Глава 4. Буря

      Утро в пустыне — это не нежное пробуждение, а резкий, безжалостный удар. На раскачку не было времени, ночной холод, кусавший кожу, стремительно отступал, уступая месту палящему зною. Зуко проснулся первым и лёжа на спине, он смотрел на светлеющее небо, спиной чувствуя, как песок под ним начал нагреваться. Неподалёку, свернувшись калачиком и укутавшись в свой дорожный плащ спала Мэйли. Её дыхание было тихим и ровным. В утреннем свете, с растрёпанными волосами она выглядела юной и беззащитной.       Юноша смотрел на неё несколько минут, прокручивая в голове вчерашний вечер. Он до сих пор не верил, что решился на такое безумие, отправиться не пойми куда со странной незнакомкой, которая ещё и в придачу не разбирается в травах.       — Вставай. — голос Зуко был хриплым ото сна, с привычной в нём холодностью.       Девушка вздрогнула и разлепила глаза. Несколько секунд она глядела в одну точку, а затем сонно улыбнулась.       — Доброе утро. — зевая и потягиваясь произнесла художница. — Не слышала как ты встал.       — Нужно выдвигаться. Чем раньше выйдем, тем лучше. — он быстро закинул все свои вещи на своего коня и ожидал, пока только проснувшаяся девушка сделает всё то же самое. — Поторопись. Сегодня будет жарче, чем вчера.       И он не ошибся. Сегодня дорога к Шепчущим Дюнам оказалась ещё более изматывающей пыткой. Солнце беспощадно пекло, воздух плавился и дышать становилось тяжелее, песок под копытами лошадей вздымался раскалённой пылью, которая тут же прилипала к потному телу. Ехали молча, стараясь экономить силы. Пот стекал по лицу, попадая в глаза, одежда стала неприятно влажной. Но путешественники упрямо двигались к своей первой цели, сквозь раскалённые пески.              Мэйли посмотрела на профиль юного господина. Он держался уверенно, в каждом движении чувствовалась железная воля. Губы плотно сомкнуты в тонкую линию, хмурый внимательный взгляд, контролирующий каждое движение.       Девушке же становилось всё тяжелее усиживаться в седле ровно. В голове обрывками проскакивали видения, но излагать их сейчас на бумаге она была не в силах. Тупая усталость сковывала тело и разум, мешая сосредоточиться хоть на чём-то.       — Нам ещё долго? — слова царапали сухое горло и Мэйли тут же закашлялась, прикрывая ладонью рот.       — Мы прошли только половину. К Дюнам мы должны добраться завтра к закату. — мельком взглянув на девушку, принц быстрым движением снял с пояса флягу и протянул ей. — Пей. Только по чуть-чуть. Художница с благодарностью взяла воду и смочила горло. Стало немного легче.       — Спасибо, принц Зуко. — вымолвила она, возвращая сосуд обратно.       — Просто Зуко. Сейчас эти формальности ни к чему. — равнодушно произнёс он и тут же отвернулся. Мэйли лишь слабо улыбнулась, но практически моментально улыбка сползла с лица, меняясь на гримасу усталости. Она крепче сжала поводья онемевшими пальцами, пытаясь удержаться в седле, лицо стало бледным, как сметана. Мир перед глазами немного поплыл, а жар от песка словно усилился в несколько раз.       Зуко заметил, как поникли её плечи, а движения стали вялыми и неуверенными. Нахмурившись, он подтолкнул коня ближе и заговорил, стараясь скрыть в голосе раздражение. Если она сейчас грохнется со своей кобылы в обморок это создаст лишние проблемы.       — Держись. Ветер меняется, скоро дышать станет немного легче.       Девушка ничего не ответила, только еле заметно кивнула. Ей казалось, что если она откроет рот, то её тут же стошнит от духоты. Прикрыв глаза, Мэйли старалась сосредоточиться на мерном шаге лошади, но сознание всё равно ускользало. В голове снова начали мелькать образы, которые она еле успевала осмыслить — огонь, много огня. И в центре этого пламени стоял человек с золотым цветом глаз.       — Эй! Мэйли? — проморгавшись, девушка посмотрела на Зуко. Его раздражение сменилось беспокойством. — Что с тобой? Ты словно была в трансе.       — Просто устала. — солгала сиплым голосом, немного выпрямившись в седле.       — Извини, я в порядке.       Он не поверил ей ни на грамм. Своими глазами видел выражение её лица, бледность, пустые стеклянные глаза.       — Остановимся ненадолго. Вон там, видишь? Скальные выступы, укроемся от солнца.       — Нет! — резко возразила девушка слишком поспешно. Её голос сорвался на хриплый шёпот. — Мы теряем время и… — она осеклась на полуслове, судорожно сглотнув и пытаясь подавить новый рвотный позыв.       — Я не собираюсь потом тащить тебя полумертвую до оазиса или хоронить посреди пустыни из-за твоего упрямства. — она хотела возразить, но Зуко кинул на неё сердитый взгляд медовых глаз, тем самым пресекая дальнейшие споры. И этого оказалось достаточно, чтобы Мэйли покорно опустила голову, соглашаясь с планом действий.        Следующие полчаса пути до привала прошли в суровом молчании. Как только они добрались до спасительной тени, юноша тут же слез с коня и помог спуститься своей компаньонке, аккуратно взяв её за талию, чтобы та не упала, и опустил на твёрдую поверхность. Лошадей отвели подальше в расщелину, где ещё сохранялась прохлада, животным тоже требовалась передышка.       — Поспи немного. — бесстрастным тоном кинул Зуко. — Я посторожу.       Девушка моментально рухнула на землю, наконец-то оказавшись в тени. Сон, тяжёлый и без сновидений, накрыл сразу, стоило только прикрыть глаза. Принц остался сидеть у входа в их укрытие, наблюдая за раскалённой, как печь, пустыней. Ему вдруг подумалось, что эта странная девчонка оказалась гораздо упорнее и упрямее. Еле сидящая в седле, несмотря на изнеможение от долгой дороги и жары, всё равно рвалась вперёд. Неужели она действительно так желает помочь ему?       Глаза наткнулись на дорожную сумку художницы, из которой выглядывал её альбом. На её рисунках он видел себя, но это был не привычный образ высокомерного и вспыльчивого наследника, который парень видел в собственном отражении. Нет, это был человек со злыми глазами, в которых, если внимательно приглядеться, было видно лишь глубокую тоску и бесконечное сожаление.       «Я хочу тебе помочь». — сказала тогда художница.       Зуко раздражённо тряхнул головой и провёл рукой по лицу. Не время для сантиментов. У них есть цель — Свитки Огня, это не дружеское путешествие, а рискованная миссия. И Аузла где-то рядом, вот вот нападёт на их след, будто ищейка.       Мэйли проснулась ближе к вечеру. Жара постепенно спадала, дышать было гораздно легче. Девушка села, разминая затёкшую в неудобной позе шею, и, оглядевшись, увидела Зуко. Он сидел на прежнем месте, как изваяние, только смотрел теперь не на пустыню, а на неё.       — Выспалась? — голос был таким же хриплым и холодным.       — Да… Кажется. Прости, я нас задержала. — она виновато опустила голову.       — Не критично, мы потеряли всего около трёх часов. — брюнет поднялся на ноги одним плавным движением. — До заката ещё есть время, лучше пройти часть пути сейчас, пока мы в состоянии это сделать.       Они снова оказались в пути. Вечерняя пустыня выглядела гораздо привлекательнее. Багряные лучи солнца окрашивали песок в лиловые тона, редкие пушистые облака мирно проплывали по персиковому небосводу, а ветер теперь приятно обдувал лицо прохладным воздухом. Мэйли думала о том, что принц оказался не таким уж и заносчивым. Да, он очень быстро раздражался, кидал колкости в её адрес, шипел сквозь зубы и говорил приказным тоном. Но он не остался безразличным, когда ей так не вовремя понадобился отдых. Хоть и могло показаться, что он оправдывал это тем, что ему не хочется лишний раз возиться с непутёвой напарницей, но девушка точно знала, что дело не в этом. Ну, или хотя бы частично не в этом. Что-то в нём всё-таки переменилось. Новый ориентир, новая цель, снова обретённая, пусть и призрачная, но надежда. Сам того не замечая, он медленно, но верно менял себя и свою судьбу.       Когда солнце коснулось горизонта, Зуко свернул с тропы к скальной гряде, похожую на ту, у которой они останавливались днём, только эта была на порядок больше.       — Заночуем здесь. В расщелине будет теплее и ветер не так донимает.       Место для ночлега оказалось удачным: узкая щель между камнями создавала подобие укрытия от пронизывающего ночного холода. Собрав хвороста, принц сформировал в руке небольшой огненный шарик и с его помощью развёл костёр.       Ужин прошёл в тишине. Мэйли достала альбом и стала бездумно выводить на бумажном листе хаотичные линии, а Зуко загляделся на пляшущие языки пламени, вслушиваясь в звуки ночи.       Прошёл час, а ветер начал усиливаться. Из лёгкого завывания он превратился в настойчивый гул.       — «Странно» — настороженно подумал юноша, подбрасывая ветку в костёр. Внезапно порыв ветра швырнул ему в лицо горсть печка и чуть не затушил огонь. Потом ещё и ещё. Небо начало стремительно темнеть, хотя ночь не наступила окончательно. Вскочив на ноги он выглянул из укрытия. Вдали клубилась огромная стена песка — словно живая, она извивалась и крутилась, и, что самое страшное, слишком быстро приближалась.       — Мэйли, вставай! — прикрикнул Зуко, заныривая обратно в расщелину. Только успевшая задремать художница, в непонимании хлопала глазами.       -Что? Что случилось? — она сразу почуяла нехорошие нотки в голосе принца.       — Печаная буря. — нахмурившись отчеканил он. — Прячься глубже и держи лошадей. — он быстро затушил костёр, схватил сумки и потащил их в дальний угол.       Снаружи бушевал настоящий ад, вой ветра заглушал все остальные звуки. Песок летел сплошной стеной, проникал в каждую щель, он находился повсюду: скрипел на зубах, колол глаза, проникал под одежду. Лошади били копытами, пытались вставать на дыбы, жалобно фыркали.       Оказавшись рядом, Зуко крепко схватил Мэйли за руку, уводя её в самую глубь их каменного убежища.       — Сядь здесь и не высовывайся! — он стрелой метнулся обратно к сумкам и схватил свой плащ, а после, вернувшись к девушке, поднял его над их головами, создавая подобие шатра, дабы хоть как-нибудь укрыться от бушующей стихии. Они сидели тесно прижавшись друг к другу в темноте, под жуткое завывание бури. Мэйли чувствовала плечо Зуко рядом со своим, его ровное дыхание и как его ладонь, тёплая и шершавая, от мозолей, держала её собственную. Не для нежности, а чтобы убедиться, что она здесь, рядом, что её не унесло ветром.       Буря бушевала ещё около часа, но потихоньку ветер начал успокаиваться, а гул перешёл в тихий шёпот оседающего песка. После наступила звенящая тишина. Мэйли и Зуко вышли из своего укрытия. Пустыня изменилась: там, где раньше были барханы, теперь простирались ровные, как полотно, поля; воздух был кристально чистым и прохладным.       Девушка стояла у входа в пещеру, глядя на усыпанное звёздами небо — такое яркое после того, как пыль осела.       — Ты как? — неожиданно послышался голос юноши за спиной. Он подошёл и встал рядом с ней.       — Сносно. Было немного страшно, но ты быстро среагировал. Второй раз за день спасаешь мне жизнь. Спасибо, Зуко. — на лице художницы расплылась мягкая улыбка, а взгляд стал до мурашек нежным. Парень посмотрел на неё долгим взглядом. В свете звёзд её лицо казалось невозможно красивым. Острые линии скул, большие выразительные глаза, чуть вздёрнутый нос. Осознав, что он разглядывает девичье лицо слишком долго, юноша поспешно вернулся к разглядыванию песчаной равнины.       — Не за что. — помолчав несколько секунд, он развернулся и поплёлся вглубь расщелины. — Пора ложиться. Это были через чур длинные сутки.