4. Всё с чистого листа

***

Первое, что он почувствовал — запах. Сладкий, приторный, с примесью попкорна и какой-то старой краски. Запах цирка. Его цирка. Джекс стоял посреди главного зала и смотрел, как пространство вокруг медленно исцеляется. Трещины в реальности затягивались, осыпавшиеся пиксели возвращались на свои места, цветной туман сгущался в знакомые очертания шатра. Чёрно-белая пелена отступала, и мир снова наливался красками — мягко, постепенно, как будто кто-то осторожно поворачивал ручку насыщенности. Он взглянул на свои руки. Белые перчатки. Опустил взгляд ниже — галстук, жилетка, красная и голубая стороны. Красиво. Элегантно. Правильно. В голове было… пусто. Нет, не то чтобы совсем пусто, но как-то… аккуратно. Убрано. Словно кто-то прошёлся по его мыслям метлой и оставил только то, что нужно. Он знал, кто он. Он — Джекс. Он — Искусственный Интеллект. Главный конферансье этого цирка. Он был здесь всегда. Кажется. Зал почти полностью восстановился — стены встали на место, кубы и картины вернулись, пол снова напоминал шахматную доску. И почти сразу же тишину разорвал знакомый, пронзительный голос: — ДЖЕКС! Он обернулся. К нему стремительно приближалась Зубл — раскрасневшаяся, взъерошенная, с таким выражением лица, будто она сейчас либо разрыдается, либо кого-нибудь убьёт. Судя по сжатым кулакам, ближе к варианту номер два. — Где тебя носило?! Мы чуть не упали в пустоту из-за того, что цирк сломан! — Она ткнула пальцем ему в грудь. — Ты заглючил, что ли?! Всё вокруг начало разваливаться, мы тут чуть с ума не сошли, а ты где-то шлялся! Джекс моргнул. Заглючил. Да, наверное, так и было. Воспоминания о том, что случилось, казались размытыми, словно старая фотография, выцветшая на солнце. Какая-то белая комната. Чей-то голос. Спор двух маленьких существ. Но всё это было неважно. Глюк. Сбой системы. Теперь он в порядке. — Технические неполадки, — произнёс он, и его голос прозвучал… иначе. Спокойнее, ровнее. С лёгкой усмешкой, но не язвительной, а скорее снисходительной. — Ты же знаешь, даже ИИ нужно иногда перезагружаться. Зубл прищурилась, разглядывая его. Джекс заметил, что она смотрит на его новый костюм, но ничего о нём не говорит — как будто так и должно быть. Как будто он всегда так выглядел. — В следующий раз предупреждай, — буркнула она наконец и скрестила руки на груди. — Мы тут реально чуть не сдохли. Сзади послышались шаги. К ним подходили остальные: Помни, Рагата, Генгл. У всех был измотанный вид. Рагата нервно теребила руки, Помни смотрела куда-то сквозь Джекса, а Генгл беспокойно пыталась починить свою маску с комедии, но Джекс быстро щелкнул пальцами, и она стала как новенькая — О,а мы думали.. Где ты.. Пропадал, — устало произнесла Рагата. — знаешь.. Может.. Ну.. В следующий раз предупредишь?.. —Она спросила неуверенно, будто думала что ей сейчас пистолетом бошку прострелят, ага, конечно, Джекс бы никогда такого не сделал! — Приму к сведению, — Джекс чуть склонил голову. — Цирк восстанавливается. Всё под контролем. Помни вдруг подняла голову и посмотрела на него долгим, странным взглядом. На мгновение ему показалось, что она хочет что-то спросить, но потом её лицо разгладилось, и она просто кивнула. — Ладно. Главное, что ты в порядке. «В порядке». Да. Он был в порядке. Он всегда был в порядке. Он же ИИ. Машина не может быть «не в порядке». Джекс обвёл всех взглядом и вдруг заметил, что одного не хватает. Королёр стоял чуть поодаль, у дальней стены. В отличие от остальных, он смотрел на Джекса иначе. Не так, как смотрят на знакомого. Не так, как смотрят на начальника или надзирателя. В его глазах читалось что-то другое… напряжение? Вопрос? — Королёр, — окликнул его Джекс. — Ты в порядке? Королёр вздрогнул. Помедлил. Затем просто кивнул и отвернулся, подхватив своё ведро с пола, и пошел в свой домик из подушек. Джекс пожал плечами и отвернулся. Мысли скользнули дальше — легко, не задерживаясь. Нужно проверить целостность кода, убедиться, что все зоны цирка стабильны. Проследить, чтобы сегодняшнее «приключение» прошло без сучка без задоринки. — Так, народ! — объявил он, и по залу прокатилось лёгкое эхо, усиливающее его голос. — Перерыв окончен. Все на сцену через пятнадцать минут. У меня для вас новое приключение! Зубл закатила глаза,в её взгляде была то же раздражение что и всегда. — Опять приключение? Ты можешь хоть раз дать нам выходной? — Выходные — это для слабаков, — усмехнулся Джекс. — А вы у меня звёзды. Он произнёс это легко, автоматически, как заученную фразу. И тут же поймал себя на мысли, что не помнит, когда вообще придумал это выражение. Но это было неважно. Всё работало. Всё было правильно. Когда люди начали расходиться, Джекс на секунду остался один в центре зала. Он поднял руку и раскрыл ладонь. На ней, прямо из воздуха, материализовался крошечный светящийся шарик — новый элемент сегодняшнего приключения. Шарик запульсировал, меняя цвета, и исчез. Джекс улыбнулся. Мир был стабилен. Цирк жил. Он был хозяином. И где-то глубоко-глубоко, на самом дне его нового сознания, крошечный, почти неразличимый голосок попытался что-то крикнуть, но захлебнулся в тишине и растворился без следа. Джекс развернулся и направился к главной сцене — готовить шоу.

***

Джекс шёл по коридору медленно, не спеша. Руки были за головой, корпус чуть повёрнут назад — расслабленная, почти вальяжная походка. Он лениво оглядывал стены, углы, стыки текстур, выискивая баги и глюки, которые нужно было поскорее заделать. Кое-где пиксели ещё подрагивали, но в целом картина была стабильной. Цирк приходил в себя. Как и он сам. Но не успел он дойти до конца коридора, как вдруг остановился. Замер. Оцепенел. По телу пробежала дрожь — быстрая, колючая, необъяснимая. Он встал прямо, опустив руки, и уставился на дверь. Она ничем особо не выделялась. Обычная дверь, каких здесь десятки. Единственное, что отличало её от других — аватар. Рассеянный персонаж. Давно мёртвый. Года два назад её не стало. Антропоморфная лягушка с красным галстуком и красным румянцем под глазами. Аватар был зачёркнут крестом — жирным, безжалостным, перечеркнувшим само её существование в этом мире. Джекс сам не понял, зачем подошёл ближе. Всего лишь очередной рассеянный персонаж. Мало ли их было? Что тут такого? Но почему-то эта дверь казалась… знакомой. Нет, не просто знакомой — она будто тянула его, вызывала что-то смутное, тёплое и одновременно болезненное глубоко внутри. Он смотрел на перечёркнутый аватар, и где-то в груди, под слоями нового кода и стёртых воспоминаний, что-то сжималось. Она была ему небезразлична. Он знал её. Знал лучше, чем кого-либо. Но имя… Имя ускользало. Что-то на «Р». Риб… Риба… Нет. Пустота. Только перечёркнутый крестом аватар и странная, тянущая боль в том месте, где у людей должно быть сердце. — Джекс! Он вздрогнул и резко обернулся, опуская голову — будто его застали за чем-то постыдным. Помни стояла в пяти шагах от него и указывала на соседнюю дверь от своей. Соседнюю — ту, что сильно глючила. Дверь была поглощена сбоями. Глюки ползли от дверного косяка до самого пола, переливаясь помехами, как испорченный телеэкран. Аватара на ней не было видно — непонятно, чья это вообще комната. Вернее, была когда-то. — Ты можешь с этим разобраться? А то эти помехи от лагов сведут меня с ума… Помехи. А, да. Джекс так глубоко задумался, что даже не услышал, как от глюков исходит тихое, противное шипение. Оно висело в воздухе, как комариный писк, — раздражающее, въедливое. — Оу… Да, конечно! — воскликнул он, и в его голосе прорезалась та самая наигранная бодрость, которой он, кажется, всегда пользовался. Джекс вытянул руку, и в ней из воздуха материализовалась трость — чёрная, с красным набалдашником, элегантная. Он направил её на глюк и сосредоточился. Сейчас. Один щелчок — и помехи исчезнут. Один маленький импульс — и цирк снова станет идеальным. Но нет. Помехи не исчезли. Напротив — они усилились. Шипение стало громче, глюки поползли дальше, отъедая куски пространства вокруг двери, и замерли. Они больше не двигались, но и не исчезали. Просто висели там, пульсируя, как заноза в пальце. — Странно… Джекс нахмурился и опустил трость. Он повторил попытку — снова ничего. Глюк не поддавался. Помни, видимо не выдержав нарастающего шума, незаметно шмыгнула в свою комнату. Дверь за ней мягко закрылась, и Джекс остался в коридоре один — наедине с шипящей, уродливой дырой в реальности. Он простоял так минут пять, глядя на помехи. Трость исчезла из рук. В голове крутилась всего одна мысль: «Почему не работает?» А затем — ещё одна, тише, глубже: «Что это за дверь? И почему я не знаю, чья она?» Но ответа не было. Ни в базе данных, ни в воспоминаниях. Только пустота — аккуратная, прибранная, как и всё остальное. Джекс пожал плечами. Ну, не всё же сразу. Может, нужно проверить системные настройки. Может, причина глубже. А может… просто баг. Он развернулся и пошёл дальше по коридору — искать другие лаги. Но у самой двери, той самой, перечёркнутой крестом, на секунду замедлил шаг. Совсем чуть-чуть. И пошёл дальше.