Часть 6 Предложение

Откройте! Спасите! — Перестань ты орать, голова уже раскалывается! — с раздражением пробормотал Сеня и устало рухнул на кровать. Я смотрела на него в полном недоумении. Почему он не сопротивляется? Почему просто сидит и ничего не делает? Уже поздний вечер, а я заперта в одной комнате с этим монстром. Сердце колотилось так, что казалось, сейчас вырвется из груди. — Позвони этому идиоту! Что за издевательство такое?! — голос срывался, я не могла сдержать истерику. — Я бы с радостью, — тихо ответил он, — но телефон остался там, за дверью. Он указал рукой, и я почувствовала, как внутри всё сжалось от безысходности. — Отлично! Вот и всё твоё могущество — без телефона ты никто! — я выпалила, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Послушай, — резко перебил он, — это не моя идея, так что хватит на меня орать! В комнате повисла тягучая тишина, напряжение росло с каждой секундой. — Но это же твой друг всё затеял! — я не могла поверить, что он так спокойно это воспринимает. — Этот баран всегда так прикалывается, — с горечью в голосе сказал Сеня, — любит закрывать меня с девками, чтобы мы... — Что... Чтобы? — Не важно... - Сеня нервно зачесал нос, кажется ему неловко от этого разговора. Я сжала кулаки, не зная, что меня злило больше: то, что я всё ещё вынуждена находиться рядом с этим недотёпой, или то, что его друг решил, будто нас нужно запереть в одной комнате, словно мы возлюбленные. — А твой телефон? — прервал моё молчание Сеня, глядя на меня с надеждой. — Я помню номер этого придурка наизусть. Я быстро обшарила карманы джинсов. Пусто. Телефон остался дома, в сумке. — Чёрт! — вырвалось у меня, и я опустилась на корточки, чувствуя, как паника накрывает с головой. — Мы должны были поехать тусить, — пробормотал Сеня, — теперь остаётся только ждать, когда этот кретин вернётся. — Моя мама... — голос дрогнул, — она же в опасности! А я тут... заперта с тобой! — Она в безопасности, — холодно ответил он, — по крайней мере, сегодня это не входит в мои планы. Зубы скрежетали, я изо всех сил пыталась унять бушующую внутри злость. И как же странно, что слова этого наглого мажора, как ни парадоксально, принесли мне облегчение. Пока он здесь, без своего драгоценного телефона, моя мать там, в безопасности. Может быть, она даже наслаждается моментом, безмятежно смеется, ничего не подозревая о моем переполохе. Сон, словно тяжелое одеяло, начал наваливаться, убаюкивая. Не раздумывая ни секунды, я решительно встала и направилась к кровати Сени. — Подвинься, черт возьми! — рявкнула я и, не дав ему опомниться, плюхнулась рядом. — Ты... Что ты творишь... Это же моё место! — его голос дрожал от шока. Я же, с лицом, которое могло бы соперничать с каменной стеной, невозмутимо поправила подушку и улеглась. — Последние два дня ты так измотал мои нервы, что я планирую как следует выспаться. Раз уж мы заперты здесь до утра, я воспользуюсь этим. — Проваливай! — он отшатнулся от меня, словно от огня, прижавшись к самому краю кровати. Эта его реакция вызвала у меня невольную, едкую усмешку. — Помнится, при нашей первой встрече ты хвастался, что девушек не бьешь, — напомнила я ему, вспоминая тот нелепый инцидент с мороженым. — Так что, дорогой, спокойной ночи. — Ты... — Будешь меня домагаться, я набью тебе лицо, - зевая пропищала я. ***************************************************** Мысли Кошкина. " Эта девчонка... она что, совсем свихнулась?! Неужели не понимает, с кем, чёрт возьми, связалась?! Моё мыло, твою мать, стоит дороже, чем она вся, вместе взятая! Как смеет эта ничтожная нищенка вообще лежать рядом?! И что?! Она ещё и сопит?! Ну это уже просто невыносимо, это ни в какие ворота не лезет! Блин, да отдай ты грёбаное одеяло! Что это?! Её рука... Отлично, она уснула и теперь творит какую-то полную дичь! Хватит уже закидывать на меня свои чёртовы ноги! Как только мы выберемся отсюда, я её точно прикончу, клянусь! Чёрт... но почему от неё так... невероятно вкусно пахнет? Этот запах... он меня просто сводит с ума, он меня притягивает! Что со мной, какого хрена?! Что происходит с моей волей? Я чувствую, как рушатся мои барьеры. Я теряю контроль. И это пугает меня больше, чем эта рыжая бестия." *************************************'' *' Я летела по траве, сердце стучало в такт ветру. Голубое небо над головой, и Рома! Он смотрел на меня, и его улыбка, казалось, обволакивала теплом. О, как же я жаждала, чтобы этот парень поймал меня, чтобы его сильные руки сомкнулись вокруг моей талии, впуская в свои объятия! Я замедлила шаг, почти остановилась, и вот он уже здесь, его теплое тело прижимается ко мне. Его губы, такие мягкие, нежно коснулись моей руки, посылая дрожь по всему телу. Он потянулся к моим губам, и я почувствовала, как замирает дыхание, но в последний момент раздался сильный шум вдалике, и я, оттолкнув его, снова рванулась бежать! Кажется опасности нет, я посмотрела назад и мои ноги споткнулась о камень , уже через секунду рухнула на землю, нелепо, но так весело! Сердце бешено колотилось от этой безумной спешки и полного, пьянящего чувства веселья. Он наклонился надо мной, его глаза сияли, а улыбка играла на губах, когда он смотрел сверху вниз. "Ну давай же уже, целуй меня" - крикнула я улыбаясь. Рома продолжал смотреть , а затем, словно раскат грома, громко произнёс голосом своего противного брата: — Подъем! Я резко распахнула глаза. Надо мной нависал Сеня. Его лицо, еще расплывчатое в полумраке и сонном тумане, медленно, словно сквозь боль, проступало в моем сознании. "Нет! Только не он! Почему это не Рома?!" – отчаянная, жгучая тоска пронзила меня насквозь. – Идиот! Ты хоть знаешь, как будят людей?! – вырвалось у меня, голос дрожал от возмущения и разочарования. Я терла глаза, пытаясь прогнать остатки сна и эту ужасную реальность. – Идиот? – в его голосе прозвучало удивление, будто моя прямолинейность все еще была для него шоком. – Скажи спасибо, что я не приказал скинуть тебя с балкона. – Что?! – я подскочила, сердце бешено колотилось. Взгляд метнулся к распахнутой двери. – Стас пришел?! – Нет, – он озадаченно уставился в телефон, словно это могло объяснить происходящее. – Тогда... как?! Как открылась дверь?! – Я… – он засуетился, его неловкость была почти осязаема. – Я… Захотел отлить и… выбил ее. – Что?! Ты серьезно?! – я вскочила с кровати, не веря своим ушам. – Что? – он вопросительно уставился на меня, будто я была ненормальной. – Ты мог сделать это сразу! Зачем весь этот цирк?! Зачем ждал пол ночи?! – Эй, не забывай, с кем разговариваешь. Еще раз говорю, всему есть предел, - парень сделал шаг в мою сторону. – А я помню, кто ты! Богатый, самовлюбленный болван! И мне плевать на твои пределы! Пока! Слова, хлесткие, как пощечины, полные презрения и жгучей обиды, заставили меня резко отвернуться. Я уже готова была вырваться из этой удушающей атмосферы, когда снова услышала то невыносимо абсурдное, наглое предложение. — Я говорю ещё раз, и клянусь, больше повторять не стану! Бросишь моего брата — я отстану от тебя и твоей мамаши. Я не видела его, так как стояла спиной, но по тону могла поклясться: глаза этого негодяя пылали чистой, неприкрытой злобой, словно у хищника. — Я никому не даю второго, тем более третьего шанса, так что советую принять моё великодушное милосердие и согласиться. — Если я и перестану общаться с Ромой, то... — То?! — его голос прозвучал как удар кнута, требуя немедленного ответа. — Точно не из-за тебя! С этими словами, словно сбросив с себя невидимые цепи, я рванула из этой квартиры. Мой шаг был не просто уверенным — он был яростным, быстрым, почти бегом. — Посмотрим... — прошипел мажор, и в этом шипении сквозила ледяная угроза, но его слов я уже не слышала, да и не хотела слышать