Небесный триумф и юридический капкан

Первый урок полетов под руководством мадам Трюк начался с привычного для нее хаоса. Гриффиндорцы и слизеринцы стояли двумя шеренгами, а между ними лежали старые, изъеденные временем «Кометы-260», древки которых больше напоминали сухой хворост, чем магические артефакты. — Руку над метлой и четко: «Вверх!» — скомандовала Трюк. У Рона Уизли метла лишь лениво перекатилась, ударив его по пальцам, от чего тот разразился руганью. Но когда очередь дошла до Невилла, произошло нечто из ряда вон выходящее. Едва он произнес команду, как метла не просто прыгнула в руку — она словно признала своего господина. Магия Лонгботтомов, глубоко связанная с природой и древесиной, вошла в резонанс с артефактом. Когда поступила команда взлетать, Невилл не просто поднялся в воздух — он рванул вверх с грацией сокола. Пока остальные первокурсники испуганно зависли в паре метров от земли, Невилл закладывал крутые виражи, демонстрируя такой уровень контроля, который обычно показывают профессиональные ловцы. — Смотрите на этого сквиба! — выкрикнул Рон, чья метла опасно вибрировала. — Он наверняка обмазался зельем притяжения! В этот момент трагедия, которая в другой реальности едва не покалечила Невилла, случилась с Симусом Финниганом. Его метла взбесилась и понеслась к стенам замка. Мадам Трюк застыла, лишь беспомощно выкрикивая команды, вместо того чтобы применить Аресто Моментум. Невилл среагировал молниеносно. Пикируя вниз, он перехватил Симуса за ворот мантии в футе от острых зубцов стены и плавно опустил его на траву. Но вместо того чтобы праздновать спасение, Гермиона Грейнджер выступила вперед. Её лицо было бледным, а глаза горели холодным, расчетливым пламенем. — Мадам Трюк, вы допустили преступную халатность, — её голос, усиленный магией, разнесся по всему полю. — Инвентарь не прошел проверку на стабильность, а ваши действия в экстренной ситуации были нулевыми. — Мисс Грейнджер, не смейте... — начала было тренер. Но Гермиона уже прижала ладонь к древнему камню замка. — Я, Гермиона Грейнджер, студентка Хогвартса, взываю к Магии Основателей и Кодексу Попечителей! — Её магия, острая и чистая, полоснула по камням. — Фиксирую факт угрозы жизни Наследников. Требую официального протокола для Попечительского Совета! Замок ответил глубоким, утробным гулом. Гермиона не просто пожаловалась — она активировала спящий юридический протокол защиты, который Дамблдор годами игнорировал. Теперь этот случай нельзя было «замять» за чашкой чая. Позже тем же вечером Гарри «случайно» столкнулся с Роном в коридоре. Уизли буквально светился от возбуждения. — Гарри, ты должен это видеть! — шептал Рон, хватая его за рукав. — Там, на третьем этаже... сокровище! Дамблдор сказал туда не ходить, чтобы проверить нашу храбрость, понимаешь? Мы — Гриффиндор в душе, пойдем! Гарри чувствовал присутствие Дамблдора за поворотом — старик явно наблюдал под чарами невидимости. Он бросил взгляд на Гермиону, которая едва заметно кивнула. Они позволили Рону дотащить их до запретной двери. Когда дверь распахнулась, перед ними предстал Пушок — гигантский трехглавый цербер. Рон с воплем бросился назад, бросив «друга» на растерзание. Но Гарри не побежал. Он стоял и смотрел на монстра, пока Гермиона спокойно делала записи самопишущим пером на официальном бланке. — Цербер класса ХХХХХ в школе, полной детей, — констатировала она. — И никакой магической изоляции, кроме простого замка Алохомора. Гарри, посмотри на люк. Наш Директор не просто прячет камень — он расставляет капканы для первокурсников, надеясь, что ты полезешь внутрь. Они вышли из коридора за минуту до того, как Хагрид должен был «случайно» их спасти. Ловушка захлопнулась, но в ней не оказалось добычи. Вернувшись в гостиную, Гермиона немедленно села за стол. «Уважаемый Лорд Малфой, — писала она пером, заправленным кровью (для официальных магических уведомлений). — Ситуация в Хогвартсе требует вашего немедленного вмешательства как Председателя Совета. Сегодня на уроке полетов едва не погиб студент. Кроме того, на третьем этаже обнаружено опасное существо высшей категории опасности, охраняющее неизвестный объект. Директор Дамблдор использует территорию школы как частный склад для опасных артефактов, подвергая Наследников Родов неоправданному риску. Прошу прибыть с комиссией завтра утром. Копия протокола Замка прилагается». Ночью в кабинете декана Слизерина вспыхнул камин. Из него вышел Люциус Малфой, чья трость сухо стукнула по каменному полу. — Северус, — Люциус бросил на стол копию письма Гермионы. — Твоя новая подопечная... она только что подписала Дамблдору приговор. Она использовала Магию Замка, чтобы зафиксировать его халатность. Старик в ярости, он не может стереть этот протокол. Снейп медленно поднял глаза от котла с дымящимся зельем. Его лицо было бледнее обычного. — Это еще не всё, Люциус. Я разговаривал с ней сегодня. Лично. — И что? Она — просто талантливая маглорожденная? — прищурился Малфой. — Нет, — Снейп встал, и его мантия взметнулась, словно крылья ворона. — Она знает вещи, которые не может знать одиннадцатилетний ребенок. Она рассказала мне о Лили... о таких деталях нашего прошлого, которые знал только я. Она знает о Петтигрю. Она знает о крестражах Темного Лорда. Люциус замер, его рука непроизвольно сжала набалдашник трости. — Крестражи? Северус, это невозможно... — Она сказала мне: «Профессор, вы всё еще надеетесь на искупление через смерть, а я предлагаю вам искупление через власть. Выбирайте, на чьей вы стороне, когда Дамблдор начнет тонуть». Люциус, она не просто умна. У меня такое чувство, что мы имеем дело с кем-то, кто уже видел, чем закончится эта война, и пришел переписать финал. Она ведет Поттера и Лонгботтома так, словно они — её личная гвардия. Люциус промолчал, обдумывая услышанное. — Завтра утром я прибуду с комиссией Министерства, — наконец произнес он. — И если эта девочка — то, за кого ты её принимаешь, то Дамблдору лучше начать паковать чемоданы. Потому что завтра Слизерин заберет этот замок себе.