Глава 20. Возвращение короля

      Простор, 298 г. от З.Э.       Герольд.       Они прибыли в королевство, охваченное хаосом, и Герольд улыбнулся, наконец поняв, почему его король избрал именно этот час для возвращения. Но это лишь делало его собственную миссию ещё важнее — времени терять было нельзя. Высадившись в Староместе с намерением поговорить с семьёй, он узнал о произошедшем, и это изменило его планы. Вместо этого он двинулся в путь со своим эскортом, проводя в седле вдвое больше часов, чем обычно.       Лошадей они не гнали в полную силу, но и не жалели, и две трети дня в седле, даже с отдыхом на оставшуюся треть, давались нелегко. Ночные переходы Герольда не пугали — Розовый путь указывал дорогу, и нужно было быть храбрецами, чтобы напасть на дюжину хорошо вооружённых рыцарей. В итоге путешествие, на которое обычно уходило две недели, они завершили меньше чем за одну, и когда впереди показался Хайгарден, Герольд невольно улыбнулся.       — Ну вот, добрались, — сказал Кирус, улыбаясь и подъезжая к нему.       — Добрались. Были какие-нибудь проблемы с людьми? — спросил Герольд.       — Нет, сир Герольд. Знаете, я никогда по-настоящему не верил, что когда-нибудь вернусь сюда, — признался Кирус.       — Даже когда встретили короля?       — Нет, сир Герольд. Вот тогда я и понял, что вернёмся, — ответил Кирус, и Герольд усмехнулся.       — Вам приходилось иметь дело с Тиреллами прежде? — спросил Герольд.       — Нет.       — Будьте осторожны. Они народ колючий, особенно Мейс, если он там окажется, — сказал Герольд, и сзади раздался смех.       Когда они въехали в ворота Хайгардена, стражники почти не обратили на них внимания: все были хорошо одеты и выглядели именно тем, чем являлись, — рыцарями, так что их приветствовали и пропустили. Лишь у самого лабиринта их остановили и попросили назваться и объяснить цель визита. Стражники быстро дали понять, что дальше может пройти только один, и Герольд спешился и последовал за ними, оставив Кируса с людьми.       Миновав лабиринт, он добрался до главного замка, где ему пришлось ждать, пока один из стражников отправился за капитаном. Он не мог не усмехнуться всему этому абсурду: вот он, лорд-командующий Королевской Гвардии, вынужден стоять и дожидаться — знали бы они, с какой вестью он явился, затащили бы внутрь волоком. Наконец капитан появился — перед Герольдом оказался угрюмый человек, судя по всему получивший своё звание по каким-то непонятным соображениям: оружие явно было ему в тягость.       — Кто вы?       — Это неважно. У меня здесь письмо для леди Оленны. Прошу доставить его и передать мне ответ.       — И кто вы такой, чтобы отдавать мне приказы, сир? — скривился капитан.       — Думаю, ваша леди захочет переговорить со мной. Если я ошибаюсь — можете вышвырнуть меня вон. Но если нет — я не думаю, что леди, которой вы служите, обрадуется, узнав, что вы сами решали, какие послания до неё доходят. Как полагаете? — сказал Герольд и вручил ему записку.       Прошло несколько минут, и пришедший затем человек, должно быть, занимал немалое положение — двое оставшихся с Герольдом стражников вытянулись по стойке смирно. Высокий юноша, широкоплечий, с бородой; то, как он двигался и держался, выдавало в нём рыцаря и воина. Что вскоре подтвердилось, когда тот вышел его поприветствовать.       — Сир, если вы сдадите оружие страже, я провожу вас к моей бабушке.       — Прошу прощения, сир, но своё оружие я не сдаю никому. Однако я принял бы право гостя.       — Хорошо. Мартин, принеси хлеб и соль для сира, — сказал он, обернувшись к молодому человеку.       — Конечно, сир Гарлан, — ответил тот.       — Как прошла дорога, сир? — весело спросил Гарлан.       — Хорошо, сир Гарлан. Скажите, моим спутникам — им могли бы предложить какое-нибудь угощение?       — Разумеется, сир, — ответил Гарлан.       Когда Мартин вернулся и поднёс ему хлеб и соль, он отломил по кусочку от каждого, а молодого человека отправили с одним из стражников позаботиться о его людях. Затем они вошли в сам замок и тихо прошли по нескольким коридорам. Стены были богато украшены: повсюду — гобелены, позолоченные подсвечники, яркие краски, и куда ни глянь — столики с цветами.       Наконец они подошли к широким двустворчатым дверям: сир Гарлан постучал и предложил ему войти. Внутри убранство было ещё роскошнее. Посреди комнаты стоял большой дубовый стол с шестью удобными креслами вокруг, а в углу — стол ещё больше, с четырьмя стульями: тремя с одной стороны и одним с другой.       За главным столом, на почётном месте, сидела женщина, которую он не видел шестнадцать лет. Оленна выглядела постаревшей, но в точности такой, какой он её помнил. Рядом сидел молодой человек — явно брат сира Гарлана, — а по обе стороны от них стояли двое из самых рослых людей, каких Герольду доводилось видеть, оба с руками на рукоятях мечей. Он улыбнулся ей, она внимательно оглядела его и повернулась к обоим стражникам, велев им охранять снаружи. Он и сир Гарлан прошли к столу и заняли свои места.       — Герольд, сколько же лет прошло.       — Да, Оленна. Вы прекрасно выглядите.       — Правда? Вы так постарели, что зрение вас подводит, — пошутила она, и оба засмеялись. — Мой внук Гарлан вам уже знаком, а вот Уиллас — нет, — добавила она, кивнув на другого мужчину, который смотрел на него с любопытством.       — Лорд Уиллас, сир Гарлан, — сказал он и кивнул обоим.       — Сир? — переспросил Уиллас.       — Уиллас, это твой двоюродный прадядя, сир Герольд Хайтауэр, Белый Бык, — объявила Оленна, и оба внука не смогли скрыть изумления.       — Сир Герольд, это честь, — произнёс сир Гарлан, и теперь в его голосе звучало неподдельное любопытство.       — Сир Герольд, — сказал Уиллас, улыбаясь.       — Итак, что привело вас на эти берега, да ещё в такое время? — подозрительно спросила Оленна.       — О, я прибыл короновать своего короля, — ответил Герольд и наблюдал, как в её глазах зажглись искорки.       — Думаю, сначала нам стоит поесть, а потом поговорить, — сказала Оленна, и он кивнул.       Они поели, и он наслаждался трапезой — галеты и сухой хлеб в дороге мало кому придутся по вкусу. Он придерживался воды, хотя с удовольствием выпил апельсинового сока, когда тот был предложен. Когда еда была закончена и тарелки убраны, он начал готовиться: его король дал ему чёткие указания. Он также рассказал ему о некоторых возможных трудностях, с которыми тот может столкнуться на встречах, — они разыгрывали различные сценарии, почти как партии в кайвассу. Теперь Герольду предстояло выяснить, в какую игру ему предстоит сыграть.       — Лорд Мейс не здесь? — спросил Герольд.       — Нет, у моего сына дела в другом месте, — ответила Оленна.       — Он уехал с большой свитой? — сказал Герольд, и и Оленна, и Уиллас посмотрели на него, гадая, откуда ему это известно.       — Уехал. Вы хорошо осведомлены, Герольд.       — И вы понятия не имеете, куда именно, не правда ли, милая леди? — сказал Герольд, и раздражение на её лице само дало ему ответ.       — Ваш сын отправился на встречу с Ренли Баратеоном. Он намерен предложить ему поддержку Простора и встать за его права на Трон.       — Что? Почему? Он бы не стал... — начал Гарлан, но Уиллас и Оленна переглянулись.       — Стал бы, чтобы сделать Маргери королевой, — сказал Уиллас.       — Только это пустая мечта. Ренли никогда не займёт трон, а если Простор примкнёт к нему... — начал Герольд, и Оленна закончила за него:       — Мы будем разорены. Так кому же вы предлагаете нам присягнуть, Герольд? — спросила она, внимательно глядя на него.       — Тому, кому вы всегда и желали присягнуть. Я предлагаю вам возобновить верность Таргариенам — или вы забыли, кто помог вам обрести силу?       — Не забыли. Мы верны Таргариенам и останемся верны им всегда, — сказала Оленна.       — Прекрасно. Тогда поговорим подробнее о цене этой верности. Расскажите мне о вашей внучке.       Оленна.       День начался скучно и обещал стать долгим. Маргери уехала с несколькими своими дамами в сиротский приют, Гарлан занимался своим делом с мечом. Что до Мейса — куда это он умотал с такой большой свитой, она понятия не имела, но лучше пусть заваривает кашу где-нибудь в другом месте, чем здесь. В итоге они с Уилласом остались разбирать бумаги, письма и прочую подобную скуку, которая сегодня совершенно её не занимала. Поэтому когда капитан стражи явился с известием о каком-то рыцаре, желающем передать ей важное послание, это её заинтересовало.       — Он передал мне это, миледи, — сказал капитан, протянув ей записку, которую она тут же развернула.       Белому Быку не место одному в розовом саду.       Она читала и перечитывала и улыбалась.       — Позовите моего внука и немедленно проводите этого человека ко мне, — велела она, и стражник поспешил прочь.       — Бабушка? — Уиллас посмотрел на неё, и она покачала головой, давая понять — подождите.       Когда он явился, она постаралась не слишком широко улыбаться, пошутила, он засмеялся, а затем сказал, что прибыл короновать короля — и в груди у неё поднялось волнение, которое она не могла сдержать. После разговора она немедленно распорядилась приготовить комнаты для него и его людей — они остановятся здесь как её гости. Когда он ушёл в свои покои, она осталась с внуками и послала за внучкой: только что услышанное было невероятным.       — Вы верите ему, бабушка? — спросил Уиллас.       — Разумеется. Герольд — многое, только не лжец.       — Но драконы? — Гарлан покачал головой с недоверием.       — Мы сами их увидим, не правда ли? Мы же не станем ни на что соглашаться, не убедившись собственными глазами, — сказала она нетерпеливо.       — Я понимаю, бабушка, просто вся эта история такая невероятная: скрытый король, живая Лианна Старк, флот и драконы, — сказал Уиллас.       — Мы всегда знали, что в этом похищении было больше, чем казалось. Рейегар был... тот человек никогда не стал бы похищать кого-либо силой, — произнесла она, вспоминая красивого принца.       На то, чтобы обсудить всё сказанное Герольдом, ушёл почти час. Предложение, которое он сделал, давало им почти всё, чего они когда-либо желали, и хотя королю ещё предстояло его подтвердить, отказаться от такого было невозможно. Оленна была удивлена, насколько мало пришлось торговаться: место в совете и Маргери в королевах, а прочие блага — и без того ей безразличные. Её внучка станет королевой — это и было всем, к чему они стремились, всем, что они замышляли, и она не могла не улыбнуться лукавству Вариса.       Она поняла ещё тогда, когда Маргери рассказала ей, что говорил евнух: он работает на кого-то другого. Но даже в самых смелых мечтах она не могла представить, что речь идёт о сыне принца-дракона, — она просто сгорала от желания увидеть лицо Мейса. Впрочем, сначала нужно было как следует отчитать сына за безрассудство его затеи. Ренли Баратеон — надо же придумать; даже если тот и занял бы трон, его линия оборвалась бы на нём самом.       — Бабушка, вы слушаете? — спросил Уиллас.       — Что?       — Я говорил, что нам нужно подготовиться к возвращению отца. Послать воронов, чтобы созвать знамёна, можно только отсюда, так что мы должны быть готовы.       — Конечно, это я оставлю в твоих надёжных руках, — сказала она, вставая и направляясь к двери.       — Куда вы? — спросил Гарлан.       — Искать вашу сестру.       Она вышла в коридор вместе с двумя своими великанами-охранниками, оставив внуков строить планы насчёт отца. Найдя своего управляющего, она велела привести Маргери к ней в летний сад с какими-нибудь угощениями и сама отправилась через замок. Летний сад был ближайшим из главных мест для прогулок на свежем воздухе, и хотя она предпочитала некоторые другие, сегодня ей не хотелось далеко идти. Добравшись до сада, она опустилась в кресло и ждала, пока слуги расставляли столы, и уже попивала сладкий чай, когда появилась Маргери.       — Бабушка, что случилось? — спросила та с лёгким раздражением в голосе.       — Не смей так со мной говорить, дитя, — тем более когда мне есть что тебе сообщить.       — Прости, бабушка, — сказала её маленькая роза, и Оленна тепло ей улыбнулась.       — Всё хорошо, моя дорогая. Теперь садись и позволь рассказать тебе о твоём будущем муже.       Королевская Гавань, 298 г. от З.Э.       Джей.       Они прибыли затемно, и Джей приказал «Плачу Дракона» бросить якорь на некотором расстоянии от причалов — он предпочитал добираться на лодке, чтобы при необходимости можно было быстро уйти. Калорс оставался на борту охранять его мать, а остальные охранники и матросы должны были обеспечить возможность отхода прежде, чем какой-либо королевский корабль успеет дать погоню. Бранкардикс нашёл неподалёку пещеры и пока держался вне поля зрения, хотя это, конечно, было лишь временным решением.       — Будь осторожен, сын, — сказала его мать, когда он спускался в лодку.       — Буду, матушка. Скоро увидимся.       — Эртур, береги его. И себя тоже, — услышал он слова матери, когда Эртур тоже спустился в лодку.       Путь до берега прошёл мирно и тихо. На месте он отправил лодку обратно с наказом встретить их в небольшой бухте неподалёку в час волка следующей ночи. Они были хорошо одеты, но без излишней пышности, при оружии, но не в полном доспехе, и не прошло и минуты после отплытия лодки, как к ним подбежал мальчишка.       Признав в нём одну из малых птах Вариса, они последовали за ним по улицам, вниз по Улице Шёлка, в дом, который явно был тем борделем, о котором говорил Варис. Их встретила красивая женщина с Летних островов — улыбнулась и провела в большую комнату, где Варис уже сидел и ждал.       — Мой король, у меня для вас дурные вести, — сказал Варис, когда женщина ушла.       — Говорите, лорд Варис.       — Узурпатор мёртв — загрызен вепрем, хотя я подозреваю злой умысел. Но меня тревожит другое: голова Десницы короля на кону.       — Нам-то что до сокола, лорд Варис? — сказал Эртур, и Джей не мог не согласиться.       — Лорд Аррен умер несколько месяцев назад. Я говорю о новом Деснице, о вашем дяде, мой король, — лорде Старке.       Варис объяснил цепь событий: смерть Джона Аррена, поездка короля в Винтерфелл, помолвка принца с двоюродной сестрой, назначение дяди Десницей. Рассказал об откровении насчёт происхождения королевских детей, о предательстве Бейлиша и резне среди людей его дяди. Когда дошло до того, что дядя брошен в камеру, а его дочери — одна в плену, другая пропала без вести, — Джей его перебил.       — Похоже, мне предстоит спасти свою семью, милорд, — сказал Джей, и Эртур кивнул.       — Для этого у меня есть человек, который может помочь, — сказал Варис, подошёл к двери и тихо постучал.       Седовласого мужчину, который вышел, Джей не узнал. Но, услышав, как изумлённо вздохнули и этот человек, и Эртур, мог догадаться, кто это. Когда мужчина опустился на колено, он стал уверен в своей догадке и посмотрел на Эртура, а затем человек заговорил.       — Я нарушил свою клятву, мой король. Я подвёл вашего отца. Я не прошу и не жду прощения, но если есть служба, которую вы желаете мне поручить, — вам стоит лишь сказать, — произнёс сир Баррестан.       — Если бы вы знали обо мне, что бы вы сделали, сир Баррестан? — спросил Джей у всё ещё стоявшего на колене рыцаря.       — Я обыскал бы весь известный мир, чтобы найти вас, мой король, — ответил Баррестан, и Джей посмотрел на Эртура, который кивнул.       — Встаньте, сир, — у нас есть для вас служба, — сказал Джей, и рыцарь поднялся на ноги.       — Есть ещё один человек, которому, возможно, потребуется ваша помощь, мой король, — сказал Варис и вывел испуганную темноволосую хорошенькую девочку.       — Милорд? — спросил Джей.       — Мой король, это Джейни Пуль, подруга вашей двоюродной сестры. Лорд Бейлиш имел на неё свои планы, — сказал Варис с отвращением.       — Миледи, я предлагаю вам всю защиту, какую могу дать. Никто вас не обидит, и я позабочусь о том, чтобы вас вернули к вашей семье, — сказал Джей, и девочка заплакала.       — Боюсь, мой король, что её отец был среди людей вашего дяди, — сказал Варис, и Джей кивнул, подошёл к девочке и молча спросил взглядом разрешения обнять её; когда та кивнула, он прижал её к себе, и она разрыдалась у него на плече.       — Миледи, я обещаю, что вы будете в безопасности, клянусь, — сказал он, и она немного успокоилась.       Когда слёзы иссякли, Варис позвал одну из девушек проводить Джейни в соседнюю комнату, и та согласилась уйти лишь после того, как Джей заверил её, что она уедет вместе с ними.       — Мои кузины, лорд Варис?       — Леди Санса находится в Твердыне Мейгора. О леди Арье мои малые птахи не принесли никаких вестей.       — Она жива? — тревожно спросил Джей.       — Думаю, да, мой король. Ланнистеры послали за ней стражников, значит, от них она ушла. Ставлю на то, что прячется где-то в городе.       — А мой дядя?       — Содержится в чёрных камерах, мой король.       — Мне нужно вытащить их обоих, лорд Варис. Сир Баррестан, вы знаете моих кузин? — спросил он, обернувшись к рыцарю.       — Да, Ваша Милость.       — Лорд Варис, мы должны их спасти. Это возможно?       — Возможно, мой король. Нужно действовать быстро. Мне потребуется два дня, чтобы всё подготовить. Но стоит ли рисковать?       — Стоит, — твёрдо ответил Джей.       Когда Варис ушёл, давешняя женщина, встретившая их, вернулась в комнату и провела их в другие покои, где отдыхала Джейни, и велела принести им еды. Поговорив немного с Баррестаном и согласовав с Эртуром их планы, Джей отошёл в угол к небольшому подоконнику и лёг. Сон пришёл быстро, и хотя Кровавого Ворона в нём не было, Джей знал, что именно он его послал.       Он увидел девочку, прячущуюся в тени и плачущую во сне, — маленькую, тощую, с знакомыми серыми глазами. Увидел её же бегущей по улице — тонкие ноги быстро мелькали. Обернувшись, он заметил рядом Эртура и Баррестана и понял: девочка бежит именно от них. С ужасом он наблюдал, как она уносится прочь, только чтобы её остановили золотые плащи. Он попытался броситься за ней, но Эртур и Баррестан потащили его в противоположную сторону, а девочкины глаза смотрели на него с мольбой о помощи.       Он вскочил, и страх, застывший в этих серых глазах, не оставил места никакой сонливости. Он бросился искать воды умыться — и не нашёл.       — Мой король? — Баррестан смотрел на него с беспокойством.       — Сир Баррестан, мне нужна вода, чтобы умыться, — сказал Джей, не готовый пока рассказывать о том, что видел.       — Сейчас же позабочусь, мой король, — сказал Баррестан и вышел из комнаты.       Джей подошёл к Эртуру и разбудил его — ему было стыдно, но выбора не было: нужно было поговорить, прежде чем он сделает то, что задумал. Это заняло несколько минут, и за это время проснулась Джейни — и, как и он сам, вскочила в панике. Но, увидев, что все они по-прежнему здесь, немного успокоилась.       — Что случилось, Джей? — спросил Эртур, когда открыл глаза.       — Мне нужно кое-что сделать, Эртур. Одному. Если я этого не сделаю, думаю, она погибнет, — сказал Джей.       — Кто, Джей?       — Моя кузина. Думаю, я только что видел её в видении, — сказал Джей.       Он рассказал Эртуру о своём сне и о том, что уверен: девочка — его кузина Арья. Он знал: Эртур прекрасно понимает, как работают видения, — следуй им в точности, и случится то, что ты видел. Значит, нужно это изменить, а единственный способ — действовать без Эртура и Баррестана. Несмотря на очевидное беспокойство, названый отец никогда не отказывал ему, не отказал и теперь.       Когда вернулся Баррестан и Джей умылся, он позволил Эртуру взять объяснения на себя. Старый рыцарь был недоволен, но подчинился. Заверив Джейни, что с ними она в безопасности, Джей вышел на поиски кузины. Это заняло какое-то время, но в конце концов он нашёл нужную улицу, занял позицию и стал ждать — надеясь, что она появится и, главное, что поверит ему.       Увидев её вживую, он остолбенел: её волосы, её глаза — словно перед ним юная версия его матери. Если бы не грязь, босые ноги и очевидный голод, Джей позволил бы себе насладиться этой встречей. Но, заметив его, она тут же начала отступать, пятясь по улице назад, — и образы из видения, где её уволакивают кричащую золотые плащи, сами собой встали перед глазами.       — Когда снега падут и белые ветры завоют — одинокий волк погибает, но стая выживает, — произнёс Джей, и девочка остановилась и уставилась на него.       — Откуда вы это знаете? — спросила она с подозрением.       — Я здесь, чтобы помочь. Клянусь Старыми Богами и новыми. Помочь тебе, твоей сестре и твоему отцу. Пожалуйста, пойдём со мной, прошу тебя, — взмолился Джей.       Девочка посмотрела от него на конец улицы и обратно, и в тот самый миг, когда она начала идти к нему, до них донёсся топот приближающихся золотых плащей. Он махнул ей — беги, — и она рванула. Им удалось выскользнуть с улицы в тот самый момент, когда золотые плащи вошли в неё, и Джей быстро зашагал с девочкой обратно к борделю. Всю дорогу она не сводила с него настороженных глаз, рука сжимала рукоять тонкого меча — он присмотрелся: клинок сломан, осталось лишь маленькое остриё, но она крепко держалась за него.       — Здесь мы будем в безопасности. Принесу тебе поесть, — сказал он, но она покачала головой.       — Это один из тех домов. Я не хочу туда.       Джей опустился на колено, достал кинжал и протянул ей — валирийская сталь сразу привлекла её внимание.       — Обещаю: с мной ты будешь в безопасности. Если я лгу — ты знаешь, как пустить его в ход, верно? Первый урок: коли острым концом, — сказал Джей, и она едва не улыбнулась, тут же взяв себя в руки.       — Я знаю, каким концом, — ответила она, и на этот раз улыбнулся он.       Когда он ввёл её внутрь, Чатайя — хозяйка заведения, как он уже успел узнать — окинула его любопытным взглядом, затем кивнула и повела их в комнату. Он попросил принести еды, а войдя, обнаружил, что Эртур мерит её шагами, а Барристан сидит рядом с Джейни Пуль — та, едва завидев Арью, бросилась к ней навстречу.       — Арья, Арья, слава богам, ты в безопасности, — сказала Джейни, и Джей с радостью заметил слабую улыбку на лице девочки.       — Санса? Отец? — спросила Арья, и Джейни покачала головой.       — У нас есть план насчёт твоего отца и сестры, Арья, — сказал Джей, и он увидел, что девочка уже открыла рот, но стук в дверь её остановил.       Девушка, принёсшая еду, тоже была с Летних Островов — он подумал, не родственница ли она хозяйке; та выставила всё на стол, и Джей кивнул Арье, которая тут же уселась и принялась есть жадно. Он не смог сдержать смех, когда она громко рыгнула; поначалу девочка одарила его сердитым взглядом, но потом ухмыльнулась и снова принялась за еду. Насытившись, она зевнула, Джей подвёл её к кровати, она посмотрела на него, и он кивнул.       — Отдохни. Ты в безопасности, а когда проснёшься, поговорим об отце и сестре.       — Кто ты?       — Друг Старков и Севера, — сказал Джей, и она забралась в постель, уснув почти в тот же миг, как голова коснулась подушки.       Эртур.       Новости, которые они узнали по прибытии, были невероятными: олень мёртв — убит кабаном, ни больше ни меньше, — сокол отравлен, Ланнистеры наконец-то на троне, о котором Тайвин мечтал всю жизнь. То, что Нед Старк брошен в темницу, его семья взята в заложники, а домочадцы перебиты, — этого никто из них не ожидал. Но они успели вовремя, чтобы что-то предпринять.       К явному облегчению Джея — это чувствовалось, — присутствие Барристана вызывало смешанные чувства: ни он сам, ни его братья не одобряли того, что тот сделал. Но когда Барристан объяснил свои мотивы, Эртуру было трудно его осуждать — к тому же именно Джею решать, что делать с бывшим братом, а не ему. Они проговорили почти до утра и нашли общий язык, хотя доверию ещё предстояло вернуться.       — Как она? — спросил Эртур, когда Джей вышел из спальни.       — Устала, напугана и беспокоится о семье, — ответил Джей, садясь. — Где Джейни?       — Ушла с одной из девушек помыться. Кажется, ей лучше, — сказал Эртур.       — Сир Барристан, идите к нам, — позвал Джей, взглянув на человека, сидевшего у окна.       — Благодарю, мой король, — произнёс Смелый, занимая место.       — Что произошло, сир? С лордом Арреном, с королём?       Барристан рассказал о гибели лорда Аррена, о смерти короля, о том, как разорвали завещание государя, как дядя Джея был брошен в темницу, как послали людей убить слуг и захватить его кузин. Как его отстранили от Королевской Гвардии и как он собирался уплыть в поисках Компании Дракона — до тех пор пока Варис не отозвал его в сторону и не рассказал о Джее.       — Спасение дяди не положит конец всему этому, сир Барристан. Я намерен вернуть себе трон — это будет ещё одна война. Если хотите уйти, скажите сейчас, — произнёс Джей.       — Если вы примете меня, мой король, мой меч — ваш, — сказал Барристан, и Джей улыбнулся.       — Хорошо. Сегодня ночью нам нужно переправить девочек на корабль. Завтра, когда мы вызволим дядю и кузину, немедленно уходим.       — Куда мы направляемся, Ваша Милость?       — В Хайгарден, к сиру Герольду, — сказал Джей, и Барристан улыбнулся.       После ужина и визита одной из пташек Вариса, сообщившего, что к следующей ночи всё готово, они расселись и заговорили о давних приключениях. Джей жадно слушал, как Барристан рассказывал о его прапрадеде. Когда речь зашла о войне Девятигрошовых Королей, о Мейлисе и о том, как Барристан сразил его, Джей улыбнулся, а когда в дверях спальни показалась маленькая сонная девочка — рассмеялся.       — Правда, у него было две головы? — спросила Арья, подходя к ним.       — Истинная правда, леди Арья, — сказал Барристан, и девочка нахмурилась.       — Я не леди.       — Нет, ты — волчица, — сказал Джей, и девочка широко улыбнулась.       — Что будет с отцом? — спросила она с тревогой.       — Мы вытащим его оттуда. Арья, посмотри на меня — мы вытащим его оттуда.       — Я могу помочь. Я знаю тайные ходы и как попасть внутрь.       — Арья, ты не можешь. Мне нужно знать, что ты в безопасности. Мне нужно, чтобы ты мне доверяла, — сказал Джей.       — Но я смогу…       — Я знаю, что сможешь. Но мне нужно, чтобы ты сделала это. Ты сможешь?       — Чего ты от меня хочешь? — произнесла она после нескольких мгновений молчания.       — Сегодня ночью мы отведём тебя на наш корабль, а завтра ночью освободим отца и сестру.       — Ты обещаешь? — спросила она, и губа у неё задрожала.       — Клянусь Старыми Богами и Новыми, — сказал Джей, и девочка бросилась ему на шею.       Той же ночью, в волчий час, они пробрались к бухте и нашли там ожидавшую их лодку. В ней сидели Патрек и Гаред; Джей улыбнулся мужчинам и обернулся к кузине и Джейни.       — Арья, эти люди отвезут тебя на наш корабль. Когда окажешься на борту, ступай к моей матери — она позаботится о тебе. И ты тоже, Джейни.       — Когда ты приедешь? — спросила Арья.       — Завтра в это же время — с твоим отцом и сестрой, а потом мы отвезём тебя домой, — сказал Джей, когда она потянулась вернуть ему нож.       — Оставь себе. На всякий случай, — сказал он, подмигнув, она кивнула и снова обняла его.       — Спасибо, — сказала она, забираясь в лодку вместе с Джейни.       — Патрек, скажи матери, что это Арья Старк. Завтра ночью приходи в это же время, но возьми лодку побольше, — сказал Джей.       Эртур и Барристан смотрели, как лодка удалялась, и ждали, пока она не скрылась из виду, а затем двинулись обратно к борделю. Там их уже ожидал Варис.       — Всё готово к завтрашнему вечеру, мой король. Правда, у лорда Старка повреждена нога — это может стать проблемой.       — Насколько серьёзно? — спросил Эртур.       — Ему нужна помощь при ходьбе, и он сидит в темнице почти без еды и воды. Я делал всё возможное, но не слишком много — чтобы не вызвать подозрений, — сказал Варис, взглянув на него.       — Благодарю вас, лорд Варис. Есть новости о Герольде? — спросил Джей.       — Судя по всему, ему сопутствовал успех. Лорд Мейс вернулся после переговоров с лордом Ренли, но они устояли и не примкнули — полагаю, они ждут вас, мой король.       — Север? — спросил Эртур.       — Сплотился вокруг вашего кузена и выступил в поход. Должны войти в Речные Земли через луну.       — Что их там ждёт? — спросил Джей, и Варис вздохнул.       — Хаос, мой король. Лорд Тайвин спустил своих бешеных псов, а сир Джейме прибыл с большим войском — речные лорды как раз выдвигаются ему навстречу.       — Под чьим командованием? — спросил Эртур.       — Лорда Эдмара Талли, — сказал Варис, и Джей вздохнул.       — Не понимаю, мой король — вы, похоже, знали об этом заранее? — Барристан посмотрел на Джея, который кивнул.       — Последние три года я обдумывал планы, сир: «а что если», запасные варианты на все случаи жизни. Вы играли в кайвассу, сир?       — Доводилось, мой король.       — Так вот, я три года играл в кайвассу с судьбой королевства и знаю почти каждый возможный план лучше кого бы то ни было. Этот — один из худших.       — Почему?       — Ослы ведут львов, сир. Ослы ведут львов, — сказал Джей, и Варис хихикнул.       — Эртур? — недоуменно переспросил Барристан.       — Речные лорды — бойцы лихие, но под командованием Эдмара Талли им не устоять перед Ланнистерами, — сказал Эртур, и Барристан покачал головой и рассмеялся, поняв сравнение.       Когда Варис ушёл, Джей велел Барристану занять кровать и отдохнуть — всем им понадобятся силы для завтрашнего дела. Сам же попросил принести бумагу и перо, уселся за стол писать, то и дело качая головой. Эртур знал: рано или поздно тот его позовёт, и потому не мешал. Несколько часов спустя зов прозвучал, и, подходя к столу, Эртур увидел на полу ворох скомканных листов.       — Джей?       — Я не могу сделать то, чего хочу, Эртур. Мне нужно сначала вытащить дядю и кузину — а иначе мог бы.       — Чего же ты хочешь?       — Запрыгнуть на спину Бранкардиксу и лететь спасать речных лордов, пока они не угодили в ловушку, — сказал Джей обречённо.       — Что важнее, Джей — Север или Речные Земли?       — Север, — ответил Джей. — И не только потому, что там моя семья, Эртур. Это будет линия фронта — нужно, чтобы он устоял.       — Тогда тут и вопроса нет, — сказал Эртур, и Джей кивнул. — Иди спать. Я постою на страже, пока Барристан не проснётся.       — Эртур, спасибо, — сказал Джей и пошёл к подоконнику, где и лёг.       Маргери.       Когда отец вернулся, её поразила враждебность, с которой его встретили бабушка и брат, — хотя, узнав о задуманных им планах, она и сама не могла поверить, что он способен быть настолько недальновидным. Она любила брата — по-настоящему, — но с какой стати он решил, что ей захочется жизни при Ренли в роли королевы, было выше её понимания. Пусть она и не рассчитывала найти любовь в браке, но хотя бы надеялась на мужчину, который желал бы быть с ней — мужчину, способного любить её хотя бы телесно, если уж не иначе.       На что Ренли был решительно неспособен. Отец пребывал в блаженном неведении относительно природы отношений Ренли и Лораса, но больше никто в её семье — нет; даже мать знала правду. И она сидела и слушала, как отец пыхтел и надувался, пока не умолк при виде вошедшего в комнату сира Герольда — выражение на лице отца, когда он уставился на Белого Быка, было бесценным.       — Сир Герольд? — произнёс он.       — Он самый, милорд, — ответил рыцарь, и Маргери едва удержалась от смеха: со всеми ними, особенно с ней и с матерью, Герольд держался вовсе не так церемонно.       — Я… мы слышали, вы были наёмником.       — Я всегда был тем, кем являюсь, — лорд-командующим при короле, — сказал Герольд, и отец переводил взгляд с неё на бабушку, с бабушки на брата и обратно с таким растерянным видом, что она услышала, как бабушка вздохнула.       — Боги мои, Мейс, закрой рот — ты похож на Талли, — сказала бабушка.       — Матушка, — пробормотал отец.       — Довольно, Мейс. Пока ты носился со своими фантазиями, мы здесь следили за тем, чтобы наша семья процветала. Маргери уж точно не выйдет за Ренли Баратеона, и мы не собираемся его поддерживать. И я хочу, чтобы мой внук вернулся домой немедленно.       — Но, матушка, Маргери стала бы королевой.       — Маргери будет королевой, Мейс, — при достойном короле, — сказала бабушка, и отец снова принял тот же растерянный вид.       — При каком? — спросил он.       — Джейхейрис Таргариен, третий этого имени, законнорождённый сын принца Рейегара и принцессы Лианны Таргариен, — произнёс сир Герольд, и у Маргери что-то всколыхнулось в животе.       Когда бабушка сообщила ей эту новость, она была потрясена: все истории оказались ложью — Рейегар не похищал Лианну Старк, он женился на ней, и у них родился ребёнок. Мальчика тайно растила Королевская Гвардия, и теперь он шёл забрать свой трон — и шёл не один. Войско более чем из двадцати тысяч человек, лорды Узкого Моря, его тётка и три дракона. Одна только мысль об этом была как страница из книги о самом Завоевателе — три взрослых огнедышащих дракона.       В конце концов ей довелось встретиться с прадядей, и он вполне оправдал свою легенду — пусть и в годах, но по-прежнему грозный, а смотреть, как он фехтует, было восхитительно. Это Маргери знала острее, чем Гарлан: когда брат услышал, что с королём сир Эртур Дейн, едва не лишился чувств. Но для неё важнее всего оказались беседы с сиром Герольдом о короле — и она поняла, что король всё больше занимает её мысли.       — Каков он, Ваша Милость? — спросила она, когда они прогуливались с матерью и её дамами.       — Он похож на отца, миледи, хотя нрава его не унаследовал. Но унаследовал его сердце и его заботы.       — Заботы?       — Принц Рейегар хотел сделать королевство лучше — оставить этот мир лучшим, чем нашёл его. Джейхейрис такой же, быть может, даже ещё более целеустремлённый.       — Есть ли у него другие увлечения?       — Он играет на арфе, миледи. Поёт, — сказал Герольд, и она улыбнулась.       — Он добрый человек, дядя? — спросила она, и голос у неё дрогнул.       — Ты моя кровь, Маргери, а он мой король. Я не знаю в этом мире никого лучше для тебя. Он не просто добрый человек — это лучший человек, которого я знал, — сказал Герольд, и ни тени лжи она в его словах не почувствовала.       Она обернулась к отцу, который бормотал что-то о приглашении Верховного Септона освятить их свадьбу и о том, что нужно устроить пир, какого ещё не бывало. Она закатила глаза, поймала усмешку бабушки и, если не считать одной фразы, почти перестала его слушать.       — Сын дракона, — произнёс отец, и Маргери улыбнулась.       Джей.       Пора. Они проверили оружие и убрали из комнаты все следы своего пребывания — этой ночью они покинут город либо на корабле, либо вовсе покинут этот мир; но так или иначе — сюда не вернутся. Одна из пташек Вариса пришла за ними, и когда они были готовы, вышли из комнаты и направились к входному залу. Чатайя стояла там, встречая гостей; Джей подошёл к ней, как только она освободилась.       — Благодарю вас, миледи, за все хлопоты, — сказал Джей, протянув ей кошель с золотом.       — Не нужно — лорд Варис позаботился о щедром вознаграждении.       — Примите это как мою личную благодарность за всё, что вы сделали, — сказал он, и она улыбнулась.       — Желаю вам удачи в грядущих войнах, Ваша Милость.       — И вам того же, миледи. Берегите себя.       Они последовали за маленьким мальчиком по улицам и в конце концов добрались до узкого лаза — пришлось пригнуться и проползти на ту сторону, где их уже ждал Варис.       — Мой король, сюда, — сказал Варис, ведя их по переулку, в конце которого оказался ещё один лаз.       С трудом протиснувшись сквозь него, они оказались в закрытом коридоре. Пройдя по нему до конца, нашли ещё одну дверь и вошли в темноту. Варис зажёг факел и повёл их по тёмным туннелям, а затем снова пришлось ползти через узкую щель. Когда они выбрались на другую сторону, то оказались прямо под Красным Замком — туннели здесь были значительно шире, и Варис поджёг ещё два факела и передал их Эртуру и Барристану.       — Нам ещё далеко идти, мой король, но мы уже под покоями Мейгора, и скоро будем у входа, ведущего к вашей кузине, — сказал Варис.       — Сир Барристан, вы знаете мою кузину Сансу?       — Да, мой король.       — Мне нужно, чтобы вы пошли к ней, сир. Она не знает нас с Эртуром в лицо — да и покои Мейгора вы знаете, пожалуй, лучше, чем даже он, — сказал Джей, и Эртур усмехнулся в свете факела.       — Конечно, мой король.       — Сир Барристан, как только окажетесь с леди Сансой, возвращайтесь сюда. Я встречу вас и провожу к лодке, — сказал Варис, протянув ему влажную тряпицу.       — Что это? — спросил Барристан.       — Для леди Сансы. Она весьма привязалась к принцу — на случай, если не захочет уходить.       — Вы хотите, чтобы я её усыпил? — воскликнул Барристан с ужасом.       — Сир, кузина должна быть с нами. Лорд Варис прав — мы не можем позволить ей остаться здесь. Если она останется, её ждут страдания куда более тяжкие. Лучше небольшое страдание сейчас, чем то, что будет потом, — сказал Джей, и Барристан нехотя кивнул.       Пока Барристан карабкался по лестнице, которую указал ему Варис, Джей и Эртур двинулись в том направлении, куда он показал. Евнух присоединился к ним через несколько мгновений; путь был неблизким, и Джей дивился, сколько неиспользованного пространства скрыто под замком. Наконец они добрались до ещё одной лестницы — Варис указал, что это и есть та самая.       — Наверху — небольшая комната прямо у входа в темницу. Там пятеро стражников. Я послал им вино со снотворным, но не знаю, все ли выпили, — сказал Варис.       — Благодарю вас, лорд Варис, за всё.       — Для меня это честь, мой король. Ваш дядя — в последней камере, за двойными стальными дверьми. Ключи носит тюремщик — жирный тип с сальными волосами, найдёте его на топчане прямо у той комнаты, откуда вы выйдете. Когда спуститесь обратно — идите по этому туннелю до самого конца, там буду ждать я. Берегите себя, мой король: королевство нуждается в вас, — сказал Варис и исчез.       Эртур поднялся по лестнице первым, Джей следом — оба держали кинжалы наготове, мечи готовы к руке. Когда он добрался наверх, Эртур подал ему руку. Комнатка была тёмной и тесной — двоим едва хватало места. Эртур быстро и бесшумно открыл дверь и шагнул в коридор; Джей за ним — оба обнажили мечи и двинулись как можно тише.       Тюремщика нашли почти сразу, именно там, где сказал Варис: тот явно приложился к вину и теперь громко храпел на топчане. Эртур проворно снял с него ключи, и они пошли дальше. Первые два стражника спали, и лишь в следующем коридоре они натолкнулись на препятствие. Варис ошибся с числом — стражников оказалось не двое, а трое; Эртур поднял руку с тремя пальцами в знак предупреждения.       По кивку они бросились вперёд — меч Джея легко прошёл сквозь затылок одного, Эртур быстро расправился с двумя другими: одного — ударом в грудь, другого — кинжалом в глаз. Они проверили двери — убедились, что в коридоре никого нет, — и когда Эртур заметил главную дверь, ведущую наверх, подошёл к ней и запер изнутри. Джей невольно улыбнулся.       — Теперь должны быть в порядке. В какой камере, он сказал, твой дядя? — спросил Эртур.       — За двойными дверьми. Думаю, вон та, в конце, — сказал Джей, указав в конец коридора.       Он быстро двинулся к дверям — хотелось и дядю поскорее увидеть, и выбраться отсюда. Эртур открыл их, как только они подошли, и первое, что ударило Джея помимо темноты, — запах: смердело нечистотами и затхлым воздухом. Послышался кашель; он обернулся, взял воду и вошёл — нашёл человека в цепях. Эртур поднял факел, и несмотря на избитое лицо было ясно: это его дядя — серые глаза и вытянутый облик материнского рода говорили сами за себя.       — Вот, пейте, — сказал Джей, и дядя закашлялся, прежде чем сделал глоток. — Медленнее.       — Кто вы? — произнёс дядя — голос хриплый, надорванный от молчания.       — Друг. Я пришёл забрать вас отсюда.       — Это ловушка? Хотите, чтобы я попытался бежать — и тогда казните меня? Если хотите моей смерти, будьте хотя бы честны.       — Я не желаю вашей смерти — совсем напротив. Я пришёл, чтобы отвезти вас домой, к семье, — сказал Джей, и дядя вгляделся в его лицо.       — Не могу. Мои девочки, — произнёс он с болью.       — Они в безопасности, лорд Старк. Арья с моей матерью на нашем корабле, сир Барристан сейчас за Сансой.       — Вы говорите правду? — недоверчиво спросил дядя.       — Клянусь Старыми Богами и Новыми, — сказал Джей, и тот кивнул.       — Нога. Сломана.       — Вы можете на неё опираться? — спросил Эртур.       — Нет. Разве что будет за что держаться, — ответил дядя, пока Джей снимал с него кандалы.       — Опирайтесь на меня, — сказал Джей, и они с Эртуром помогли ему встать.       — Кто вы? — снова спросил дядя.       — Обещаю рассказать вам всё, что нужно знать, лорд Старк. Но сначала нужно выбраться отсюда, — сказал Джей, и тот кивнул.       С трудом, но они вытащили его из камеры и провели по коридору к комнате. Спуск по лестнице оказался мучением — Эртур спустился первым и принял на себя вес лорда Старка, пока Джей придерживал его руки сверху. Когда они наконец оказались внизу, дали ему ещё воды; Джей мысленно выругался, что не взял еды, — но скоро они выберутся отсюда.       Они шли почти час, прежде чем впереди показался свет, однако Вариса не было видно. Эртур пошёл вперёд, и Джей остался с дядей наедине на несколько мгновений. Он заметил, как пристально тот на него смотрит, и в чуть более светлой части туннеля вгляделся сам. Если не считать глаз, Нед Старк был точной копией своего брата — только старше: лицо длиннее и острее, чем у матери Джея, но родство не вызывало ни малейших сомнений.       — Мой король, нужно торопиться, — послышался голос Вариса, когда он и Эртур поспешили навстречу.       — Нас обнаружили? — спросил Джей, а дядя взглянул на него с подозрением.       — Нет, но сиру Барристану пришлось убить сира Мерина. Скоро поднимут тревогу.       — Что ж. Пожалуй, лучше нам разойтись здесь, лорд Варис. Или вы идёте с нами?       — Нет, мой король. Думаю, скоро настанет время и мне исчезнуть. Но сначала нужно кое-что уладить.       — Бейлиш? — сказал Джей, и Варис кивнул. — У меня есть на его счёт одна мысль, милорд. Заманите его в Хайгарден — намекните на союз, — сказал Джей, и Варис улыбнулся.       — Занятно, мой король. Я так и сделаю. Это будет мой последний поступок в должности мастера над шептунами при ложном короле.       — Но не первый — при истинном, — сказал Джей, и Варис рассмеялся в голос. — Берегите себя, милорд. До скорой встречи.       — И вы, мой король. Лорд Старк, ваша дочь ждёт вас вместе с сиром Барристаном. Желаю вам всего наилучшего, — сказал Варис и исчез.       — Кто вы такой?! — громко воскликнул дядя, глядя на него.       — Не важно, милорд. Нам нужно идти — можете пойти со мной или остаться. Но это единственный шанс снова увидеть семью. Или вы верите, что Ланнистеры вам такое позволят?       Дядя неохотно кивнул, и Джей с Эртуром помогли ему выбраться из туннеля. Джей удивился, обнаружив, что они оказались прямо у бухты, и твёрдо решил при первой возможности разузнать всё об этих ходах. Пока же он помог дяде добраться до лодки, у которой стоял сир Барристан рядом с взволнованной рыжеволосой девушкой — должно быть, его кузиной. Та выглядела испуганной и встревоженной, однако успокоилась, едва завидев отца.       — Отец, что происходит? Кто эти люди?       — Всё хорошо, моя дорогая, нам нужно уехать. Твоя сестра ждёт нас на их корабле.       — Отец, я...       — Всё хорошо. Нам нужно идти, Санса.       Усадив дядю в лодку, они отчалили — Патрек и трое бойцов из отряда взялись за вёсла. Джей был рад, что попросил взять лодку подлиннее: дяде так было удобнее вытянуть раненую ногу перед собой. До «Скорби Драконов» добрались быстро. Эртур поднялся на борт первым, а затем помог дяде и Сансе взобраться следом. Когда все оказались на палубе, матросы сбросили концы, чтобы поднять лодку, и Джей повёл дядю с кузиной к Арье и Джейн.       — Эртур, займись сиром Барристаном. Я загляну к вам обоим после разговора с матерью, — сказал Джей. Эртур кивнул; к ним уже присоединился Калорс и взял на себя заботу о дяде.       Они спустились по лестнице; Калорс провёл их в одну из гостевых комнат, и Джей открыл дверь — Джейн и Арья уже ждали внутри.       — Арья, — радостно произнёс дядя, и кузина бросилась к нему.       Джей остановил её, указав на раненую ногу дяди, и Арья просто обняла отца. Санса с Джейн тоже бросились друг к другу, обе рыдали, прижавшись одна к другой. Джей обернулся, заметил Ариану и шёпотом попросил принести еды и воды. Когда Арья наконец отпустила отца — Джей отметил, с какой неохотой та обняла сестру, — Калорс помог дяде добраться до кровати и уложил его. Ариана появилась несколько минут спустя; Санса покачала головой — есть она не хотела; обе девушки тоже отказались. Зато дядя, как видел Джей, ел жадно.       — Мы отплываем. На борту вы в безопасности — ни один корабль не сравнится с этим в скорости. Когда отдохнёте и почувствуете себя лучше, я отведу вас к матери, и вы получите ответы на все свои вопросы, — сказал Джей.       — Кто ты такой? Зачем ты помогаешь нам? — спросил дядя, когда Джей направился к выходу.       — Потому что вы моя семья, дядя, — ответил тот, выходя из комнаты.