Главы 12 – Пощёчина для Лукаса

Мы собрались вчетвером, как я и предсказывала — точнее, помнила по манхве. Сюжет не подвёл: Лукас действительно стал компаньоном Атанасии. Правда, под угрозами и давлением — этот придурок обещал съесть Воронулю, так что выбора у сестры особо не было. Лаки тем временем стал моим компаньоном официально. Сейчас он сидел сзади, прижимался ко мне так, словно боялся, что я исчезну, и рассеянно игрался с моими рыжими волосами. Мы устроились прямо на полу, на мягком ковре. Я чувствовала, как он трётся щекой о мою макушку — привычка из прошлой жизни, от которой щемило сердце. Эти двое сидели на диванах друг напротив друга. Лукас развалился с таким видом, будто комната принадлежала ему. Ноги закинул на пуфик, книгу какую-то листал — воплощение ленивого довольства. — Пожалуй, я немного позлоупотребляю твоим гостеприимством, — протянул он. — Проведя несколько дней во дворце, я понял, что здесь довольно комфортно. К жизни в роскоши очень легко привыкнуть. — Дядя, сколько вам лет на самом деле? — спросила Атанасия, пристально глядя ему в глаза. Лукас даже не поднял взгляда от книги. — Лучше воспринимай меня как ровесника. Я в любом случае буду расти в твоём темпе. — Раз собрался быть мне другом, расскажи что-нибудь о себе, — продолжила она уже спокойнее. Он наконец поднял глаза — рубиновые, изучающие. Посмотрел на неё, словно что-то высматривал, и снова уткнулся в книгу. — Ты же знаешь моё имя и возраст. Что ещё тебе нужно знать? Всё остальное, что могло бы меня хоть немного охарактеризовать, давно исчезло. — Он помолчал и добавил с лёгким сарказмом: — Что у вас принято о себе рассказывать, когда вы заводите друзей? Атанасия вспыхнула. — А если бы я знала, что именно с тобой мне придётся застрять, я бы лучше выбрала сына мастера Снежка! Я похолодела. Воздух в комнате изменился — стал плотным, как перед грозой. Лукас улыбнулся, но улыбка эта не имела ничего общего с весельем. Холодная, саркастичная — та самая, которую я видела при первой встрече. Атанасия взбесила его. По-настоящему. Задела его гордость, его тщеславие — сравнила с каким-то посторонним мальчишкой. Нарцисс не прощает такого. Инстинктивно, даже не успев подумать, я выставила руку. Защитное поле вспыхнуло и окутало нас с Лаки — полупрозрачное, алое, оно замерцало в воздухе. Я не хотела попасть под перекрёстный огонь. Лукас поднял палец. — Ну, раз так хочешь, — произнёс он почти ласково, — будь ему подружкой. Щёлкнул — и Атанасия исчезла. Просто растворилась в воздухе. Ни дыма, ни вспышки. Только пустой диван напротив. Лаки за моей спиной судорожно втянул воздух: — Куда она делась?! — Телепортировал, — прошептала я. — К сыну мастера Снежка. К Иджекилю. — Просто взял и... Он вообще нормальный?! — Нет. Поэтому сиди тихо. Лукас медленно повернулся к нам. Его рубиновые глаза всё ещё блестели опасным блеском. Я видела, как он разглядывает моё защитное поле. Хищное любопытство постепенно вытесняло раздражение. Надо отвлечь. Срочно. И первая мысль была до идиотизма простой. Та самая, что сработала в прошлый раз. — Как день прошёл? Лукас моргнул. Его палец, уже занесённый для какого-то заклинания, замер в воздухе. — Что? — День. Как он прошёл? Ты устал? Выглядишь так, будто у тебя был долгий день. Он уставился на меня с таким выражением, будто я внезапно запела оперу. Гнев в рубиновых глазах не исчез, но смешался с недоумением и неохотным интересом. — Ты спрашиваешь меня о моём дне? После того, как я телепортировал твою сестру? — В известном направлении. Так как день? Он долго смотрел на меня. Потом коротко хмыкнул. — Ты невыносима, Лео. — Я в курсе. Так как день? — Скучный. Был скучный. Пока твоя сестра не решила меня оскорбить. — Она не хотела. Она просто импульсивная. — Я заметил. — Он прищурился, разглядывая поле. — А ты подняла защиту. Поле стало лучше с тех пор, как я начал с тобой возиться. Структура плотнее. Края ровнее. Он ткнул пальцем в поле. Оно замерцало, но выдержало. Ткнул ещё раз. — Ты можешь перестать? — Нет. Это интересно. Вот здесь, — он постучал по невидимой стенке, — слабое место. Если надавить сильнее, оно лопнет. Хочешь, покажу? — Сначала верни Атанасию. — Через пятнадцать минут. Лаки за моей спиной тихо выдохнул: — У вас тут всегда так? — Всегда, — ответила я. — И ты к этому привыкла? — Нет. Но учусь. Ровно через пятнадцать минут воздух в центре комнаты дрогнул, пошёл рябью — и Атанасия возникла из ниоткуда. Взъерошенная, красная, с цветком в руке. От неё пахло яблоками. — Я. Тебя. Убью, — выдохнула она, глядя прямо на Лукаса. — Ну как прогулочка? — отозвался он лениво, не отрываясь от моего поля. — Видимо, тебе там было весело, раз ты так долго меня не звала. Договорить он не успел. Атанасия сжала кулак и с размаху ударила его по лицу. Звук получился глухой, но внушительный. Лукас пошатнулся и рухнул на ковёр, хватаясь за челюсть. Рубиновые глаза расширились — впервые за всё время в них промелькнуло искреннее изумление. — Ух ты... — протянул он, потирая скулу. — Ты первый, кто решился поднять на меня руку. Потеряю свою голову... — Он замолчал и вдруг спросил почти обиженно: — Но за что? Я не стала препятствовать. Это тоже входило в канон. В манхве она ударила его — и здесь ударила. Я лишь поднялась с пола и помогла несчастному магу встать. Он принял мою руку без возражений — что само по себе было признаком крайней степени потрясения. — Ты говорила, что хочешь подружиться с младшим Снежком, — сказал Лукас, всё ещё потирая челюсть, — и я исполнил твоё желание. Где благодарность? Атанасия рванулась вперёд. Кажется, она хотела ударить его ещё раз. Я перехватила её кулак. — Пусти! — прошипела она. — Нет, — я держала крепко. — Уже достаточно. Она вырывалась, дышала тяжело, её топазовые глаза метали молнии. Лаки за моей спиной тихо присвистнул, но благоразумно промолчал. — Ты что, меня за дуру держишь?! — чуть ли не прошипела Атанасия, глядя на Лукаса. Он поднял руки в примирительном жесте — невиданное зрелище. — Хорошо, хорошо. Я прошу прощения. Успокойтесь. Я отпустила кулак сестры. Она выпрямилась, всё ещё сверля Лукаса взглядом, но атаку не повторила. Лукас потёр скулу и покосился на меня. — У вас в семье все такие буйные? — Только мы с ней, — ответила я. — Двое — уже много. — Привыкай. Лаки тихо засмеялся и уткнулся лбом в моё плечо. Фредди, разлёгшийся на ковре, лениво приоткрыл один глаз: — Хозяйка, по-моему, он получил по заслугам. — Определённо. — Мне нравится твоя сестра. — Мне тоже. Атанасия плюхнулась на диван и скрестила руки на груди. Лукас, всё ещё потирая скулу, присел рядом. На почтительном расстоянии. Кажется, урок был усвоен.