Часть 2

— Никлаус, — сказал за обедом спустя несколько дней Майкл, не поднимая глаз от кубка. — Ты женишься этой осенью. В комнате стало тихо. — Что? — переспросил он, не успевая скрыть нервозность в голосе. — Зачем? — Затем, что ты мой сын, — отрезал Майкл. — И затем, что дому нужна связь с другим родом. Финн опустил взгляд. Кол молча улыбнулся — как будто подтверждал свою правоту. Элайджа же смотрел внимательно, как всегда. — А невеста кто? — спросил он спокойно. — Вы узнаете позже, — ответил Майкл. — Когда придёт время смотра. Клаус усмехнулся. — Ты хочешь женить меня неизвестно на ком и я должен сказать спасибо? — Я хочу, чтобы ты стал мужчиной, а не мальчишкой, который спорит с каждым решением, — крикнул Майкл, стукнув ладонью по столу. Слова повисли в воздухе, как натянутая тетива. Клаус ничего не ответил. Но внутри что-то неприятно сжалось. Эстер молча смотрела на всех, сидящих за столом. Клаус с Элайджей ушли в лес. Это была обычная охота — тишина, следы зверя, свежий воздух. Элайджа шёл спокойно, Клаус — чуть впереди, как будто хотел уйти от собственных мыслей. — Ты не хочешь этой женитьбы, — сказал Элайджа наконец. — Конечно не хочу. — Тогда скажи отцу. Клаус резко остановился. — Ты знаешь, как это закончится. — Да, — спокойно ответил Элайджа. — Но молчание тоже имеет цену. Клаус хотел ответить, но в этот момент лес изменился. Тишина стала другой. Он снова увидел её. Снова одна на коне. Не такая осторожная, как другие девушки их деревни. Она держалась прямо. Уверенно. Ладонь легко лежала на гриве животного, будто они были одним существом. Ветер трепал её волосы — светлые, почти золотые, пока конь шёл уверенным галопом. Клаус не сразу понял, что остановился. — Кто это? — тихо спросил он. Элайджа посмотрел туда же. — Не из нашего поселения. Может, соседние земли. Дальше Клаус уже ничего не слышал. Он смотрел на девушку, она смеялась — коротко, свободно. Потом резко развернула коня и исчезла в лесу, будто никогда и не существовала. *** Клаус вёл себя по-другому — и сам этого не признавал. Он стал чаще уходить в лес. Иногда просто стоял на поляне, где она была. Иногда её не было. И тогда он злился без причины. Все в доме решили, что эти изменения из-за свадьбы Элайджи и Татьи. Теперь они жили под одной крышей, и семья часто ловила довольные глаза Майкла, наблюдающие за реакциями Клауса. — Ты ведёшь себя странно, — заметил Кол. — Я веду себя нормально, — огрызнулся Клаус. — Ты выглядишь так, будто тебя прокляли, — усмехнулся брат. Элайджа один понимал причину смены настроения брата. И высказал своё предположение, когда они остались наедине. — Ты думаешь о той девушке. — Я не знаю, о чём ты. — Это хуже всего, — спокойно сказал Элайджа. — Когда человек не признаёт очевидное. Клаус молчал. Какой смысл был говорить об этом, если за него уже всё решено. С ужасом он ждал сбора урожая, за которым последуют смотры и скорый свадебный обряд. Майкл явно постарался с выбором невесты для сына, смакуя предстоящее наказание. Отец ходил довольный собой настолько, что всем думалось, что женой Клауса станет лесная ведьма, восставшая из могилы — не меньше.