Часть 4 Нападение

Утро выдалось тихим — слишком тихим. Снег глушил звуки, и даже лошади фыркали реже обычного. Розэ проснулась первой, ещё затемно, и сразу поняла: лес притих. Не магия — просто чутьё. Села, запахнула плащ. Прислушалась. Что-то приближалось. Не злое. Но чужое. Джису вылезла из-под плаща, едва рассвело. Волосы собраны в пучок на затылке — быстро, неаккуратно. Розэ кивнула ей без слов — «пора». Через десять минут лагерь уже сворачивали. Дженни, ещё не проснувшаяся толком, молча крепила клетку Вельвета к седлу. Хорёк зевал, скаля мелкие зубы, потом ткнулся носом ей в щеку. Дженни фыркнула и отвернулась, но не согнала. Лиса устроила Люкса в корзину за спиной, поправила на нём шарфик — синий сегодня — и вскочила в седло одним движением. Не покрасовалась. Просто умела. Принцев рассадили так же, как вчера. Эдвин сел впереди Лисы, взялся за луку седла. Не глядя на неё. Рауль устроился позади Дженни, всем видом показывая, что ни за что не станет держаться за неё руками. Сел прямо, как на троне. Айзек сел позади Джису и молча ждал. Руки на её талии — вежливо, без нажима. — Сегодня быстро и плотно, — сказала Джису. Поправила перчатку. — Без остановок до полудня. Смотрим по сторонам. Морвен где-то рядом. И не только она, похоже. — Думаешь, догонит? — спросила Дженни. Она уже сидела в седле. Нож проверила. На месте. — Догонит — встретим. — Джису тронула лошадь пятками. — Пока её нет — идём. Лошади тронулись. Лес стоял густой и белый, снег лежал на ветвях тяжёлыми шапками. Ветра не было. Только скрип сёдел и редкий всхрап лошадей нарушали тишину. Розэ ехала последней. Она не смотрела по сторонам — она слушала. Прикрыла глаза на секунду. Магический фон был ровным, почти сонным. Но где-то на грани чувств мерещилось напряжение, как будто лес затаил дыхание. Сняла перчатку, подставила ладонь воздуху. Надела обратно. Она хотела сказать Джису, но не успела. Нападение началось без предупреждения. Из-за деревьев, справа и слева одновременно, вылетели всадники. Разномастная броня, грубые лица, оружие наголо. Дюжина, не меньше. Не кричали, не требовали сдаваться. Просто ударили. Молча. Профессионально. — Двое слева! — выкрикнула Розэ, и в тот же миг лес взорвался звоном металла. Джису выхватила клинок. Одним движением развернула лошадь, заслоняя Айзека. Свободной рукой толкнула его вниз. — На землю! Тот не стал ждать — соскользнул наземь, подхватил с земли толстую ветку и встал спиной к дереву. Не оружие, но лучше, чем ничего. Поза — не боевая. Оборонительная. Умно. Дженни уже билась с двумя. Её клинок мелькал короткими злыми дугами, без красоты. Только эффективность. Лошадь плясала под ней, обученная. Вельвет в клетке орал, как будто это его режут. Рауль спрыгнул, увернулся от удара, схватил камень — большой, с кулак — и запустил в лицо ближайшему противнику. Попал. Тот пошатнулся, схватился за нос, взвыл. Дженни тут же воспользовалась моментом — удар плашмя по шлему, и нападавший рухнул в снег. — Молодец! — бросила она, не оборачиваясь. Уже на второго. — Я не бесполезный! — огрызнулся Рауль и тут же пригнулся от нового удара. Меч просвистел над головой. — Чёрт! Лиса пыталась удержать Эдвина. Тот рвался из седла, крича что-то — не разобрать, ветер уносил. Лиса держала его за плечо одной рукой, другой отбивалась коротким клинком. Удары короткие, точные. В корпус, не насмерть. Люкс в корзине шипел как маленький меховой демон, шерсть дыбом. — Сиди! — рявкнула Лиса. — Убьют же, дурак! Нападавших было слишком много. Если бы не Розэ, группу просто задавили бы числом в первые же секунды. Она стояла чуть позади, прикрыв глаза. Лошадь под ней дрожала, но стояла. Розэ положила ладонь на её шею. Успокоила. И работала. Двое наёмников, заходивших на Джису слева, вдруг споткнулись на ровном месте — мир перед ними поплыл, звуки сместились, собственные руки показались чужими, далёкими. Удар одного ушёл в пустоту, он рубанул воздух. Второй замешкался, тряхнул головой — и Джису успела снять обоих. Два удара. Чисто. — Розэ, ещё двое справа! — крикнула Дженни, не оборачиваясь. Отбила удар, ушла корпусом. — Вижу, — выдохнула Розэ. Губы побелели. Те двое, что рвались к лошади Лисы, вдруг замерли на полушаге — будто гром ударил внутри черепа. Один схватился за голову, застонал. Лица исказились, пальцы разжались, меч выпал. Всего на две секунды. Но Лиса успела ударить ближайшего рукоятью в висок, и тот рухнул. Второй отшатнулся. Третий нападавший всё же добрался до Эдвина. Схватил за плащ, рванул вниз. Эдвин отбивался — локтями, коленями, даже зубами вцепился в чью-то руку в перчатке. Прокусил. Крик, возня, снег летел во все стороны. Лиса не успела — её держали ещё двое. Розэ попыталась достать его ментальной волной, но сил уже не хватало. Слишком много сразу. Лицо её побелело, из носа потянулась тонкая струйка крови. Капнула на снег. Алая на белом. — Не могу... — прошептала она. Пошатнулась в седле. Нападавший перехватил обмякшего Эдвина через седло. Парень не кричал. То ли в шоке, то ли понял — бесполезно. Главарь второй группы — рослый, бородатый, шрам через бровь — рявкнул: — Уходим! Все назад! Хватит! Они потеряли троих. Своих. Ещё двое были ранены, держались за бока. Но добыча у них была — один принц, выхваченный из боя. Самый доступный, ближе всех к краю, тот, кто сидел впереди и не мог сопротивляться как взрослый боец. Им нужен был принц — любой из трёх. Награда за голову. Они схватили того, кто подвернулся. — За ними! — заорал Рауль. Рванулся к чужой лошади. Дженни перехватила его за плечо. Жёстко. Развернула к себе. — Стой. У них фора, лес, тропы. Пешком не догонишь. Лошадь убьёшь. Догоним — но не сейчас. С головой. — Там мой брат! — Рауль дёрнулся. Глаза бешеные. — И мы его вернём. — Дженни не отпустила. — Но не в лесу, где они знают каждое дерево, а мы нет. Успокойся. Дыши. Нападавшие исчезли среди деревьев. Только снег оседал после копыт. Лес затих. Снова. Бой закончился. Снег вокруг был истоптан в кашу, смешан с кровью. Не много. Но было. Джису спрыгнула с лошади. Оглядела всех. Быстро. Свои целы. Относительно. Дженни перевязывала предплечье — царапина, но глубокая, кровь шла. Зубами затягивала узел на бинте. Лиса сидела прямо в снегу, прижимая к себе дрожащего Люкса. Хорёк вцепился ей в куртку. Она молча смотрела туда, где исчез Эдвин. Губы сжаты. Вельвет, выбравшийся из клетки, деловито обнюхивал упавших — трёх убитых и одного, кто ещё дышал. Хрипел. Розэ стояла, привалившись к дереву. Лошадь сама подошла к ней, ткнулась мордой. Джису подошла к ней, молча подала платок. Свой. Чистый. — Я в порядке, — сказала Розэ, вытирая кровь под носом. Голос слабый. — Почти. Переборщила. Троих сразу... тяжело. — Ты держала их. — Джису положила руку ей на плечо. Сжала. — Без тебя нас бы смяли. Отдохни. — Держала. Но не всех. — Розэ посмотрела в сторону, куда ушли всадники. — Младшего упустила. — Это не ты упустила. — Джису обвела взглядом всех. — Это мы все. Группа. Айзек стоял у дерева. Лицо его не выражало ничего — маска. Но побелевшие костяшки пальцев, впившихся в кору, говорили больше любых слов. Он видел, как увозили его младшего брата, и ничего не мог сделать. Стоял с палкой против мечей. Рауль метался между деревьями, пинал снег, ругался сквозь зубы. Без слов. Просто рычал. — Трое, — сказала Дженни, осмотрев убитых. Вытерла клинок о плащ одного. — Плюс один ещё дышит. Повезло ему. Пленника перевернули. Оглушён, но жив. Кровь на виске. Его приняли за мёртвого и бросили вместе с остальными. Свои. Через минуту он уже сидел, привязанный к дереву, и тяжело дышал. Смотрел исподлобья. Джису присела перед ним. На корточки. На уровне глаз. — Кто вы? Пленник сплюнул кровь в снег. Красное на белом. Промолчал. Дженни вытащила клинок и начала чистить его снегом, не глядя на пленного. Шорк-шерк. Жест был красноречивее любых угроз. Лезвие блестело. — Мы наёмники, — сказал пленник наконец. Голос сиплый. — Как и вы. — Кто нанял? — Джису не моргала. — Король. Джису прищурилась. Наклонилась ближе: — Король нанял нас. Мы — «Розовая пантера». Лично. Контракт, печать, аванс. А вы кто? — Мы — «Серые волки». — Пленник ухмыльнулся разбитыми губами. — Слышали о таких? — Нет, — сказала Дженни, не отрываясь от клинка. — Название так себе. Пафосное. И неоригинальное. Пленник не обиделся. Пожал плечами, насколько позволяли верёвки: — Мы не за название деньги берём. За работу. — Сколько групп он нанял? — спросила Джису. Голос стал ниже. — Не знаю. — Пленник дёрнул плечом. — Нам он сказал — привезёте принцев, получите награду. Всю. Мы спросили, есть ли ещё кто — он ответил, что это не наше дело. Кто первый привезёт, тот и получит деньги. Остальные — свободны. Джису выпрямилась. Медленно. Внутри всё холодело. Не от снега. Не эксклюзивный контракт. Не «вы лучшие, только вы, доверяю». А гонка. Крысиные бега. Король разбросал контракты веером и ждал, кто выиграет. Кто принесёт товар первым. А вексель на предоплату, который лежал в её сумке, не гарантировал ничего. Кроме того, что их втянули в игру без правил. — Куда вы повезли младшего? — спросила она. Ровно. — В столицу. — Пленник оскалился. — Как и вы своих. Только мы будем быстрее. У нас кони свежее. И дорога короче знаем. Дженни перестала чистить клинок и посмотрела на пленного. Прищурилась: — Быстрее — не значит успешнее. И не значит живыми доедете. — Это как повезёт, — пленник сплюнул снова. — Вам вот не повезло. Джису кивнула Лисе. Та подошла, уже с верёвкой. — Вяжи его крепче. — Джису встала. — С собой возьмём. Пригодится. Язык у него длинный. Может, ещё что скажет. Через час раны были обработаны, кони напоены, лагерь свёрнут. Дженни шипела, когда Лиса заливала ей порез чем-то жгучим. Но терпела. Сжала зубы, не издала ни звука. Пленника посадили на запасную лошадь, руки связали наглухо — за спиной и к седлу. Ноги тоже. Вельвет подошёл, обнюхал его сапог и демонстративно помочился рядом. Пленник дёрнулся. Дженни хмыкнула: «Заслужил». Настроение было паршивым. У всех. Айзек подошёл к Джису, когда она проверяла подпругу. Скрип кожи. Сказал коротко, без предисловий: — Я не виню вас. Джису затянула ремень и выпрямилась. Посмотрела на него: — А должен бы. Мы не уберегли твоего брата. Он был под нашей защитой. Мы его потеряли. — Их была дюжина. — Айзек кивнул на Розэ, которая пила воду мелкими глотками, бледная. — Ваша Розэ едва на ногах стоит. Дженни ранена. Вы сделали что могли. Я видел. Ты двоих сняла. Дженни троих. Если бы не вы — нас бы всех забрали. Или убили. — Видел — и не бросился в драку, — Джису скрестила руки. Айзек выдержал её взгляд. Глаза серые, спокойные. Слишком спокойные. — Я не воин. С веткой против меча — самоубийство, а не помощь. Я бы только мешался под ногами. Отвлекал вас. Из-за меня бы кто-то умер. — Он помолчал. — Это не значит, что мне всё равно. Я не камень. Джису посмотрела на него внимательно. Перед ней стоял человек, чьего брата только что похитили, а он говорил ровно и смотрел прямо. Руки не дрожали. — Твой брат у чужих наёмников, — сказала она. — Они везут его к твоему отцу. А ты стоишь тут и говоришь «я не виню вас». Почему ты так спокоен? — Я не спокоен, — ответил Айзек. Голос его не дрогнул, но что-то в нём сдвинулось — как льдина, которая треснула под снегом, но ещё держится. — Я в ярости. Хочешь, покажу? — Он сжал кулак. Костяшки хрустнули. — Но ярость не вернёт Эдвина. Нужен план. Холодный. Без эмоций мы его не вытащим. — План будет, — сказала Джису. — Сначала догоним. Потом отобьём. У нас фора — мы знаем, куда они едут. И у нас есть их человек. Он заговорит. — А потом? — Потом разберёмся с заказчиком. — Джису посмотрела в сторону столицы. — Он умолчал о других группах. Солгал. Это меняет условия контракта. И цену. В разы. Айзек кивнул. Медленно. Ему понравилось «разберёмся». В его глазах мелькнуло что-то. Не злорадство. Удовлетворение. Снег пошёл снова. Мелкий, колючий, ледяная крупа. Бил в лицо. Отряд вытянулся цепочкой на узкой тропе. Лиса ехала молча, придерживая корзину с Люксом. Хорёк бодрствовал и смотрел на хозяйку круглыми глазами. Тревожными. Она почесала его между ушей, прошептала: «Всё будет хорошо». Не верила. Но говорила. Эдвина больше не было в седле перед ней. Седло пустое. Она ловила себя на том, что оглядывается. Привычка за один день. Дженни ехала с Раулем. Оба молчали. Вельвет сидел в клетке и грыз прутик — шнурок был забыт, появились новые заботы. Злился, шипел на пленного, когда проезжали мимо. Рауль смотрел вперёд. Желваки ходили. Один раз посмотрел на Дженни, открыл рот. Закрыл. Не нашёл слов. Розэ замыкала. Лицо всё ещё бледное, под глазами тени, но кровь уже остановилась. Платком Джису вытерла. Она смотрела не на дорогу — она смотрела назад. Туда, где остались следы недавнего боя. И ещё чьи-то следы, которые вели с севера и обрывались у края леса. Тонкие. Женские. Словно тот, кто шёл за ними, остановился, увидел схватку — и не вмешался. Наблюдал. Оценивал. Морвен была здесь. И она ждала. Розэ чувствовала её. Как холодок между лопаток. Как чужой взгляд на затылке. Ведьма не напала. Почему? До столицы оставалось два дня пути. Где-то впереди «Серые волки» везли младшего принца к отцу. Гнали лошадей, не жалели. Где-то позади ведьма шла по следу. Не спешила. Шла как хозяйка в своём лесу. А между ними — «Пантера» с двумя оставшимися принцами и одним пленным, который знал больше, чем сказал. И молчал, ухмыляясь разбитыми губами. Джису ехала первой. Спина прямая. Рука на рукояти меча. Времени на раздумья не было. Только дорога, снег и контракт, который окончательно перестал быть простым. И стал личным. Очень личным.