Уроки власти и границы дозволенного

На следующее утро класс Трансфигурации встретил четверку звенящей тишиной. Минерва Макгонагалл стояла у своего стола, её губы были сжаты в тонкую линию, а взгляд, обычно лишь строгий, теперь светился глубоким, почти личным разочарованием. Для неё появление Поттера и Лонгботтома в зеленых галстуках было не просто статистикой распределения, а предательством памяти её лучших учеников — Джеймса, Лили, Фрэнка и Алисы. — Трансфигурация — это сложнейший раздел магии, — начала она, и её голос вибрировал от сдерживаемого напряжения. — Это наука, требующая кристальной честности перед самим собой. Те, кто выбирает путь амбиций и... сомнительных союзов, часто обнаруживают, что магия ускользает от них, не терпя фальши. Она сделала паузу, выразительно глядя на Гарри. — Я ожидала увидеть здесь наследников Гриффиндора. Но, видимо, некоторые предпочитают тень свету. Пять очков со Слизерина за опоздание на тридцать секунд, мистер Поттер. — Мы вошли со звонком, профессор, — спокойно заметил Гарри, даже не потянувшись к палочке. — Но если вам нужно оправдание для своей предвзятости, мы не будем вам мешать. Макгонагалл побледнела. — К делу. Сегодня мы превращаем спичку в иглу. Мисс Грейнджер, раз уж вы так стремитесь к Слизерину, продемонстрируйте нам, как «умная девочка» справляется с задачами без поддержки своего законного факультета. Гермиона даже не взглянула на спичку. Она чувствовала, как магия в комнате пульсирует, подчиняясь воле Макгонагалл, но её собственная сила была иной — более древней, структурированной. Она не стала делать пасс палочкой. Она просто коснулась дерева кончиком пальца. Спичка не просто превратилась в иглу. Она вытянулась, сталь стала матовой, а ушко украсила тончайшая гравировка в виде змеи, кусающей собственный хвост. Уроборос. — Без палочки? — выдохнула Макгонагалл, теряя самообладание. — Это... это программа шестого курса, мисс Грейнджер! — Магия не знает курсов, профессор. Она знает только волю, — ответила Гермиона, глядя ей прямо в глаза. — И раз уж я не приношу баллы Гриффиндору, я постараюсь, чтобы Слизерин не нуждался в ваших подачках. В подземельях царила иная атмосфера. Северус Снейп парил между рядами, словно тень, и его комментарии в адрес гриффиндорцев были ядовиты как никогда. Но когда он приблизился к столу четверки, его тон изменился. — Идеальная нарезка корня валерианы, Лонгботтом. Вижу, в этом году у вас... прорезался талант. Или правильное руководство? — он мазнул взглядом по Гермионе. — Пятьдесят очков Слизерину. После урока, когда класс опустел, Снейп запер дверь взмахом палочки. — Подойдите, — скомандовал он. — Директор Дамблдор требует, чтобы я «наставил Поттера на истинный путь». Он обеспокоен вашим влиянием, мисс Грейнджер. — Он должен быть обеспокоен, — Гермиона подошла к столу профессора, её взгляд стал жестким. — Потому что мы не собираемся играть в его «героев». Профессор, я знаю, что вы ищете в запретных секциях. Вы ищете способ защитить то, что осталось от Лили. Но вы ищете не там. Снейп замер. Его рука, державшая флакон, дрогнула. — О чем вы... — О крестражах, Северус, — прошептала она, и это слово ударило по комнате сильнее, чем любое заклятие. — Дамблдор знает о них. Он знает, что Гарри — один из них. И он планирует позволить Тому убить мальчика в нужный момент. Это и есть его «Великое Благо». Лицо Снейпа стало землистого цвета. — Вы... откуда... — Это неважно. Важно то, что у нас есть план, как извлечь осколок, не убивая носителя. Но мне нужны ваши лаборатории. И мне нужны книги, к которым Дамблдор закрыл доступ даже вам. Той же ночью, пока замок спал, четверка сидела в Запретной секции. Гермиона не просто взломала замки — она переписала охранные чары так, что для любого проходящего мимо Филча комната казалась пустой. На столе лежала книга «Тайны наитемнейшего искусства». — Здесь описано, как Том расколол душу, — Гермиона перелистывала пожелтевшие страницы. — Гарри, твоя связь с ним — это не проклятие, это бэкдор в его систему. Мы не будем его уничтожать. Мы его поглотим. — Ты хочешь, чтобы я забрал его силу? — Гарри смотрел на изображения разорванных душ. — Я хочу, чтобы ты стал владельцем этой силы, а не её рабом, — отрезала Гермиона. — Драко, тебе нужно изучить раздел о родовых поместьях — один из осколков в Малфой-мэноре, я уверена. Невилл, ты займешься защитной ритуалистикой. Нам нужно место, куда Дамблдор не сможет войти. — Мы идем против директора и Темного Лорда одновременно, — прошептал Невилл, но в его голосе не было страха. — Нет, Невилл, — Гермиона закрыла книгу, и пыль взметнулась в воздух. — Мы идем за тем, что принадлежит нам. Хогвартс — наш дом. И мы будем первыми, кто выметет из него весь мусор, накопленный за столетие. Снейп, наблюдавший за ними из тени через скрытую нишу, почувствовал, как по его руке, где когда-то была Метка, пробежал холод. Он понял: эта девочка не просто знает будущее. Она его создает. И в этом будущем Дамблдору места не было.