Часть 14. Охота на охотника

Комиссар Бланшар пришёл в отдел по расследованию серийных убийств семь лет назад — ровно тогда, когда Этьен создал свою первую «инсталляцию». За эти годы Бланшар ни разу не был в отпуске. Он спал по четыре часа, пил чёрный кофе литрами и держал на рабочем столе фотографии всех двенадцати жертв «Анатома». Он знал о них всё. Имена, привычки, цвет глаз, размер обуви, любимые запахи. Но он не знал главного — почему убийца превращал людей в скульптуры. — Это не маньяк, — говорил Бланшар своим подчинённым. — Это художник. Художник, который сошёл с ума от красоты. Он не ненавидит своих жертв. Он их любит. Как любишь мрамор, из которого вырезаешь статую. Коллеги закатывали глаза. Бланшар не обращал внимания. В сорок пять лет он был высок, сед, подтянут и совершенно одинок. Жена ушла шесть лет назад. Детей не было. Друзей — тоже. Только работа и тихая квартира с видом на кладбище Пер-Лашез. Поэтому, когда на его столе появилось новое дело — о пропавшей вдове по имени Клэр Кормье, — Бланшар ухватился за него как за последний шанс. «Последняя известная встреча: кафе на набережной Сены. Свидетели видели её с мужчиной, похожим на реставратора. Имя неизвестно. Фото — расплывчатое». Бланшар увеличил снимок с камеры наружного наблюдения. Мужчина в тёмном пальто, с чёрной сумкой через плечо. Лица не разобрать — капюшон, тень от козырька. Но походка... что-то в этой походке показалось ему знакомым. Он откинулся на спинку стула. «Анатом», — подумал он без всяких доказательств. Просто чутьём, которое не обманывало его семь лет. Бланшар достал из сейфа личное дело — папку с грифом «Совершенно секретно». В ней лежало то, о чём он не рассказывал даже начальству: перечень антикварных магазинов, галерей и художественных мастерских, связанных с чёрным рынком анатомических препаратов. Одно название выделялось жирным подчёркиванием: Лакруа Этьен, реставратор, церковь Сен-Мерри. — Здравствуй, голубчик, — прошептал Бланшар, надевая пальто. — Наконец-то.