Часть 16

***

      Дом встретил их тишиной. Было уже поздно, когда они вернулись. Солнце давно скрылось за горизонтом, а весенний вечер снова напомнил о том, что зима ещё не окончательно покинула Англию. Воздух был холодным, влажным, а над садом медленно поднимался лёгкий туман. Гермиона вошла первой. Сняла пальто. Обернулась к Драко. И вдруг поймала себя на мысли, что давно не видела его таким спокойным. По-настоящему спокойным. Словно поездка к морю подарила ему несколько часов жизни, которые он уже считал потерянными. На его лице больше не было той постоянной настороженности, которая преследовала его последние недели. Не было тревожных взглядов через плечо. Не было бесконечного ожидания беды. Только усталость. Хорошая усталость человека, который впервые за долгое время позволил себе немного счастья. И от этого Гермионе стало больно. Потому что где-то глубоко внутри она понимала: этот день был нужен ему гораздо сильнее, чем он признавал. Словно он заранее прощался с чем-то. С будущим. С домом. С ней. От этой мысли внутри всё сжалось. Она подошла ближе и осторожно взяла его за руку. — Не смей. Драко удивлённо посмотрел на неё. — Что именно? — Смотреть так, будто всё уже закончилось. На несколько секунд между ними повисло молчание. Он прекрасно понял, о чём она говорит. Слишком хорошо. Гермиона видела это по его глазам. По тому, как исчезла улыбка. По тому, как напряглись плечи. — Гермиона... — Нет. Она покачала головой. — Я серьёзно. Я больше не позволю тебе прощаться со мной заранее. Этого не будет. Драко смотрел на неё долго. Очень долго. Словно пытался найти слова. Но не находил. Потому что всё, что он хотел сказать, прозвучало бы как ложь. А врать ей он больше не мог. Гермиона подошла совсем близко и уткнулась лбом ему в грудь. Она слышала ровное биение его сердца. Чувствовала тепло его рук. Чувствовала, как он осторожно обнимает её в ответ. И именно тогда ей пришла в голову простая мысль. Настолько простая, что раньше она её не замечала. Она всё это время пыталась спасти Драко. Найти решение. Победить Роули. Уничтожить артефакт. Изменить ситуацию. Но ни разу не спросила себя: а что, если уже поздно? Что, если битва началась задолго до того, как они поняли это? От этой мысли стало страшно. По-настоящему страшно. Настолько, что захотелось ещё крепче прижаться к нему. Словно она могла удержать его рядом одной только силой любви.

***

      На следующее утро Гермиона проснулась одна. Сначала она не придала этому значения. Драко часто вставал раньше неё. Особенно в последнее время. Но что-то было не так. Интуиция подсказала это раньше, чем разум. Комната казалась непривычно пустой. Тихой. Холодной. Она быстро накинула халат и спустилась вниз. Кухня была пуста. Гостиная тоже. В доме стояла абсолютная тишина. На столе лежала только одна вещь. Письмо. Гермиона почувствовала, как сердце мгновенно провалилось куда-то вниз. Нет. Нет. Нет. Она уже знала. Ещё до того, как подошла ближе. Ещё до того, как увидела знакомый почерк. Руки дрожали, когда она развернула сложенный лист. "Гермиона, если ты читаешь это письмо, значит я оказался трусом. Потому что не смог сказать всё в глаза. Прости меня за это. Прости за то, что снова принял решение за нас обоих..." Гермиона замерла. Мир вокруг словно перестал существовать. Потому что она уже поняла. Драко ушёл. И где-то далеко в Министерстве в этот самый момент Роули готовился сделать свой следующий ход. А значит, трагедия, которую они так долго пытались предотвратить, наконец начала разворачиваться по-настоящему.       Письмо выпало из её рук. Гермиона даже не заметила этого. Лист медленно опустился на пол возле стола, а она продолжала стоять посреди кухни, глядя в пустоту перед собой. В доме стояла абсолютная тишина. Та самая тишина, которая появляется после ухода человека. Когда его больше нет рядом, но всё вокруг ещё хранит следы его присутствия. На спинке стула висела его мантия. На кухонном столе стояла кружка, из которой он пил вчера вечером. В гостиной лежала раскрытая книга, которую он так и не дочитал. Каждая мелочь кричала о том, что ещё несколько часов назад он был здесь. И именно поэтому отсутствие ощущалось почти физически. Гермиона медленно опустилась на стул. Руки дрожали. Сердце билось так сильно, что становилось трудно дышать. Она заставила себя поднять письмо и дочитать его до конца. С каждой строчкой внутри росло отчаяние. Драко не прощался. Нет. Он оправдывался. Пытался объяснить то, что невозможно объяснить. Писал о том, что Роули не остановится. Что если артефакт найдут в доме, под удар попадёт не только он. Что он не может позволить разрушить её карьеру, её жизнь, её будущее. Что должен закончить всё сам. Как всегда. Один. Гермиона закрыла глаза. Несколько секунд она сидела неподвижно. Потом резко поднялась. — Идиот. Слово прозвучало почти шёпотом. — Какой же ты идиот, Малфой... Он опять сделал это. Опять решил, что лучше знает. Опять решил пожертвовать собой. Опять выбрал её вместо себя. И от этого хотелось одновременно плакать и кричать. Через минуту она уже искала каминную сеть. Ей нужен был только один человек.

***

      Гарри появился меньше чем через пятнадцать минут. Не один. Вместе с Джинни. Они даже не стали пользоваться дверью. Появились через камин прямо в гостиной. Гермиона сразу поняла, что Гарри всё понял ещё до того, как она начала объяснять. Потому что на его лице не было удивления. Только злость. Очень знакомая злость. Та, которая появлялась всякий раз, когда кто-то из его близких собирался совершить очередную героическую глупость. — Он ушёл один? Гермиона молча кивнула. Гарри выругался. Очень тихо. Но настолько выразительно, что даже Джинни посмотрела на него с укором. — Я говорил ему. — Гарри... — Я говорил ему, Гермиона. Он начал ходить по комнате. Быстро. Нервно. Как всегда делал, когда пытался думать. — Он с самого начала собирался это сделать. Я видел это ещё тогда. После проверки. После разговора на кухне. Он уже тогда решил, что если станет выбор между ним и тобой, он выберет тебя. Гермиона почувствовала, как внутри снова поднимается боль. Потому что Гарри был прав. Абсолютно прав. И хуже всего было то, что она тоже это понимала. Драко никогда бы не позволил ей разделить последствия. Никогда. Даже если бы она сама этого хотела. — Мы найдём его. Голос Гарри прозвучал неожиданно твёрдо. Он остановился возле окна. Посмотрел на улицу. Затем повернулся к ней. — Но ты должна сказать мне всю правду. Всё. Без исключений. Гермиона опустила взгляд. Она знала, что этот момент наступит. Рано или поздно. Поэтому рассказала всё. Про артефакт. Про подвал. Про Роули. Про расследование. Про страх Драко. Про последние недели. Когда она закончила, в комнате воцарилась тяжёлая тишина. Гарри стоял неподвижно. Очень долго. Настолько долго, что Гермиона начала волноваться. Потом он наконец заговорил. И от его слов по спине пробежал холод. — Мы опоздали. — Что? Он посмотрел на неё. И впервые за всё время она увидела на лице Гарри настоящий страх. — Если Малфой решил уничтожить артефакт сам... Он не договорил. Но договорить было и не нужно. Потому что все трое прекрасно понимали, что это означает. Драко отправился не просто избавляться от улики. Он отправился делать то, что уже несколько лет считал смертельно опасным. И если хоть что-то пойдёт не так... Он может не вернуться домой вовсе.       Остаток дня превратился для Гермионы в бесконечное ожидание. Она никогда не думала, что ожидание может причинять почти физическую боль. Каждая минута тянулась мучительно долго. Каждый раз, когда в камине вспыхивало зелёное пламя или за окном раздавался какой-нибудь звук, сердце мгновенно замирало в надежде, что это он. Но Драко не возвращался. Гарри исчез почти сразу после разговора. Вместе с несколькими аврорами он отправился искать любые следы перемещений Драко. Гермиона знала, что он делает всё возможное, но это не помогало. Она не могла сидеть спокойно. Не могла читать. Не могла работать. Не могла даже думать связно. Перед глазами снова и снова всплывали последние недели. Его бессонные ночи. Его взгляд во время поездки к морю. Его рука, лежащая поверх её ладони в подвале. Его обещание, что они справятся вместе. И письмо. Проклятое письмо. Она перечитала его уже несколько раз. Каждый раз находя между строк всё больше боли. Теперь, когда его не было рядом, Гермиона начинала понимать то, чего не замечала раньше. Драко не просто боялся расследования. Он действительно готовился к худшему. Постепенно. Медленно. День за днём. Словно где-то глубоко внутри уже давно перестал верить в счастливый конец. Эта мысль разбивала ей сердце. Потому что всё это время она строила планы. Говорила о доме у моря. О будущем. О книгах. О жизни после Министерства. А он слушал её и улыбался. Слушал и заранее прощался.       К вечеру начал идти дождь. Тяжёлые капли били по стёклам гостиной, превращая сад за окном в размытое серое пятно. Небо потемнело ещё сильнее, и дом казался непривычно пустым. Джинни всё это время оставалась рядом. Не задавала лишних вопросов. Не пыталась успокаивать. Просто была рядом. Иногда именно это нужно больше всего. Около восьми часов вечера камин вспыхнул. Гермиона вскочила раньше, чем успела осознать происходящее. В гостиной появился Гарри. Одного взгляда на его лицо оказалось достаточно. Что-то случилось. Он выглядел промокшим, уставшим и злым. Очень злым. Таким Гермиона видела его редко. Только тогда, когда происходило что-то действительно плохое. Несколько секунд он молчал. Будто пытался подобрать слова. И именно это напугало её сильнее всего. — Гарри. Он провёл рукой по мокрым волосам. Вздохнул. Посмотрел ей прямо в глаза. — Мы нашли его. На мгновение мир словно остановился. Гермиона почувствовала, как внутри вспыхивает надежда. Такая сильная, что стало трудно дышать. — Где он? Гарри не ответил сразу. И надежда начала медленно превращаться в страх. — Гарри. — Он жив. Теперь сердце остановилось уже по другой причине. Потому что так говорят только тогда, когда всё остальное плохо. Очень плохо. Гарри отвёл взгляд. Всего на секунду. Но Гермиона успела это заметить. — Что произошло? Тишина. Дождь продолжал стучать по окнам. Где-то в доме скрипнула старая половица. А потом Гарри наконец заговорил. — Мы нашли место, где он пытался уничтожить артефакт. Поздно. Слишком поздно. Когда мы добрались туда, Министерство уже было на месте. Гермиона почувствовала, как холод поднимается откуда-то изнутри. Медленно. Неотвратимо. — Роули? Гарри кивнул. — Роули. Она закрыла глаза. Всего на секунду. Потому что уже знала, что услышит дальше. И всё равно не была готова. — Драко арестовали. Слова прозвучали удивительно спокойно. Слишком спокойно для того, чтобы разрушить целую жизнь. Несколько мгновений Гермиона просто смотрела на Гарри. Не понимая. Не принимая. Не веря. Арестовали. Это слово никак не хотело укладываться в голове. Будто речь шла о ком-то другом. О чужом человеке. О чужой истории. Но не о них. Не о Драко. Не после всего, через что они прошли. Не после моря. Не после дома. Не после всех обещаний. Только потом она заметила ещё одну деталь. Самую страшную. — Где он сейчас? Гарри опустил взгляд. Именно тогда Гермиона поняла ответ. Ещё до того, как он произнёс его вслух. — В Министерстве. Пока. Слово прозвучало почти неслышно. Но именно оно означало всё. Потому что оба понимали: если Роули получит то, что хочет, следующим пунктом станет Азкабан.