Часть 12

      Утро наступает быстро. Почти мгновенно. Рома открывает глаза и видит, как солнце медленно поднимается над Омском, как в его лучах тухнут огни огромной ледовой арены, стоявшей на другом берегу Иртыша.       — Доброе утро, парни, завтрак через полчаса, — в их комнату без стука заходит Анисимов, — так что в темпе, лисята.              — Он что, назвал нас лисята? — с возмущением уточнил Макар, когда Роберт ушел, прикрыв дверь. Петров смотрел на Рому. Волосы растрепались и падали на глаза. Макар щурился от яркого солнечного света, который наполнил комнату.       — Да, — дернул плечами Рома и потер лицо.       Они выбрались из кроватей. Сонные, в пижамных штанах, без футболок, так как в академии был слишком жарко. Рома ушел в примыкающую к спальне ванную комнату. Руководство клуба определенно не скупилось, когда строило это место. Все сделано для того, чтобы парням, живущим тут, было комфортно.       Столовая занимала огромное помещение на первом этаже. Окна тут выходили на огромный стадион, где парни занимались летом. Сейчас его замело снегом, а по периметру торчали голые ветви кустарников. Туи замотали в укрывной материал, плотный, чтобы растения пережили зимние морозы и снегопады.       — Так, берите себе еду, — Эмиль потрепал их волосы, хотя видел, что Рома и Макар готовы его проклясть за это действие. Он был бодрым, полным сил. Белая футболка казалась больше, чем требовалось для человека его комплекции. Джинсы же сидели идеально. Только сейчас Рома заметил на его руке татуировку — какой-то узор похожий на пламя, — и занимайте вон те столы, — он указал на ряд у окна.       — Классная татуха, — ахнул Макар, посмотрев на Клименкова.       — Спасибо, — тот дернул уголками губ, — я Овен по гороскопу. Огонь, все дела. Бить барана как-то… ну не по мужски, — он рассмеялся, — так, хватаем кашу. Через час общий сбор.       Рома и Макар пошли к шведскому столу, где работали две женщины в передниках и поварских колпаках. Они накладывали парням кашу. Рома ее терпеть не мог с детства. Его мама никогда не умела ее варить — всегда была с комками. Но тут выглядела вполне съедобной.       — Что нужно сделать для КХЛ, чтобы они вот такое тебе построили? — не мог сдержать восторга Вова, когда сел с ними за столик.       Стены тут украшали гармонично вписанные в интерьер силуэты хоккеистов. Столовая, как и все здание, имела в своем оформлении характерные для клуба цвета — белый, черный, красный. Они были не навязчивыми, но напоминающими о том, кто тут главный.       — Выиграть пару-тройку чемпионатов, — ответил Макар спокойно, почти буднично.       — Опа, какие люди, — Макар вздрогнул, а потом резко обернулся. Он смотрел на стоявшего перед столиком парня в черной спортивной форме. На груди нашивка с ястребом, — а я думаю, ты или нет.              — Привет, Платоха, — Петров встал с места и ответил крепким рукопожатием, похлопав парня по спине, — парни, это Платон Кузнецов, — представил он своего давнего друга, — мы с ним считай всю молодежку вместе прошли. Он вратарь в «Ястребах».       Рома смотрел на хорошо сложенного блондина с серыми глазами. На щеках у него были едва заметные ямочки, а на подбородке — пара крохотных родинок. Он стоял около Макара, явно не веря своим глазам, как и Петров.       — Пацаны, — Платон пожал руку Вовы, потом Ромы. Крепко, ощутимо, — ну вам повезло. Считай, Омск отдал вам лучшее, — он толкнул Макара в плечо, — такого защитника днем с огнем искать надо.       — Ой, да брось ты, — Макару стало неловко от такой похвалы в свой адрес, — обычный я защитник.       — И скромный очень, — отметил Вова, хихикнув. За это он был удостоен такого взгляда Петрова, что стало не по себе.       — Ну что, вы уже играли с этими полярными мишками? — Платон сел за их столик. Рома кивнул, — и как они?       — Ну для вас не проблема, — дернул плечами Макар, — мы возились, но не так… чтобы прям…       — Команда, как команда, — поддержал Вова, — да и у вас же одна из лучших систем подготовки.       Платон отмахнулся. Явно не хотел обсуждать то, как их тренируют, да и это было лишним. Все равно скоро встретятся на льду и сами все увидят.       — Ладно, был рад видеть, Макарыч, — он встал с места, — у нас раскатка через час. Вы тут надолго?       — До завтра, — ответил Макар.       — Тогда после игры пересечемся, — Платон поспешил прочь из столовой.       Через час они, с вещами, как и велел Эмиль, стояли в холле на первом этаже. Тут висели многочисленные плакаты команды, памятки для новичков, расписания игр. На большом экране крутилась реклама хоккейного клуба.       — Так, в автобус. Едем на тренировку, — сказал Анисимов, кивая в сторону парковки.       — А где будем тренироваться? — спросил Боря, — лед же занят.       — А вы думаете в Омске он один, — хмыкнул Корсаков, — будет вам лед, — главный тренер «Лисов» наматывал на шею шарф, — посмотрим на вас в вашей естественной среде обитания.       Корсаков говорил с водителем — пожилым мужчиной, который носил кепку с потертостями и болоньевый жилет, пока игроки занимали места в салоне. Водитель, как запомнил Макар, его звали дядя Миша, рассказывал Корсакову про зимнюю рыбалку, а тот внимательно слушал, словно собирался поехать рыбачить сразу после игры.       — Вы сильно не расслабляйтесь, ехать не далеко, — Эмиль явно что-то приготовил и Рому это начинало пугать.       — Так вы скажите, куда мы едем? — не мог удержаться Дима, когда автобус тронулся с места. Харитонов кутался в огромное худи с маской Человека-Паука на капюшоне. Ему определенно было холодно, он то и дело шмыгал носом.       — Вам понравится, — Илья неоднозначно посмотрел на Эмиля и тот кивнул.       Автобус перевез их через мост и свернул на парковку. Ехали они в самом деле не долго. Рома посмотрел в окно. Огромная, как инопланетный корабль из далекого будущего, G-Drive Арена была перед ними. Парни смотрели на нее так, словно никогда не видели раньше. Разве что Макар сохранял спокойствие и ждал дальнейших инструкций.       — Че, вы с Нинкой то помирились? — спросил Макар, пока они шли к служебному входу.       — Нет, — Рома дернул баул так, что тот подскочил на кочке, — в молчанку с ней играем.       — У нас что… тут будет тренировка? — Дима в шоке смотрел по сторонам.       — Пришлось поговорить со знакомыми из КХЛ, но мы же за будущее нашей молодежи, — Корсаков вел себя, как Тони Старк, который купил для Мстителей огромную базу. Он величественно шел впереди команды, иногда обмениваясь фразами с кем-то из «Лисов», — а что… омский лед уже не лед?       Служебный вход вел в коридор со множеством дверей. Хозяйственные помещения, грузовые лифты, но в конце было то, ради чего их сюда привезли — раздевалка. Но даже это казалось им частью огромной мечты. Никто не хотел продолжать карьеру в клубе, у которого даже нет своего льда. Все хотели во флагман вроде «Локомотива», «Авангарда» или «Ак Барса», где есть уважение, контракты на миллионы рублей и огромные фанатские сообщества.       — Давайте, быстро и на лед, — Эмиль и остальные «Лисы» остались с ними. Словно они не были звездами большого хоккея, а частью команды молодежки. Заняли шкафчики и начали готовиться к тренировке.       Они шли по туннелю ко льду. Свет в конце — не просто свет, а сияние, холодное, голубовато-белое, как полярное. Рома слышал, как стучат его коньки по бетону, как стучат сердца парней за спиной. Ближе. Ещё ближе. Он даже ущипнул себя, чтобы убедиться, что не спит.       Да, вероятно, в КХЛ были клубы круче, никто с этим не спорил, но сейчас они в самом ближайшем топовом клубе. Никто бы не повез их в Москву или в Питер — далеко и дорого, но в этой цепочке чего-то крутого и сильного, Омск занимал почетное звено.       Выход. Обычный борт. Обычный лед, центр которого почетно занимал символ ястреба. Вокруг него — всякие рекламные логотипы, как и в «Победе», ничего необычного. Но масштаб… он заставлял сердце замирать от восторга и трепета. — Добро пожаловать на базу «Авангарда», лисята, — Анисимов проехал, сделав дугу, — они любезно согласились пустить нас на пару часов, чтобы вы… вдохнули этот запах.       — Чужого успеха и усердия, — добавил Эмиль, встав около Роберта, — чтобы вы поняли, что эта мечта может быть реальностью, если вы будете пахать на мечту.       — Ну что, рептилии, круто тут? — Корсаков стоял у борта вместе с Ильей, и с усмешкой наблюдал за тем, как дети радуются нахождению в этом месте, — столько раз выходил на этот лед, столько раз видел, как люди работают над тем, чтобы попасть сюда…. Сегодня вы просто гости, но все в ваших руках. В ваших головах. Будете работать, станете хозяевами.       — А что встали то, — Эмиль посмотрел на них строго, — раскатка. Или вы думаете, что мы вас сюда привезли просто стоять и ахать от восторга? — он рассмеялся. «Лисы» подхватили.       — Что, Клименков, уже на мое место метишь? — рассмеялся Корсаков. Тот виновато опустил взгляд, — да ладно, работайте уже. А то еще не хватало опозориться перед хозяевами.       Рома заострил внимание на последних словах Корсакова, но у него не было времени на уточняющие вопросы. Он поехал на раскатку с остальными. За ними что, кто-то наблюдает? Вроде только Корсаков и Илья. Врач команды развалился на тренерской скамейке и листал что-то в телефоне, а тренер стоял, оценивающе смотря на совместную работу своих парней с молодежкой.       — Привет, Миша, — Рома видел, что к Корсакову кто-то подошел, но на скорости не мог рассмотреть этого человека, — что, молодёжь вдохновляешь?       — Ну считай, что так, — Корсаков сложил руки на груди, — тут моих только пятеро. Остальные — Морозова. Анатолия.       — Да ладно, Толька что… еще тренирует? — удивился собеседник. Мужчине было лет тридцать пять. Густая борода, широкий подбородок, большие глаза. Он говорил с Корсаковым, как со старым другом.       — Молодежку. Талантливые черти, Игорь, — он усмехается и смотрит на лед, где «Лисы» гоняли «Хамелеонов» до седьмого пота, — сам посмотри.       Игорь подошел к борту, облокотился на него. Парни отрабатывали броски, кого-то отчитывал Анисимов, кому-то помогал Эмиль. Обычная тренировка. Молодняк в самом деле старался, выкладывался на полную. Игорь такое ценил, потому что из усердных получаются хорошие.       — Эмиль, брат, ты еще живой, — Игорь привлек внимание Клименкова и тот, отрываясь от работы с Борей, подъехал к борту и снял краги.       — Игорь, — он пожал руку друга, — а ты значит после отбора в Омске остался?       — Как видишь, — рассмеялся Пронин, — играю. Что, молодняк вдохновляешь нашими стенами?       — Ваши стены — прекрасны, — Эмиль взял свисток, — остановились.       Парни замерли и перевели взгляд на тренерский мостик. Посмотрели на Эмиля, потом на человека, который стоял около него. Игорь махнул рукой и сдержано улыбнулся. Он выглядел огромным, но дружелюбным. Свитер, штаны — никакого игрового антуража.       — Да, ладно, охренеть, — Макар стоял, как вкопанный, — они что… знакомы?       — Больше того, Петров, мы были на одних отборах, — отметил Клименков, — мой давний друг. Прекраснейший нападающий из «Авангарда» — Игорь Пронин, — парни восхищенно загалдели, застучали клюшками по льду.       — Скажешь, что? — Корсаков смотрит на Игоря. Михаил Романович укутался в свое пальто по сильнее. Все же, когда стоишь на месте, холод ощущается сильнее, чем когда в постоянном движении на льду.       — Только то, что нужно работать, — тот пожал плечами, — не команда красит игрока, а игрок команду. Не важно, куда вы попадете после молодежки, а важно то, куда вы можете привести свою команду — в дно турнирной таблицы или же в финал плей-оффа.       — Поиграть не хочешь? — с азартом спросил Эмиль.       — Поиграем, Эмиль, обязательно, — рассмеялся Игорь, — когда у нас с вами игра? Через неделю? Вот тогда мы точно с тобой поиграем.       Парни ликовали, предвкушая поединок двух сильных команд. Хотя Эмиль явно хотел другого. Чтобы Пронин вышел здесь и сейчас, показал парням пару приемов, вдохновил их, усилил веру в то, что попасть в крутой клуб можно.       — Игорь, — Корсаков кивает ему и тот поднимается выше. Он о чем-то говорит ему — шепотом, чтобы не было слышно.       — А, так это без проблем, — он усмехается, — пять минут, Миш.       — Ну что, парни, сейчас мы вам покажем… хоккей, — Анисимов проехал вокруг «Хамелеонов», которые сбились в кучу.       — Эмиль, уверен? — кивает ему Корсаков.       — Конечно, — ответил тот, — что я, с Прониным не играл что ли. Да и у нас тут не регулярный матч. Так, мастер-класс для детишек.       Пронин вышел на лед. Бордовая футболка — без логотипов, номеров и фамилий. Простая тренировочная форма, в которой он был каждый день. Он проехался пару кругов, чтобы привыкнуть и размяться. «Хамелеоны» пока поднимались на скамейку.       — Сыграем два на два? — предлагает Пронин, — защита и нападение. Без жестких силовых, иначе нас с тобой попрут так, что уборщиками не устроимся, — «Лисы» засмеялись.       — Можем три на три, но нужен еще один нападающий, — Эмиль посмотрел на скамейку, — Карфенов, поднимай свой драгоценный зад.       Рома с трудом перелез через борт от волнения. Он стоял, как бревно, боясь пошевелиться. Эмиль кивнул ему, показывая, что он будет с ним и Данияром. А Паша и Роберт с Игорем.       Пора писать завещание, — пронеслось в голове, — а я так и не признался Нине в том, что я идиот. Хотя, она итак это знает.       Эмиль был спокоен, как удав. Он разминал шею, готовясь к тому, что вызывало у него практически детский трепет — игра. Не на счет, не на место в плей-оффе, а на интерес. Тот самый, который привел его в хоккей почти двадцать лет назад.       — Так, Пронин, хоть один жесткий трюк и я звоню Игнатенко, — предупредил Корсаков.       — Понял я, понял. Лисята жесткий хоккей не любят, — он хитро улыбнулся. Упоминание главного тренера определенно ставило его на место, ну или имело мощный отрезвляющий эффект.       — Богдан, кинь шайбу, — Эмиль смотрит на Осипова и тот, как сидевший у самого выхода на лед, идет выполнять просьбу.       С первой секунды игры Рома понял, почему их называют ястребы. Пронин двигался так быстро, что он не успевал следить за ним. Словно тот летал над льдом, а не скользил по нему. Даже Эмиль едва поспевал за этим человеком. Он играл быстро, четко, но без силовых, как и договаривались. Рома попытался перехватить шайбу, но не понял, как она снова оказалась у Пронина. Потом Эмиль отправил его на скамейку и попросил выйти Диму. Тот замялся у борта.       — Слушай, пацан, мы не будем тебя бить, нам надо понимать твой уровень, — спокойно сказал Пронин, прокатываясь вдоль борта, — пока ты будешь греть скамейку запасных в десятой пятерке с конца, ты не станешь хорошим игроком.       — Давай, Харитонов, — поторапливал его Корсаков, — ты сюда приехал на Омск смотреть или учиться?       — Учиться, — пробормотал тот.       — Вот и учись, — кивает ему Эмиль. Он видит, как тяжело дается Диме каждый шаг на льду, но он не собирался делать скидок на возраст и опыт.       Богдан бросает шайбу и уже через две секунды Дима в панике пятиться назад, едва не роняя клюшку на лед. Эмиль смотрит на Корсакова, тот отрицательно качает головой.       — Слушай, Димон, да? — Игорь выдыхает и смотрит на Харитонова, — это не публичная порка, это тренировка. И если ты косячишь тут, то это хорошо, это правильно. Но когда ты косячишь в игре — это аут. Уж прости, я не спец по психологии, чтобы искать щадящие слова. Наша молодежка, конечно, не мы, но они хищники. Они играют. И начни ты от них убегать, твоя команда тебе спасибо не скажет.       Корсаков уводит Диму на скамейку и на его место выходит Боря. Уверенный, хотя и взволнованный предстоящим. Эмиль отправляет на скамейку одного из защитников «Лисов» и кивает Макару — два профи и молодняк против двух профи и молодняка. Честно.       — Чего ты так боишься, малец? — Корсаков наклонился к Диме, пока остальные смотрели игру.       — Они огромные такие, — Харитонов сжимал клюшку.       — Потому что они хоккеисты, — ответил Михаил, — но люди. Руки, ноги, головы. Лично я щупалец у них не наблюдаю, а ты? — Дима не смог сдержать смех, — не бойся их. Делай так, чтобы боялись они тебя.       Они играли еще около двадцати минут, меняя состав команды, потом разбирая проблемы вратарей. Постепенно вся звездность Игоря и «Лисов» сошла на нет и «Хамелеоны» воспринимали их, как обычных хоккеистов, без званий в КХЛ. Пронин шутил, рассказывал тупые истории с их с Эмилем сборов в Омске, за что Клименков был готов прибить друга здесь и сейчас.       — Ну что, вы молодцы, — отдышавшись, сказал Пронин, — у вас есть потенциал, который нужно раскрыть за время молодежки на максимум. Тогда двери любого клуба будут открыты перед вами.       Он делает с парнями пару селфи, хотя видно, что его это раздражает. Потом уходит в раздевалку и Корсаков идет за ним следом, обсудить какие-то рабочие вопросы.       — Сейчас все в душ, переодеваться и поедем обедать, — сообщает Эмиль, устало выдыхая. Игорь загонял даже его.

***

      — Дим, сядешь с нами? — Эмиль кивает на диванчик, где сидел Корсаков. Харитонов сел, потому что отказать было невозможным.       Пиццерия располагалась в одном из домов около арены. Сюда они приехали после тренировки и парни, вместе с «Лисами» заняли столики. Дима сел около Эмиля. Он с опаской смотрел то на тренера, то на Клименкова. Ждал, что его будут ругать.       — Я задам вопрос, а ты ответишь честно, — сказал Корсаков, отодвинув тарелку. Дима кивнул, — ты планируешь что-то после молодежки? Или все — коньки на гвоздь, клюшку на дрова?       — Играть, — ответил он, теребя рукав толстовки, — если получится.       — Ну надо, чтобы получилось, — спокойно сказал Эмиль, — собственно, об этом и будет разговор.       Пока парни покупали сувениры в киосках омской ледовой арены, Эмиль успел поговорить с Корсаковым и у них появился план. Да, не самый лучший, но если пойдет так, как надо — получится хороший результат.       — Мы знаем, что тебе сложно. Мы это понимаем, все проходили, — Корсаков делает глоток воды, прежде чем продолжить, — и мы хотим предложить тебе дополнительные тренировки. Бесплатно. Считай, что это помощь клуба. Не благотворительность, не жалость, а вклад. — Вы… вы будете со мной заниматься? — он посмотрел на Корсакова и моргнул, не веря словам.       Кругом шумели посетители. Его друзья с команды болтали с «Лисами», соревновались, кто больше съест или кто быстрее выпьет сок, а он сидел с главным тренером команды уровня КХЛ, с одним из лучших игроков этой самой команды и они решали его судьбу в хоккее.       — Не я, а он, — Корсаков кивает на Эмиля, — он парень толковый, системный. Умеет работать. Да, он играет, как и ты, но он в резерве, на сложные матчи. До плей-оффа, так что сможет заняться тобой и твоей подготовкой.       — Но тебе придется пахать. Я не Сергеевич ваш. Я не ору, не ругаюсь, я требую, — Эмиль говорил ровно, пугающе. Его слова пробирались до костей и вызывали на коже Димы ворох мурашек.       — Что есть, то есть, — хмыкнул Корсаков, довольно посмотрев на своего подопечного, — Эмиль кого хочешь работать заставит.       Он не орёт, — подумал Дима, вспомнив то, как они играли два на два. Эмиль был спокойным, все рассказывал и пояснял. Ни разу не крикнул, да мог говорить громко и четко, но не переходя на крик и, уж тем более, на ор, — И это страшнее, чем если бы он орал.       Дима сглотнул. Горло пересохло.       — Я понял, — выдавил он.       — Завтра мы вернемся домой, а послезавтра в восемь я жду тебя на базе «Лисов», там нет Сергеевича, нет твоей команды. Там только ты, я и тренировки, — Эмиль допил чай и поставил чашку на блюдце.       — Хорошо, — Дима понимал, что это для его же блага. Они хотят вытянуть его, довести до уровня команды.       Дима ушел за столик к Макару, Роме и Анисимову, а Эмиль посмотрел на тренера. Корсаков верил в эту идею с меньшим энтузиазмом, в то время, как Клименков буквально горел тем, чтобы кого-то тренировать.       — Что, готов тратить время на пацана? — Михаил посмотрел на парня.       — Ну все лучше, чем сидеть дома или в одиночку торчать на лайтовых тренировках, — Эмиль взял из корзинки хлебную палочку с кунжутом. Разломил пополам, — я буду тренироваться и он около меня. Все в плюсе.       — Ох, Клименков, Клименков, знал бы я, что ты за человек…       — Ага, знаю-знаю, — перебил его Эмиль, — но я вам нужен.       — И не поспоришь, — Корсаков наклонился и толкнул того в плечо, — вот черт ты, Клименков, но игрок от бога. Кстати, что там с нападающим? Я говорил с Барышниковым. Его на «Авангарде» не будет гарантировано. Ему только швы сняли. Вот угораздило его с этим… аппендицитом хреновым.       — С молодняка дернем? — Эмиль посмотрел на столики, где сидели «Хамелеоны», — я могу подобрать нам. С правым хватом.       — Есть кто на примете? — Корсаков наклонился, поставив локти на стол. Взгляд внимательный, строгий.       — Не будем загадывать, — просит Эмиль, — я скину вам данные… как только домой вернемся.