Часть 2

Вдохнув влажный воздух, я неуверенно поправила рюкзак на плече и оглядела небольшой двухэтажный дом с аккуратной верандой и клумбами. «Будто здесь и так мало зелени…» — мелькнуло автоматически. По дороге таксист почти не замолкал. Не потому что хотел рассказать что-то важное — просто тишина, похоже, ему не нравилась. — Тут спокойно, — сказал он, сворачивая с дороги. — Форкс вообще тихий. Дождь, лес… всё как обычно. Люди в основном свои, приезжих немного. Я кивала больше из вежливости, чем из интереса. — Дом нормальный, — добавил он, посмотрев в зеркало заднего вида. — Старый, но крепкий. Тут почти все такие. Он говорил об этом так, будто перечислял очевидные вещи, вроде погоды. Я особо не вникала — просто смотрела в окно и отмечала про себя, что дождь здесь, похоже, действительно никогда не заканчивается. Когда машина остановилась, он помог достать чемодан. — Ну, удачи, — сказал он спокойно. — Освоишься. И уехал, даже не задержавшись, пока я дойду до двери. Я осталась одна. Тишина здесь была обычной — не давящей, или странной. Просто провинциальной: редкий шум ветра, влажный воздух и ощущение, что всё немного замедлено. Дом выглядел аккуратно. Даже слишком ухоженно для места, где почти всегда пасмурно. Небо снова потемнело, как будто просто напоминая, что долго стоять нет смысла. — Да иду я, иду… — пробормотала я и поднялась по ступеням. У двери я задержалась на секунду дольше, чем собиралась. Еще раз внимательно оглядела дом — будто пыталась заранее понять, насколько мне здесь будет… нормально. Два этажа. Веранда. Клумбы аккуратные, явно за ними ухаживают регулярно. Всё выглядело просто. Упорядоченно. Слишком упорядоченно, если честно. Я выдохнула и постучала. Звук вышел глухим. Как будто внутри не пусто, а просто… не считают нужным открывать. Я подождала. Тишина затянулась, и с каждой секундой мне становилось всё неуютнее. — Серьёзно?.. — тихо пробормотала я себе под нос. Меня вообще ждут? Или я сейчас как дура стою не у того дома? Быстро оглянулась на дорогу, в надежде на помощь . Конечно, никого. — Отлично. Я нажала на звонок. Один раз. Потом второй. Безрезультатно. — Нажми третий раз. Может, кто и откроет. Голос прозвучал так близко, что я дёрнулась раньше, чем успела подумать. Сердце резко ударило где-то в горле. Она стояла у колонны, будто всегда там была. Я не слышала шагов. Не видела, как она вышла. Я бы заметила… правда же? Женщина смотрела на меня спокойно, без спешки, как будто у неё было достаточно времени, чтобы рассмотреть меня ещё до того, как её заметили. Первое, что бросилось в глаза — костюм. Дорогой. Это даже не нужно проверять, это просто… видно. Потом — осанка. Прямая, уверенная. И взгляд. Холодный. Не злой даже. Просто… оценивающий. Мне сразу захотелось выпрямиться и перестать выглядеть так, будто я не уверена, что здесь делаю. — Ну и что за зверёныш забрёл ко мне в нору? Серьёзно?.. Отличное начало. Сглотнув , заставляю себя удержать её взгляд. — Вы Лидия Миллер? Она чуть наклонила голову, как будто этот вопрос её скорее развлёк, чем удивил. — Зависит от того… кто спрашивает. Конечно. Почему бы не усложнить. Всё в ней звучало так, будто ответы не даются просто так. Мой взгляд снова дернулся — и я заметила, как её глаза остановились на моих пальцах. На кулоне. Я не помнила, когда успела его сжать. Медленно разжала руку. Поздно. — Хотя, думаю, я уже знаю ответ. Она продолжала смотреть на кулон, будто он был важнее меня. И это почему-то напрягло сильнее всего. — Как там старушка Анна? — спросила она так, словно речь шла о чём-то обыденном. — Всё так же делает вид, что ничего не происходит? У меня внутри неприятно кольнуло.Не из-за слов даже. Из-за того, как она это сказала. — Бабушка… — я вдохнула. — Она умерла. Слова вышли тихо, но прозвучали отчётливо. В этот момент я почему-то особенно внимательно смотрела на лицо женщины. Ждала реакции. Хоть какой-то. Но её не было. Вообще. — Вот как… — спокойно сказала она. И всё. Это… нормально вообще? Ни удивления. Ни вопроса. Как будто я сообщила ей не новость, а… подтверждение догадок. Я сжала кулон сильнее, почти машинально. — Поэтому я здесь, — добавила я, чувствуя, как голос становится твёрже. — Потому что что-то.... происходит со мной. И тогда она наконец посмотрела прямо на меня. И чуть улыбнулась. — Наконец-то. У меня внутри всё неприятно сжалось. Нет. Вот это мне совсем не нравится. Она уже развернулась и пошла в дом. — Ты там идёшь? Или решила жить на улице? — Иду-иду… — буркнула я и потащила чемодан следом. Внутри было тепло. Не “вау уют”, а просто нормальная домашняя температура, тишина и закрытое пространство. Дверь за спиной щёлкнула, и улица как будто выключилась. Я огляделась. Обычный дом. Деревянный пол. Коврик. Крючки у входа. Чисто, но без “вылизанности”. Окей… не так уж плохо. — Снимай обувь, — бросила она, не оборачиваясь. — Ага… Я сняла кроссовки и сразу почувствовала тёплый пол. Это было… неожиданно приятно. В коридоре висели фотографии.Я не задерживала взгляд, но успела заметить лица. Чужие жизни, аккуратно разложенные по рамкам. Не смотри. Не втыкай. Это чужая жизнь. Мы прошли дальше. Гостиная оказалась просторной и выверенной до мелочей: диван с подушками, телевизор напротив, чайный столик без лишних вещей, ковёр в центре, полки вдоль стены — книги, предметы, порядок без случайностей. Ничего, за что можно зацепиться взглядом. И от этого становилось даже спокойнее. Я поставила рюкзак и чуть выдохнула. — У вас тут уютно… Я думала, будет иначе. И тут же пожалела, как это прозвучало. Она фыркнула. — Бабка, значит, запугивала тебя пауками и злобной старухой в лесу? — Нет… — я быстро замотала головой. — Нет-нет. Пауза. — Она говорила, что вы были подругами… просто характер сложный. Тишина стала плотнее. — Я, наверное, сама всё придумала… — Ладно уж, расслабься, зверёныш. Совсем шуток не понимаешь? Сказано было почти мягко, и от этого ещё сложнее понять её. — Характер у тебя… просто чудо, — добавила она тише, будто не мне. Я не поняла, это хорошо или плохо. И решила не уточнять. — Пошли. Она развернулась, будто разговор закончился. Я пошла за ней наверх. Лестница тихо скрипнула — живой, старый звук. Наверху всё было так же выверено. — Ванная, — кивок на дверь. — Туалет. Гостевая. Моя. Она говорила так, будто дом — схема, которую нужно просто запомнить. — Твоя — в конце. Я кивнула. — Подождите… моя комната? Вы даже не спросите… Она не остановилась. — Сначала тебе нужно разложить вещи и привести себя в порядок. Разговор никуда не убежит. И добавила почти лениво: — Я слишком голодная, чтобы думать ещё о чём-то, кроме куриных ножек. И исчезла вниз по лестнице. Я осталась в коридоре, слушая, как внизу звякает посуда. — Ну, хоть не выгнали — уже отлично… — пробормотала я и нажала на ручку двери.