Глава 7. Хрупкое доверие

Гибрид снова ушел. Зейн сидел у кромки воды и смотрел на расходящиеся круги, оставленные мощным хвостом. Раньше он размышлял: делал ли он что-то особенное, из-за чего существо каждый раз уплывало? По сути, гибрид - это животное, существующее по животным инстинктам. Но ведь в нем есть и человеческое начало? Хотя сейчас Зейн уже сам сомневался в том, что гибрид - животное. В его действиях, поведении, реакциях всегда было слишком много животной непосредственности. Но в то же время он проявлял неподдельное, почти детское любопытство к новому существу. По реакции было отчетливо видно: гибрид ничего не знает о людях, его внимание к каждому движению человека было неоспоримо. Прикосновение. Он смог дотронуться до этого... "существа". Но почему-то гибрид не напал но и не ответил взаимностью, он просто не знал, что делает человек. Застыл в непонимании. Зейн вздохнул, оторвал взгляд от пустой полыньи и начал тереть глаза до белых пятен перед ними пытаясь либо выкинуть образ гибрида из головы, либо найти развязку тугого узла своих размышлений. Ничего не получилось. Только глаза заболели, а мысли остались. Исследования.. Исследования... Исследования! Он прилетел изучать Арктику, а не нервничать из-за какой-то биологической ошибки. По плану на этот день нужно было закончить с установкой оборудования. Эти рыбьи палочки уже съели часть приборов, но он смирился и побрел доустанавливать технику. Однако клубок мыслей не отпускал его ни на секунду. Руки работали на автомате, а сознание блуждало где-то в черных водах рядом с гибридом. Что делать? Он - ученый, построивший всю жизнь на собственной стойкости и уверенности, а теперь он не знал, что делать. Мысль о лаборатории обожгла сознание. Что будет, если он сдаст гибрида? Его несомненно разберут на исследования, не оставив ни шанса на свободу. А если вообще оставят в живых то это станет персональным адом: маленький стеклянный бассейн, вечные пробы, бесконечные эксперименты без права на смерть. Зейн - мечтатель о великих открытиях, увидел перед собой прямой путь к медали, слава, богатая жизнь. А на другой чаше весов — существо, которое доверилось. И скелет в шкафу, который будет являться в кошмарах до конца дней. Его аж передернуло. Он выронил вещь из рук и только тогда заметил, что уже полчаса делает всё, абсолютно всё неправильно: датчики установлены вкривь, кабели перепутаны, крепления болтаются. Чертыхнувшись, Зейн начал переделывать работу, закончил кое-как и поспешил обратно к палатке отогревать закоченевшую пятую точку. Мечты о тепле и обеде уже согревали душу, когда почти у самого входа неожиданный толчок в спину заставил его вскрикнуть, как хриплая ворона, и подпрыгнуть на месте. Это оказался Гибрид. Он смотрел на человека с неподдельным удивлением из-за такой бурной реакции и прочирикал в ответ что-то мелодичное, раздувая жабры на шее. Зейн, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, смотрел на незваного гостя и внутренне обрадовался, тот пришел не по его душу, судя по расслабленной позе. Ученый затараторил, не в силах сдержать эмоции: -Привет-привет.. Как ты... В смысле, как ты можешь быть таким тихим? И что ты вообще хочешь от меня? Ты же уходил, и... Гибрид поднял руку. В его длинных пальцах с перепонками был зажат прекрасный образец апатита кристалл небесно-голубого цвета, отполированный водой до идеальной гладкости. С изучающим, почти торжественным выражением на лице он протянул камень человеку. -Что?.. Опешил Зейн. Это торг или... подарок? Он не понимал, что существо хочет, но камень всё же взял. Красивый. Идеальный образец. Оторвав анализирующий взгляд от минерала, Зейн заметил, как гибрид неуклюже подставляется, слегка наклоняя голову в его сторону. В черных глазах читалось любопытство и... ожидание? Он явно ждал повторения утреннего ритуала. Зейн всё еще не понимал, что происходит, но аккуратно коснулся его головы, поглаживая влажные чёрные волосы. Гибрид замер, прикрыл глаза и издал тихий, стрекочущий звук, похожий на довольное щебетание. После неожиданного касания утром он долго размышлял, плавая в темноте. Не привыкший к подобным контактам, прикосновение, странное, странное и непривычное но и в то же время оно казалось... успокаивающим? Он не знал этого слова, но чувство запомнил. И захотел снова. А камень... камень был просто поводом вернуться. В этот день его гениальный ученый с треском проиграл сентиментальности. Он смотрел на гибрида, стрекочущего под его рукой, и понимал: никакие медали, никакая слава не стоят того, чтобы предать это хрупкое, зарождающееся доверие. Он решил — никогда не разгласит ни единой душе о прекрасном существе. А все записи, где гибрид значился как бездушный "объект исследования", будут сожжены сегодня же вечером.