпку со своего лица на пол. Он начал вытирать лицо рукавом своей кофты. Белобрысый отвел руку. Взгляд встретился с безумным, взбешенным, мрачным Механиком. Глаза горят, зрачки - щелки... И занесенная рука, с огромным кухонным ножом в кулаке. Сатору замер. Увидел свое отражение в лезвии и сглотнул. – Ты м-меня резать собрался?! – сорвавшись на тихий писк спросил Сатору. Он в ступоре - нет. В полном ахуе. Не успел он опомниться как услышал хрумканье над головой, которое частично вывел его из оцепенения. Сатору поднял глаза наверх: та самая Ласка, теперь жующая соломку моркови. Донёсся еще, сочный и более громкий, звук хруста корнеплода. Глаз Сукуны дернулся, опасный рык вырвался из гортани. В ту же секунду рука с ножом метнулась в сторону Ласки, противно свистнув в воздухе. Сатору сразу услышал мерзкий звук и понял – его сейчас заденет. Тело среагировало моментально: он дернулся в сторону, чуть ли не падая лицом в пол. Ласка прыгнула в противоположную сторону, убегая под стол. Раздался неприятный лязг лезвия об дверцу холодильника, на котором теперь красовалась царапина от ножа. Белобрысый понял то, что случилось, только сейчас и завизжал на всю кухню, снова "убегая" на четвереньках. – Не-не-не-не-не! – затараторил Ангел громко, отползая в угол с веником и урной, – клянусь, больше никогда не буду использовать магию в твоем доме, только пощади! Только Сукуна его не слышал, сейчас все его внимание было сосредоточено на мелкой воровке. – Отдай, паскуда! – рявкнул Механик яростно, отшвырнув стул от стола. Он встал на колени и полез под стол, пытаясь схватить Ласку за хвост. Зверек снова убежал. – Сволочь! – гаркнул Сукуна громко хлопнув кулаком по полу и быстро вылез из-под стола. Воровка сидела на другом конце стола и преспокойно жевала морковь дальше. – Поганка...– зашипел Рёмен, швыряя нож в ее сторону. Ласка скользнула в сторону, прибор просвистел мимо нее и воткнулся в деревянную стену. Белобрысый в углу дернулся, когда нож с характерным звуком вошел в дерево. Он тяжело сглотнул, боясь что-то сказать разъяренному подопечному, который сейчас страшнее дьявола. Сукуна выдернул нож и бросил взгляд на столешницу – там где уже была эта дрянь. Он перепрыгнул через валявшийся на полу стул и рванул. Ласка уже бросилась снова бежать, опрокидывая баночки со специями. Красный, черный перцы с корицей и сушеным чесноком облаком поднялись в воздух. Рёмен громко чихнул, промазал на сантиметр, лезвие воткнулось в разделочную доску. Он отогнал облако специй и снова чихнул. – Ах ты ж сука...– прохрипел Механик вырывая нож и снова целясь им в воровку, что уже сидела на холодильнике. Только зверек "стрельнул" первым – плюнул кусочком слюнявой моркови, со шлепком попадая Сукуне в лоб. – Ой блять дура...– тихо шикнул Сатору, прикрывая глаза рукой. – Еще хуже сделала ведь... Рёмен медленно смахнул морковь с себя и в ту же секунду лезвие опять полетело в ее сторону. Снова мимо. Ласка прыгнула на вытяжку. Нож застрял в стене. – Да я тебя на шашлыки пущу, сучка! – рыкнул Сукуна и теперь вместо ножа полетели тарелки. Первая разлетелась вдребезги когда попала мимо в которой раз. Ласка сиганула на шкаф. – Стоять! В ход пошла кружка. Опять промах, только звон разбивающейся посуды. Сукуна замер. Глаза – красные, как у бешеного пса. Ласка сидела на шкафчике и смотрела с таким презрением, на которое животные вообще способны. – Мразь, – выпалил Сукуна тихо. Он больше не целился, даже не выбирал что швырять – в зверька теперь летело все, до чего дотягивалась рука. Тарелки, миски, ложки с вилками, пачка с гречкой – та взорвалась крупяным фонтаном. Воровка прыгнула на подоконник. Рёмен запустил сковородой. Однако, так с грохотом выбила окно и посуда вылетела на улицу. – Блять! – крикнул Механик, но погоню не прекратил. Белобрысый уже сжимал в руках веник и молился всем богам которых только знал. – Боже спаси и со-...! – молился было Сатору с надеждой, как вдруг ему прямо в рот прилетает замороженная котлета. – МГХФ! –взвизгнул Ангел, ошарашенно смотря на полуфабрикат в своем рту. Зубы сводило от холода, поэтому он поспешил ее выплюнуть на пол. Только он захотел уже встать и собственноручно прекратить этот хаос, как в тот же момент ему прилетает кое-что похуже. Двухлитровая чугунная кастрюля села ему по самые уши, с громким "Бам!" – Сука! – крикнул Сатору хватаясь за голову. Мысли начали путаться а голова кружиться. Подопечный не заметил этого. Он видел только белый хвост, мелькнувший на люстре. Рёмен решил не думая. 3 широких шага, каждый громче и жестче прежнего, и вот... Он прыгнул. Перелетел через всю кухню, раскинул руки и ноги, прям как хищная птица. Только Ласка опять ускользнула в последний момент. Сукуна схватился за люстру. Она жалобно скрипнула и резко не выдержала веса. Рёмен упал на спину вместе с ней. – Ебанный в рот! – успел рявкнуть Механик яростно перед тем как встретиться с полом, заставляя дрожать стены. – Ой!..– выдохнул Сатору, опуская кастрюлю на глаза и закрывая их. – Блядина... – рычит подопечный и сбрасывает люстру со звоном с себя. Он вскочил с пола и все равно пошел дальше за зверьком. Воровка снова сидела на столешнице и без абсолютного страха смотрела на приближающуюся угрозу. – Ну держись, сил у меня еще пол-... – начал Сукуна с угрозой, но вдруг встретился с той самой вонючей тряпкой, что швырнул в самом начале. Нога заскользила, равновесие пропало, руки описали круги, пытаясь схватиться за что-то, но не получилось. БУМ! Рёмен опять свалился на пол, только уже лицом вперед. Послышался легкий хруст и то, как Сукуна сразу громко взвыл - похоже сломал нос. Годжо в углу испуганно ахнул и прикрыл рот ладонью, но с места не сдвинулся. Подопечный резко перевернулся на спину и схватился за нос руками. Кровь уже текла. – Черт! – замычал Механик жмурясь. Ласка смотрит на него сверху: на то, как он наконец успокаивается и перестает рычать, только стонет от боли. Зверек внезапно спрыгивает Сукуне на грудь, мягко касаясь его своими лапками. Рёмен конечно же заметил это и распахнул глаза, с презрением смотря на нее. Вдруг на щеку плюхнулось что-то теплое, склизское и влажное. Ласка плюнула кашицей из моркови прямо в лицо Механика. И сделала она это с таким презрением, как будто вообще мужчин ненавидела. – Ты...– шикнул он снова начиная злиться, но сразу же закрыл глаза обратно, недовольно рыкнув, и, понимая что ему ее не выиграть. Сатору икнул в углу и перекрестился, чтобы такого хаоса больше никогда даже в помине не было. Второго раза он не выдержит. *** Оба сидят посреди хлама и беспорядка, что устроил тут разъяренный Механик. Глаза дёргаются, взгляд стеклянный и направлен в одну точку. А воровка спокойно лежала на батарее и тихо сопела, свернувшись клубком. Недавно они вместе выпили целый пузырек валерьянки, но она все никак не начинала действовать. – Я думал умру, – пробормотал Белобрысый тихо, не отводя взгляда и даже не моргая. – Она ахуела вообще, – коротко прохрипел Механик. Крови уже не было - смыл. – Ты разнес собственную кухню, – парировал Сатору настороженно. – Бывает. – Конченный. – Заткнись. Повисла тишина. Напряженная, тяжелая, гнетущая. Они сидели так еще минут 10, пока веки не начали быстро тяжелеть. Ангел заснул первым, все еще сидя в том самом углу с веником и урной. Сукуна продержался на минуту дольше, но все же сам вырубился, прижимаясь к холодильнику. Убираться придется завтра, а сейчас спать. Только после такого ужина, Сатору вряд-ли снова приснятся котики...