8. Просто деловой знакомый.

Мягкая хватка на запястье была, казалось, единственным, что удерживало её от очередного падения куда-то глубоко внутрь себя. Но вот она разжалась, чтобы Чарли смогла встать ровно и отряхнуть одежду от невидимой пыли. — Ещё раз простите, я просто… такая невнимательная. — Чарли еле оторвала взгляд от этих неестественно светлых, слишком прекрасных глаз. Они будто гипнотизировали, источали какое-то лунное сияние.  — Ничего страшного, дитя. Я тоже виновата. — Женщина ответила мелодичным теплым голосом и с улыбкой пожала плечами. Наконец Шарлотта решила ее рассмотреть.  Женщина была на целую голову выше Чарли, глаза необычного перламутрового оттенка обрамлялись длинными темными ресницами, светлые волнистые волосы были собраны в слабую мальвинку, перехваченную фиолетовой лентой, и все равно доставали ей чуть ли не до щиколоток.   Закрытое лиловое платье почти до пола все равно не скрывало её слишком идеальной фигуры, какую она видела только у ангелов на Небесах или у себя самой. Она склонила набок голову, осматривая Шарлотту таким же изучающим взглядом.  Молчание затянулось, стало тревожным и слегка покалывающим под кожей.  — Что ж… — Шарлотта мельком взглянула на видневшиеся вдали улицы богатого района. Она врезалась женщине в спину, значит, они шли в примерно одинаковом направлении?   Женщина, будто почувствовав её желание просто взять и уйти, кивнула и направилась в нужную (им) ей сторону. Странное неописуемое ощущение никак не унималось, создавалось впечатление, что она… знает её?   Не лично, даже не заочно, но где-то в глубине души чувствует в ней что-то знакомое. Чарли мотнула головой, словно хотела физически избавиться от этого чувства, и побежала дальше, по иронии судьбы - следом за ней. — О, так нам по пути? — Женщина одарила её красивой улыбкой, когда Чарли поравнялась с ней. Хотя улыбка была элегантной, даже прекрасной, но что-то в ней неуловимо отдавало скрытой печалью, как затерянная прощальная горькая нотка в сладком запахе увядающих цветов. — Похоже на то… — Чарли наконец оторвалась от её лица, в которое, казалось, её глаза практически впивались в поисках того, что вызывает в ней это странное ощущение. — Я… я Чарли.  Узкие плечи женщины приподнялись, когда она тихо хихикнула в ответ на её скованность.  — Приятно познакомиться, Чарли. Можешь звать меня Лилу.   Тишина снова затягивалась, пока они неспешно продвигались в одном направлении, не зная точно, в какую из секунд этой тишины разойдутся. Чарли отчаянно захотелось что-то сказать, но как назло ничего не шло на ум. К её счастью, Лилу сделала все за нее. — Ты куда-то спешила, верно?  — Не совсем. Просто очень хотела побыстрее увидеть папу и… — Чарли оборвала себя на полуслове, осеклась. Комфорт в разговоре с кем-то казался ей сейчас дырявой декорацией. Знание - преимущество. Не выдавай своих мотивов, и устранишь половину потенциальных угроз плану. Даже если дело незначительное.  Лилу, заметив её нервозность, не стала давить и отвернулась на дорогу. Она не выглядела обиженной, скорее наоборот. Ее перламутровые странные глаза будто могли видеть сквозь тело, смотреть в самую душу и… не пользоваться этим преимуществом.   По крайней мере против нее. Шарлотта была даже благодарна ей за проницательность, которая, как бы она не пыталась себя вразумить, очень располагала к себе. Спустя минуту Лилу снова нарушила молчание, которое стало для Чарли уже не неловким, а спасительным.  — А я иду на небольшую деловую встречу. Обсудить кое-что с новым сотрудником. Будет забавно, если это один и тот же человек.   Чарли только пожала плечами, пока в голове вертелись шестеренки. Отец говорил, что планирует найти земную работу, желательно какую-нибудь бытовую и удаленную от политики. Разумеется, они, ангелы, хоть и уже привыкшие к земной жизни, терпеть не могли то, как люди любили драматизировать и усложнять. Сплошная заморочка… «Может быть, это и правда новая начальница папы?» — Чарли поморщилась от того, как нелепо это звучало, лишь бы не рассмеяться. Великий Серафим, Ангел Света, Утренняя звезда и работа на смертного? Пусть интуиция и твердила, что перед ней не простая смертная, но даже так представить себе это было все ещё сложно.  — Извините мне мое чрезмерное любопытство, но… — Шарлотта сама поразилась того, как уверенно и твердо звучал её голос. Будто что-то внезапно вдохнуло в нее уверенность. Она и не заметила, как кулон едва заметно потеплел. — А что за работа?  — Швейная мастерская. — Лилу отозвалась сразу, с плохо скрываемым энтузиазмом. Уголки её губ вздернулись в улыбке, будто она пыталась её побороть, скрыть до этого момента, ставшего для нее контрольным ударом. — Не извиняйся. Мне даже льстит твое любопытство.   Наконец особняк Магне, что весьма неплохо звучало, стал приближаться. Чарли все никак не могла отделаться от тянущего в груди странного чувства, смеси узнавания, нежности и печали. И ей даже казалось, что эти чувства не принадлежали ей, а плескались в глазах Лилу, но из-за своей эмпатии она едва ли могла различить.   Оказалось, они и правда пришли к одному и тому же человеку, точнее, ангелу. Наверно все ещё ангелу.  Внутри их встретили стены, покрытые розоватыми светлыми пастельными обоями с незамысловатыми узорами цветов по краям, темный деревянный паркет, мягкий свет витиеватой люстры и неизменный запах печеных яблок, который, казалось, был не столько запахом в физическом смысле, сколько всеохватывающей аурой владельца этого дома.   Люцифер выбежал из своего кабинета, и Чарли сразу подметила кое-что странное. На нем были простые темные - темные, Господь Бог - брюки, его некогда идеальная рубашка была местами чуть помятой, рукава закатаны до локтей, а две верхние пуговицы расстегнуты. Определенно не деловой вид.  Увидев дочь, он остановился как вкопанный, но не дал ей заминки, за которую она могла бы ухватиться. Он хотел стиснуть Чарли в объятиях, однако та отскочила, без слов напомнив о кулоне и том, как его разрывало от темной силы, стоило Люциферу оказаться рядом. Только почему?  Люцифер всем своим видом показывал, что намерен это обсудить, но как назло что-то всегда мешало. Рядом стояла Лилу, почти аристократично сложив руки перед собой на животе, её спина была натянута, как струна, а взгляд, все такой же печально-нежный, не отрывался от мужчины.  Было ли это очередной галлюцинацией, последствием того падения, или Лилу и правда смотрела на них… любяще? Она словно мысленно подтвердила какую-то свою догадку, отчего её грудь стала вздыматься едва уловимо чаще, тяжелее. Чарли прекрасно знала, что это значит. Так выглядела и она, когд пыталась удержать над собой контроль.  — Привет, пап. — Чарли улыбнулась с видом на идеально белые ровные зубы, в которых с приобретением человеческой формы неожиданно для себя обнаружила два выступающих острых клыка. — Я ненадолго, только хотела забрать Кики. Ты её не видел?  — Она была в гостиной, когда я заходил туда полчаса назад… — Люцифер скованно сложил руки за спину, уставился в пол, то ли обдумывал, не видел ли где ещё Кики после этого, то ли чувствовал себя каким-то виноватым. Чарли прищурила глаза, пока ладони начинали покрываться потом странного волнения. Слишком похожее чувство. Театр на одного зрителя.  — Хорошо… Пойду поищу ее там. А тебе удачи в… — Чарли скосила взгляд на Лилу, которая не смела их прерывать. Слишком странно для деловой встречи. — …делах.   Шарлотта направилась к лестнице на второй этаж, придерживаясь черных тонких перил, будто сдерживала саму себя от того, чтобы сорваться на бег, скрыться где-нибудь. Она ненавидела эту свою защитную реакцию, желание просто сбежать, забиться в угол и тихонько умереть, стоит только чему-то пойти не по плану. Хотя какие к черту планы, когда она, дочь Серафима, живет на Земле?  Она не видела лиц Люцифера и Лилу, но словно кожей ощутила, когда они синхронно отвели от нее взгляд. Покалывающее ощущение в затылке сразу испарилось, как и тяжесть в плечах и желание ерзать, двигаться, бежать. Что поделать, мало кому нравилось, когда на него таращились, особенно в спину. И, к её сожалению, это с ней происходило очень часто.  Миновав коридор, винтажный стиль которого ей начинал казаться привычным и почти что родным, она оказалась в той самой гостиной. Небольшой, предназначенной только для жильцов, и все равно изысканной, словно тут сделать хоть что-то обычным и простым было бы огромным грехом.   Вокруг низкого кофейного столика на завитых на концах ножках стояли, будто стражи или надзиратели, кресла с высокими гордо поднятыми спинками, обитые зеленой тканью с едва заметными светлыми узорами, чем-то напоминающими переплетение ветвей.   В одном из таких кресел, устроившись между двумя завитыми подлокотниками, словно царица на троне, безмятежно дремала Кики. Ее пронзительные внимательные глаза были закрыты в чутком сне, огромные пушистые уши едва заметно дернулись, уловив звук чьих-то шагов.   Шарлотта не хотела её будить, но почувствовала себя бомбой замедленного действия, которая вот-вот рванет, ведь ей так не хватало этих теплых объятий до шерсти в носу и долгого чихания, чтобы от нее избавиться.  Кики не открыла свои большие глаза, когда на её головку со всей своей любовью ко всему живому легла мягкая рука, но от нее пошла низкая, грудная вибрация, вскоре превратившаяся в тихое мурчание.   Чарли опустилась на колени перед креслом, осмелев, стала гладить кошку по щечкам, ушам, шее и лапкам. Кики безошибочно узнала хозяйку и с радостью принимала внезапную ласку. Она наверняка соскучилась по ней также, как и сама Чарли, и была, казалось, готова вечно таять в её объятиях.   Кики наконец открыла глаза и уставилась на хозяйку расширенными, до дрожи осознанными зрачками, и время будто остановилось. Зрительный контакт казался хрупким и каким-то магнетическим, и Чарли думала, что не сможет отвести от любимицы глаз.   К её удивлению, кошка сделала это сама. Мельком взглянула куда-то за её спину, и её зрачки, которые были так близко, что не заметить невозможно, дрогнули и расширились сильнее, почти до круглой формы.   В этот момент по коже пробежали мурашки, но они были не холодными, скорее напоминали теплую слабую волну, исходящую откуда-то от ключиц. Руки потянулась к шее, чтобы убедиться, что она нагрелась, и попытаться понять, почему. До нее не сразу дошло, что нагрелась далеко не шея, а то, что было на ней.   Секунды тянулись как целая вечность, пока Кики не сводила желтых глаз с того, что было за её спиной, а кулон грелся все сильнее. Близко - пронеслось в голове Шарлотты, когда её тонкие пальцы сжали украшение, будто желая сорвать с шеи. Она боялась обернуться, ведь только пару месяцев назад эти приступы с видением демона закончились. Но что, если он снова появится?  Или, может, уже появился?  От резкого поворота головы светлые волосы хлестнули её по плечу и заставили Кики испуганно подскочить. Она напряженно вглядывалась в комнату через плечо, но ничего, ни одной подозрительной тени не было. Кулон в пальцах резко похолодел, стал таким, будто его только изготовили и надели, и он ещё не успел пропитаться теплом от тела.   Этот холод был противным, слишком пустым и равнодушным. Почувствовать его тепло снова было для нее самым ужасным страхом и яростным желанием одновременно, ведь, видит Бог, она просто одержима. Иногда Чарли не узнавала саму себя, не знала, что ей о себе думать, будто что-то незаметно, но крепко пустило в ней свои корни, путая её мысли и чувства с чужими. Явно не её.  Тихий медленный выдох принес облегчение, в голове на мгновение стало пусто, и опять появилась эта дымка размышлений, в которых тело словно ставили на автопилот. Шарлотта успокоила Кики ещё одной порцией объятий и подняла на руки, не желая разлучаться даже пока будет искать для нее подходящую корзинку.  …  Наконец Чарли нашла глубокую корзину для пикников с решетчатой крышкой сверху. То, что надо. Она устроила внутри целое ложе из нескольких слоев разной ткани и маленькой подушки, опустила внутрь Кики, которая сразу свернулась клубочком, показывая, что это место ей по душе.  Нести корзинку она старалась медленно, чтобы не раскачивать, и придерживала одной рукой за дно. Параноидные мысли о том, что ручка без всяких на то причин могла оторваться и уронить Кики в корзине на пол не давали покоя, и было проще немного им потакать, чем пытаться заткнуть. В конце концов, она давно научилась жить со странностями.  Однако у выхода из дома её ждал внезапный сюрприз в лице Вэгги, которая осматривалась по сторонам в поисках чего-то. Она заметила подругу и махнула ей рукой, по обычно хмурому лицу расплылась улыбка. — Лапка, привет! А я как раз тебя искала, мне сказали, что ты куда-то ушла и… — Вэгги почти виновато потерла заднюю часть шеи ладонью, когда подошла к ней ближе. — Черт, я наверно просто себя накручиваю, но мне хотелось тебя увидеть и убедиться, что все в норме. А то ты в последнее время немного… нервная. Может, тебе стоит взять выходной?   Чарли только покачала головой, поддерживая корзину двумя руками. Она бы так и не ответила, но знакомое, едва уловимое тепло в кулоне, казалось, направилось через ключицы по шее к голосовым связкам, придало уверенности и твердости ее голосу, почти что выдавило из нее ответ. — Не стоит волноваться, Вэгги. Я правда в порядке, но спасибо. Сейчас уже иду в отель, ты со мной?   Вэгги задумалась на мгновение, потом кивнула ей. — Иди вперед, я скоро догоню.   Чарли не стала задавать вопросов и скрылась за дверью. Вэгги тихо вдохнула и выдохнула, настраиваясь на то, чтобы тщательно проанализировать короткий диалог и состояние подруги в образовавшейся тишине.   Но тут тишина была нарушена. Странным звуком. Похожим на всхлип. Слух сразу напрягся, Вэгги прищурила единственный глаз, как если бы присматривалась к картинке, которую могла только представлять.   Наперекор себе пошла на поводу этого любопытства, внутренне жалея. Старалась идти тихо, ориентируясь на звук, когда заметила приоткрытую дверь в кабинет Люцифера. Сквозь щелку она едва смогла разглядеть два силуэта, один из которых сгорбился и закрыл лицо руками, а второй напрасно пытался его утешить, поглаживая по спине, до которой едва доставал в силу роста.   Она знала, что подглядывать плохо, что это не её дело, но услышанное вмиг заставило её замереть и затаить дыхание. — Как, по-твоему, я могла её не узнать, Люци? Она… она такая взрослая, серьезная… Но это все равно моя маленькая Шарлотта, и она так похожа на тебя…