Вторая половина правды

Аманет не спала. Она лежала на жесткой подстилке, укрывшись грубым шерстяным одеялом, и смотрела в темноту. Рядом тихо дышала во сне Агния — миниатюрная гречанка спала с удивительным спокойствием человека, который привык засыпать где угодно и когда угодно. В палатке пахло песком, лошадиной шерстью и чем-то пряным — то ли травами, которыми была набита подстилка, то ли самой Агнией. Сон не шёл. Было душно. И слишком тихо — если не считать далекого воя шакалов, который только подчеркивал пугающую пустоту вокруг. Аманет осторожно приподнялась на локте. Агния даже не шелохнулась. — Я выйду на минуту, — прошептала девушка, хотя гречанка не могла её слышать. Она откинула полог палатки и выбралась наружу. Ночь была невероятной. Звёзды висели так низко, что казалось — протяни руку, и достанешь. Ни облачка. Ни ветра. Только холодный песок под босыми ногами и догорающие угли костра в нескольких шагах. Аманет сделала несколько осторожных шагов и вдруг замерла. У костра кто-то сидел. Маленькая фигурка в темном плаще, поджав колени к подбородку, смотрела на тлеющие угли. Длинные волосы блестели в слабом свете - темные, с серебряным отливом. Эва. Аманет хотела было вернуться в палатку — не хотелось нарушать чужое одиночество, — но девушка вдруг подняла голову. — Не спится? — спросила Эва тихо. В её голосе не было удивления. — Тебе тоже, — кивнула Аманет, делая шаг вперёд. — Можно сесть? — Места много. Девушка опустилась на песок рядом, на расстоянии вытянутой руки. Угли тихо потрескивали, выбрасывая вверх редкие искры. Стало холодно — но не настолько, чтобы возвращаться. - Не переживай так, скоро они поймут, что ты не врешь и перестанут быть такими … подозрительными. - сказала Эва, видимо, чтобы нарушить тишину. - А ты откуда знаешь, что я не вру? - иронично спросила Аманет. - Просто вижу. - Эва улыбнулась. - Я учусь проникать в чужие сны, а чтобы это сделать нужно погрузиться в мысли человека, практически представить что ты - это он. Так что за многие годы я хорошо научилась читать людей. Аманет опешила: “Она сейчас серьезно?”. - Что значит проникать в чужие сны? - решила переспросить девушка. - Ты знаешь кто такие шезму? - Я … не помню такого названия в книгах. - Это люди, которые занимаются черной магией. - начала рассказывать Эва. - Они могут общаться с мертвыми или проникать в чужие сны. Рэймсс, - девушка указала рукой в сторону соседней палатки, - некромант, он может входить в контакт с Ба человека после его смерти, а я - онейромант, я могу проникнуть в сон кого угодно и увидеть то, что человек сам о себе не расскажет. - девушка опустила взгляд к костру. Аманет сидела в оцепенении. Она не понимала, как реагировать. Девушка не верила в магию и в любой другой ситуации просто посмеялась бы или тактично промолчала, но теперь … После того, что с ней случилось было бы странно говорить, что это все детские сказки и волшебников не бывает. - И…, - робко спросила Аманет, - для чего вы этим занимаетесь? - Люди готовы платить деньги за то, чтобы ты пообщался с их умершим родственником, или проник в их сон, чтобы избавить от плохих или глупых мыслей. Это шанс, для таких как я, выбиться в люди. Наступила тишина. Аманет обдумывала то, что рассказал ей Эва. Мысли, роящиеся в голове, вдруг, привели ее к красноволосому незнакомцу. “Стоит ли ее спросить? А вдруг спугну?” - девушка металась между любопытством и осторожностью, - “Была не была!” - А тот парень, с красными волосами, - робко начала Аманет, - он тоже шезму? Пауза. Слишком долго. Похоже ничего не вышло. Но тут… - Он не черномаг, нет. - шепотом произнесла Эва. - Он здесь, потому что ищет того же человека, которого ищут охотники, и потому что я его должница. - Должница? - Ты не знаешь, но моей детство было не очень хорошим. - продолжила девушка. - Матери было не до меня, ее интересовали только мужчины, во внимании которых она так отчаянно нуждалась. Аманет не смела даже дышать, так она боялась спугнуть это внезапное откровение. - Однажды один из этих мужчин пришел к нам в дом, когда матери там не было. Он пришел ко мне, хотел … меня обидеть. - голос Эвы на секунду дрогнул. - Какой ужас! - Аманет хотела взять Эву за руку, но вовремя себя остановила, она не знала как девушка отреагирует на этот жест. Ей хотелось искренне поддержать Эву, но она не знала как, да и смеет ли. “Ни один ребенок не должен испытывать такое!” - подумала она. - Я тогда была совсем одна, мне некому было помочь, - продолжила шезму, - И тогда я воззвала к божественным силам. Я прокляла этого человека. От страха я даже не помню, что говорила, помню только то, что произнося проклятие. Я позвала бога Сета, который избавил меня от гнусной участи. - по щеке Эвы скатилась слеза, - С тех пор я должна ему, за помощь. - Ты видела бога Сета? - переспросила Аманет, - В смысле, живого? - Да, как тебя сейчас, я помню каждую мелочь. Аманет не знала как реагировать на такое откровение. После ее внезапного появления в прошлом она готова была поверить во все, даже в живого Сета, а потому не стала больше ничего уточнять, и сомневаться в ее словах тоже не стала. - Так, ты сказала, что ты должница этого мужчины с красными волосами. - робко продолжила девушка. - Он что, жрец в храме Сета и может общаться с богами? - предположила она. Эва медленно повернулась к ней. В её глазах Аманет увидела что-то, чего не могла понять. Жалость? Страх? Или предупреждение? — Ты не поняла, — тихо сказала Эва. — Он не служит Сету. Он — тот, кто стоит между хаосом и порядком. Кто повелевает песчаной бурей. — Он может повелевать бурей? — переспросила Аманет, чувствуя, как по спине бежит холодок. - Он что, колдун? - Нет. - девушка посмотрела на нее долгим взглядом. - Он и есть буря. Тишина повисла между ними — тяжёлая, звенящая. Аманет открыла рот, чтобы задать ещё вопрос — десятки вопросов, сотни, — но слова застряли в горле. Что это значит? Что странный незнакомец — колдун, способный вызывать ураганы? Безумец, который вообразил себя божеством? Или… Или она упускает что-то очевидное? В её голове мелькнуло воспоминание — лекция по мифологии Древнего Египта, тёмная аудитория, проектор, показывающий изображение человека с головой животного. Сет. Бог хаоса. Песчаных бурь. Бури… «Нет, — подумала она. — Не может быть. Боги не ходят по земле. Это легенды. Сказки для успокоения души». Но внутри, глубоко там, где прятались детские страхи и взрослые сомнения, зашевелилось что-то новое. Тихое. Холодное. Эва встала и направилась к своей палатке. Аманет не стала ее останавливать или расспрашивать дальше. Она понимала, что разговор итак давался Эве нелегко, и, скорее всего, она рассказала ей то, чего не должна была. Слова крутились в голове, не находя места. Она снова посмотрела на небо — на чужие, равнодушные звезды. И впервые задумалась: а что, если всё, чему её учили, — только половина правды? Что, если вторая половина стоит где-то там, во тьме, и смотрит на нее красными глазами? Аманет забралась в палатку, легла на подстилку и закрыла глаза. Рядом тихо дышала Агния. Где-то в темноте шакалы закончили свою песню. Она повернулась на бок и провалилась в сон — тяжёлый, без сновидений, полный красных глаз и шёпота на непонятном языке. *** Утром, когда лагерь проснулся, Амен был уже на ногах. Он проверил лошадей и распределил приказы. Никто не заметил, что он почти не спал - или заметили, но промолчали. Аманет вылезла из палатки растрепанная, с красными глазами. Похоже плакала. Она подошла к нему, когда он затягивал подпругу на своей лошади. - Далеко отсюда до города? - спросила она. Голос хриплый, сонный. - До полудня, - ответил Амен, не глядя на нее. - Если не будем останавливаться. - А, куда вы меня привезете? Вы говорили про Фивы, но… - В поселение охотников. Это недалеко от города. Отдельная деревня. Там безопасно. - Безопасно от чего? Амен наконец повернулся к ней. - От хвори. Аманет побледнела. - То есть … в городе чума? В Фивах тоже? - Она везде, где есть люди, - жестко сказал Амен. - Еду и воду в поселение привозят из Мемфиса. С жителями города мы не контактируем. Это мой приказ. - А если кто-то из вас заразится? - Тогда его оставят в городе. Или он умрет. Аманет отвела взгляд. Амен заметил, как дрогнули ее губы. “Боится,” - подумал он. - “Правильно. Страх помогает выжить”. - На лошади ездить умеешь? - спросил он уже мягче. - Если за две с половиной тысячи лет ничего не изменилось, то да, умею. Амен одобрительно кивнул, он подошел к девушке почти вплотную и заговорил тихо, так, чтобы слышала только Аманет: - Поедешь одна, лошадь поведешь точно за моей, а позади будет Агния. Вздумаешь что-то выкинуть, хоть что-нибудь - очень сильно пожалеешь. - он пронзил Аманет пристальным взглядом. Девушка коротко кивнула и пошла к лошадям, которых готовил Ливий. Амен смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри зарождается что-то … странное. Не похожее на недоверие. И не на жалость. “Она не из этого мира, - повторил он себе. - Она не враг, иначе я бы это увидел. Но и не друг. Пока нет.” - Эва! - позвал он издалека, - До поселения поедешь с Рэймссом. Эва невольно выдохнула и радостно подбежала к Рэймссу. Ее, очевидно, успокоило, что весь путь не придется бороться с двумя тоннами страха и агрессии. - Стоять! - Агния выскочила из палатки, - Никто никуда не поедет, пока я кое-что не сделаю! Все застыли в ожидании, а Агния схватила Аманет за руку и потащила в палатку. Амен поморщился: “Что она опять задумала?” Через несколько минут девушки вышли. Агния гордо вскинула подбородок и обернулась. За ней вышла Аманет в … новой одежде. Рубашка и длинная юбка куда-то пропали. Из палатки вышла будто бы незнакомка. Черный короткий жилет золотыми нитями переходил в штаны с высокими вырезами от самых бедер. А каждую руку обвивала плиссированная вуаль серебристого цвета. Прическа тоже изменилась. С плеча спускалась широкая аккуратная коса. Волосы переливались золотом и будто блестели на солнце. А вместо грязной неизвестной обуви ее ноги обвивали сандалии. Амен замер. Это было неожиданно. Он видел Аманет растерянной, заплаканной, уставшей - но не такой. В этом одеянии она перестала быть похожа на пленницу, на случайную попутчицу, на “девушку из другого мира”. Она стала … своей. Почти. - Ну так ведь намного лучше. - Эва радостно подбежала к девушке, заставляя ее покрутиться. - Повезло, что у нас с Агнией один размер. - Аманет широко улыбнулась. Амен впервые видел ее такую улыбку. Искреннюю, счастливую, а не вымученную и грустную. - Ты не можешь идти по Фивам в этом тряпье - будешь привлекать внимание. А так - очень даже похожа на свою. Никто ничего не заподозрит. - ответила та. Амен собрался, что было не просто: - Раз мы закончили - выступаем через десять минут. Лагерь ожил. Рэймсс уже подвел Эве лошадь, та села почти без помощи, хотя руки дрожали. Ливий подал Аманет поводья - она приняла их молча, погладила лошадь по шее и легко, почти без усилий, взлетела в седло. Амен отметил это краем глаза. “Умеет. Не врала.” Колонна двинулась. Солнце поднималось над пустыней, и тени становились короче. Амен держал ровный шаг, не оглядываясь, но слышал за спиной ровное дыхание лошади Аманет — та держалась точно в метре за ним, как он и велел. После всего, что произошло за последние дни, наконец-то, настала минута тишины. Слышен был только топот копыт. Амен задумался о своем задании. Фараон поручил ему выяснить причину распространения хвори и поймать шезму, которые за этим стоят. А теперь за его спиной находятся двое черномагов, а он ничего не может с этим сделать, потому что они - проводник к тому, кого он ищет на протяжении двадцати лет. Еще и этот странный красноволосый тип. Амен не до конца понимал кто он, но ничего хорошего его присутствие не сулило. Он вел себя заносчиво и высокомерно, смеялся и запугивал и Амен тоже никак не мог на это повлиять. Впервые за долгие годы он ничего не контролировал! Это вводило его в крайнюю степень бешенства. На фоне всего этого даже Аманет выглядела не так странно, как остальное. Она хотя бы не норовила постоянно нарушить итак хрупкие правила. - Мы должны что-то придумать. - Ливий нарушил тишину. - Какую-то легенду. Не можем ведь мы сказать всем правду. Амен невольно прервал ход своих мыслей. “Он прав.” - Ее прошлое - это меньшее из зол. Нужно понять в качестве кого ты окажешься в поселении охотников. Пока мы не поймем, что с тобой делать ты должна чем-то заниматься. - строго сказал эпистат. - Что ты умеешь? - ехидно спросила Аманет Агния. - В вашем мире, похоже, что ничего. - задумалась Аманет. - Если могу говорить на вашем языке, и могу представить в голове ваши иероглифы, значит смогу еще писать и читать. - девушка грустно опустила взгляд. - Но не думаю, что это может принести пользу. Все замолчали. - Что? - удивленно спросила Аманет. - Неплохо, для того, кто даже не из нашего мира. - сказал Рэймсс. - У нас даже местные не все могут таким похвастаться. - добавила Эва. - Да уж. - Амен повернулся в сторону Эвы, вспоминая ее ужасное письмо, которое та еще не успела достаточно отточить. Эва нахмурилась, а Ливий спрятал улыбку в руке. - Ладно, с этим решили. - подняла руки Агния. - А что будем делать с ее происхождением? Снова повисла тишина. Никто не мог ничего придумать. Имя то они выдумали, но люди не слепые. Аманет не была похожа ни на кого, кто мог бы обитать в этих местах. “Да, я тоже не выгляжу как представитель местного населения (хотя им я являюсь), но двое таких - уже много.”: подумал Амен. Размышления прервал женский голос: - А если сказать правду? - предложила Аманет. Все в недоумении посмотрели на нее. - То есть? - спросил Рэймсс. - Ну, можно сказать как есть. Что я родилась в северных землях, что дальше на северо-восток от Горгиппии*. - предложила девушка. - А сюда ты как тогда попала - уточнил Ливий. - В двенадцать лет вместе с родителями бежала от голода и болезней, так попала в Херсонес … дорийцы ведь уже основали полис в Таврике*? - Аманет повернулась к Агнии. Та подняла глаза, будто бы вспоминая: - Да, я слышала о них. Вино неплохое*. - Ну вот. Там меня взяла на воспитание семья торговцев украшениями. Вместе с ними я отправилась в Александрию - так и попала в Египет. - девушка смотрела куда-то вдаль, будто бы старалась примерить на себя ту роль, что только что себе выдумала, - Здесь мне так понравилось, что я решила остаться, выучила язык, научилась писать и читать. Аманет ненадолго замолчала: - Звучит вполне правдоподобно. Так мы почти не солжем. И если вдруг я что-нибудь ляпну, то все можно будет списать на то, что я не отсюда. - девушка, широко улыбаясь, по очереди посмотрела на каждого спутника … и только на Сете ее улыбка померкла. Тот наградил ее ехидной, подозрительной ухмылкой. “Долго он собирается пугать ее? Он явно что-то про неё знает, но не говорит.”: эписатала злило даже присутствие этого человека рядом с ним. Если бы не общая цель он бы уже давно решил эту проблему. - Мне нравится! - выпалила Агния. - Так мы объясним ее внешность, да и ей не придется переживать, что она не знает каких-то вещей из нашей культуры. - А имя? - заговорил Амен, все остальное время он предпочитал только слушать, - Имя египетское. - Скажет, что взяла другое имя, потому что ее собственное тяжело выговорить. - с улыбкой предложила Эва. - А если у нее его спросят? - переживал Ливий. - Ну и ответит. Все равно никто не запомнит. - прыснула Агния. На том и решили. Компания приближалась к городу. От него тянуло дымом - не тем, мирным, от очагов, а горьким, паленым. Жгли мертвых. Впервые такое. Чтобы египетский народ вопреки своим законам и обычаям обходил ритуалы и вот так избавлялся от трупов. “Самое страшное не сама хворь, а то в кого превратились люди от страха перед ней.” - размышлял Амен, - “Бездомных больных бросали на улицах умирать, а потом сжигали их тела без всякого погребенья. Сколько же Ба* остались неупокоенными за время пока бушует хворь. Может в этом и была цель старших черномагов, которые породили ее?…” - Подъезжаем. - сухо сказал Амен. - Говорить буду я. В полном молчании они подъехали к небольшой деревне, что стояла в отдалении от Фив. - А где тот … - Аманет явно подбирала слова, - с красными волосами. - последнюю фразу она практически прошептала. Девушка не знала его имени и, видимо, боялась, что он услышит, как именно она его назвала. - Его зовут Сет. Он сам по себе. - ответил эпистат. - Сет? - удивленно переспросила Аманет? Амен обернулся и его лошадь остановилась. Он долго смотрел девушке прямо в глаза: - Будь осторожна с ним. Он вовсе не человек… Впереди было много дел. И первое из них - объяснение…