Глава 19. Начало конца

«This isn't the killing house anymore, this is real life»

- боец SAS, Counter-Strike 2

      Тишина ночи опустилась на школоносец «Котин», идущий по водам Балтийского моря. Шёл снег и улицы были укрыты в белое покрывало и твёрдую оболочку изо льда.       В доме Шрама пахло свежезаваренным чаем и бумагой. Дмитрий сидел за столом, подперев голову рукой. На экране тактического планшета светилась карта части полигона, на котором завтра должен был пройти основной бой: заброшенного индустриального мегаполиса с лабиринтами заводов, узкими переулками и глухими промзонами.       Тайминги артиллерии «Чёрной смерти», привезённые Гроссмейстером, были посекундно изучены и просчитаны. План казался безупречным: заманить морпехов в город, лишить их артиллерию прямой наводки и за счёт превосходства в лобовой броне модернизированных «Тифона», «Ареса» и «Януса» перемолоть противника в городе в клинче, в то время как лёгкие танки перебьют «богов войны». Были продуманы и роли 2-х новых танков, ставших изюминкой в составе «Гамбита». Это были РБТ-5, получивший позывной «Афина» и Ho-Ri Prototype «Гиперион».       Вдруг эту тишину разорвал резкий, вибрирующий звонок. На экране мобильника высветился неопределенный номер. Дмитрий нахмурился, провёл пальцем по экрану и приложил трубку к уху. Он молчал, ожидая, пока заговорят на том конце.       — Не спишь, Гроссмейстер? — раздался в динамике глубокий, хрипловатый и пугающе спокойный голос.       Влад Морозов. На заднем фоне у него слышался глухой, ритмичный стук танкового двигателя. Видимо, «Чёрная смерть» в последний раз перепроверяла исправность «сердца» танков.       — Некогда спать, надо же план перепроверить. — ровно ответил Дмитрий, словно не удивившись позднему звонку. — Решил проверить настрой соперника перед тем, как он превратит твои танки в металлолом?       Влад негромко и невесело рассмеялся. В этом смехе не было злости - только сухая, выжженная усталость человека, который видел слишком многое.       — Настрой у моих парней всегда один, Дима. Идти до конца. Я звоню не ради бахвальства. Просто...хотел поговорить с единственным командиром в этом турнире, который понимает, что танк - это не спортивный снаряд с лазерными датчиками, а тонны стали, созданных для уничтожения.       — Раз уж ты настроен на откровенность, Влад, то...задам вопрос, который мне не дает покоя. Я общался с представителями других школ. Многие из них до сих пор вздрагивают при упоминании тебя и твоего стиля. Откуда в вас, обычных школьниках, эта жестокость? Это бесстрашие, граничащее с безумием? Ведь, что бы мы с тобой не говорили, Сенша-До - это просто игра. Спорт под эгидой Федерации.       На том конце провода повисла тяжёлая, звенящая пауза, нарушаемая лишь ровной работой мотора.       — Игра, говоришь... — тихо, с леденящим душу спокойствием наконец произнёс Дракула. — Для Махо Нишизуми, Дарджилинг и всех этих рафинированных «гражданских» девочек - это игра. Благородное искусство, устав, красивые чаепития и маневры по линеечке. Они играют в войну, Холодов. А мы с парнями в ней по настоящему были. Я был.       Морозов сделал глубокий вдох, и его голос упал до зловещего шепота.       — Ты слышал про так называемую трагедию «Петропавловска»?       —Да, припоминаю. Вам со всех школоносцев гуманитарную помощь отправляли. Даже нас задействовали.       — Угу. 2 года назад наш школоносец напали пираты в нейтральных водах. Настоящие, суровые наемники, которым плевать на правила Федерации и белые флаги. Тогда погибли наши ребята. Погиб Максим Воевода - наш первый командир, мой лучший друг, и...тот, кто стал мне, как брат. Мы отбивали доки, школу, дома с жителями своими силами, запрыгивая в недоукомплектованные танки без боезапаса, давя врага гусеницами вслепую. Железо не прощает ошибок, Дмитрий, тебе это известно. Но люди бывают куда безжалостнее железа. Мы хоронили своих товарищей под шум выстрелов из автоматов. И когда я принял командование «Чёрной смертью», я поклялся себе: никто и никогда больше не заставит моих парней бояться.       Дмитрий молчал, нахмурившись. Шрам на его лице едва заметно натянулся. Он вспомнил свой несчастный случай с казенником в мастерской, свою изоляцию от мира - но то, через что прошел Морозов и его экипажи, было настоящим, нефильтрованным адом.       — Война, Дима, - это страшно. Всё, что показывают нам про войну по телевизору; стрелялки, в которые мы играли будучи маленькими; сериалы и фильмы про войну - всё это полная херня. Пока сам через это не пройдёшь, то не поймёшь. Мои парни во время катастрофы впервые в жизни столкнулись с этим: с убийством, со смертью. Это я был уже привыкшим. Мои слова тогда, во Владивостоке про Донбасс не были шуткой. Я был разведчиком в батальоне «Сомали» и на протяжении нескольких месяцев жил в окопах, пока на меня сыпались снаряды противника.       Морозов по ту сторону телефона говорил такие вещи, о которых Холодов боялся даже вообразить. Они оба ровесники, но каждый жил свою жизнь по своему. На секунду Влад сделал глубокий вдох и продолжил.       — И знаешь что?       — Что?       — Я тебе завидую.       — И в чём же? - усмехнулся Гроссмейстер.       — В отличии от меня ты не видел смерть. По крайней мере в таких обстоятельствах, в которых видел её я. Пока ты спокойно учился в школе, я чистил автомат в блиндаже. Пока ты получал новые знания на уроках, я полз в зарослях к позициям врага. Пока ты заводил новых друзей, я терял товарищей, с которыми делил еду и кров. Пока ты спокойно спал в своей кровати, я сутками был на ногах, пока окопы перепахивала вражья арта, а сам думал лишь о том, что доживу ли до следующего дня, и увижу ли мать, отца и брата.       Дмитрий никогда не думал, что легендарный танкист будет рассказывать ему о себе и своём прошлом. Его охватило чувство будто он сидит и слушает рассказы ветерана Великой Отечественной войны.       — Мы имеем много общего, Холодов. Мы оба танкисты. Мы оба командиры. Мы оба будущее нашей страны. Хех...даже смерть во время нашего с ней танца сумела нас поцеловать. Твой шрам тому подтверждение. Тебя, можно сказать, она в щёчку чмокнула, ну а если брать меня с моим глазом и несколькими пулевыми и осколочными ранениями в теле, то она засосала меня по самые дёсна. Ха-ха...но при всём при этом мы разные. Ты - инженер, я - солдат. Ты - созидатель, я - защитник. Твоё оружие: чертежи, гаечный ключ и сварочный аппарат, а моё: автомат, штык-нож и граната. И, если...тьфу-тьфу-тьфу, не дай Бог, грянет война, то мы встанем горой за то, что нам дорого. Только ты будешь создавать такие неведомые ещё миром пушки, а я буду их использовать против врага.       Морозов снова вздохнул. Холодов понял, что разъяснение этой политинформации даётся морпеху тяжёло. Самое неприятное для человека - вспоминать самое плохое в жизни.       — Эх...я хочу, чтобы ты знал, Дима. Не дай Бог тебе когда-нибудь удаться лицезреть войну во всей своей страшной красе или по крайней мере то, что я видел. Я буду молиться за тебя, чтобы подобного не случилось. Уж поверь мне, я знаю, что говорю.       Снова глубокий, уставший голос.       — Теперь понимаешь? — продолжил Влад. — Мы выходим на полигон не за кубками. Мы выходим доказать, что наша броня - это щит, который больше никогда не прогнётся. Завтра будет бой, Гроссмейстер. Покажи всё, на что способен. Не разочаруй меня своими математическими расчётами.       — Мы покажем тебе достойный эндшпиль. — пообещал Дмитрий. — И в нём выиграет тот, кто первый проведёт пешку в ферзи.

***

      На следующее утро небо над полигоном, расположенным к югу от Санкт-Петербурга затянуло плотными, пепельно-серыми тучами, словно сама природа подстраивалась под колорит заброшенного индустриального гиганта. Огромные кирпичные трубы заводов высились, как надгробные плиты, а пустые глазницы окон полуразрушенных цехов создавали гнетущую атмосферу. Вокруг городка раскинулись поля и леса, полные сугробов и снежных холмов.       Зрители на трибунах кутались в тёплые вещи. Утро 24 декабря выдалось морозным. Кое-где виднелись знамёна команд, но сегодня их было немного, ведь большинство зрителей не знали, кого поддерживать: доселе сминающих всех морпехов или расчётливых инженеров. Сейчас на смотровых площадках и скамейках разгорался самый разнообразный спектр эмоций. Девушки из «Святой Глорианы» разливали горячий чай из термосов по чашкам себе и окружающим. Панфиловцы спокойно наблюдали за пока ещё тихим полигоном в бинокль и на карте ставили точки, где теоретически могли проходить главные сражения. Танкистки из «Правды» чувствовали себя вполне комфортно в условиях северной зимы. Эрика Ицуми сидела в первых рядах и переживала: не сделала ли она слишком многое во время того порыва в каюте. Девушка боялась, что теперь Холодов не будет относиться к ней так же хорошо и с добротой, как и раньше.       Но погода не помешала наблюдателям радостно взреветь, когда на площадке перед их местами выкатились стальные монстры обеих команд. Сейчас обе стороны были выкрашены в зимние камуфляжи, однако на броне «Гамбита» были разложены всякие тряпки, ветки и другой хлам, такого же цвета, как и танки, придающие броне дополнительный объём и скрывая технику ещё лучше. Как и обещал Шрам, к нескольким машинам были приварены дополнительные бронелисты и экраны.       Наконец командиры и их заместители отделились от групп парней с обеих сторон площадки и встретились по центру.       — Командиры, поклон! - прозвучал громогласный голос судьи.       Заместители тут же исполнили приказ, однако командиры остались стоять прямо.       — Товарищ Морозов! Товарищ Холодов! Поклон!       На эти слова командиры синхронно протянули правую руку и пожали её друг-другу, после чего наконец поклонились. Судья сразу же успокоился.       — Удачи тебе, Дракула. После нашей победы ждём «Чёрный берет» на нашей палубе. Если вы конечно не закроетесь у себя. — молвил Шрам с улыбкой.       — Всенепременно. При любом раскладе будем у вас.       После чего четвёрка парней разошлась. Через минуту взревели моторы, и танки попятились к стартовым позициям. Флагманами обеих команд стали танки командиров: СТ-II «Янус» и Т-34-85 «Пётр Великий»

Составы команды

Гамбит Мехадузы: 1) СТ-II «Янус» 2) ЛТТБ «Гермес» 3) Е-25 «Танатос» 4) Churchill AVRE «Гефест» 5) Turan III «Персей» 6) Maresal «Артемида» 7) T-77 «Пассал» 8) Kugelblitz «Акмон» 9) Skink «Цербер» 10) Tiger (P) «Криос» 11) Tiger II Porsche (105) «Кронос» 12) Pz. II Ausf. J «Немейский Лев» 13) T26E4 «Атлас» 14) БТ-42 «Аполлон» 15) КВ-5 «Арес» 16) VK 36.01 (H) «Япет» 17) T34E2 (Sherman Calliope) «Каллиопа» 18) Е-100 «Тифон» 19) РБТ-5 «Афина» 20) Ho-Ri Prototype «Гиперион» Чёрная смерть: 1. Т-34-85 «Петр Великий» 2. Т-34-85 «Адмирал Нахимов» 3. Т-34-85 «Адмирал Ушаков» 4. Т-34-76 «Гангут» 5. Т-34-76 «Синоп» 6. Т-34-76 «Тендра» 7. Т-34-57 «Варяг» 8. СУ-100 «Петербург» 9. СУ-100 «Севастополь» 10. СУ-100 «Петропавловск» 11. ИСУ-152 «Моби Дик» 12. ИСУ-152 «Мегалодон» 13. БТ-2 «Днепр» (с 2 250-кг танковыми торпедами) 14. БТ-7М «Аврора» (с 2 250-кг танковыми торпедами) 15. ИС-2 «Андрей Первозванный» 16. ИС-3 «Сталинград» 17. КВ-1 «Тихий» 18. Т-54 «Ленинский комсомол» 19. M4 Sherman «Эльба» 20. Т-43 «Ладога» 21. Т-34-100 «Якорь» 22. КВ-122 «Борей» 23. СУ-85 «Мурманск» 24. Т-44 «Дмитрий Донской» 25. СУ-122 «Шпага» 26 Б-4 «Тридцатьпять» 27. СУ-14 «Шторм» 28. СУ-14 «Кореец» 29. СУ-76 «Сахалин» 30. СУ-76 «Шумшу» 31. БМ-8-24 «Керчь» 32. БМ-8-25 «Ялта»

***

      Красная сигнальная ракета уже в который раз за турнир прорезает небо, и танки срываются с места, взметнув комья мокрой земли и снега.       — Гермес, Аполлон, выдвигайтесь в разведку, сообщите если заметите противника! — раздавал приказания Холодов. — Афина, воспользуетесь торпедами. Пойдёте с ними охотиться на артиллерию.       — Есть!       — Война без жертв не бывает. Но сегодня жертвами будем не мы. Удачной охоты, парни. — таково было напутствие Шрама.       Две машины отделились от основной группы и двинулись к возвышенностям с разных сторон индустриального городка. Остальные продолжили движение прямо.

***

      Морозов изучал карту в башне своего Т-34-85, думая о том, кого оставить защищать артиллерийскую батарею. Наконец он принял решение.       — Нахимов, Варяг, Мурманск и Синоп. Ваша задача - остановить любую атаку, которую противник может предпринять для уничтожения нашего козыря. Холодов неглуп, парни, далеко неглуп, он точно уже решил, кого отправит на эту задачу.       — Есть, товарищ вице-старшина 1 статьи!        — Днепр и Аврора, на вас - подступы к этой позиции. Разрешаю запускать ракеты, если будут известны точные координаты расположения оппонента.       — Есть!       — Первозванный, Сталинград, Тихий, Борей и Моби Дик. Разведайте город, при обнаружении противника - свяжите его огнём до подхода основных сил.       — Приступаем к исполнению!       — Ладога и Тендра, к возвышенностям 214 и 225, оттуда докладывайте обстановку. Арта, вы своё дело знаете. Оставшиеся за мной в поле. Поохотимся на пешки Гроссмейстера.       Танки разделились и двинулись к назначенным позициям.

***

      — Янус, это Гермес. Противник движется к возвышенности, с которой мы ведём разведку. Каковы будут приказания? Это Т-34-76 с шестигранной башней.       — Гермес, уберите конкурента.       — С превеликим удовольствием!       Артём высунувшись из башни своего ЛТТБ и посмотрел в бинокль на приближающийся танк. Когда расстояние сократилось до 100 метров, он залез обратно и скомандовал наводчику.       — Тридцатьчетвёрка на полпервого. Огонь!       Пушка лёгкого танка тут же изрыгнула пламя, и снаряд мгновенно ввинтился под башню разведчику «Чёрной смерти», который тут же выбросил белый флаг. Вихрь тут же прокомментировал.       — А вот нечего зариться на наше гнездо. Кто успел того и тапки.

***

      — Командир, это Тендра, нас выбили сразу как только мы въехали на высоту 225.       — Ну, Гроссмейстер. Первая кровь на твоих руках. — Влад скорчил несколько расстроенную мину, а затем ответил в радиоэфир — Принято, Тендра. Ладога, как у вас успехи?       — Подъезжаем к точке, где-то через минуту будем.       — Отставить. Возвращайтесь к основной группе. Противник оставил своих разведчиков на высотах 214 и 225.       — Есть, товарищ командир.       Первое взятие было сделано. Настала очередь разменов.

***

      Пока лёгкие силы «Гамбита» закреплялись на высотах, основная стальная колонна инженеров во главе с СТ-II и Е-100 без помех миновала окраины индустриального города. Вокруг высились заснеженные, безмолвные корпуса заводов. Дмитрий внимательно следил за тактическим планшетом, с правой стороны которого в столбце техники оппонентов потух маркер одной из Т-34.       — Афина, выдвигайтесь к Гермесу. Когда соединитель с ним, встречайте Аполлона и выдвигайтесь к стартовой точке «Чёрной смерти». Будьте готовы встретить прикрытие или патрульных.       — Принято.       РБТ-5, шедший в хвосте колонны резко завернул, поехав прямо через одно из полей. Когда он был ровно посередине, вдали из дымки проявились угловатые силуэты. Раздалась череда выстрелов, но ни один снаряд не попал даже близко в «Афину». К счастью, за счёт скорости РБТ успел скрыться в лесополосе до второго залпа.

***

      12 танков шли шеренгой по пустому полю. Вдали как раз исчезла мелкая белая фигура с двумя ракетами на башне и Морозов скрипнул зубами. Холодов предпринял совсем другую стратегию, ежели ту, которую ожидал от него вице-старшина 1 статьи. Но у Дракулы был план и на этот случай.       — Городские, что там у вас?       — Тишина как в могиле, сохраняем полную боеготовность. — ответил командир ИС-3. — А хотя нет! У нас гости! Видим только 3 танка противника: КВ-5, Pz. 2 и Шерман-зенитку.       — Пётр Великий, это Тихий, у нас тоже веселье началось! 4 танка, Першинг во главе, за ним венгр, Кугельблиц и румынка.       — Командир, Это Андрей Первозванный. Мы с Моби Диком заняли позиции возле центральной площади. На нас прут Е-100, Королевский Тигр, Т-77, ВК 36 и Черчилль. Долго против них не протянем!       Красный глаз Влада опасно сверкнул в полумраке башни танка. Чёрная повязка на левом была чёрной как ночь. Наконец он сказал в рацию.       — Арта, наводка по городу окончена?       — Тридцатьпять на проводе. Координаты вбиты, просеки в стенах готовы. Ждем команды «Пли».       — Пли!       Вдалеке рявкнули мощные орудия. Через несколько секунд гросыхнули разрывы.       — Батарея, дайте на 50 метров дальше! — начал корректировать работу командир ИС-2.       СУ-76, обладающие быстрой перезарядкой тут же стали бить по новым координатам. Вскоре к ним присоединились ракеты, одна из которых выбила VK 36.01 (H).       Т-77 поднял свои пулемёты и начал вести огонь по падающим снарядам. Небо озарилось вспышками взрывов и линиями трассеров. Однако недолго устраивал шоу «Пассал», через минуту его тоже настигла ракета и американец выбросил белый флажок.       — Командир, на связи Тифон! Мы потеряли Япета и Пассала в атаке на площадь. Нас кроет артиллерия, отступаем.       — Принято, Тифон. Не отходите далеко от нынешней позиции, но скройтесь от «чемоданов».       Е-100, Тигр 2 и Черчилль попятились обратно на улицы, с которых он выехали. Как раз вовремя. Прогремел залп и 3 тяжёлых снаряда попали в точки, возле которых тяжи «Гамбита» стояли несколько секунд назад.

***

      КВ-122 стоял на одной из улиц. Здесь пока что всё было тихо, но неподалёку гремели выстрелы и разрывы. Командир советского танка глядел вперёд, следя за проездом. Внезапно из-за угла метрах в 500 впереди появилась таранная установка.       — Командир, это Борей. У нас здесь их двустволка. Высовывает свои зубы, как будто уверена, что нас здесь нет. — отрапортовал парень.       — Принято, Борей. Постарайтесь выбить его.       КВ-122 позволил противнику высунуться ещё дальше, но когда командир уже хотел скомандовать «Огонь!», то вздрогнул. «Янус» успел немного довернуть корпусом, а 2 его устрашающих ствола смотрели прямо в душу. Громыхнул залп, но оба снаряда упали с небольшим недолётом. На месте, где стоял СТ-II сейчас оседал дым и пыль, поднятые после дуплета.       — Огонь! — скомандовал командир «Борея».       Пушка выплюнула столп пламени, но снаряд пролетел сквозь дым, не нанеся флагману «Гамбита» урона.       — Куда он делся? — спросил наводчик. — Только что же там стоял! Не мог он так быстро укрыться обратно!       Сбоку прозвучал выстрел, и КВ-122 получил болванку в борт. Советский тяж тут же выплюнул белый флаг. Командир откашлялся от дыма и посмотрел в свои приборы наблюдения. Слева, высунувшись из стены здания стоял Белый Тигр, а над его оружием курился дымок.

***

      — Командир, это Борей...нас выбили! Янус ушёл из-под удара, а с фланга...черт, откуда там взялся этот Белый Тигр?! — из рации Морозова донесся треск и глухой кашель командира КВ-122.       Влад Морозов резко помрачнел, его единственный зрячий глаз опасно сузился. Белый Тигр? Холодов спрятал козырь в рукаве и замаскировал его так, что даже разведка морпехов упустила эту тень из вида. Шрам оправдывал и это свое прозвище. Он умел наносить неожиданные, резаные раны.       — Всем городским группам, слушать меня! — жестко отрезал Морозов, перехватывая инициативу. — Гроссмейстер растянул силы. Он хочет раздёргать нас по переулкам. Сталинград и Тихий, стойте насмерть, мы скоро будем! Арта, переносите огонь на сектор центральных складов, заблокируйте этого Белого Тигра в руинах! И не давайте Янусу координировать действия, кто-нибудь, свяжите его боем!       Шеренга Морозова из 12 машин, взревев двигателям, на полной скорости пошла в обход поля, стремясь намертво срезать угол и запереть силы «Гамбита» внутри индустриального капкана.

***

      ЛТТБ нёсся во главе клина, в котором по флангам его прикрывали БТ-42 и РБТ-5. Внезапно впереди раздалась череда выстрелов.       — Янус, это Гермес. Нас уже встречают с распростёртыми объятиями. Видим Т-34-85, 76, 57 и СУ-85.       — Принято. Ваш приоритет - артиллерия. Не ввязывайтесь в бой с охраной.       Трио быстрых танков пронеслось мимо техники морпехов и устремилось к их стартовой позиции, откуда только что в небо взметнулся трассер снаряда. Когда показались орудия, смотрящие в небо, Артём сказал в рацию.       — Сейчас пойдёт потеха! Афина, пуск!       Одна из ракет покинула пусковую установку под слова «Поехали!». Б-4 утонула в грибовидной облаке из огня, дыма и взлетевшего снега. За первой последовала вторая, которая выбила сразу 2 СУ-76. Но керченцы быстро оправились от внезапной атаки. Из-за гребня холма показались танки охраны, впереди которых мчались БТ-2 и БТ-7М, каждый с такими же торпедами, как и РБТ-5 еотинцев, которые они незамедлительно пустили в дело. Одна из ракет попала под левую гусеницу «Афины» и отправила её в небольшой полёт. По приземлению РБТ выплюнул белый флажок.       БТ-42 вскоре последовал за своим товарищем. Финн увёртывался чуть ли не лучше такого же танка из школы «Продолжение», но СУ-85 покончил с ним.       ЛТТБ Артёма намёк понял и оперативно ретировался оттуда, успев однако забрать одну из СУ-14. «Гермес» скрылся за гребнем холма, за ним вскоре последовали «Днепр» и «Аврора» керченцев. Остальные танки охраны ещё какое-то время простояли, ожидая новой атаки, но вскоре вновь скрылись в засаде. Атака на «Богов войны» не принесла ни одной из команд преимущества. «Чёрная смерть» потеряла 4 артиллерийские установки, оставшись лишь со второй СУ-14 и двумя БМ-8-24. «Гамбит Мехадузы», который и так был в меньшинстве, потерял 2 своих танка. Холодов разменял 2-х своих коней на одну из ладей.

***

      На трибунах происходило полное безумие. Повсюду звучали либо восторженные крики, либо горестные стоны. Уничтожение половины артиллерии Дракулы, конечно же, стало самой обсуждаемой темой.       — Вы видели?! Видели?! 3 ракетных танка в одном квадрате! — кричала Юкари Акияма, заряжающая в командирском танке «Оарай». — Такого наш спорт ещё не видывал!       Чуть выше Роузхип нервно глядела на экран и едва слышно шептала.       — Беги, Вихрь, беги.       Конечно этот шёпот не остался незамеченным. Мехвод розововолосой спросила у неё.       — Роузи, что ты там всё время шепчешь?       — Да так, ничего. — Шиповник залилась краской.       Ваниль, сидевшая рядом видела, что происходит на экране. Она повернулась к Роузхип и тоже спросила.       — В этом танке твой знакомый? Или может парень твой?       Цвет щёк Роузхип стал таким же как и её волосы. Девушка тяжело вздохнула, собираясь с мыслями и наконец призналась.       — Я встречаюсь с командиром ЛТТБ.       Радостные вопли и визги её подруг перекрыли все звуки других зрителей на небольшой площади.

***

      Эрика Ицуми же наблюдала за городской схваткой. Да, уничтожение артиллерии было умным тактическим ходом, но он с самого начала был обречён на провал из-за численного превосходства морпехов. Вице-командир «Чёрного леса» следила за действиями СТ-II. Сейчас двуствольный танк ездил по пустым улицам, подбираясь всё ближе к корме ИС-3 и ИСУ-152, занявших оборону на площади. В бой «Янус» вступил лишь 1 раз, но он пропал из поля зрения не только экипажа «Борея», но и камер, вертолётов и дронов на несколько минут после своего залпа. Как сквозь землю провалился.       Когда прозвучали первые выстрелы в городе, девушка поняла, что Холодов в поле ни в коем случае не поедет. Как минимум в начале боя. Она всем сердцем болела за немногословнго Гроссмейстера и надеялась на его победу над сминающими всех и вся морпехами.

***

      Пока «Гермес» на полной скорости уходил от погони по заснеженным холмам, в самом сердце индустриального города ситуация для «Гамбита» стала критической. 12 стальных машин Морозова с разгона влетели в промзону, буквально раскалывая надвое оборону инженеров. Они на ходу разделились, направившись на помощь своим на самых проблемных участках, то есть во все точки, где сейчас шли ожесточенные бои.       «Пётр Великий» вместе с «Якорем», «Петропавловском» и «Эльбой» на полной скорости неслись по проспекту к площади, где из последних сил держался их КВ-1 «Тихий». Одинокий советский тяж, на котором в реальной истории Колобанов совершил свой великий подвиг, в одиночку не мог нанести большой урон наступающей котинской группе, во главе которой шёл бронированный монстр T26E4 «Атлас». Немецкий зенитный Kugelblitz изредка показывался из-за углов и пытался с 100 метров короткими очередями разбить оптику и ослепить «Тихого». Венгерский Turan III и румынский Maresal нечасто попадали, да и их снаряды не пробивали толстую броню КВ-1. Наверное, во многом благодаря этому и слепому героизму морпехов позиция «Чёрной смерти» до сих пор не была сдана.       Первым на нужную улицу въехал Т-34-85 Влада Морозова и сходу, точным выстрелом в борт, выбил румынскую самоходку. За ним из-за зданий показались грозные орудия СУ-100, Шермана и Т-34-100. Они мгновенно выплюнули свои снаряды, которые со страшным скрежетом ударились в накладной верхний бронелист «Атласа». Американец, казалось, даже не пошатнулся от этого шквала, но его тяжелая башня медленно и зловеще повернулась в сторону новой угрозы. Рявкнула длинноствольная пушка, и СУ-100 «Петропавловск» густо задымился, выбрасывая белый флаг.       Раненый КВ-1 «Тихий» воспользовался внезапным появлением подкрепления. Его экипаж воспрял духом, командир проревел в ларингофон.       — По венгру бронебойным! Пли!       Тяж начал разворачивать башню, но шустрый «Персей» опередил его. Громыхнула пушка Турана, и КВ сотрясся от попадания. Его широкая гусеница со скрежетом начала сползать с колёс, лишая машину хода. Однако это не помешало орудию «Клима Ворошилова» ответить. Вот только снаряд улетел в молоко, ведь венгр уже технично скрылся из виду за громадной тушей Першинга.       Внезапно откуда-то позади, из узкого проулка, послышался хлёсткий, тихий выстрел. Идущий в колонне морпехов Шерман «Эльба» резко остановился. Густой черный дым повалил из его моторного отделения. Т-34-100 повернул башню назад, готовясь встретить новую угрозу, но увидел лишь корму улепётывающей в руины Е-25.       — Командир, у нас «Блоха» в тылу! — прокричал в рацию наводчик советского танка. — Неровен час, и нас тут окружат в этих чёртовых завалах!       — Тогда атакуем в лоб! Не стоять! Заходим на Першинга с двух сторон! — жестко отрезал Морозов.       2 «тридцатьчетвёрки» одновременно сорвались с места и помчали по заснеженной улице в яростную атаку. «Атлас» начал доворачивать свою башню к более крупному и опасному, как ему казалось, танку Т-34-100. И это была его финальная, роковая ошибка. Опаснее всех на полигоне всегда был именно танк Дракулы. 85-миллиметровая болванка «Петра Великого» с филигранной точностью пробила незащищенный борт башни американца. Котинский гигант замер.       Kugelblitz, мгновенно оценив ситуацию, развернулся на месте и бросился прочь от этой стальной свары. А венгерский «Персей», выдав на ходу ещё 1 подарочек обездвиженному КВ-1, на этот раз точный и смертельный и бросился в погоню вслед за зениткой. Но именно из-за этого манёвра его оголившуюся корму и настиг тяжелый 100-миллиметровый снаряд «Якоря». Вспышка, и над Тураном взвился белый флажок.

***

      Тем временем в другой части города «Янус» медленно полз по заснеженным переулкам, подбираясь всё ближе к обороняющимся на площади «Моби Дику» и «Андрею Первозванному». Дмитрий действовал как настоящий хищник. Когда СТ-II уже готов был повернуть влево, чтобы оказаться в паре десятков метров прямо позади вражеских тяжей, мимо перекрестка наперерез пронеслись еще 3 машины морпехов: вторая ИСУ, Т-54 и СУ-100.       Замыкающая самоходка «Севастополь» краем оптики заметила затаившийся в полумраке двухпушечный силуэт и начала спешно заворачивать орудие на улицу. Но её движения оборвал оглушительный выстрел с правого ствола Холодова. Снаряд разнёс рубку СУ-100 в щепки.       Скрытная операция в один миг превратилась в жестокую бойню. 2 оставшихся танка из группы подмоги резко довернули корпуса к «Янусу».       — С левого по Зверобою! — хладнокровно скомандовал Холодов.       Приказ тут же был исполнен. Левое орудие СТ-II изрыгнуло пламя, и вражеская ИСУ-152 замерла со сбитым орудием и выстрелившим белым флажком.       — Мехвод, задний ход! Надо заставить этот Т-54 погнаться за нами, вытягивай его на узкий пятачок!       70-тонная махина «Янус» послушно попятилась назад, виляя из стороны в сторону между кирпичными стенами. Ответный выстрел «Ленинского Комсомола» пришелся по касательной, сорвав систему запуска дымовых шашек с правой стороны башни флагмана. Но Дмитрий именно этого и ждал. Внезапно СТ-II резко изменил направление движения. Взревев всеми своими табунами лошадиных сил под капотом и бешено вгрызаясь гусеницами в мостовую, «Янус» на огромной скорости помчался прямо на советский средний танк. От страшного таранного удара Т-54 жутко тряхнуло. Его мехвод от резкой остановки с силой стукнулся лбом о бронелист.       — Огонь! Быстро, огонь по нему в упор! — панически закричал командир «Комсомола», но выстрела не последовало.       Только в следующую секунду, взглянув в приборы, он с ужасом понял, что их длинное орудие беспомощно смотрит куда-то в серое небо, а сам средний танк...почти не касается гусеницами земли. Огромный, скошенный нос СТ-II с таранной установкой на полной скорости поддел Т-54 под нижний бронелист, буквально насадив 36-тонную машину на себя. С внутренней стороны переборки советского танка проступили 3 глубокие, страшные вмятины от напора стального тарана «Януса».       — Нас нанизали, как мясо на шампур... — таковы были последние, полные обреченного шока слова командира Т-54 в этом бою.       Короткий, сухой выстрел в упор из орудия «Януса» мгновенно прекратил мучения советского среднего танка. Над ним взлетел белый флаг.       Грохот детонации Т-54 еще эхом отдавался между бетонными стенами, когда Владимир Артемьев, мехвод СТ-II, переключил передачу, и 70-тонная машина со скрежетом съехала назад, сбрасывая с таранного носа дымящийся остов советского среднего танка. Из разорванного крепления дымовых шашек на башне флагмана всё еще валил густой сизый туман, который сейчас был как нельзя кстати. Он хоть немного размывал силуэт гиганта для возможных противников.       Однако возня в переулке привлекла внимание Морозова и других экипажей под его командованием, и те направились в сторону последнего появления двустволки. Оставшаяся СУ-14 попробовала достать «Януса», но фугас только раскурочил крышу здания рядом.

***

      ЛТТБ проделывал невозможное. Он скакал на кочках, останавливался, пропуская преследователей вперёд, проделывал такие безумные кульбиты, который никто в здравом уме не решился бы делать. Однако хвост оставался хвостом, что БТ-2, что БТ-7М оставались позади и вели огонь по улепётывающему «Гермесу». Вторые торпеды они уже давно пустили в молоко, те разорвались далеко позади советского скоростного проекта, так что сейчас работали лишь пушки. «Гермес» огрызался огнём, но опытные морпехи не давали ему попасть по ним.       — Эй, а чего это мы убегаем? — наконец воскликнул Артём. — Они же не пробьют нашу 90-мм броню в лоб! Мехвод, разворот!       Танк заложил крутой вираж и оказался передом к преследователям. Мехвод снова врубил передачу и машина помчалась прямо на БТшек. На спидометре от «Скайлайна» стрелка быстро поднималась.       ЛТТБ выстрелил как раз тогда, когда БТ-2 проносился мимо. Снаряд попал в гусеницу «Днепра», но мехвод оппонентов просто отсоединил вторую. Пушка БТ-7М тоже выплюнула свой снаряд, но он просто отрикошетил от борта башни. Вскоре и сама «Аврора» пролетела мимо.       Танк Артёма вновь развернулся лбом к оппонентам. Сейчас вся тройка стояла, а мехводы добавляли обороты, нажимая на педаль газа. Движки рычали, один пытался перекричать 2 других. Наконец все 3 мехвода почти синхронно нажали на педали сцепления и стальные монстры вновь бросились друг на друга.

***

      — Роузи, он у тебя походу не только гонщик, но ещё и рыцарь. Смотри, они там джостинг устроили!       Роузхип вновь покраснела. Внезапно она вспомнила историю с Близзард, как её постоянно подкалывали насчёт романа с Владом Морозовым. Но всё же она была рада, что сказала правду. Ну, потерпит смешки неделю-другую и отстанут. А тем временем поединок рыцарей на экране продолжался.

***

      Второй проезд мимо оказался менее удачным для обеих сторон, чем первый - не было ни одного попадания. ЛТТБ и БТшки вновь развернулись и помчались друг на друга. «Днепр» поторопился и выстрелил слишком рано, когда «Гермес» ещё даже не подъехал ближе. Карма настигла его в лице бронебойного 88-мм снаряда. И БТ-2 выплюнул белый флажок и струйку чёрного дыма. Теперь это был уже поединок 1 на 1.       Командир «Авроры», увидев погибель союзника принял единственное верное решение - бежать. Танк набрал скорость и попытался скрыться в рощице, но ЛТТБ оказался быстрее. Через несколько секунд после начала побега он нагнал БТ-7М и послал ему в корму свой прощальный подарок. Бронебойный подарок. Рыцарский турнир закончился.

***

      В городе всё было совсем наоборот. Опыт морпехов был налицо: были выбиты Черчилль, Skink, Kugelblitz, Pz. 2 J, Шерман Каллиопа и Белый Тигр Порше. В Е-100 же и вовсе прилетел «чемодан» от СУ-14. Сами же керченцы лишились одной из Т-34-85, ИС-3 и СУ-122. КВ-5 был зажат в одном из цехов вместе с Королевским Тигром, на них наседали оставшаяся ИСУ-152, Т-43, Т-44 и Т-34-76.       Саня-зампотех, который и был командиром «Ареса», пытался вызвать Гроссмейстера.       — Янус, это Арес, вы меня слышите?       — Слышу вас отчётливо, Арес.       — Командир, нас с Кроносом зажали в цеху в квадрате Е-8. Против нас стоят 4 танка плюс ещё артиллерия долбит. Долго не протянем!       — Принято. — сухим голосом ответил Дмитрий, а затем обратился к освободившемуся Артёму. — Гермес, нужна ваша помощь в квадрате Е-8.       — Кавалерия выдвигается! — отрапортовал Вихрь.       Его слова оборвал мощный грохот падающего куска стены. Это был выстрел Зверобоя, фугас которого пролетел над башней КВ-5. Сейчас «Арес» зампотеха стоял, намертво перекрыв своей сотней тонн стали центральный проезд в цеху. Его огромная пушка выдавала выстрел за выстрелом, удерживая дистанцию. «Моби Дик» уже дважды приложил КВ-5 тяжелыми фугасами: малая башня танка Сани была искорежена и заклинена, а на лобовой броне зияли страшные чёрные подпалины.       Рядом с ним, укрывшись за полуразрушенной бетонной плитой, пятился израненный Королевский Тигр. Немецкий тяж лишился части маски орудия, из поврежденного триплекса командира валил мелкий дымок, но инженеры внутри машины продолжали хладнокровно досылать снаряды.       На них наступала стальная стена. Четвёрка танков «Чёрной смерти» наступала, несмотря на постоянные попадания тяжёлых орудий котинцев. Но внезапно Т-43 содрогнулся. Его левое колесо-звёздочку настиг снаряд. Из-за угла цеха торчала 75-мм пушка Е-25. Из-за того, что «Ладога» двигалась, попадание заставило танк немного повернуться и из-за этого он подставил свой правый борт. Туда незамедлительно прилетел снаряд «Кроноса». Но эффект неожиданности был утерян. «Танатос» раскрыл себя и подставился под удар Т-44. Над самоходкой взметнулся флажок поражения.       Морпехи двинули дальше и теперь их наступление казалось уже неостановимым. Вот они въехали в цех, вот они приблизились на 50 метров. Но тут у рокоту орудий присоединился звук нового мотора. В сорванных стальных дверях цеха стоял, отливая белой краской, ЛТТБ. В радиоэфире раздался жизнерадостный голос его командира.       — And the winged hussars arrived!       Рявкнула пушка «Гермеса» и ИСУшка остановилась с белым флажком. Однако она успела выбить «Кроноса». Да и керченцы оказались непростыми ребятами. Следом кара настигла самого «Гермеса», а затем и последний рубеж обороны цеха в виде КВ-5. Артём крикнул последнее сообщение в радиоэфир.       — Командир, концерт окончен, мы все выбиты.       Шрам в своём танке скрипнул зубами. Все его козыри были сыграны, а поражение морпехов было даже не близко. Хотя нет! Вот же! Новенькая японская самоходка сейчас стояла возле позиции артбатареи. Дмитрий снова взялся за рацию.       — Гиперион, как слышите?       — Слышно нормально, приём.       — Артбатарея противника расположена в 300 метров к югу от вашей позиции. Задайте им жару ребята!       Хо-Ри тронулась и начала медленно взбираться на холм. В это же время СТ-II отступал от идущих за ним Т-34-85 Морозова и Т-34-100. Через несколько минут было проделано расстояние в километр и «Янус» оказался на узкой площади, к которой вели 2 дороги, обходящие здание также, как в Нью-Йорке 2 улицы выходили на площадь Таймс-Сквер. Когда двустволка оказалась ровно посередине плаца, с двух боковых улиц полился поток машин «Чёрной смерти». Гроссмейстера подсчитал их: 2 Т-34-85, 2 Т-34-76, СУ-100, Т-34-100, Т-44 и ИС-2.       По радио раздались прощальное сообщение «Гипериона».       — Командир, мы покончили с артой и забрали с собой СУ-85 и Т-34-57. Сожалеем, что больше ничего не смогли, но нас обошли и выбили в борт. Удачи вам.       — Спасибо, Гиперион. Хорошая работа для новичков, отдыхайте.       Дмитрий высунулся из люка, в полутьме площади его шрам казался бездонным каньоном. Дракула на другом конце площади также высунулся. Несколько секунд 2 лучших тактика турнира молча смотрели друг другу в глаза сквозь заснеженное пространство площади. А затем Граф Дракула набрал в грудь воздуха и во весь голос крикнул, перекрывая гул моторов.       — Ты думал, я тебя не переиграю, Гроссмейстер? Ты думал я тебя не уничтожу?