«А вдруг ты — и есть моё желание?».

Они вернулись в зал, держась за руки. Мария всё ещё ощущала тепло его прикосновений, но теперь к этому прибавилась лёгкая неловкость — та, что бывает, когда внутри столько эмоций, что они едва умещаются в груди. Гирлянды сверкали, музыка играла чуть громче, а за столом уже все ждали её возвращения. — Ну наконец-то! — громко воскликнула Элен, подмигнув. — А то мы уже думали, что вечер закончится без торта. На стол вынесли красивый торт — высокий, украшенный кремовыми цветами, в мягком светло-зелёном и белом цвете. Наверху горела одна тонкая свеча. — С днём рождения! — хором сказали все, кто был рядом. Мария замерла на секунду. Её лицо вспыхнуло от нахлынувших чувств — ком в горле, дрожь в голосе, и глаза, в которых начали собираться слёзы. Но не от грусти. От переполняющей благодарности. Она сделала шаг вперёд, посмотрела на всех — на друзей, с кем делила учебные будни, на Вики, с которой пережили бессонные ночи и экзамены, на Уильяма, который всегда знал, когда просто нужно обнять и поддержать. И — на Тома. Он стоял чуть в стороне, но его взгляд держал её как якорь. Тихий, тёплый, полный одобрения. Как будто он видел её насквозь — и принимал всё. — Спасибо, — начала она, голос дрожал, но она не пыталась это скрыть. — Спасибо каждому, кто пришёл сегодня. Это самый тёплый, самый душевный день рождения в моей жизни. Этот год в Лондоне был для меня совершенно новым. Сложным, ярким, неожиданным. Я здесь... потому что когда-то решилась рискнуть. И не пожалела. Она перевела взгляд на Тома. — И этот вечер… эта встреча… — она едва не улыбнулась сквозь слёзы. — Мне кажется, в этом мире действительно нет ничего невозможного. Правда. Иногда жизнь сама даёт нам больше, чем мы осмеливаемся просить. Тишина за столом стала тёплой, внимательной. Кто-то уже поднёс салфетку. — Я вас очень люблю. Всех. Спасибо, что рядом. Под аплодисменты и одобрительные возгласы она склонилась над тортом. Загадала желание. Настоящее, потайное. Такое, что тронуло её до глубины. И задула свечу. Когда свеча погасла, и зал взорвался аплодисментами, Мария на секунду осталась в темноте своих закрытых глаз, впитывая запах ванили от торта и едва уловимый аромат парфюма Тома. — Я не знаю, чего ты пожелала… — его голос раздался у самого уха, обдавая теплом, — но всем сердцем надеюсь, что оно сбудется. Мария открыла глаза. Прямо перед собой она увидела Уилла — он хлопал вместе со всеми, но его улыбка не коснулась глаз. Он быстро отвел взгляд, когда она посмотрела на него, и принялся разливать шампанское по бокалам. В этот момент она окончательно поняла: её жизнь в Лондоне разделилась на «до» и «после». — А вдруг ты — и есть моё желание? — прошептала она, глядя Тому прямо в зрачки. Том на мгновение замер. Его пальцы, лежавшие на её плече, чуть сжались. Он не ответил словами — он просто притянул её к себе и запечатлел долгий, нежный поцелуй на её виске, зарываясь носом в её волосы. Этот жест был красноречивее любого «да». — Тогда считай, что оно уже начало сбываться, — ответил он, отстраняясь ровно настолько, чтобы взять нож и помочь ей отрезать первый кусок. Вики уже вовсю раздавала тарелки, громко комментируя вкус крема, и общая суета захлестнула их. Но среди этого хаоса Том поймал её взгляд и едва заметно кивнул в сторону выхода. — Скоро мы ускользнем, — одними губами произнес он. Мария улыбнулась. Она знала, что впереди — дорога на север, туманы Лох-Несса и целая вечность в его компании. Шотландия ждала их, но сейчас, в этом маленьком пабе, она чувствовала себя абсолютно, бесконечно дома.