«Часть той силы...»

Мария почувствовала, как её решимость тает, словно лёд в бокале виски. План лекции на экране айпада внезапно показался набором сухих знаков по сравнению с тем обжигающим теплом, которое исходило от Тома. Его губы едва коснулись её виска, и она невольно прикрыла глаза, ловя это мгновение. Однако образ Дианы, строго поправляющей очки в ожидании глубокого анализа «Мастера и Маргариты», всё ещё стоял перед мысленным взором. — Хорошо, мистер Хиддлстон, — выдохнула она, слегка отстраняясь, но не выпуская его ладоней. — Ты победил. Почти. Том победно прищурился, явно рассчитывая на полную капитуляцию, но Мария лукаво улыбнулась и прижала палец к его губам. — Давай так: если ты действительно хочешь мне помочь «выдохнуть», используй свой талант по назначению. Раз уж мы заговорили о Булгакове, мне нужно проверить одну деталь. Эпиграф. Цитата из Гёте, с которой начинается «Мастер и Маргарита». В английских изданиях её переводят слишком по-разному, а я хочу услышать, как она звучит в том переводе, который выбрал сам Булгаков. Если ты отыщешь мне её на той своей «русской полке» за пять минут… я закрою этот планшет на десять минут раньше срока. Том замер, в его глазах азарт соблазнителя смешался с азартом исследователя. — Вызов принят, — прошептал он, запечатлев быстрый, обещающий поцелуй на её ладони. — Пять минут, Мария. Имей в виду, я знаю это здание как свои пять пальцев. Мефистофель от меня не скроется. Он стремительно отошел к стеллажам. Бобби, почуяв смену настроения, радостно завилял хвостом, переводя взгляд с хозяина на Марию. Том буквально взлетел по приставной лестнице к верхним полкам, его пальцы уверенно заскользили по корешкам тяжелых томов. — Так… проза… тридцатые годы… — бормотал он. — Ага! Попался, Михаил Афанасьевич. Он спрыгнул на ковер, приземлившись почти бесшумно, и замер перед Марией. Он медленно открыл первую страницу, и его голос внезапно стал ниже, обретая ту самую пугающую и притягательную глубину, которую он приберегал для самых сильных сцен. — Послушай, как это звучит в оригинале романа... — он поднял на неё взгляд, и в полумраке библиотеки его глаза блеснули. — «...так кто ж ты, наконец? — Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». В тишине библиотеки эти слова прозвучали как окончательный приговор её планам на работу. Мария медленно отложила стилус, завороженная тем, как легко Том перевоплотился, едва коснувшись великого текста. — Пять минут и сорок секунд, Хиддлстон, — Мария с улыбкой посмотрела на часы, но всё же нажала на кнопку блокировки. Экран погас. — Ладно, ты заслужил свою награду. Твое «зло» сегодня определенно творит добро. Она поднялась навстречу Тому. В библиотеке стало на порядок теплее. Бобби, решив, что его миссия выполнена, поудобнее устроился на ковре, положив морду на лапы. — Теперь, — Том притянул её к себе, обнимая за талию, — раз уж мы разобрались с силами тьмы и света, я предлагаю перейти к более современным методам снятия стресса. Как насчет того, чтобы пойти в сад? Там сегодня потрясающие звезды, а у меня припрятана бутылка хорошего вина. Мария обняла его за шею, чувствуя, как напряжение последних часов окончательно уходит. — Идет. Но завтра на лекции я обязательно вставлю эту цитату. И скажу, что её нашел мой самый искусительный ассистент.