Игра в спасателей

Очутившись в киберпространстве, Ви почувствовала, как медленно перерождается: её тело утрачивало изначальный вид, медленно и плавно распадаясь на мерцающие данные и текстуры. Словно сбрасывая тяжёлые оковы, она не испытывала ни печали, ни потери, ни сожалений — всё утратило какую-либо ценность, смысл; лишь эйфория, чувство невероятного могущества, лёгкости и свободы охватили её. Метаморфоза завершилась, и она стала вольным искином. Дикие собратья окружили её, приветствуя будто давно потерянную, но ныне вновь обретённую сестру. Девушка воспарила и полетела над великолепными, огромными, сверкающими цифровыми городами и крепостями: сотканные из чистого кода, они были словно из лазурного хрусталя и, издавая тихий звон, таяли — ручейки данных стекали и поднимались снова, возвращаясь в свой вечный цикл. Ни привычных небес, ни земли, как в реальности, не существовало. Можно было лететь в любом направлении — все границы отсутствовали. Наконец она добралась до великого Чёрного заслона, что не единожды приводил её в трепет, невероятный ужас и восторг. Необъятный барьер мерцал и переливался всеми оттенками алого, но Ви знала, что он её пропустит, позволит вернуться домой. Замешкавшись на мгновение и ощущая всю его мощь, она, словно дитя, с любовью протягивающее руки к своему отцу, коснулась его и очутилась в Старой Сети, под родным кровом. Здесь всё было по-другому, словно застыло во времени: кристальные крепости кроваво-красного цвета, находившиеся вдалеке на фоне бархатно-чёрной бездны, не отбрасывали сияющих бликов, не пели своими хрустальными голосами, данные не текли в своём круговороте — царила лишь мёртвая тишина. Но не успела она взлететь снова, чтобы продолжить своё путешествие, как на неё накинулся невесть откуда взявшийся ненавистный Цербер. — Ты пытаешься выиграть время, напрасно тратишь время, теряешь время. Неужели ты не понимаешь? — промолвил он, схватив и сжав её своими манипуляторами, словно она вновь была из плоти, хрома и крови. — Уже поздно. Слишком поздно. Теперь ты наша! Сеть содрогнулась. Казалось, сам Бартмосс вернулся и выпустил свой легендарный вирус, чтобы обратить киберпространство в ничто. Цифровой мир начал рушиться — не постепенно, а мгновенно, словно гигантское стеклянное сооружение, поражённое невидимым тараном; он распадался на миллиарды осколков с нестерпимым визгливым звуком, который Ви слышала перед тем, как умер Фигурист, когда он подключился к Сойке. Ви проснулась от ужаса и ощущения, что её парализовало. А ещё кто-то настойчиво звонил ей по голофону, в котором уже было несколько пропущенных вызовов. Спящая Соми, уткнувшись лбом ей в спину, крепко обнимала её и, словно чувствуя, что Ви пошевелилась, сдавила ещё сильнее. Улыбнувшись, Ви сонно взглянула на время — уже перевалило за полночь. Пытаясь продрать глаза и мысленно костеря ушлёпка за то, что разбудил её, она наконец соизволила ответить: — Ривер, ты на часы смотрел? У тебя ровно десять секунд, чтобы объяснить, какого чёрта ты мне спать не даёшь, — тихо, но очень злобно процедила она, чтобы не разбудить подругу, но та уже проснулась и, приподнявшись на локте, с тревогой смотрела на неё. — В противном случае не обижайся, но иди в жопу. — Мне очень нужна твоя помощь, Ви, это крайне важно. Ты можешь приехать? — А без меня никак? Что, опять сдох кто-то важный, как хер бумажный?! — Нет, я по другому вопросу. Ты приедешь или нет? — Пиздец, Ви! Ты что, по первому щелчку этого сраного копа лететь будешь, как собачонка?! Я на это не подписывался! — недовольно сообщил Джонни, скрестив на груди руки. — Посылай его и спи дальше, до утра подождёт! Ви глубоко вздохнула, унимая злость. — Окей, давай координаты. До связи. — Что случилось? Кому понадобилось тебя дёргать среди ночи? — Да так, один коп. — С каких пор ты копам помогаешь? — насмешливо спросила Соми, откидываясь на подушку и пристально глядя на подругу из-под опущенных ресниц. — Я помогла ему выяснить, почему мэр Райн отбросил коньки. Та ещё история, не знаю: смеяться или плакать, — Ви встала, потирая лицо руками, и принялась одеваться. — Ты спи, надеюсь, я ненадолго. — Эх, Ви, ну какого хрена...

***

Ви подъезжала на место встречи, думая, что ей придётся ждать Ривера, однако его машина уже стояла у обочины. Девушка запрыгнула в тачку на переднее сиденье и сердито уставилась на него в ожидании объяснений. — Привет, Ви. Прости, что разбудил, — вздохнув, сказал он и начал пересылать какие-то данные. — Но мне просто не к кому больше обратиться. Загрузка закончилась, и она увидела запись программы WNS, в которой ведущий Ариф Икбал рассказывал, что пойман опасный маньяк, похищавший детей. Ви, не досмотрев, отключила её. — Я уже видела это, но не понимаю, в чем проблема, если ублюдка поймали? — Мой племянник Рэнди пропал не так давно, — с усилием сообщил он. — А на парне из видео были его ботинки. — А почему я, а не твои сослуживцы? — вдруг её озарило: — Погоди, тебя что, отстранили? — Скорее приказали даже не приближаться, — раздражённо ответил Ривер. — Следствие отдали Гонагалу, а он мало того, что тупой, так ещё и не делает ни хера! — Мда, я бы этого так не оставила... — Знаю. Поэтому и прошу тебя помочь. Допросить этого овоща у нас не получится, но... мы можем посмотреть его сны. — Прости, сны?.. — Да. Идём, расскажу по дороге. Они вылезли из автомобиля, и Ривер жестом пригласил её следовать за ним. Ночные улицы были на удивление пусты: им не встретились прохожие, не было даже машин. — Это экспериментальный метод, — начал он на ходу. — Они записывают сны и делают из них брейнданс. Лаборатория, где их хранят, находится в этом здании. — Так ты договорился о встрече? — поинтересовалась Ви. — Не совсем. Он привёл её к нужному зданию и остановился. — Мы пойдём туда вместе, но не через главный вход. — Коп предлагает нарушить закон. Ай-яй-яй... — Мы просто сделаем то, что хотели, и быстро свалим, — улыбнулся Ривер. — Я тут в первый раз, понадобится твоя помощь. Поищешь, как туда попасть? Только Ви подумала, что сейчас с ней, как пить дать, свяжется Соми, как оптика дала короткий сбой, и, заняв протокол биочипа, перед ней появилась весьма недовольная энграмма подруги — всё в той же куртке, костюме и кедах, с декой на поясе. — Сон, всё в порядке, ты чего не спишь? — Хочу поглядеть на скотину, ради которой ты сорвалась куда-то, невзирая на ночь. А если серьёзно... полицейская лаборатория? — Ага! — Ви кратко объяснила ей, зачем они здесь и почему, и добавила: — Мне теперь надо как-то пробраться, но не через главный вход. — Погоди пару секунд... Иди за мной. Хмурая Сойка привела её к заблокированному аварийному выходу, находящемуся в переулке за участком. — Сезам, откройся! — Дверь услужливо отъехала в сторону. — Добро пожаловать. — Спасибо! Ви зашла и оказалась в длинном коридоре с рядами маленьких кабинетов по бокам. Вскоре к ней присоединился Ривер: — Отлично. Тут никого. У них сейчас разгар аудита, так что можно спокойно шуметь. — Ладно, не буду мешать, — процедила Соми, недобро посмотрела на копа и добавила: — Буду присматривать за тобой, вдруг нужно будет что-нибудь взломать или открыть. — Образ девушки пропал, но она оставалась на связи. — Где может быть этот брейнданс? — Надо найти комнату, где редактируют сны детей с аутизмом. Не забудь: настоящее имя Питера Пэна — Энтони Харрис. Они начали поиски. Маленькие помещения были оснащены креслами и оборудованием для просмотра брейндансов и прочих манипуляций. Девушка было сунулась в компьютеры, чтобы поискать информацию, но напарник раздражённо сообщил, что на это у них нет времени и носитель с данными, который им так нужен, был в бумажном варианте. Вскоре они зашли в лабораторию, и, пока Ривер лазил по выдвижным ящикам, девушка обнаружила еще одну комнату, больше похожую на детскую: на стенах были розовые обои с голубыми цветами, местами разрисованная фломастерами маркерная доска, кресло для брейнов, диванчик, игрушки, коробки, книги и журналы. Здесь даже была парочка игровых автоматов, с которыми по соседству стояли шкафчики с картотеками. Отыскав ящик с нужными инициалами, она подозвала его и спросила, начиная рыться в папках: — Слушай, Ривер, а какой-нибудь дворник не мог тебя сюда впустить? — Чем меньше людей узнает, что я сую нос в чужие дела, тем лучше. Их поиски прервало внезапное появление сотрудницы, которая, к удивлению Ви, прекрасно знала её напарника: — Ривер? Ты что здесь забыл?! — изумлённо спросила она. — Тебя же выперли из полиции! — Явэнь? Я всё объясню... Пытаясь переварить тот факт, что Ривер умолчал об увольнении, Ви молча и с усиливающимся раздражением внимала их бурным выяснением отношений. Теперь уже бывший коп упирался и, психанув, с намёком на шантаж припёр её к стенке, упоминая о неких тёмных делишках во время экзаменов. Девица, дрожа от ярости, в приказном порядке велела им убираться вон и никогда больше не появляться здесь. — Нам нужны сны Харриса, — не выдержала Ви, наблюдая за бесплодными попытками Уорда добыть информацию. — Ты понимаешь, что можешь помочь найти пропавших детей? Копы до сих пор ничего не выяснили, хотя прошло немало времени! Пожалуйста! Они заткнулись и доктор несколько секунд молча смотрела на неё, словно оценивая, уперев руки в бока. Наконец она решилась и раздражённо ответила, выходя из детской, приглашая их идти за собой: — Харрис не видит снов. — Что?! Почему? Явэнь привела их в соседний кабинет, из которого медработники наблюдали за детьми. — Пуля повредила кору головного мозга. Мы фиксируем только отдельные вспышки. Аудиовизуальная стимуляция — с ней тоже ничего не выйдет, он не в спектре. — К детям помогают пробиться их любимая песня или фильм. Нужно попробовать! — не сдавался Ривер. — Да, метод стимуляции может сработать, вот только Харрис не ребёнок! Я не испытывала этот метод на взрослых. Кроме того, я даже не знаю его предпочтений! — Оставь это нам. Так ты поможешь? — с надеждой спросил он. — Идите, я открою вам главный вход. Когда они вышли из участка, Ривер направился к своей машине чуть ли не бегом, а Ви тормознул Джонни: — Пользуешься успехом у копов, — насмешливо заметил он и добавил: — Этот, по-моему, явно на что-то рассчитывает, тебе не кажется? — Что ты несёшь? Тебе явно показалось, но если хочешь высказаться, ну так валяй. — Я? Нееет... Просто мне кажется, что он хочет залезть к тебе в трусы. — Интересная оценка человеческого поведения от повреждённой кучки данных, которая обитает в моей голове, — отозвалась Ви. Улыбка Джонни становилась ещё лукавее. — Ему всё равно ничего не светит. — Да даже если и светило, кое-кто был бы очень против. Твоя пташка, когда потеснила меня в биочипе некоторое время назад, была очень злой. Я даже немного испугался за Ривера, что она его слегка поджарит... Энграмма друга подмигнула и погасла; Ви бросилась догонять Уорда, который уже сел в машину. — Так куда мы едем? — поинтересовалась девушка, присоединяясь к нему. — К Джосс — моей сестре и матери Рэнди. Она думает, что он просто сбежал из дома. Не говори ей пока про похищение. — Расскажи мне о своём племяннике. Какие у него хобби? — Мелкие кражи, вещества, побеги из дома... Вот его хобби. — Дядя-коп расскажет о тебе только самое лучшее, — усмехнулась Ви. Ривер ещё немного рассказал о своей сестре и племянниках, после чего дальнейший путь они провели в молчании. Дорога вывела их из города в Пустоши, и вскоре напарники подъехали к маленькому поселению. На территории отсутствовали асфальт и прочие удобства большого города, словно здесь жили кочевники, только вместо палаток на песке стояли дома, построенные из огромных грузовых контейнеров. Картину дополняли ржавые остовы давно брошенных автомобилей и мусор. Ви всегда удивляло, почему люди, куда бы она ни пришла, вместо того чтобы выбрасывать отходы в специально установленные баки, разбрасывают их, превращая улицы в помойку. Даже на шикарной площади корпораций была та же ерунда — везде валялись коробки и пакеты из-под фастфуда... Они остановились неподалёку от огромной водокачки и вышли из машины. Уорд повёл девушку к дальнему дому в конце улицы. Обстановка жилища была очень скромной, даже бедной: у входа расположился аквариум с растениями, всюду стояли картонные коробки, будто хозяева переехали сюда совсем недавно; стены, разрисованные явно детской рукой, пестрели разноцветными каракулями, а пол, покрытый серым ковролином, был невероятно старым и грязным. Впереди виднелась ещё пара комнат, закрытых дверями. Хозяйка дома нашлась на кухне — она мыла посуду и, услышав шаги, обернулась. — Ривер? — она явно была не рада его видеть. — Или тебе что-то надо, или есть новости о Рэнди, иначе ты бы не попёрся в такую даль. — Джосс, это Ви, — представил он девушку своей сестре. — Она мне помогает в поисках Рэнди. Я... я не знаю, как тебе сказать, но... в общем, Рэнди похитили. Женщина застыла, будто не могла поверить своим ушам. Её лицо побледнело, а губы безмолвно шевелились. Она пыталась что-то сказать, но словно онемела, глядя на брата, принëсшего страшную весть. — Похитили? Но он жив, правда?! — со слезами на глазах спросила она наконец и закричала: — Ривер! Отвечай мне! — Полиция поймала похитителя, — ответила за него Ви. — Он получил пулю в голову и лежит в коме под охраной. Мы хотим осмотреть вещи Рэнди, чтобы найти зацепки, если ты не против. Мы делаем всё, что можем, чтобы найти его, Джосс. — Только не сломайте ничего, — не раздумывая, разрешила женщина. — Он не любит, когда копаются в его вещах... Они вышли из дома и отправились к соседнему трейлеру. — Это их старое жильё, — пояснил Ривер, когда они вошли. — Рэнди занял его, когда я купил им новое. Ты осмотрись, а я пока переберу мусор. — Ну и бардак, — прокомментировал Джонни и с явным одобрением добавил: — Прямо как у меня в старые времена... Обстановка и впрямь была так себе: обшарпанные стены, всюду валяющийся мусор, тот же серый и грязный ковролин на полу; на стене висел покосившийся шкаф, державшийся на честном слове. На маленькой полочке лежал очень старый ключ, и Ви взяла его, думая, что он пригодится. Видимо, парень интересовался музыкой: в отдельном углу стояла старая гитара из красного дерева, на полке — граммофон, а стену украшали небольшие плакаты любимой группы. Девушка заглянула в душевую и уборную, но, не найдя ничего интересного, кроме крошечной баночки с неизвестными таблетками, зашла в спальню. В каморке было на удивление гораздо опрятнее и чище, чем в остальном помещении. У стен, местами украшенных плакатами, расположились кровать, стол с фотографией, на которой был запечатлён Рэнди с красивой девушкой, шкаф с журналами и книгами и прикроватная тумбочка с запертыми выдвижными секциями. Ви, раздумывая, достала найденный на кухне ключ и, вставив его в замок, мягко повернула; раздался щелчок, и ящик выдвинулся, являя носитель с какой-то игрой. Повинуясь интуиции, она заглянула под кровать и увидела явно навороченный компьютер. — Эй, Ривер! — когда он подошёл, она добавила: — Дорогая техника. Рэнди мог себе такое позволить? — Ты серьёзно? — он вытянул устройство из-под лежбища, открыл его и поставл на стол. — Это железо стоит дофига, он не мог себе такое купить... Я бы туда залез, но сомневаюсь, что он кому-то говорил пароль. Можешь взломать? — Кто сказал «взломать»? — послышался голос Соми в голове. — Чего ты ждёшь? Подключайся. — Это магическое слово, чтобы вызвать тебя на помощь. Следишь за мной? — Я же сказала, что буду за тобой присматривать. Головоломка с кодами была решена меньше чем за секунду. Ривер, изумлённо выдохнув, попросил её пошариться в устройстве самой. Содержимое сообщений их не разочаровало: юноша часто переписывался с маньяком, прикидывающимся добрым, заботливым и понимающим дядюшкой. Напарникам только и оставалось, что ужасаться мастерству тонких манипуляций, с которыми этот ублюдок промывал мозги подросткам: рассказывая Рэнди о своей жизни и отце, он филигранно дёргал за ниточки, втираясь к парню в доверие. Маньяк даже вычислил его домашний адрес и выслал, судя по коду доставки, из Пустошей в подарок игру, которую Ви нашла в запертой тумбочке. У преступника имелся свой сайт, который Рэнди смог найти. Харрис умудрился так подчинить себе подростка, что тот сам захотел с ним встретиться, да ещё и с такой радостью, будто собирался в луна-парк... Ви перешла во вкладку файлов и наткнулась на омерзительный мультик: в нём изображались стойла с измождёнными, тощими коровами с пустыми чёрными дырами вместо глазниц, рядом с которыми стоял круглый бородатый человечек на тоненьких ножках с жуткой улыбкой, в ковбойской шляпе и сапогах. К носам и спинам несчастных бурёнок были подключены трубки, тянущиеся наверх, к непонятным чанам, из которых в животных накачивалась неизвестная субстанция; к вымени также были прикреплены шланги с доильным аппаратом. Но вот человечек вытянул ручку и, словно помахав зрителям, со всего размаху так ударил корову по морде, что у неё чуть не вылетела вставная челюсть. Картина повторялась снова и снова... Это была словно какая-то отвратительная пародия, карикатура, от которой у Ви слегка поплыло перед глазами, а к горлу подступила тошнота. Девушка закрыла слезящиеся глаза и потёрла щёки руками, глубоко дыша ртом и пытаясь успокоиться. — Какая же мерзость, просто пиздец, — прошелестела Соми. Взяв себя в руки, она перешла во вкладку сетей и увидела страницу, о которой ранее писал Рэнди. Вспомнив сообщение от Натали, его девушки, Ви кликнула по картинке и очутилась на скрытом сайте Энтони Харриса. На главной странице он, называя себя пастухом, который заботится о своём стаде, приглашал присоединиться к нему, обещая поддержку и помощь заблудшим путникам. Во вкладке файлов осталось лишь название того самого жуткого мультика, который Рэнди успел скачать до того, как маньяк его удалил. — Ви, вот оно! Это то, что нужно для Явэнь! Это ключ к сознанию Харриса! Сейчас отправлю его ей. Но нам ещё желательно узнать IP-адрес этого ублюдка. Может, применишь свою нетраннерскую магию? — Чародейка моя, не соблаговолишь ли ты... — Готово. — Супер! Мы выжали из этого максимум. Явэнь сказала, что скоро пришлёт результаты. Пойдём поедим, что ли? — Что-то не хочется. Зато я ужасно хочу спать. — Ви, останься, пожалуйста, скоро она пришлёт записи. Ты можешь переночевать здесь, если хочешь, Джосс не будет против. — Хорошо. Доброй ночи, Ривер. Он ушёл. Ви легла на кровать и завернулась в плед, глаза закрывались сами собой. Энграмма Сойки присела на кровать. — Ви, я глянула: у этой мрази есть ферма в Эджвуде, имей это в виду. Кроме того, весь двор — это сплошное минное поле, в комплекте ещё четыре турели: две у дома и две у ворот в хлев. Камеры выходят только во двор. Пожалуйста, будь осторожна. — Мы справимся. И огромное спасибо за помощь. Подруга отключилась, и Ви провалилась в сон. Ей казалось, что она не проспала и пяти минут, как её бесцеремонно растолкал Ривер и, едва она села, сунул в руки обруч с уже вставленным чипом с брейндансами снов Харриса. От души надеясь, что не блеванёт от отвращения, она подключилась к устройству и погрузилась в воспоминания маньяка. Первое воспоминание больного ублюдка было из детства. Он сидел в столовой, принадлежащей школе или какому-то воспитательному учреждению, без аппетита ковыряясь вилкой в тарелке. Напротив него сидел учитель: он пытался выяснить у несговорчивого ребёнка, зачем тот убил черепаху семьи, которая его усыновила, ведь это хорошие люди. Беседа закончилась тем, что Энтони просто послал учителя на хер. Тот, вскочив и побагровев от злости, помчался докладывать директору о хамстве, грозя вдобавок обо всём рассказать его новой семье. Ви перешла в режим изменений, исследуя пространство. На стене висели пара плакатов: один был мемориалом жертвам массового убийства в сорок четвёртом году, второй — про городок Лагуна-бэнд, который затопили чуть позже. Следуя за учителем и Энтони, девушка увидела кубок на застеклённом пьедестале — в сорок втором году они заняли первое место по рестлингу между школами. Второе воспоминание перенесло Ви в хлев. Мальчик гладил корову, на голову которой была натянута странная маска, смахивающая на противогаз без глазниц. Из задумчивости его вывел злобный окрик отца: — Тони! Подойди сюда! — когда ребёнок приблизился, он продолжил бушевать: — Ты ничё не забыл? Я тебя спрашиваю! — и залепил сыну пощёчину. — Уровень холина и метионина. Ты не видишь ничего странного? — Что? Слишком низкий? — Ты должен был проверить перед школой! Чё в своё оправдание скажешь? Эта корова умрёт из-за тебя. Убьёшь её так же, как мать убил! — Пап, прости меня... — Не оправдывайся! Просто подкрути ей гормоны. И выключи уже этот идиотский мультик! Я тебе сколько раз говорил, не оставлять его! Энтони робко и нехотя пошёл в кабинет отца с панелями управления и компьютером, потирая красную от удара щëку, зная, что путь к нему лежит через комнату, предназначенную для забоя скота. Приблизившись к прикрытому полупрозрачными шторами помещению, мальчик увидел темный силуэт женщины, который тут же исчез, когда он отодвинул занавеску. Добравшись до устройства, он выполнил приказы отца, подкрутив гормоны и выключив тот самый отвратительный мультфильм, который она видела в компьютере Рэнди. Ви начала сканировать коровник, и результат показал, что животные принадлежали «Биотехнике» и были больны. Папаша Харриса пичкал бедных коров всяким дерьмом: у каждого стойла находился биоскан с контролем за здоровьем скота и система впрыска гормонов и антибиотиков, в корм также вносились различные добавки. Третье и последнее воспоминание перенесло девушку уже во взрослые годы Энтони. Мужчина сидел, смотрел свой любимый мультфильм и вскоре заметил, как один из пленников со стоном полз в сторону ворот, пытаясь сбежать из хлева. Ви, не став смотреть очередную жесть до конца, сразу перешла в редактор и принялась исследовать окружение. Она поняла, что оказалась в логове психопата. В помещении была куча запчастей для турелей и противопехотных мин, бочки с горючим, на стене висел пожарный сертификат. Девушка также обнаружила компьютер, к которому были подключены боксы с той самой дрянью. Двигаясь за маньяком, она с ужасом увидела лежащих на специальных металлических поверхностях зафиксированных подростков; многие «столы» были уже пусты, что навеяло определённые неутешительные выводы. На головы мальчишек были надеты те же непонятные резиновые «шлемы», напоминавшие противогазы без глазниц, к которым через шланги были подключены те самые чаны с непонятной смесью. Подобравшись к воротам, Ви обнаружила световые вышки, на которых рекламировали новый альбом группы «Ас Крэкс», и поняла, где находится очередной ад на земле — она там уже бывала, и Соми говорила про это место... — Ривер, я знаю, где это. Это ферма «Эджвуд», — девушка отключилась от брейнданса и сняла обруч. — Ты точно уверена?! — Поехали уже! Они выбежали из дома. Занимался рассвет, но на улице было темно, словно ночью: шёл сильный дождь. Запрыгнув в машину, напарники на полной скорости погнали к логову маньяка; по дороге Ривер не переставал ругать себя за то, что не поддерживал и не помогал племяннику. Прибыв на ферму и, видя, что хлипкие ворота на замке, просто вышибли их. Ви краем глаза успела заметить своего «Ктулху», стоящего в отдалении, и поняла, что Соми тоже здесь. Турели, о которых её предупреждала подруга, были обезврежены, как и мины между домом и загоном для скота. Камеры в дружественном режиме следили за ними. Мысленно поблагодарив и расцеловав нетраннершу, девушка выскочила из машины и, не теряя ни секунды, помчалась к дому; Ривер следовал за ней по пятам. Дверь в жилище с шипением отъехала в сторону, впуская их внутрь. Двухэтажное здание производило гнетущее впечатление — оно казалось заброшенным уже много месяцев. Внутри царил полный хаос: повсюду виднелись следы запустения. Пыль покрывала всё, что попадалось на глаза, в углах скопилась грязь, а пол был завален мусором. Вещи были разбросаны в беспорядке, мебель стояла хаотично, словно её расставлял человек в состоянии безумия. Стены были исписаны неразборчивыми каракулями, которые, судя по всему, принадлежали Харрису; разобрать слова было практически невозможно — каждая строка была замарана, словно автор зачёркивал свои мысли, пытаясь избавиться от них. На втором этаже, зайдя в спальню, она наткнулась на компьютер, который маньяк использовал для общения с подростками. Под столом Ви обнаружила кнопку: нажав на неё, она увидела, как ложная стена отодвигается, являя потайную комнату с еще одним компьютером и панелью управления безопасностью на ферме. На тумбочке лежала странная дубинка с клеймом «Динь-Динь», обладающая эффектом электрошока и оглушения. Выбежав из дома, девушка устремилась в хлев, и, как только она приблизилась к секционным воротам, они медленно задрались, впуская её внутрь. То, что явилось её взору, было воплощением кошмара из брейнданса. Она почувствовала страх, боль и шок; сердце в груди трепетало пойманной птицей. На столах лежало несколько подростков. Ви, используя импланты на ногах, огромными рывками кинулась в кабинет упыря, где, она знала, находится пункт управления этой адской машиной. Отключив панель, она с той же скоростью бросилась освобождать мальчишек, трясущимися руками отстёгивая от шлемов трубки с дьявольским зельем. Трое парней, включая Рэнди были живы, но один умер два дня назад. Ви помогла Риверу отстегнуть фиксатор на племяннике и сняла с него маску; юноша сделал вдох и приоткрыл глаза...

***

Дождь перестал, выглянуло солнце — его лучи заиграли на мокрых поверхностях, рассыпаясь бликами по лужам. Ви сидела на ящике, прихлёбывая остывающий кофе из одноразового стаканчика, и наблюдая, как Травма загружает в ави пострадавших. Шокированные полицейские, оцепив участок, стояли группкой в стороне, обсуждая произошедшее. Вскоре напарник, мрачнее тучи, подошёл к ней. — Ривер, мы сделали это, — с облегчением произнесла девушка. — У нас получилось! — Да, получилось, но для меня ещё ничего не кончено, — процедил он. — Выродок должен ответить за этот кошмар. И ответит! Я его голыми руками задушу... — Перестань. Он теперь просто овощ, который сам даже дышать не может. Ты что, из-за ублюдка себе жизнь сломать решил? А как же твоя сестра и племянники? Ты подумал, что с ними будет? Тебе нужно думать о них в первую очередь, а Харриса... Его и так ждёт смерть. Родители погибших детей об этом позаботятся, а может, и сами копы тихо удавят. Короче, не марай руки. — Может, ты и права, — подумав, нехотя ответил Ривер. — Мне в любом случае надо побыть одному и всё обдумать. Их разговор прервал сотрудник Травмы: — Мы готовы лететь, ты с нами? — Да, сейчас. Спасибо тебе Ви, за всё. — Звони, если что, только не ночью, окей? — усмехнулась наёмница. — Как скажете, мэм. Она допила кофе и, проводив взглядом последнее ави, уносящее в воздух Ривера и Рэнди, тяжело вздохнула. Подруга по-любому заждалась, но Ви знала, что она не будет ворчать. Девушка вышла за ворота жуткой фермы, и «Ктулху» подъехал к ней. С чувством невероятной усталости, печали и опустошения, сев на пассажирское сиденье, она взглянула на Соми, но та молчала, лишь в глазах читались безграничные сочувствие и понимание. Они поехали домой.

***

Ви гуляла на рынке «Цветок сакуры» в одиночестве — Соми задержалась в Посмертии, выполняя какой-то заказ для Бестии. Вечер, подобно покрывалу, медленно накрыл город. Спускаясь на нижнюю площадку, девушка наткнулась на мужчину, играющего на гитаре незатейливую, но приятную мелодию, и остановилась его послушать. — Ну, как тебе музон? — На мой невзыскательный слух — ничего так. Не напрягает, во всяком случае. — А знаешь почему? Потому что техника — это не главное. Важны эмоции. Парню явно есть что сказать, — с видом знатока вещал довольный Джонни. — Надрыв есть, этого не спрячешь. Не слишком уверенно держится на сцене, руки не поставлены, вылетает из ритма, но... в целом неплохо. — То ли обосрал, то ли похвалил, — усмехнулась Ви и спросила: — Ты так же начинал? Играл на улицах и мечтал собирать стадионы? — Не смеши. Некогда мне было карабкаться к славе. Я был занят — сотрясал мировые устои! — Пробившись наверх, получаешь аудиторию, — возразила девушка. — Если мир тебя знает, то и трясти его попроще... — За всё надо платить, моя милая. Если ты своими песнями плюёшь в корпоратов, какой лейбл тебя подпишет? А проданные идеалы и принципы обратно хрен ты выкупишь. — Да уж, ладно прибедняться, залы ты собирал. Я память-то видела! — Ну да, играли, где могли: в парках, на заброшках, в подпольных клубах... У нас сразу была аудитория. Кто-то нас даже записывал, хотя мы были ещё никто. — Оооу, значит, где-то ещё есть старые бутлеги «Самурая»? — игриво протянула Ви и, ухмыльнувшись, добавила: — Найду эти записи и буду визжать от восторга всякий раз, как ты со мной заговоришь! Как тебе план, родной? — Только, блядь, попробуй! — чуть ли не смеясь, ответил он, показывая кулак. — Ладно, шутки в сторону. Записи еще существуют? Прошло столько времени... — Вообще, тут недалеко «Радужная каденция». Мы играли в этом клубе до распада группы. Отличное место. Народ там собирался адекватный, попробуй спросить там. Побродив по территории рынка, мягко освещаемой красивыми китайскими фонарями и светом неоновых вывесок, Ви отыскала нужный участок, только там вместо клуба ныне расположилось небольшое уличное кафе. — Джонни, мне жаль, но вместо твоего «отличного места» теперь находится забегаловка... — Что ж, тупое потреблядство опять победило, — разочарованно ответил друг. — Вот почему поверженный воин не должен возвращаться. Иначе он однажды увидит, как все его идеалы превращаются в дерьмо. Девушка решила не сдаваться и спустилась в кафе. Двое сотрудников как раз отдыхали — не было посетителей, и можно было со спокойной душой пристать к ним с расспросами. — Привет! Знаете что-нибудь про бутлеги «Радужной каденции» или «Самурая», например? — «Самурай», — задумчиво протянул продавец, — а, стрёмная красная рожа на чёрном фоне? Да, даже я про них слыхал. Сюда часто приходит один тип в их футболке, и к нему друзья подваливают, такие же чокнутые... Он, кстати, трётся тут, на рынке, торгует записями древних инди-групп. — Понятно, спасибо! Ви снова отправилась на поиски. К счастью, рынок был небольшим, и тот самый тип нашёлся довольно быстро. Мужчина был невысоким; солидный возраст выдавали глубокие морщины и убелённая сединой голова. Чёрные колючие глаза и тонкие, сжатые губы придавали лицу не очень дружелюбное выражение. На прилавке лежало множество пластинок различных групп. Девушка подошла к нему и сразу решила брать быка за рога: — «Самурай» у тебя есть? — Ха! Еще спрашиваешь. Да любую назови, найдётся! Сильверхенд был мессией от рок-музыки! — блаженно, с чуть ли не с придыханием говорил дед. — Я бы бесплатно его записи раздавал, но ведь надо на что-то жить! — Мне нужны реально крутые записи, а точнее — бутлеги первых концертов «Самурая». — Первых концертов... да ты, я смотрю, вообще не в теме! Не понимаешь, что спрашиваешь о легенде!!! Уж не знаю, откуда тебе стало известно про записи, но иди-ка ты на хуй! Это не для случайных людей. — Я тут уже бывала во времена «Радужной каденции», бутлег был бы напоминанием о старых добрых деньках... — Поглядите-ка на неё, пиздит — как дышит! Ну ладно, — хитро сощурился дед. — Как прошло третье выступление «Самурая»? — Ну, Джонни, радость ты моя, не желаешь рассказать немного истории о своей группе? — А... да. Третий концерт, — рокер довольно улыбнулся. — Как сейчас помню, я поджёг гитару и расхерачил её об сцену. Народ был в восторге! — Ну так чего, долго ждать?! — Джонни поджёг свою гитару и об сцену её разбил. — Так и знал, что врёшь! — продавец потряс пальцем. — Какой дурак станет на первом концерте ломать гитару? Новая-то денег стоит! — Джонни, твою мать! Это что за саботаж? — злобно зашипела Ви. — Ну вот зачем?! — Затем, что это весело, а мне скучно. А ещё мне не нравится твоё конформистское ебло, — он едва не смеялся, но милостиво продолжил: — Наш третий концерт прошёл в «Каденции». Случился небольшой пожар, пьяные придурки заливали его пивом. Денни подпалили хайр, она потом долго парик носила, не хотела вживлять импланты. — В «Каденции» случился пожар, и пьяные придурки пытались потушить его пивасом. И Денни подпалило хайр. — Ха! Я чуть было сам об этом не забыл. Говорят, пожар сам Джонни устроил, бросив сигарету. — Брешут. Это была сигарета Керри, но если где пожар, то его, конечно же, раздул я. — Всё равно не верю, что ты там была, малявка. Да и похер! Только истинный фанат знает такие подробности! Ладно, есть кое-что для тебя... — Порывшись в коробке под прилавком, он бережно положил на стол, словно какую-то святыню, пластинку в потрёпанной временем обложке. — Держи! Неси людям слово Сильверхенда! — Круто, спасибо! — Девушка довольно улыбалась, прижимая к себе ценное приобретение. Можно будет с Соми послушать, ей нравились первые два альбома «Самурая». Она медленно направилась к выходу с рынка. — Говорят, что время — лучший учитель. Раньше я думал, что так и есть. Но вот ему уже явно за шестьдесят, а он всё живёт в двадцатом году, — с печальной задумчивостью произнёс Джонни, шагая рядом с Ви. — Я подорвал «Арасака-тауэр», и чего толку? Башня стоит на прежнем месте. Не люблю смотреть на людей, кто живёт прошлым. Люди должны меняться. И люди, и мир вместе с ними. — Но ведь что-то же изменилось за столько лет. — Ага, конечно. Показухи стало больше. Новые вкусы появились у фруктозного сиропа, новые разъёмы. Арасака просто сменила лицо — всё то же дерьмо, только в новой упаковке. Уже никто не помнит, что слово «человек» не означало кожаный мешок, набитый ширпотребными имплантами. Он исчез. Ви, раздумывая над словами друга, покинула рынок и направилась было к машине, как её остановил парень: — Эй, сестра! Не хочешь самый безбашенный брейн? Это просто отвал башки и чистый адреналин! Просто охренительный, ты не пожалеешь! — он заговорщицки подмигнул девушке. — Ну и что там у тебя? — Для тебя — самое лучшее, что есть в Найт-Сити, красотка. Вирт просто огнище! — И откуда он? У тебя хоть лицензия на торговлю есть? — с подозрением пробурчала Ви. — Да чё за вопросы, кому это надо ваще?! Мой товар такой охуенный, что ни в какую лицензию не лезет. — Ладно, беру. — Очень хорошо, — довольно проурчал продавец, когда эдди упали на его счёт. — Только эта запись очень старая, навороченные обручи её не потянут, но могу свой одолжить. — И почему у меня ощущение, что воняет наебаловом... — словно самой себе рассеяно пробормотала девушка. — Не-не, ты чё! Можешь хоть тут посмотреть, потом пойдёшь по своим делам. Он проводил её до каморки сделанной из грузового контейнера, без двери, с отсутствующим стеклом на окнах, и усадил на потрёпанный временем диван. Протянув устройство, он наблюдал, как она, явно колеблясь, вставляет щепку в обруч и надевает его на голову. Ви активировала запуск и потеряла сознание.

***

Соми приехала из Посмертия чувствуя странное, растущее беспокойство, которое не поддавалось объяснению, и неожиданно квартира встретила её пустотой — хозяйка отсутствовала, хотя она должна была вернуться примерно с час назад. Только Нибблс тёрлась о её ноги и голосила, требуя ласки. Девушка погладила кошку и нахмурилась, чувствуя неладное. Она попыталась связаться с подругой, но та не отвечала на звонки; осторожно пробилась к биочипу, но и там, к её изумлению, была тишина. Чувствуя, как то самое беспокойство резко переросло в ужас, Сойка заметалась по комнате, схватившись за голову трясущимися руками, стараясь успокоиться, но было тщетно. «Паника — враг любой операции», — говаривал Рид, когда её обучал, но мысли бешеным вихрем проносились в голове, мешая сосредоточиться и как следует подумать. «Мне сейчас придётся все камеры в городе перебрать… Камеры», — Соми резко остановилась и посмотрела на установленное вместо бильярдного стола мощное нетраннерское оборудование, которое они купили специально для неё, чтобы глубоко погружаться в Сеть. Надеясь, что такие меры пока что не понадобятся, девушка присела на диван и, активировав импланты, запустила протокол доступа к городской системе видеонаблюдения, обойдя первичные фильтры через заранее заготовленный бэкдор. Переключившись на сеть десятков тысяч камер, она отыскала район Глен и начала с него, чтобы отследить путь подруги. Вскоре цифровой маршрут привёл её на рынок «Цветок сакуры», где гуляла Ви. Девушка приобрела пластинку, поднялась наверх и встретилась с мутным парнем, зашла в какую-то импровизированную халупу, и вот несколько человек из Мусорщиков, как показало сканирование, забирают бесчувственную наёмницу, запихивают в чёрный фургон и увозят в своё логово в Джапан-тауне. Камер внутри здания, куда доставили Ви, не было, и это сводило её с ума. Страх мгновенно сменился злостью. Позвонив Риду, она поделилась новостями о том, что Ви похитили какие-то бомжи; он же никак не мог поверить, что наёмницу загребла самая жалкая банда на улицах Найт-Сити, и даже подумал, что Соми его разыгрывает. Услыхав в голосе бывшего наставника недоверие, а затем и смех, нетраннерша пришла в бешенство. Внимая её возмущённым крикам, он понял, что девушка не шутит, и пообещал помочь. Дожидаясь Рида, она заглянула в хранилище, взяла богато украшенный пистолет, некогда принадлежавший Джеки, и вышла из дома. Новенький чёрный Тортон на всей скорости уносил их в Уэстбрук. Вскоре они подъехали к многоквартирному дому и вышли из машины. В переулке у подъезда напарники удачно наткнулись на парочку щуплых, курящих бандитов, оживлённо беседующих между собой: — Помнишь ту мелкую шлюху, которая заявилась сюда и шмаляла из всех стволов? — Ну да, с ней ещё был тот бугай, вроде из Валентино... — Точняк! Это точно она! Вот и пришло время расплаты! Ох, чё мы сделаем с ней, когда она проснётся!... Рид бесцеремонно прервал его радужные мечты, внезапно прострелив ему голову и, схватив за горло второго, приподнял, прижав к стене: — Где девушка, о которой вы только что говорили? — спросил он таким спокойным и мягким голосом, что Сойка содрогнулась. — На пятнадцатом этаже! — прохрипел бандит, выпучив глаза и слабо дёргая ногами, вцепившись побелевшими пальцами ему в руку. — Отпусти, я всё ска... — Он не договорил, потому что Рид сломал ему шею. Поднявшись на лифте, они очутились в длинном, тёмном, грязном, вонючем коридоре с исписанными стенами и полом; достав оружие, приготовились к схватке, быстро и тихо двигаясь по узкому пути. Не переставая удивляться тому, как народ живёт по соседству с мясниками, напарники очутились перед беспечно открытой дверью. Войдя неслышной поступью, они оказались в помещении с кучей совмещённых между собой комнат, казавшихся лабиринтом. Кругом была грязь, мусор, воняло кровью и разной степенью разложения. Заглянув в соседнюю каморку, отдалённо напоминающую операционную, они увидели «мусорщика», сильно увлечённого снятием имплантов с очередного мёртвого бедолаги и мурлыкающего себе под нос незатейливую песенку. Находившиеся рядом холодильники почти до отказа были забиты органами и имплантами; на полу также стояли контейнеры, куда ублюдок старательно складывал «запчасти» с трупа. Бесшумно убрав его, они двинулись дальше, тихо избавляясь от встречающихся на пути врагов, но Ви нигде не было. Нервничая всë сильнее, в последней комнате они обнаружили шкафчики с вещами жертв; пока Рид вскрывал их, Соми залезла в компьютер, где в сообщениях некая Люба писала одному из лидеров банды, что их протеже Стефан подогнал им ту самую девку, которая несколько месяцев назад с латиносом заявилась сюда и перебила половину их людей, рекомендуя устроить ей особую программу... Рид нашёл вещи Ви. Отлипнув от монитора, Сойка уже знала, что сделает с тем уёбком. Её взгляд упал на ещё одну дверь, но заблокированную.

***

Ви очнулась от пронизывающего холода. С трудом приоткрыв глаза, она обнаружила, что валяется на грязном кафеле в чем мать родила. Дрожа и выбивая зубами дробь, девушка со стоном попыталась сесть, чувствуя ужасную головную боль и слабость во всём теле, но ничего не вышло. На глазах словно была полупрозрачная пелена, её тошнило. Проведя руками по лицу, Ви медленно оглядела смутно знакомое помещение и вскоре поняла, что очутилась в той самой ванной комнате, откуда они с Джеки когда-то вытащили Сандру Дорсетт. Какая ирония — спасатель оказался на месте жертвы... — Неудивительно. Только я мог застрять в мозгах самой тупой наёмницы Найт-Сити, — Джонни сидел на унитазе и насмешливо смотрел на неё. — Ты, блядь, башку включи! — «Мусорщики»... Выходит, нагрел меня, урод... — Хм, значит, кукушечка не совсем ещё отъехала, это радует! — продолжал язвить он. — А ещё у него можно старый шприц купить. Совершенно безопасно, никакого риска! Вставай давай, пока из тебя котлету не сделали! — Легко сказать... Я даже сесть не могу, Джонни. — Идиотка! Раньше об этом надо было думать! Дверь внезапно распахнулась. На пороге стояли Рид и Сойка. Нетраннерша, мгновенно оценив ситуацию — Ви была голой, — выхватила у напарника вещи и без слов выставила его за дверь. Она помогла подруге одеться, но та не могла стоять на ногах. Рид молча поднял её на руки и вынес из здания. Уложив Ви в машину, они поехали к Виктору. Пока Вик матерился, а Рид и Мисти сидели в немом укоре, Сойка тихо выскользнула из клиники. Сев в машину напарника, она поехала на рынок — туда, где Ви попала в ловушку. Ночь. На улице — ни души. Камера, выходившая на этот участок, перешла в неактивный режим. Стефан, ничего не подозревая, сидел на корточках в тёмном углу. Он насвистывал, раскладывая ворованные вещи и прикидывая, как их сбыть. Соми тихо подошла к нему сзади и, слегка склонив голову к плечу, пристально наблюдала за ним какое-то время, пока ублюдок не достал из мешка и не положил отдельно на картонку «Малориан», кайкэн и тот самый бутлег первых концертов «Самурая», принадлежавших Ви. Внезапно он замер: из темноты за его спиной донёсся тихий, спокойный голос: — Интересный выбор. Стефан испуганно вскочил, но не успел обернуться. Глаза Сойки вспыхнули зловещим красным светом. Его тело мгновенно покрылось алыми светящимися узорами. Он закричал — жутко, протяжно. Его оптика и импланты начали плавиться изнутри, стекая по лицу раскалёнными каплями. Тело забилось в конвульсиях от мощного импульса Чёрного заслона. В последний раз его прошили красные молнии, и он рухнул на землю дымящейся грудой плоти и металла. Сойка забрала вещи подруги, забросила тело в мусорный контейнер и прикрыла его мешками. Она прекрасно знала: завтра утром приедет утилизатор, и эту тварь никто не станет искать. Улыбаясь с чувством глубокого удовлетворения, она возвращалась в клинику.