Глава 11. Жизнь вдвоём

      Они переехали через месяц. Сан нашёл квартиру в тихом районе, недалеко от парка, с большими окнами и деревянным полом — почти как в его студии. Солар упаковывала вещи, перебирала старые коробки и находила то, что давно забыла: прошлогодние календари, сломанные заколки, стопку неотправленных писем себе прошлой.       — Ты когда-нибудь выбрасываешь хлам? — спросил Сан, занося очередную коробку.       — Это не хлам, это воспоминания, — ответила она.       Он усмехнулся, поцеловал её в макушку и пошёл за новой партией.       В одной из коробок, на самом дне, лежала папка с его вещами — он оставил у неё кое-что после первых встреч, так и не забрал. Солар хотела позвать его, но вдруг замерла.       Из папки выглядывал угол конверта. Старого, пожелтевшего, без марки. Она открыла его — внутри был листок, исписанный аккуратным, чуть нервным почерком Сана.       «Солар.       Я пишу это ночью, после того, как мы в первый раз оказались втроём. Ты спишь, а я не могу. Смотрю на твои ресницы и думаю: почему я не встретил тебя раньше? Раньше, чем он.       Ты смеёшься, когда я шепчу глупости. Ты краснеешь, когда я смотрю слишком долго. Ты не знаешь, что я каждый день прихожу в офис только ради твоей улыбки.       Я не отправлю это письмо. Оно — только для меня. На память о том, что я был счастлив, даже когда делил.       Твой Сан.»       Солар села на пол, прижала листок к груди. Глаза защипало.       В дверях появился Сан — с коробкой, запыхавшийся.       — Ты чего? — спросил он, заметив её лицо. — Что случилось?       Она протянула ему письмо.       Он прочитал, и его щёки залила краска — впервые за всё время, что она его знала.       — Это… я написал это после той первой ночи. Думал, что потерял его. Или выбросил.       — Ты оставил его у меня, — сказала Солар. — В папке с документами. Наверное, забыл.       — Наверное, — он опустился рядом, обнял её. — Прости. Я не хотел, чтобы ты это видела. Это было только моё.       — Теперь наше, — она подняла на него глаза. — Ты правда так думал? Что счастлив даже когда делишь?       — Да, — он поцеловал её в лоб. — Но сейчас я счастлив без делёжки. Впервые в жизни.       Она убрала письмо обратно в конверт, а конверт — в ящик нового стола, под стопку чистых листов. Не выбросила. Потому что это был он. Настоящий. Тот, кто умеет любить даже в тишине.       Вечером они заказали пиццу, открыли вино и сидели на полу среди коробок, болтая ногами.       — Сан, — сказала она.       — Ммм?       — Ты боишься, что я пожалею?       Он задумался. Долго.       — Нет, — ответил наконец. — Потому что ты не из тех, кто жалеет. Ты из тех, кто идёт вперёд, даже когда страшно.       Она улыбнулась. И поверила ему.