Старые сервера и новые следы

Локация: подвал бара «Сломанный Кий» (временный штаб). Время: неделя спустя. --- Подвал бара «Сломанный Кий» пах плесенью, сыростью и жареными крыльями. Раньше здесь хранили ящики с пивом и сломанные стулья. Теперь Джонни отдал комнату «команде» — за отдельную плату и обещание не взрывать ничего в радиусе ста метров. В углу стоял старый сервер, который притащил Никита. Два монитора, клавиатура с залипшими кнопками и стул на трёх ножках. На стенах — карты Варшавы, Бостона и Хельсинки, соединённые красными нитками. На столе — коробка пиццы, три пустых стакана и записка: «Не выключать сервер, я сохранял данные». Никита сидел за монитором, в чёрной шапке, не снимая её даже в помещении. Он пил чай с мятой — уже четвёртую кружку за день. Глаза красные, щетина отросла, но взгляд был живым. Впервые за долгое время — по-настоящему живым. — Я нашёл кое-что, — сказал он, не оборачиваясь. Карл опустил книгу, которую делал вид, что читает. Уинстон перестал крутить сигарету. Эван отложил телефон. Дэвид замер с куском пиццы на полпути ко рту. Дарвин подошёл к монитору. — Что? — спросил Дарвин. — Старый сервер SASH. Тот, который считался уничтоженным. Он не уничтожен. Он перенесён в облачное хранилище в Эстонии. Я взломал через бэкдор, который оставил Лаури. — Зачем Лаури оставлять бэкдор? — спросил Уинстон. — На всякий случай, — ответил Никита. — Он был параноиком. И правильно делал. Он развернул экран. На мониторе высветился список файлов. Даты, имена, координаты. — Здесь переписка Новой гвардии за последние три недели. Они не в Польше. Они в Германии. Берлин. Там у них новый штаб. — Берлин, — протянул Эван. — Красивый город. Я там ни разу не был. — Съездишь, — сказал Дарвин. — Никита, что ещё? — Ещё... — Никита замялся. — Есть файл с пометкой «Фарко. Лечение. Контроль». Карл побледнел. — Открой. Никита открыл. На экране появилась таблица: даты, дозировки, показатели крови. И фотография. Карл в приёмной. Карл в лаборатории. Карл спит на кушетке. — Это не Лаури, — сказал Никита. — Это кто-то другой. Кто-то, кто следил за тобой во время лечения. Кто-то, кто делал снимки. Без твоего ведома. Карл сел обратно на стул. Его трясло. — Зачем? — прошептал он. — Чтобы знать, где ты. И чтобы знать, когда лекарство подействует. И — когда ты снова станешь уязвимым. — Они хотят не формулу, — сказал Дарвин. — Они хотят нас. Живых. Чтобы использовать как подопытных? Как заложников? Как что? — И то, и другое, — сказал Никита. — Но есть и хорошая новость. — Какая? — спросил Дэвид. — Лаури жив. Я нашёл его логин. Он заходил на сервер вчера. Из Берлина. — Он в Берлине? — переспросил Уинстон. — Или там, или притворяется, что там. Но я могу отследить IP. Никита застучал по клавиатуре. Пальцы летали. Через минуту на экране появилась карта Берлина, красная точка мигала в районе Кройцберг. — Это адрес. Старое здание. Бывшая типография? Забавно, да? — Ничего забавного, — сказал Карл. — Опять подвал. — Всегда подвал, — вздохнул Дарвин. — Ладно. Собираемся. Берлин. Через два дня. — Через два дня? — удивился Эван. — А почему не завтра? — Потому что Никита должен сначала поесть и поспать, — сказал Дарвин. — И ты тоже. Вы оба выглядите как ходячие покойники. — Ты сам как покойник, — ответил Никита, но без злости. — Ладно. Берлин. Но я лечу с вами. — Без вариантов, — сказал Карл. — Ты — наш хакер. Без тебя мы просто стадо напуганных идиотов. — Стадо напуганных идиотов с пиццей, — поправил Дэвид. — И с кошкой, — добавил Уинстон. — Кошка остаётся дома. Госпожа Боуи, которая спала на старом кресле в углу, даже не шевельнулась. Ей было всё равно, кто куда летит. Главное, чтобы кормили вовремя. Никита выключил монитор, потянулся, и его суставы хрустнули. — Берлин, — сказал он. — Столица кебаба и старых шпионских игр. — И химического оружия, — добавил Уинстон. — И химического оружия, — согласился Никита. — Ну, поехали. Они выключили свет в подвале и поднялись в бар. Джонни налил всем по порции виски — Никите налил чай, потому что знал. За соседним столиком какие-то парни играли в покер. За окном моросил дождь. Новая глава начиналась. Берлин ждал. P.S. Госпожа Боуи, оставшись одна, открыла холодильник лапой и съела половину курицы, которую Карл приготовил на ужин. Уинстон нашёл её спящей на остатках птицы с видом полной невиновности. Кошка не получила наказания. С кошками так не работает. P.P.S. Никита написал новую записку перед отлётом: «Берлин. Не потеряй паспорт. И не пей с незнакомцами».