Глава тридцать пятая, в которой мышка тасует карты

Открыв глаза, я не сразу сообразила, где я и почему так болит все тело. Мое собственное бедро, перекинутое через оголенный мужской торс, красноречиво напомнило мне обстоятельства прошедшей ночи. Какой сейчас час, нельзя было определить даже близко, в комнате царил полумрак, горели только несколько светильников, Торин все еще спал. На его лице застыло умиротворенное счастливое выражение, и я его прекрасно понимала. Но все же после такой ночи хотелось немного размяться и помыться… Я заерзала на влажных простынях, попыталась привстать и к своему стыду обнаружила на бедрах вязкие потеки его семени. От осознания, что все наши утехи были совершенно без защиты, я покраснела как подросток. Это казалось чем-то более интимным, чем просто секс. - А ты без меня не теряешь времени зря, – ехидный голос в голове раздался так внезапно, что я на секунду испугалась, будто кто-то, и правда, за нами подсматривает. Но это было только напоминание о том, что пора пить лекарство от моей «шизофрении». - Да, я безумно рада, что ты пропустил все веселье, - поерничала я, отпихивая дракона подальше от себя. - Я все равно не обладаю такими глубокими познаниями в анатомии, - продолжал сальные намеки Смауг, которому были явно доступны последние воспоминания. - М-да? – протянула я, не желая оставлять за ним последнее слово. – До порносайтов в моей голове еще не добрался? Или не догадался нажать «мне есть восемнадцать»? Такие предположения погрузили дракона в задумчивость, и он ненадолго отступил. Вероятнее всего – отправился искать определение слову «порносайт». Это дало мне время все же выскользнуть из кровати и сладко потянуться, ощущая приятную боль в мышцах и на ребрах, которые в эту ночь сжимали слишком сильно. - Мышка? – позвал меня хрипловатый после сна голос Торина. - М-м-м? – я развернулась, не без удовольствия демонстрируя ему свою наготу и изящный – на мой скромный вкус - изгиб спины. - Ты словно дивный сон, - он протянул руку и коснулся моих пальцев. - Нет, я очень даже настоящая, - промурлыкала я, склоняясь к нему и нежно приникая к губам. Меня тут же притянуло обратно на кровать в его медвежьи объятия. Сопротивляться было бесполезно, и все же я смогла отпихнуть его, упираясь руками ему в грудь и не давая увлечь меня дальше. Взгляд у него сделался весьма озадаченным таким поворотом дел. - Я хочу помыться. Это была слишком жаркая ночь, - поторопилась я объяснить свой отказ. Это не было ложью, я действительно чувствовала себя липкой и не слишком опрятной. Но и возвращения Смауга в неподходящий момент не хотелось. К тому же я никогда не была фанаткой утреннего секса. Сначала чистка зубов и кофе, потом все остальное. – К тому же тебя ждут невероятно важные королевские дела. - И подождут еще, мышка, - он легко притянул меня ближе, сминая сопротивление. Я отбивалась сквозь смех, чувствуя, как между бедер снова становится горячо от его настойчивых ласк и поцелуев. На мое счастье нас все равно прервал стук в дверь, весьма грубый и нетерпеливый, так что это была явно не горничная. Пискнув, я спряталась под простыни, а Торин прошел к двери, отпирая ее. По голосу и запаху я мгновенно признала Фили, который принес вести о том, что невероятно важные королевские дела ждать не намерены. В разговоре образовалась пауза, и мне не надо было видеть выражения их лиц, чтобы понять - произошел какой-то безмолвный диалог. Видимо за Торином не водилось ни опаздывать, ни встречать племянника на пороге в штанах, едва подхваченных на один узел. На мгновение меня кольнул стыд, и щеки загорелись, причем вполне натурально, потому что по венам снова расползался огонь. Я взмолилась про себя, чтобы Торин меня все же отпустил как можно скорее. Как ни радостно было делить с ним постель, сжигать ее было бы весьма некультурно. Закрыв дверь, Торин вернулся ко мне уже менее счастливым и привычно озабоченным. - Можешь принять ванну тут, я пришлю к тебе Фрею, - он снова коснулся меня целомудренным поцелуем и оставил среди подушек. Я была совершенно не против, только надеялась, что та догадается захватить мой волшебный флакон со снадобьем. Торину понадобилось минут десять, чтобы привести себя в королевский вид и покинуть меня. Еще через пару минут – Фрея уже щебетала вокруг меня, толкая в направлении купальни. - Да там еще даже вода не набралась, - после ухода Торина я почувствовала острое нежелание вообще шевелиться. – И ты принесла мой… Я еще не успела договорить, а гномка уже выудила из кармана маленький флакон. Я благодарно ей улыбнулась и выпила свой глоток. Кажется, у меня начиналась психологическая зависимость от него – сразу стало как-то легче и тянущее чувство тревоги где-то очень далеко в груди отпустило. Зато горячая вода теперь действительно обжигала, а холодный камень – заставлял перетаптываться с ноги на ногу, в ожидании, пока бассейн наполнит терпимая для меня вода. - Фрея, - окликнула я гномку, занятую толчением в ступке какой-то очередной приправы для моих волос. – Сколько лет ты была служанкой у Дис? - С тех пор, как мы ушли из Габилгатхола. Из Белегоста, - она посмотрела на меня, ожидая, что я что-то пойму, но видимо выражение моего лица порушило все надежды. – Это город в Синих горах. Наша мать последовала за беженцами из Эребора и отдала меня в услужение Дис. Я была еще девочкой. - Это так просто? Раз и ты служанка целой королевы? – искренне удивилась я, опускаясь в воду. - Нет, просто… не знаю, так получилось. Я вертелась рядом, и она вдруг сказала, что я словно солнце. И ей «не помешало бы немного света в непроглядной тьме», - Фрея на мгновение окунулась в воспоминания, замерев, но почти сразу же принялась еще усерднее скрести по ступке, поджав губы. - Ты же понимаешь, что ей тоже было больно с тобой расставаться? – спросила я. Наверное, поэтому ей и нужно было сделать это так… некрасиво и резко. Как содрать пластырь. - Я все равно иногда бегаю по ее поручениям, - улыбнулась Фрея и выдохнула. – Я боялась, что придется… ой… - Нет уж, договаривай, - фыркнула я, натирая себя мочалкой. - Так говорить нехорошо, - Фрея опустилась на колени и поставила рядом мисочку. Я наклонила назад голову, чтобы намочить волосы и позволить ей заняться ими. – Не хотела… ну… Она мялась еще пару секунд, прежде чем все-таки смущенно выпалить: - Не хотела быть служанкой принца или его невесты. - Фили. Ты про него, а не про какого-то «принца», - поправила я ее. Пальцы Фреи в моих волосах дрогнули и замерли на секунду. – Он тебе нравится? - Он – мое солнце. Светит, но не достать – слишком высоко и горячо, - призналась она, выдохнув. - А почему не боялась попасть к Торину или его невесте? – усмехнулась я, желая отвлечь ее от неприятной темы и не бередить рану. На голову шлепнулась часть приготовленной жижи, приятным холодком пробирая до мурашек. - М-м-м… - тут она тоже отчего замялась, но все-таки выпалила: - Он так настойчиво не приводил в свои покои женщин, что некоторые служанки шептались, будто он обессилил. В постели. Я едва не стукнулась затылком о камень, оборачиваясь к ней, а от вида раскрасневшейся Фреи и высказанного предположения – некрасиво хрюкнула, пытаясь не рассмеяться. Вышло плохо, и она, отчаянно прикрывая рот ладонью, тоже хихикала вместе со мной. - Ну, можешь передать служанкам, что они ошиблись, - едва успокоившись, проговорила я. - Теперь лишь бы Махал благословил вас, - пробормотала Фрея и тут же добавила для ясности: - Ребенком. Пришел мой черед краснеть и отворачиваться. Ладно, от одного раза ничего не бывает. Да и вообще не факт, что бывает. Я погрузилась под воду, смывая с волос вязкую жижу и выпуская изо рта рой пузырьков. Все звуки на одно бесконечное мгновение исчезли, оставив меня наедине с ритмом собственного сердца. Наверное, так себя чувствуют младенцы в утробе. От этой мысли я слишком резко выдохнула весь оставшийся воздух и вынырнула наружу, почти в панике хватаясь за бортик бассейна. И каково было мое удивление, когда увидела перед собой платье, не принадлежащее Фрее. - Миса, - зарычал надо мной голос Дис, и я мгновенно поняла, что умудрилась где-то накосячить, потому что действующая королева Эребора была красной, как малиновый пунш, а волосы вместо идеальной прически были собраны в совершенно нелепый пучок. Все, что мне оставалось, это совершенно по-мышиному пискнуть и отплыть от нее подальше. - Что ты сказала Диане? – она угрожающе сцепила руки на груди. - Н-н-ничего, - выдавила я, судорожно соображая, что такого я могла ей сказать. – А что случилось? - Случилось то, что эта бестолочь сидит у меня в покоях и рыдает белугой, потому что сегодняшней ночью, как и ты, времени даром не теряла! – она жестом одного пальца подозвала бледную, как привидение Фрею с полотенцем, и я поняла, что пересидеть эту бурю в бассейне мне не дадут. - Я все равно не понимаю… - слишком резкий поворот событий так выбил меня из колеи, что я даже не услышала в ее словах намека. – Погоди-ка… - Она сказала, что переспать с Флоком было твоей идеей! – выдала Дис и, кажется, попыталась пыхнуть огнем. Смаугу бы понравилось… Сказанные ей слова неловко повисли в воздухе. Я пыталась вспомнить момент, когда могла произнести что-то подобное, потревоженный Смауг внутри от души зубоскалил, с моих волос медленно капала вода. Немая сцена грозилась затянуться. - Я ничего подобного ей не говорила, - промямлила я, кутаясь в полотенце, и мысленно споткнулась об подкинутое Смаугом воспоминание… Нет… быть этого не может! – Я… я только спросила… вот черт! - Что? – тут же схватилась за меня Дис, к счастью, не буквально, но следуя за мной в комнату. Я кратко пересказала нашу беседу, пытаясь максимально четко все цитировать. Дис издала тяжелый вздох и упала в кресло. Я спешно натягивала на себя вещи, соображая, чем грозит Диане такое самоуправство. - А насколько это плохо? – робко попыталась я осознать масштабы проблемы. Конечно, у меня было подозрение, что секс до свадьбы тут слегка осуждается, с другой стороны Торин упоминал обратное. Но наверное, это не касалось невесты наследного принца, которая внезапно решила напоследок покутить с другим мужчиной. - Это ужасно плохо потому что об этом знает Даин! – добила меня Дис. Я еле сдержалась, чтобы не удариться головой в стену… Ну как?! Взрослая же девочка, небось на полвека меня старше, а глупости творит, словно только вчера узнала, чем мальчики от девочек отличаются! И Флок хорош… мог бы подумать головой. В конце концов, она у него не только чтобы шлем носить! Я покосилась в сторону Фреи, она старательно пыталась слиться с предметами интерьера и меняла цвет лица буквально на глазах. Надо было как-то ее успокоить… - Ладно, давайте все выдохнем, - попыталась я остудить обстановку, но Дис уставилась на меня с таким выражением лица, что я сразу пожалела об этом. – Ну… это ведь уже случилось! Фарш обратно не перекрутить… - Этот фарш… все меняет. И оттягивает помолвку! Теперь придется ждать не разродится ли она совсем не от Фили, - голос у Дис дрогнул. – Ну за что нам на роду такая судьба… В этот момент я представила, что это будет за брак, и поняла, что совсем не такого я хочу для Фили. Да и вообще вся эта затея теперь напоминала попытку поженить крокодила с бегемотом. Дурацкие договорные браки! - Госпожа! – в комнату почти влетела какая-то незнакомая мне гномка, видимо, новая служанка Дис. У Короля нынче проходной двор, а не спальня… Хорошо, что я успела одеться! Дис кивнула, позволяя говорить. – Принцессу забрали из ваших покоев. В зал Совета. Я поняла, что медлить уже нельзя, и очень понадеялась, что принцессе там не устраивают прилюдную порку. Не обращая внимания на стенания и крики Дис, я вылетела из комнаты и поспешила к тайному ходу. Проскочила шальная мысль ворваться через главные двери, но я вовремя вспомнила, что они слишком тяжелые и эффектного появления все равно не выйдет. Через камин хоть успею подслушать часть разговора. Едва дыша, я выглядывала в щель, наблюдая настоящий концерт. Слава всем богам, в зале были только Даин, Диана и Торин. Первый ходил из угла в угол, кричал и едва пытался не драть на себе волосы, вторая ревела в три ручья, а третий… Ну, ледяному спокойствию его спины можно было только завидовать. - Хватит устраивать мне публичные сцены! Вся в мать! – орал Даин, расхаживая вокруг дочери, словно хищная рыба вокруг утиной задницы. - Даин, успокойся, - пытался урезонить его Торин. Судя по тону голоса, эта фраза звучала не в первый раз. Диана продолжала заходиться плачем, уже местами срываясь на хриплый вой. Бедная девочка, такое событие в жизни женщины, и такое утро после… Я бы после такого растеряла все желание подходить к мужчинам. И защитить ее было совершенно некому... - Отстаньте от нее! - я вылетела из-за камина быстрее, чем успела подумать, что говорить. Подбежав к Диане, я схватила ее за плечи, разворачивая к себе и прижимая, чтобы мои объятия закрыли ее от Даина, грозившегося зашибить ее в приступе размахивания руками. - Что ты тут делаешь? – мне послышалось облегчение в голосе Торина. - Подслушиваю, - буркнула я и оттащила Диану подальше от Даина, напоминающего цветом одну большую злую моркву, припорошенную снегом. – Неужели вам в радость доводить собственную дочь до слез? - Мне в радость? Мне вообще ничего не в радость! Пусть выходит за кого хочет! Хоть за козопаса! Почему Махал не дал мне сына! Боги! – продолжал он изливать все свое горе громогласными криками. Повезет если его не слышно на всех этажах… - Успокойся, ладно? – я отвернулась от Даина и обхватила лицо Дианы ладонями, заставляя смотреть на меня. Вся косметика поплыла, от пудры не осталось и следа, а глаза были красными от слез. Я едва слышно прошептала: - Это правда? Диана закивала, поджимая губы и пытаясь не уйти на новый круг рыданий. Я тяжело вздохнула. С этого дня пора научиться затыкаться, ей богу. Язык мой – враг мой. Вот если бы я молчала и вообще с ней не разговаривала, может, она и не додумалась до такого радикального решения проблемы. Мне почему-то даже казалось, что она совершенно специально дала отцу узнать о своих постельных похождениях, чтобы отсрочить помолвку на год. У меня столько времени на размышления не было, увы. - У меня есть компромисс, - обратилась я к Даину, прижимая к себе Диану и поглаживая ее по голове. - Компромисс? Какой тут может быть компромисс! Выходит за одного, а ноги раздвигает перед другим? Такой компромисс? – продолжал кричать он, но уже менее запальчиво. Возраст брал свое, и отдышка его не щадила. Прежде чем Диана успела разразиться новым потоком рыданий, я неожиданно для самой себя громко и уверенно произнесла «нет», чем заставила Даина наконец остановиться и перестать расхаживать по зале. Он упер руки в бока и уставился на меня, сцепив зубы. - Она влюбилась во Флока. Он достойный гном, прекрасный воин, - я постаралась сделать так, чтобы голос у меня не дрожал и звучал хотя бы отдаленно похожим на голос Дис. - Да он может быть хоть теткой самого Дурина! – снова взвился Даин, а я заставила себя не кривиться и сохранять лицо. - Тише, пусть она скажет, - осадил его Торин и подбодрил меня жестом. - А Фили неравнодушен к Фрее, а вовсе не к вашей дочери, - добила я его. Диана в моих руках горестно вздрогнула. - Он сам просил ее руки, - буркнул Даин, но заметно сбавил обороты и тон голоса. - Да, но… - я осеклась, понимая, что это «но» напрямую связано со мной и моим внезапным восстанием из мертвых. Приплетать сюда помолвку Торина точно не стоило, так что я продолжила основную мысль: - Флок и Фрея – брат и сестра. Если Фили женится на Фрее, а Диана выйдет замуж за Флока – они станут одной семьей, это вполне себе подходящие вам узы брака, разве нет? - Нет, - ворчливо отверг мое предложение Даин, но уже без прошлой уверенности и скосив глаза куда-то в сторону. Торин едва заметно кивнул мне, а сам, подхватив Даина под локоть, повел его к столу, усаживая гнома в кресло, и негромко начиная раскручивать мою мысль, перемешивая ее словами на кхуздуле. Я расценила это как удачно проведенную операцию и разрешение провести стратегическое отступление. Диану пришлось за собой едва ли не тащить, благо она цеплялась в мои плечи, как утопающий в спасательный круг. Мы вышли через тот же потайной вход, и я увела принцессу в ее покои, где на пару с подоспевшей туда Дис очень долго приводила ее в чувство и отпаивала. Потом пришлось отпаивать уже саму Дис, для которой такие скандалы были хуже ножа в сердце. А потом я снова вернулась к Диане и очень долго обсуждала с ней все произошедшее ночью. Таким образом я едва способна была о чем-либо переживать к наступлению ночи… Фрея осталась в неведении относительно моих планов на нее, как впрочем, и Дис. Пока что все оставалось только между мной и двумя владыками. Я надеялась, что эта безумная идея приживется и даст свои плоды, пусть и не сразу. Но хоть с кем-то поговорить мне сегодня было жизненно необходимо. Торина все еще не было в его комнате, я не съела ни крошки за целый день, поэтому не стала дожидаться его и поужинала в гордом одиночестве тем, что принесла Фрея. Прихватив яблоко, я улеглась на свежеприбранную кровать и прокручивала в голове все произошедшее. Когда дверь отворилась, я едва не вскрикнула от радости. - Решила тут поселиться, Мышка? – устало спросил он, скидывая с плеч тяжелые меха, но мягко улыбнулся. - Сегодня был ужасно тяжелый день, не хотела оставлять тебя одного, - прошептала я. Не хочу оставлять больше никогда в жизни вообще-то… Сердце защемило от нежности, всколыхнувшейся в душе, а глаза защипало от слез. Наверное, я сегодня тоже перенервничала. Я протянула руки, призывая Торина подойти ближе к кровати, утягивая его вниз, чтобы он сел, обхватывая его широкую спину, прижимаясь всем телом. Напряженные его мышцы потихоньку оттаяли под напором моего тепла и ласки. Я нежно гладила его грудь, разминала уставшие плечи и очень тихо, едва слышно, пела ему впервые за все разделившие нас годы: В руках держи себя, слышишь? В кулак собери, что осталось. Так медленно едет крыша, Так быстро приходит усталость. Себя не узнать в отражении, Сияет тьма под глазами. Я пересела чуть сбоку, повернула к себе его лицо, обхватывая ладонями, проводя пальцами по скулам, щекам, покрытым колючими жесткими волосами, вглядываясь в его светлые голубые глаза. Вспоминая как впервые увидела их когда-то на лестнице и утонула без возможности выплыть из этого омута. И мир камнем своим на мои плечи давит, И я срываюсь с петель, я загнанный зверь. Боясь свою тень, бегу оголтело, Бегу в темноте, не справиться мне, но… Я коснулась его губ поцелуем, почти невесомо. Его пальцы перебирали мои волосы, нежно поглаживали, едва касаясь кожи, словно боясь вспугнуть. Мне казалось, он даже не дышит, впитывая каждый срывающийся с моих губ звук. Когда ты меня обнимаешь, то вся, вся Эта тьма вокруг превращается в свет… Когда я тебя обнимаю, то вся, вся Эта тьма вокруг превращается в свет…* Он застонал и прижал меня к себе. Весь мир схлопнулся до этих объятий, его широкой груди, дыхания и ощущения абсолютного покоя и счастья от того, что мы просто можем быть так близко рядом. Что нас не разделяют собственным мысли, сомнения, расстояние, время, орки или чтобы то ни было еще. Мы были единым целым, маленьким островком спокойствия и счастья друг для друга. В эту ночь мы только бесконечно долго смотрели друг на друга, словно желая оставить в своей памяти каждую черточку. Только нежно касались губами, будто кожа стала хрупкой как тонкий пергамент. Только шепотом пели мои песни, переплетая наши пальцы и голоса…