Глава 4: Решение принято

      Сумрак бежит к фургону, рядом с ним кричит Фрэнки. В глубине души он раздражён, что не учел, сколько людей придется нанять для защиты коллекции произведений искусства. Им удалось уехать, но он знал, что Хэндлер будет недовольна количеством пулевых отверстий, которые придется заделывать. С такими явными повреждениями машина уже не годится для прикрытия.       Пока Фрэнки ехал по объездным дорогам, он разминал пальцы, жадно разглядывая драгоценности, лежавшие у него на коленях. Немного недостающих драгоценных камней не заметят, да? Сумрак полагал, что Фрэнки прав. Утраченные произведения искусства — часть бизнеса. Возвращается менее 15% украденных драгоценностей, и именно эта статистика заставляет Сумрака потянуться за кольцом с бриллиантом. Оно кричащее, слишком большое, слишком... броское, чтобы его можно было назвать элегантным.       Это идеальный способ привлечь внимание к его лжи.       Фрэнки возражал против его выбора, но тот применил логику и надел кольцо на первую фалангу указательного пальца. «Это для миссии». Эту фразу Фрэнки знал очень хорошо.       Ребёнок есть. Кольцо есть. Теперь ему оставалось только найти жену, чтобы дать ей это кольцо. Жаль, что в WISE так мало сотрудников, а агенты выбывают из строя быстрее, чем успевают восполнить потери в ходе шпионских операций. В конце концов, шпиона не так-то просто обучить, не говоря уже о том, чтобы завербовать. Если бы у них было достаточно ресурсов, он мог привлечь кого угодно, чтобы ускорить выполнение миссии.       Что ж, придется смириться и провернуть ещё одну аферу. Сумрак удивился тому, что эта мысль вызвала у него отвращение. Он уже проворачивал таких несколько, как с женщинами, так и с мужчинами. Отношения — это последовательность шагов, а пол — всего лишь инструмент. У него был огромный опыт в этой области. Но это были скоротечные, сверхкраткосрочные отношения ради эффективности, самые длительные из которых длились всего несколько месяцев.       А это брак, семья. Кто-то, кому нужно существовать с ним, возможно, годами, будет делить с ним пространство в их доме. Кто-то, кого нужно убедить полюбить ребёнка, который не был ни его, ни её, в надежде, что Аня сможет хранить это в тайне, и молясь, чтобы отношения оставались здоровыми и стабильными.       Ровно столько, чтобы он успел разбить их самым жестоким образом.       Всё в порядке.       Это для миссии.       Он положил кольцо в карман. Решение принято.

***

      Йор зашла в винный магазин. На неё смотрели бутылки, пока она изучала этикетки и цены. Ей нужно было прийти с подарком, как того требует приличное общество, а приходить как раз с бутылкой вина было принято в сериалах, которые она иногда смотрела. В чем же проблема? Она ничего не смыслила в вине.       Она пила его, порой слишком быстро, и оно оказывало слишком сильное воздействие. Это невероятно забавляло Лавочника, несмотря на её невосприимчивость к ядам. Однажды он пошутил, что её организму, должно быть, пришлось пожертвовать своей устойчивостью к ядам, чтобы противостоять всем остальным токсинам, с которыми ей приходится сталкиваться. Но сама Йор никогда не задумывалась о свойствах того, что пила. Главное, чтобы это помогало.       Оценила бы Камилла красивую этикетку? Придала бы ей значение цена? Подшутила бы над ней за то, что она не знает самый популярный сорт, которые обычно любят её сверстники? Зная Камиллу... все три варианта.       Несмотря на то, что нерешительность была неподдельной, Йор понимала, что тянет время. Сегодня вечером она должна была прийти с партнёром. Глупая ложь, сказанная, чтобы успокоить брата. Отчаянная ложь, призванная оградить её от осуждения коллег. Поэтому, прокручивая в голове очередное враньё о том, что её кавалер не придет, она не испытывала ничего, кроме страха. Она была ужасной лгуньей.       Вздохнув, она бесцельно окинула взглядом ряд тёмных бутылок, пока одна из них не привлекла её внимание. Её цвет почему-то напомнил Йор украшения для волос Ани, а дизайн странным образом — брошь Лойда. Воспоминания были тёплыми, и её рука сама потянулась к бутылке. Решение принято.

***

      Сумрак разделился с Фрэнки, забрав фургон себе. И тут на него напали. Он выбежал из фургона с ключами в руке, вынуждая преследователей броситься за ним в погоню. Он ругается себе под нос, петляя по переулкам. Так ли уж важны были эти драгоценности? Пулеметы? Гранаты? Какая картина, какой драгоценный камень стоил таких хлопот для какого-то заносчивого богача?       Он оторвал от стены трубу и с силой взмахнул ею как раз в тот момент, когда преследователи показались из-за угла. Труба врезалась в грудь одного из них, и тот с хриплым криком рухнул на пол, увлекая за собой второго. Сумрак продолжил бежать.       На его пути появились ещё несколько человек. Он смог обезвредить ещё двоих, прежде чем третий спрыгнул с металлической лестницы. Сумрак чувствует, что ему грозит опасность. Он резко поднимает голову, оценивая ситуацию, но смертоносная фигура приближается быстрее, чем он успевает среагировать. Он чувствует, как сжимается его желудок, во рту становится сухо от осознания того, что ему не увернуться от ножа, и боль от него будет сопровождать каждое его движение.       Нож вонзился в плечо, разрывая мышцы под тяжестью падающего нападавшего, и Сумрак оборачивается. Он наносит удар в подбородок, и мужчина тут же выпускает нож из рук и отшатывается назад. Сумрак терпеть не мог стрелять на открытых общественных пространствах, а также пересчитывать гильзы и собирать их. Особенно, когда он тяжело ранен и приходится избавляться от улик, теряя каждую секунду несколько капель живой крови. Но обстоятельства есть обстоятельства.       Он достает пистолет и убивает ещё троих, петляя по переулкам и пытаясь вернуться к фургону. Внезапно его загоняют в угол за большим металлическим ящиком для инструментов. Целая шеренга вооруженных людей палит в него, пули рикошетят от металла, к которому он прислонился. Сумрак понимает, что истекает кровью и постепенно теряет сознание. Поэтому он не может позволить себе медлить: он выдергивает чеку из гранаты и бросает в сторону нападающих.       Когда взрыв проходит, он ждёт.       И ждёт.       И ждёт.       Он в безопасности. Наконец-то. Сумрак выглядывает из укрытия, чтобы убедиться, что всё чисто, и только потом встает. Вдруг он слышит какой-то звон у себя под ногами и впадает в панику. Ещё одна граната? Он лихорадочно оглядывается по сторонам, смотрит вниз и видит... стреляные гильзы. Его стреляные гильзы. Он хлопает себя по карману и обнаруживает, что в нем нет ни одной гильзы. Засунув руку в карман и перевернув, он обнаружил, что его палец проходит ткань насквозь.       Кольцо.       Сумрак вздыхает. Можно было вернуться по своим следам, если бы он не истекал кровью. Но в его положении он мог позволить себе лишь несколько шагов. Собрать гильзы в другой карман, найти и отключить маячок в фургоне, сесть в фургон и сообщить о его местонахождении WISE, а затем вернуться домой, чтобы обработать рану.       В таком порядке.       Не теряя сознания.       Он пытается смотреть на ситуацию с оптимизмом. Может быть, Тайная Полиция будет осматривать место происшествия, они обнаружат пулевые отверстия, кровь, кольцо и спишут всё это на неудачное ограбление. Такое случалось. На первый взгляд может показаться, что времена стали лучше, но чистые улицы и процветающий бизнес волшебным образом не стирают шрамы войны и не избавляют людей от сомнительных занятий, от которых зависит их выживание.       К тому времени, как Сумрак добирается до фургона, его уже раздражает кровь, забрызгавшая сканер. Одна рука в крови, которая стекает по ней из раны. Другая в крови из-за того, что он пытался ею остановить кровотечение. Он уже намочил носовой платок, пытаясь вытереть руки, пока возится с кнопками, но всё равно не может оттереть кровь с устройства. Это действует ему на нервы, потому что усложняет работу. Хэндлер вряд ли обрадуется, узнав, что ему пришлось потратить оплачиваемые часы на то, чтобы оттереть свою кровь с этих бесценных вещей. Но в конце концов он находит жучок, раздавливает его ботинком и оставляет в переулке.       К тому времени, как он садится за руль, его зрение едва держит фокус на чем-либо. Он кусает себя за щеку, щиплет за ногу. Сумрак повторяет про себя названия всех улиц, мимо которых проезжает, и запоминает все номерные знаки, которые видит, словно в игре, отчаянно пытаясь сфокусироваться.       К тому времени, как Сумрак спрятал фургон и избавился от него, он уже брёл по каким-то задворкам. Его квартира находилась в престижном районе. Самый прямой путь довёл бы его туда быстрее, но он не мог рисковать, чтобы его увидели в таком виде: правая сторона его зеленого костюма переливалась алым. Это увеличивало расстояние и время, а и того, и другого у Сумрака оставалось всё меньше.       К тому времени, как он добирается до дома, его трясет от холода. Зубы стучат от боли и напряжения, вызванных долгой дорогой. Он едва успевает снять обувь и, спотыкаясь, направляется в ванную, врезается в дверь и отлетает к аптечке. Он грубо распахивает аптечку прямо на полу, разбрасывая содержимое в поисках того, что ему сейчас нужно.       В голове у него крутится только одна мысль.       Не теряй сознание.       Не теряй сознание.       Не теряй...

***

      Аня не может точно сказать, что именно разбудило её. Это был не кошмар, но что-то похожее. Её разум почти автоматически начал отсеивать шум, чтобы уловить мысли тех, кто был рядом. Странно, что она ничего не услышала. Её папа даже во сне излучал образы и цвета.       Было тихо.       Может быть, папа ещё не вернулся домой. Аня попыталась проследить за ним, но он, как настоящий супершпион, всегда находил её, где бы она ни пряталась. Он немного побегал за ней туда-сюда, пока он не пригрозил забрать у неё арахис. Химера, её кукла-генерал, посоветовала ей сдаться. Впереди были другие сражения, и она рано легла спать.       Несмотря на тревогу, которую Аня испытывала вечером, она все равно пыталась себя успокоить. Просто было тихо. Папа ещё не вернулся. Ей просто нужно было...       Аня слышит стук и стон, доносящиеся из дома. Она тут же сбрасывает с себя одеяло. Её маленькие ножки мчатся к двери, и ей все равно, что дверная ручка ударится о стену, когда она выбежит из комнаты.       Дверь в ванную приоткрыта. На деревянном полу лежит полоса света. Ей кажется, что ноги прилипают к полу, пока она пробирается вперёд. Испуганно заглянув в ванну, она в панике распахивает глаза.