Глава 3. Фестиваль, где чувства считаются валютой

Алина проснулась от звука колокольчиков. Сначала ей показалось, что это сон — слишком лёгкий, почти хрустальный перезвон, будто кто-то рассыпал стеклянные бусины по мраморному полу. Потом перед глазами вспыхнуло окно. [Экстренное уведомление!] До ежегодного Фестиваля Святой Розы: 1 день. Ключевое романтическое событие первого акта. Вероятность признаний: высокая. Вероятность случайных прикосновений: критическая. Вероятность сюжетной катастрофы: неизбежная. — Я тебя ненавижу, — хрипло сказала Алина. [Ваши чувства приняты системой.] — Это не те чувства! Она швырнула подушку в воздух. Подушка попала в зеркало и безвольно сползла вниз. Комната была всё такой же роскошной и чужой. Шторы цвета вина, белый ковёр, аромат цветов, огромная кровать — словно жизнь решила издеваться над ней с комфортом. Она села, убрала волосы с лица и несколько секунд смотрела в окно. За садами особняка уже начинался день. Слуги спешили по дорожкам, где-то звенела посуда, кареты ехали к городу. Мир жил своей жизнью, совершенно не подозревая, что для неё всё это — ловушка с хорошим дизайном. Через двадцать минут Алина быстрым шагом вошла в академическую библиотеку. Высокие своды, бесконечные стеллажи, запах бумаги и дерева, лучи солнца между колоннами — место выглядело так, будто сюда приходят либо за знаниями, либо страдать красиво. Максим уже сидел за длинным столом у окна. Перед ним лежали три раскрытые книги, стопка заметок и чашка чая. Разумеется. — Вы спали вообще? — спросила Алина. — Достаточно. — Это сколько? — Три часа. — Это не “достаточно”, это корпоративная травма. Он поднял на неё спокойный взгляд. — Вы опоздали на семь минут. — Я пришла на тайное собрание о выживании в игре, а не на планёрку. Она села напротив и увидела открытую книгу с золотым тиснением: “Лепестки судьбы: Полное прохождение и скрытые маршруты” Алина медленно перевела взгляд на него. — Вы нашли гайд. — Он стоял в разделе “История академии”. — Это самая подозрительная вещь, которую я видела за неделю. — За два дня. — Здесь время течёт как стресс. Он подвинул книгу к ней. На странице красовался заголовок: Первый акт: Фестиваль Святой Розы Под ним шли пункты: Герой посещает стенды учениц Совместная подготовка раскрывает характеры Вечерний фейерверк запускает признания Особые сцены зависят от уровня симпатии Ниже жирным шрифтом: Если герой остаётся наедине со злодейкой во время фейерверка, активируется редкий маршрут: “От ненависти до любви” Они одновременно отдёрнули руки от книги, словно она обожгла. — Закрывайте, — сказала Алина. — Уже закрываю. — Сжечь можно? — После изучения. — Вы пугающе рациональны. — Это помогает выживать. Система, будто дожидавшаяся драматического момента, вспыхнула между ними. [Общий квест активирован] Переживите фестиваль без признаний, неловких падений, совместных танцев и фейерверков наедине. Награда: Фрагмент ключа возвращения. Штраф за провал: ??? — Почему у них мания скрывать штрафы? — спросила Алина. — Потому что неизвестность повышает дисциплину. — Вы сейчас оправдали садизм. — Я объяснил его механику. — Это почти одно и то же. [Интеллектуальный спор] Совместимость +3 Они молча посмотрели в потолок. Подготовка начинается К полудню академия превратилась в хаос. По коридорам носились студенты с досками, тканями, гирляндами, коробками с посудой и лицами людей, которым внезапно дали слишком много свободы. Кто-то спорил о цвете скатертей. Кто-то красил декорации прямо на полу. Где-то репетировал хор, отчаянно фальшивя. На центральной площади висел огромный список распределений. Алина пробежала глазами колонку своего класса. И застыла. — Нет. — Что? — подошёл Максим. Она ткнула пальцем в строчку. Класс А — Тематическое кафе “Принцы и Розы” Ответственные координаторы: Леонард Эстервуд, Селестина Вальмонт Максим несколько секунд молчал. — Нет, — согласился он. — Почему именно мы?! — Потому что игра хочет экранного времени. — Я не давала согласия на съёмки. Система радостно звякнула. [Совместный рабочий сценарий активирован!] Подготовьте стенд вместе. Бонус за милые сцены: скрыт. — Бонус засуньте себе... — начала Алина. — Не договаривайте, — тихо сказал Максим. — Здесь всё может засчитаться. Она захлопнула рот. — Ненавижу, когда вы правы. — Зафиксировано. Их класс занял просторный зал с витражными окнами. По задумке это должно было быть “элегантное место отдыха, где благородные юноши обслуживают гостей”. По факту это выглядело как коллективный приступ романтического бреда. Девушки окружили Максима почти мгновенно. — Лорд Леонард, вам нужен плащ! — Нет. — Тогда белые перчатки! — Нет. — Может, розу в зубах? Он впервые за всё время действительно выглядел уставшим. — Особенно нет. Алина наблюдала со стороны, скрестив руки. — Вам идёт страдание. Он поймал её взгляд. — Помогите. — Нет. [Игнорирование партнёра] Скрытая ревность +2 — Что ещё за скрытая ревность?! — возмутилась она. Максим холодно сказал в воздух: — Отменить уведомления. [Функция недоступна.] — Прекрасно, — сказал он с той интонацией, которой обычно увольняют. Через несколько минут к Алине подошли трое юношей из соседнего класса. Идеально уложенные волосы, идеально бесполезные улыбки. — Леди Селестина, не хотите оценить наш чайный павильон? — Нет. — Тогда хотя бы взгляните на декор— — Нет. — Может, вы— — Нет. Один из них всё же попытался взять её за руку. И внезапно рядом появился Максим. Так быстро, что Алина даже не заметила, откуда он подошёл. — Леди Селестина занята, — сказал он спокойно. Юноша мгновенно убрал руку. Все трое растворились с потрясающей скоростью. Алина медленно повернулась. — Это что было? — Они мешали работе. [Защитный жест] Романтические очки +8 — Перестаньте делать вещи, которые система считает привлекательными! — Я просто устранил препятствие. — Устраняйте менее красиво! Он посмотрел на неё с едва заметной тенью усмешки. — Постараюсь. И почему-то это раздражало сильнее обычного. К вечеру они переносили коробки в заднее помещение. Точнее, Алина несла две коробки. Максим — десять. — Это не эффективность, это демонстрация силы, — сказала она. — Это логистика. — Это мужское эго. — Это мышечная память персонажа. Склад был полутёмным, с высокими окнами и полосами закатного света в воздухе. На пороге Алина зацепилась каблуком за доску. Мир резко накренился. — Чёрт— Коробки выскользнули из рук. Она полетела вперёд. В следующую секунду её поймали. Рука на талии. Вторая — на плече. Она распахнула глаза. Максим стоял слишком близко. Настолько, что она видела тонкую тень ресниц и едва заметную складку между бровями. — Вы целы? — тихо спросил он. — Да. — Уверены? — Нет. — Это честнее. Они замерли. Пыль кружилась в золотом свете. Снаружи доносился смех студентов. И всё это выглядело настолько постановочно, что хотелось подать жалобу сценаристу. [Классическая сцена спасения!] CG-иллюстрация разблокирована. Романтические очки +20 Новая запись в галерее. — У ЭТОЙ ИГРЫ ЕСТЬ ГАЛЕРЕЯ?! — закричала Алина. Максим мгновенно отпустил её. — Этого никто не увидит. [Автосохранение выполнено.] Он закрыл глаза. — Я передумал. Мы сжигаем библиотеку. После заката они сидели на каменных ступенях западного крыла. Над академией медленно зажигались фонари. Издалека доносились голоса и музыка репетиций. Несколько минут они просто молчали. Удивительно спокойно. Алина первой нарушила тишину. — В реальности... вы всегда казались машиной. Он не повернул головы. — Эффективной или просто холодной? — И тем и другим. — Полезное сочетание. — Для отчётов — да. Она помолчала. — А сейчас вы таскаете коробки, спасаете меня от падений и спорите с системой. Это сбивает с толку. Максим слегка усмехнулся. — Вы в реальности тоже казались проще. — Это оскорбление? — Наблюдение. — А сейчас? Он наконец посмотрел на неё. В вечернем свете его обычная холодность казалась мягче. — Сейчас вы постоянно рискуете ради других. Даже если потом злитесь. Она не сразу нашлась с ответом. Поэтому сказала привычное: — А вы всё ещё раздражаете. — Значит, что-то стабильно. Система мягко вспыхнула. [Искренний разговор] Доверие +10 Они синхронно застонали. Перед сном пришло последнее уведомление. [Фестиваль начнётся завтра.] Во время фейерверка чувства часто становятся честными. Ниже мигала строка: Текущая совместимость пары: 41% Алина смотрела на цифру дольше, чем собиралась. Потом резко закрыла окно. — Это просто баг. В другом крыле особняка Максим в этот момент смотрел на ту же цифру. И, сам того не желая, думал почти о том же.