Часть 11. Вызов

Октябрь в Хогвартсе выдался дождливым, но это не мешало гриффиндорской команде по квиддичу готовиться к первому матчу сезона. Джеймс, вошедший во вкус роли капитана, гонял команду так, что даже Сириус — человек, который никогда не жаловался на усталость, — однажды рухнул на траву после тренировки и заявил, что больше никогда не встанет. — Встанешь, — Джессика стояла над ним, уперев руки в бока. — У нас ещё три круга. — Три круга — это бесчеловечно, Рокс. — Это квиддич, Блэк. Хочешь выиграть Кубок — тренируйся. — Я хочу выиграть Кубок, но я также хочу жить. — Жизнь — это для слабаков, — бросил Джеймс, пролетая мимо на метле. — Вперёд, команда! Когтевран не будет ждать! — Когтевран — наши друзья, — пробормотал Фрэнк, но послушно поднялся в воздух. Новые охотники, Саймон и Томас, уже не пугались бладжеров и даже пытались забивать голы. Марлин, как всегда, была великолепна — она забила пять голов за тренировку и теперь парила над полем, довольно улыбаясь. — Маккиннон, ты сегодня в ударе, — заметил Римус, сидевший на трибуне с Питером. — Я всегда в ударе, Люпин. Просто сегодня ты это заметил. — Я всегда замечаю. Марлин на секунду зависла в воздухе, и Джессика, пролетая мимо, заметила, как подруга чуть-чуть покраснела. --- После тренировки Джессика задержалась в раздевалке, складывая перчатки. Она отпустила команду вперёд — хотелось побыть одной, собраться с мыслями. Но когда она вышла в коридор, то поняла, что одной ей побыть не дадут. Беллатриса Блэк стояла, прислонившись к стене, и ждала. Одна, без своих вечных теней. Видимо, разговор предстоял личный. — Рокс, — протянула она. — А я тебя жду. — Я заметила. Что тебе нужно, Блэк? — О, ничего особенного. Просто хотела предложить тебе развлечься. — Развлечься? — Дуэль, — Беллатриса отлепилась от стены и сделала шаг вперёд. Ещё шаг. Джессика попятилась — и упёрлась спиной в холодный камень. Беллатриса прижала её к стене, нависая над ней. — Ты и я. Вечером. В Зале наград. Или ты боишься? Джессика смерила её взглядом. Сердце колотилось, но она не отвёла глаз. — Я не боюсь, — спокойно ответила она. — Когда? Беллатриса усмехнулась и отпустила её, отступив на шаг. — Через три недели. Посмотрим, Рокс, на что ты способна без своих дружков и без тётушки-профессора. — Ты увидишь. Беллатриса ухмыльнулась и, развернувшись, исчезла за поворотом. Джессика осталась в коридоре, сжимая кулаки. Сердце билось быстро, но не от страха. От азарта. --- В гостиной через неделю было шумно — команда праздновала окончание очередной тренировки, и никто не заметил, как Джессика тихо села на диван у камина и уставилась в огонь. Первым заметил Джеймс. — Эй, — он плюхнулся рядом. — Ты какая-то тихая. Что случилось? — Ничего, — она пожала плечами. — Врёшь. — Я не вру. Просто... — она помолчала. — Беллатриса Блэк вызвала меня на дуэль. В гостиной стало тихо. Марлин, сидевшая в кресле, опустила кружку. Сириус, стоявший у камина, напрягся. Римус отложил книгу. Питер перестал жевать. — Что?! — Джеймс подскочил. — Когда? Где? Почему ты молчала?! — Я не молчала. Я только что сказала. — Это было после тренировки? — спросил Сириус. Голос был спокойным, но Джессика заметила, как он сжал кулаки. — Она тебя тронула? — Прижала к стене. Ничего страшного. — Прижала к стене?! — Джеймс вскочил. — Я её... — Джим, сядь, — Джессика потянула его за рукав. — Я в порядке. Я не боюсь. — Правильно, — Сириус подошёл ближе. — Ты сильнее. — Ты правда так думаешь? — Я знаю. Я видел тебя на поле. И не только на поле. Джессика посмотрела на него. Он не улыбался, не шутил. Он говорил серьёзно. И от этого по спине пробежали мурашки. — Через сколько дуэль? — спросил Римус. — Через две недели. — Значит, у нас есть время подготовиться. — У нас? — Джессика приподняла бровь. — Вообще-то я собиралась сама... — Конечно, сама, — перебил Джеймс. — Но мы будем рядом. Тренироваться с тобой, искать заклинания, что угодно. — Я могу попросить Макгонагалл показать пару защитных чар, — предложил Сириус. — Она мой наставник, она не откажет. — А я могу поискать в библиотеке дуэльные техники, — добавил Римус. — А я... — Питер замялся. — А я принесу шоколад. Для поддержки. Джессика рассмеялась. Напряжение, которое держало её весь день, немного отпустило. — Ладно. Готовьтесь. Через две недели я покажу Беллатрисе Блэк, на что способна Рокс. — Вот это по-нашему! — Джеймс хлопнул её по плечу. Сириус ничего не сказал. Но когда все разошлись, он остался сидеть на диване у камина. — Рокс. — Мм? Он помолчал. Потом тихо сказал: — Если она ещё раз тебя тронет, я... Она подошла к нему сзади и через спинку дивана обняла его за плечи. — Блэк. Я сама справлюсь. — Она улыбнулась. Тепло. Сириус повернул голову, и его губы почти коснулись её щеки. — Знаю, Рокс, знаю. А ты знай, что я рядом... Всегда. Джессика повернула к нему голову. Они были слишком близко друг к другу. — Знаю. Он сжал её руку, которая до сих пор лежала на его плече. — Спокойной ночи, Блэк. Она разжала объятия и уже хотела уйти, как вдруг почувствовала прикосновение к щеке. Губами. Блэка. — Спокойной ночи, Рокс. — И на его губах опять заиграла та самая ехидная улыбка. Она замерла на секунду, чувствуя, как горят щёки. А потом, не оборачиваясь, пошла к лестнице. Сердце колотилось где-то в горле, но она улыбалась. Вот же невыносимый тип. Кажется, это теперь была её самая любимая фраза. Она уже почти подошла к лестнице в спальню девочек, когда заметила их. Лили, Марлин, Мэри и Алиса стояли на ступеньках и смотрели на неё. У всех четверых на губах играла одна и та же улыбка — хитрая, слишком хитрая, до ужаса понимающая. — Что? — спросила Джессика. — Ничего, — хором ответили девочки. И улыбки стали ещё шире. Джессика медленно обернулась к лестнице, ведущей в спальню мальчиков. Там, на ступеньках, застыли Джеймс, Римус, Питер и Фрэнк. И у них на лицах тоже сияли эти до безобразия хитрые улыбки. — Давно вы тут стоите? — спросила Джессика, чувствуя, как горят щёки. — Достаточно, — ответил Джеймс и подмигнул. Джессика закрыла лицо руками. — Вы невыносимы. Все. Весь Гриффиндор невыносим. — Мы знаем, — хором ответили все. Сириус, сидевший на диване у камина, слышал каждое слово. И улыбался. --- Первый матч сезона — Гриффиндор против Когтеврана — состоялся в ближайшую субботу. Погода выдалась на удивление ясной, трибуны были забиты, и азарт витал в воздухе. — Так, команда! — Джеймс стоял перед строем. — Это наш первый матч в этом сезоне. Когтевран — сильный противник. Их ловец — Мэй Чжоу — летает как молния. Но у нас есть кое-что получше. — Что? — спросил Саймон. — Мы, — Джеймс улыбнулся. — Покажем им! Матч начался стремительно. Когтевранцы сразу пошли в атаку, и Фрэнку пришлось нелегко. Но он взял первый же бросок, и трибуны взревели. Джессика и Сириус работали как единое целое. После всех разговоров о чувствах между ними появилась странная неловкость — они реже переглядывались, реже обменивались колкостями. Но на поле всё было по-прежнему: они понимали друг друга без слов. Бладжер — отбит. Ещё один — перехвачен. Сириус отправил мяч в сторону когтевранского охотника, заставив его уйти с траектории. Джессика прикрыла Джеймса, пока тот высматривал снитч. Мэй Чжоу была действительно быстрой. Она дважды чуть не поймала снитч, но Джеймс каждый раз успевал перехватить инициативу. А на двадцатой минуте он всё-таки сделал это — спикировал с невероятной скоростью и сомкнул пальцы вокруг золотого мячика. — Гриффиндор побеждает! Трибуны взревели. Команда спустилась на землю, и их тут же окружили. Крики, объятия, хлопки по плечам. Джеймс размахивал снитчем, Марлин обнимала Фрэнка, Саймон и Томас что-то восторженно кричали. Джессика, раскрасневшаяся и счастливая, на секунду отделилась от толпы и встретилась взглядом с Сириусом. Он стоял в стороне, всё ещё сжимая биту, и улыбался. Той самой улыбкой, от которой у неё всегда всё переворачивалось внутри. — Отличная работа, загонщик, — сказала она, подходя ближе. — Ты тоже хороша, Рокс. Она положила руку ему на шею и, приподнявшись на носочки, быстро поцеловала в щёку. — Это за прошлый раз. Счёт равный. Сириус замер. Её ладонь всё ещё лежала на его шее — тёплая, чуть влажная после игры. А потом на его губах медленно расплылась ехидная улыбка. — Рокс, — протянул он, — ты мне мстишь? — Я восстанавливаю справедливость. — И как? — Справедливость восстановлена. Он рассмеялся — легко, искренне, запрокинув голову. Её рука скользнула с его шеи на плечо, но она не убрала её. — Ну, Рокс. Тогда я должен снова нарушить равновесие. — Попробуй. — Обязательно попробую. — Эй, вы двое! — крикнул Джеймс из толпы. — Хватит там шептаться, мы вообще-то победили! Они переглянулись и, всё ещё улыбаясь, пошли к команде. Рука Джессики так и осталась лежать на его плече. А потом она заметила профессора Эшвуд, стоявшую в нескольких шагах. — Мисс Рокс. Джессика убрала руку — медленно, не сразу. — Профессор? — Я хотела поздравить тебя. Отличная игра. — Спасибо, — Джессика помолчала. Она хотела спросить. Очень хотела. Но слова застряли где-то в горле. — Профессор... можно вас попросить кое о чём? Кетрин приподняла бровь. — О чём же? Джессика переступила с ноги на ногу. Отвела взгляд. Потом снова посмотрела на тётю. — Беллатриса Блэк вызвала меня на дуэль. Через две недели. Я знаю, что она старше и сильнее. Но я не хочу проигрывать. — Она запнулась. — Вы... вы могли бы мне помочь? Подготовиться? Если у вас есть время. Если вы не против. Если... — Джессика, — перебила её Кетрин, и в её голосе послышалось что-то мягкое. — Я ждала, что ты попросишь. Приходи в мой кабинет завтра после уроков. Начнём. Джессика выдохнула. Кажется, она даже не заметила, что задерживала дыхание. — Спасибо. — Не за что. — Кетрин чуть заметно улыбнулась. — Ты — Рокс. А Роксы не проигрывают. --- Первый поход в Хогсмид состоялся в следующую субботу. И это было именно то, что нужно после напряжённых недель. — Значит, так, — Сириус стоял перед компанией в гостиной с видом заговорщика. — Сейчас мы идём не через главные ворота, как все нормальные люди. Мы идём через тайный проход. — Ура! — закричал Питер. — Тихо! — зашипели на него все разом. Сириус провёл их через потайную дверь за портретом Вильгельма Завоевателя — Джессика даже не подозревала, что за этой картиной что-то есть. Узкий тёмный коридор вёл вниз, под землю. — Блэк, ты уверен, что мы не заблудимся? — спросила Марлин. — Я никогда не заблуждаюсь. — Конечно, — Джессика закатила глаза. — Именно поэтому ты в прошлом году пошёл на Травологию в теплицу номер три вместо второй. — Там были те же растения. — Там были ядовитые щупальца, Блэк. Которые чуть не оторвали тебе рукав. — Зато теперь я знаю, как они выглядят. Образовательный момент. Все рассмеялись. Сириус, шедший впереди, обернулся и посмотрел на Джессику. В тусклом свете его глаза казались почти серебряными. Она отвела взгляд первой. — Смотрите под ноги, — сказал он. — Тут скользко. И в этот момент Джессика поскользнулась. Каблук ботинка зацепился за мокрый камень, и она уже летела вниз, но Сириус поймал её. Одной рукой — за талию, другой — за локоть. Быстро. Надёжно. — Я же говорил, — сказал он, и его голос прозвучал ниже обычного. — Скользко. — Спасибо, — выдохнула она, чувствуя, как горят щёки. Он помог ей выпрямиться. А потом — Джессика не сразу поняла, как это произошло — его пальцы переплелись с её. Легко, почти невесомо. Но он не отпустил. — Так надёжнее, — сказал он, глядя прямо перед собой. — Не хочу, чтобы ты опять упала. — Я не упаду. — Уже упала. — Ты поймал. — И буду ловить. Поэтому держись. Она не нашлась, что ответить. Вместо этого она чуть сместила руку и обхватила его локоть — крепче, надёжнее, ближе. Он не отстранился. Наоборот — чуть прижал её ладонь локтем, будто говоря: «Вот так. Правильно». Так они и шли — через весь тоннель, до самого выхода, до солнечного света, до первых домов Хогсмида. И она не отпустила его локоть, даже когда они вышли на улицу. Марлин, шедшая позади с Римусом, толкнула его локтем и выразительно кивнула на пару впереди. Римус проследил за её взглядом и едва заметно улыбнулся. Джеймс, шагавший рядом с Питером, присвистнул, но тут же осёкся под строгим взглядом Лили. Питер тихо хмыкнул и прошептал: «А я говорил». Алиса и Мэри переглянулись и одновременно улыбнулись. Фрэнк, замыкавший процессию, покачал головой с видом «эти двое когда-нибудь...» и ничего не сказал — но его улыбка говорила сама за себя. Только у дверей «Сладкого королевства» она наконец разжала пальцы. — Всё, — сказала она. — Доставка в целости и сохранности. — Это моя фраза, — он приподнял бровь. — Я её украла. — Неожиданно, Рокс. Не думал, что ты способна на преступление. — Я полна сюрпризов. — Знаю, — он улыбнулся. — Именно поэтому ты здесь. И вошёл в магазин, оставив её стоять на пороге с горящими щеками. Марлин, проходя мимо, легонько толкнула Джессику плечом: — «Доставка в целости и сохранности»? Серьёзно, Рокс? — Это он начал. — Ну да, ну да, — Марлин ухмыльнулась. — Он начал, а ты продолжила. Держась за его локоть. Весь тоннель. — Там было скользко. — Ага. Очень скользко. Прямо как в прошлый раз, когда вы сидели в обнимку у камина. Тоже, наверное, скользко было? — Маккиннон, ты хоть иногда можешь быть серьёзной? — Не-а, — Марлин улыбнулась и скрылась в дверях «Сладкого королевства». «Сладкое королевство» встретило их запахом шоколада и карамели. Компания рассыпалась по магазину: Марлин тут же схватила корзину и начала набирать сладости, Лили застряла у полки с сахарными перьями, Джеймс и Сириус спорили, сколько карамельных бомб можно купить на один галеон. — Три! — Пять! — Три, Поттер, потому что у тебя математика хромает! — У меня не хромает математика, это у тебя жадность! Джессика стояла у полки с шипучками и улыбалась. К ней подошла Миранда. — Как ты? — спросила сводная сестра. — Нормально. А ты? — Тоже. Слушай, я хотела сказать... — Миранда замялась. — Я рада, что ты попросила профессора Эшвуд о помощи. — Ты знаешь? — Я твоя сестра. Я всё знаю. — Миранда легонько толкнула её плечом. — Это было смело. Я бы на твоём месте, наверное, не смогла. — Смогла бы. Ты сильнее, чем думаешь. Миранда улыбнулась и отошла к полке с лакричными палочками. Джессика проводила её взглядом и вдруг поняла, что их отношения стали теплее. Может, из-за тёти Кетрин. Может, из-за всего сразу. Но это было приятно. После «Сладкого королевства» они заглянули в «Зонко», где Джеймс и Сириус скупили половину магазина, а потом отправились в «Три метлы» пить сливочное пиво. В пабе было тепло и шумно. Компания заняла большой стол у окна. Джессика оказалась между Мирандой и Сириусом. Он сидел близко — слишком близко, чтобы это можно было назвать случайностью. Их плечи почти соприкасались. — Вкусно? — спросил он, кивая на её кружку. — Вкусно. А у тебя? — Тоже. Но у меня сливочное пиво, а у тебя — безалкогольный глинтвейн. — Глинтвейн лучше. — Глинтвейн — это не пиво, Рокс. — Глинтвейн — это классика, Блэк. Он улыбнулся и, кажется, чуть подвинулся ближе. Или ей не показалось? Теперь их плечи точно соприкасались. Она чувствовала тепло его руки через рукав мантии. — Рокс, — тихо позвал он. — Мм? Она повернулась к нему. И замерла. Потому что он был слишком близко. Его глаза — серые, с серебристыми искорками — смотрели прямо на неё. А потом его взгляд скользнул ниже. К её губам. Она это заметила. И — Мерлин великий — она тоже посмотрела на его губы. Всего на секунду. Но этого было достаточно. В пабе было шумно, но между ними повисла тишина. Густая, звонкая, как натянутая струна. Ещё чуть-чуть — и... — Эй, вы двое! — голос Джеймса разорвал тишину, как бладжер. — Хватит там шептаться, мы тут вообще-то празднуем! Джессика отстранилась первой. Сириус — на секунду позже. — Мы не шептались, — сказал он, и голос прозвучал чуть более хрипло, чем обычно. — Ага, конечно, — Джеймс закатил глаза. — Вы опять смотрели друг на друга. — Мы не смотрели! — Смотрели. У тебя уши красные, Блэк. — Это от глинтвейна! — Ты пил сливочное пиво. Сириус замолчал. Джессика отвернулась к окну, чувствуя, как горят щёки. Ничего не произошло. Но почему-то казалось, что произошло всё. Разговор тёк своим чередом — о квиддиче, о предстоящей дуэли, о том, что Саймон снова уронил квоффл на тренировке. Джессика слушала вполуха, чувствуя, как усталость после матча наконец накрывает её тёплой волной. Она не заметила, как её голова медленно опустилась на плечо Сириуса. Он заметил. На секунду замер, а потом — спокойно, будто делал так тысячу раз — закинул руку на спинку её стула. Его ладонь легла на её плечо. Тепло. Надёжно. — Устала? — тихо спросил он. — Мм, — только и ответила она, не открывая глаз. — Спи. Я посторожу. — Ты уже это говорил. — И скажу ещё тысячу раз. Она улыбнулась, не поднимая головы. Реакция за столом была мгновенной. Марлин пихнула Римуса локтем и сделала большие глаза. Римус молча кивнул с таким видом, будто говорил: «Я же предупреждал». Джеймс, сидевший напротив, поперхнулся сливочным пивом и закашлялся. Лили, не отрываясь от кружки, едва заметно улыбнулась. Питер прошептал что-то на ухо Мэри, и та тихо прыснула. Алиса и Фрэнк переглянулись и одновременно покачали головами — но в их взглядах не было осуждения, только тепло. Миранда, сидевшая рядом с Джессикой, бросила на сестру быстрый взгляд и чуть заметно улыбнулась. Никто не сказал ни слова. Всё было понятно без слов. А в дальнем углу «Трёх мётел», за столиком у камина, сидела профессор Эшвуд. Она зашла выпить чаю после долгого дня и не ожидала увидеть здесь студентов. Но когда её взгляд упал на компанию гриффиндорцев, она задержала его на одной конкретной паре. Джессика. И Блэк. Её племянница спала на плече мальчишки, который обнимал её с таким видом, будто делал это всегда. Кетрин медленно отпила чай. Ничего не сказала. Но запомнила. --- Обратно они шли через главный вход — солнце уже клонилось к закату, и золотистый свет заливал дорогу к замку. Настроение было приподнятым: Питер показывал всем новую карточку от шоколадной лягушки, Марлин и Лили обсуждали, какие сладости купить в следующий раз, а Джеймс пытался убедить Сириуса, что карамельные бомбы — это не просто конфеты, а «стратегический запас». — Стратегический запас для чего? — спросила Джессика. — Для всего! — Джеймс развёл руками. — Война, осада, скучный урок Истории магии... — Ты собрался воевать с Бинсом? — Бинс — коварный противник. Усыпляет бдительность монотонным голосом, а потом — бах! — контрольная. Все рассмеялись. Джессика и Сириус немного отстали от остальных — так получилось само собой. Солнце садилось за озером, окрашивая небо в розовый и золотой, и замок впереди казался сказочным. — Красиво, — сказала Джессика, глядя на закат. — Ага, — отозвался Сириус. Но смотрел он не на закат. Она это заметила. — Ты куда смотришь? — На тебя. — Блэк. — Что? — он улыбнулся той самой улыбкой. — Ты тоже красивая. — Я не красивая. — Красивая. Особенно когда закат отражается в глазах. Она не нашлась, что ответить. Просто шла рядом, чувствуя, как горят щёки. Его пальцы коснулись её руки — легко, едва ощутимо. Она не отдёрнула ладонь. И они пошли дальше — плечом к плечу, и их пальцы едва соприкасались, но этого было достаточно, чтобы сердце билось быстрее. — Блэк. — Мм? — Ты сегодня странный. — Я не странный. Я просто... думаю. — О чём? — О том, как хорошо, что ты есть. Она споткнулась на ровном месте. Он поймал её за локоть — быстро, привычно. — Опять? — усмехнулся он. — Рокс, ты сегодня падаешь чаще, чем Питер за весь год. — Это не я падаю. Это земля под ногами качается. — Конечно, — он не отпустил её локоть. — Иди осторожнее. — Я всегда осторожна. — Нет. Ты всегда рискуешь. Именно поэтому ты здесь. Она посмотрела на него. Закат отражался в его серых глазах, делая их почти золотыми. И в этот момент она подумала, что он, наверное, самый красивый человек, которого она когда-либо видела. — Ты тоже, — сказала она тихо. — Что? — Тоже... здесь. И я рада. Он улыбнулся. Не ехидно, не насмешливо. Просто улыбнулся. И они замерли. Снова. Его глаза смотрели прямо на неё. Её — прямо на него. И всё вокруг перестало существовать: и закат, и замок, и друзья, ушедшие далеко вперёд. Только он. Только она. И этот бесконечный момент, когда никто не решался сделать шаг. Но и не хотел отступать. — Блэк, — прошептала она. — Рокс, — ответил он так же тихо. — Я хочу... Она осеклась. Слова застряли в горле. Я хочу тебя поцеловать. Вот что она хотела сказать. Но вместо этого — трусливо, по-детски — закончила совсем иначе: — Я хочу уже скорее в Хогвартс. А то я устала. Сириус посмотрел на неё — внимательно, с тем самым прищуром, который означал, что он что-то заподозрил. — Уверена? — Да. — А мне показалось, ты хотела сказать что-то другое. — Тебе показалось. — Мне никогда не кажется, Рокс. — В этот раз показалось. Он не стал спорить. Только усмехнулся — понимающе, мягко, как будто знал что-то, чего она не говорила вслух. — Ладно. Идём. А то действительно отстанем. Они пошли дальше. Плечом к плечу. И их пальцы всё ещё соприкасались. И Джессика думала о том, что однажды — может, очень скоро — она всё-таки скажет ему эти слова. Но не сегодня. Сегодня было достаточно и этого. --- Вечером, когда Фрэнк уже давно спал, уютно посапывая в своей кровати, пятёрка собралась в спальне мальчиков. Джессика сидела на кровати Джеймса, поджав ноги. Римус устроился у изголовья своей кровати. Питер сидел на полу, скрестив ноги. Джеймс — на подоконнике. А Сириус стоял у окна, глядя на звёзды. — У меня есть идея, — сказал он, отходя от окна. — Насчёт Римуса. Римус напрягся. — Что за идея? — Анимагия. Животные не подвержены укусам оборотней. Если мы станем анимагами, мы сможем быть с тобой в полнолуние. Римус замер. — Вы серьёзно? — Абсолютно, — твёрдо сказала Джессика. — Мы с тобой. Всегда. Римус опустил голову. Плечи его дрогнули. — Это незаконно, — прошептал он. — И опасно. И... — Нам плевать, — отрезал Джеймс. — Ты наш друг. — Мы тебя не бросим, — добавил Питер. — Ни за что, — закончил Сириус. Римус поднял глаза. В них стояли слёзы, но он улыбался. — Тогда... с чего начнём? — С библиотеки, — сказала Джессика. — Нам нужны книги по анимагии. Из Запретной секции. — Я достану, — вызвался Сириус. — У меня есть опыт. — Какой опыт? — спросил Питер. — Неважно. Все переглянулись. И в этот момент они знали: назад дороги нет. Они станут анимагами. Ради Римуса. Ради друг друга. Потому что они — друзья. И друзья не бросают своих. --- На следующее утро Джессика стояла в кабинете ЗОТИ, сжимая палочку. Профессор Эшвуд расхаживала перед ней, заложив руки за спину. — Сегодня начнём с базовых щитовых чар. Протего — твой лучший друг. Если не успеваешь атаковать — защищайся. — Я помню. — Хорошо. Тогда на счёт три. Раз. Два. Три! — Протего! Заклинание отскочило от невидимого щита. Кетрин одобрительно кивнула. — Быстрее. Ещё раз. Они тренировались почти час. Джессика взмокла, рука дрожала от напряжения, но она не сдавалась. К концу тренировки она уже ставила щит почти мгновенно. Кетрин опустила палочку. — На сегодня хватит. Ты делаешь успехи. — Спасибо. — И ещё, Джессика... — Кетрин помолчала. — Можно личный вопрос? Джессика напряглась. — Смотря какой. — Тот Блэк. Сириус. Между вами что-то есть? Джессика замерла. Палочка дрогнула в руке. — Мы... мы просто друзья. Кетрин приподняла бровь. — Я видела вас в «Трёх мётлах». Друзья так не сидят. — Это не то, что вы подумали. Я просто устала, и он... — Джессика, — перебила её Кетрин, и в голосе послышалось что-то мягкое. — Я не осуждаю. Я просто спрашиваю. Джессика опустила палочку. — Я не знаю, что между нами, — сказала она честно. — Я правда не знаю. Кетрин долго смотрела на неё. Потом кивнула. — Ладно. Продолжим тренировку. И, Джессика... — она помолчала. — Он хороший мальчик. Я видела, как он на тебя смотрит. — Как? — Как будто ты — самое важное, что у него есть. И она снова подняла палочку, давая понять, что разговор окончен. Но Джессика ещё долго не могла сосредоточиться на заклинаниях. «Как будто ты — самое важное, что у него есть». Где-то она уже это слышала. Или что-то очень похожее. Кажется, Марлин говориla почти теми же словами. Или Алиса? Или это было в одной из их ночных бесед в спальне девочек? Она не могла вспомнить. Но от этого совпадения внутри что-то странно дрогнуло. --- За завтраком в Большом зале было шумно — понедельник, начало новой недели, и все обсуждали прошедший матч и предстоящие уроки. Джессика сидела за гриффиндорским столом, зажатая между Джеймсом и Сириусом, и пыталась дожевать тост, когда вдруг почувствовала чьё-то присутствие за спиной. Она не успела обернуться. Чья-то нога в тяжёлом ботинке опустилась на скамью рядом с ней — Беллатриса закинуla ногу, отрезая Джессику от остального стола, и нависла над ней, опираясь локтем о своё колено. Её губы оказались почти у самого уха Джессики. — Ну что, Рокс, — прошептала она, и от этого шёпота по спине побежали мурашки. — Не забыла? Уже скоро. Готова? Джессика замерла. Краем глаза она видела, как напрягся Сириус, как Джеймс сжал кулаки, как Марлин замерла с недонесённой до рта ложкой. Но она не повернулась. Не дала Беллатрисе удовольствия видеть её страх. — Я готова, Блэк. — Вот и славно. — Голос Беллатрисы был похож на шёпот змеи. — Потому что я жду. И учти — никаких тётушек. Только ты и я. — Только ты и я, — повторила Джессика. Беллатриса усмехнулась, убрала ногу со скамьи и, не прощаясь, пошла прочь. Её шаги эхом отдавались в притихшем зале. Сириус выдохнул. — Она играет с тобой. — Я знаю. — Но ты всё равно победишь. — Знаю, — Джессика улыбнулась. — Спасибо. Он ничего не ответил. Только под столом его колено коснулось её колена. Легко. Надёжно. И она не убрала ногу. --- Новость разлетелась по школе быстрее, чем Джессика ожидала. Уже через полторы недели о дуэли знали все — и не просто знали, а обсуждали в коридорах, перешёптывались за спиной, бросали любопытные взгляды. Беллатриса явно постаралась. Но настоящий удар ждал Джессику в то утро, когда в Большой зал влетела стопка листовок — школьная газета «Хогвартс сегодня», которую вела Рита Скитер, третьекурсница с Когтеврана. Одна из листовок упала прямо перед Джессикой. Заголовок гласил: «ДУЭЛЬ ЧЕСТИ: ГРИФФИНДОРСКАЯ ВЫСКОЧКА ПРОТИВ СЛИЗЕРИНСКОЙ ПРИНЦЕССЫ» Кто победит в схватке третьекурсницы и семикурсницы? Читайте эксклюзивный репортаж Риты Скитер! Джессика пробежала глазами по строчкам. Статья была написана в худших традициях жёлтой прессы: «Джессика Рокс, дочь известного мастера амулетов, рискнула бросить вызов самой Беллатрисе Блэк — наследнице древнего рода, чьи дуэльные таланты известны далеко за пределами Хогвартса. Что это — глупость или отчаянная храбрость? И не пожалеет ли мисс Рокс о своём решении, когда окажется лицом к лицу с одной из сильнейших дуэлянток школы?» — Что за... — Джессика скомкала листовку. — Дай сюда, — Сириус взял у неё смятую бумагу и пробежал глазами. Его лицо помрачнело. — Откуда она узнала? — От Беллатрисы, от кого же ещё, — Джессика сжала кулаки. — Она специально разболтала, чтобы взбесить меня. — У неё получилось? — осторожно спросил Питер. — Нет! — рявкнула Джессика. — То есть... да. Немного. — Это же клевета, — возмутилась Марлин, заглядывая в листовку через плечо Сириуса. — «Выскочка»? «Глупость или отчаянная храбрость»? Она вообще тебя не знает! — Именно поэтому она так и написала, — Лили отложила книгу. — Скитер пишет то, что хотят читать. А читать хотят скандалы. — Я с ней поговорю, — сказал Джеймс, вставая. — Нет, — Джессика остановила его. — Это моё дело. Я сама разберусь. Она нашла Риту Скитер в коридоре после обеда. Там было полно народу — ученики спешили на уроки, переговаривались, смеялись. Рита стояла у стены и что-то строчила в своём вечном блокноте, не обращая внимания на толпу. Джессика подошла к ней вплотную. — Скитер. Рита подняла голову — и не успела ничего сказать. Джессика упёрлась ладонью в стену рядом с её головой, отрезая путь к отступлению. — О, мисс Рокс! — Рита нервно улыбнулась, прижимая блокнот к груди. — Какая честь! Читали мою статью? Уже готовлю продолжение. Как вы оцениваете свои шансы? Боитесь ли вы, что Беллатриса... — Я не боюсь, — перебила Джессика. — И я хочу, чтобы ты прекратила писать обо мне. — О, но публика жаждет новостей! — Рита попыталась отступить, но стена за спиной не пускала. — Это же сенсация! Дуэль между третьекурсницей и семикурсницей! Такое бывает раз в сто лет! — Это не сенсация. Это наше личное дело. — В Хогвартсе нет личных дел, мисс Рокс. — Рита улыбнулась — сладко, как патока. — Всё, что происходит в этих стенах, рано или поздно становится достоянием общественности. И я, как журналист, просто выполняю свою работу. — Это не журналистика. Это сплетни. — Сплетни — это тоже информация. Просто поданная под правильным соусом. Джессика смерила её взглядом и убрала руку от стены. — Ты пожалеешь об этом, Скитер. — Уже дрожу, — Рита выдохнула и поправила волосы. — Удачи на дуэли, мисс Рокс. Я буду в первом ряду. С блокнотом. И, развернувшись, быстро зашагала прочь, лавируя между учениками. Джессика осталась в коридоре, провожая её взглядом. Вокруг шептались — ещё бы, такая сцена. Но ей было всё равно. Она не боялась дуэли с Беллатрисой. Но теперь у неё появился ещё один враг. И этот враг был вооружён не палочкой, а пером. --- Тренировка по квиддичу в тот же день выдалась особенно жёсткой. Джеймс, разозлённый утренней выходкой Беллатрисы, гонял команду так, будто от этого зависела судьба мира. — Быстрее! Блэк, ты спишь?! Рокс, бладжер у тебя за спиной! Саймон, это квоффл, а не тыква, лови его! Томас, выше! Фрэнк, не зевай! — Я не зеваю, — отозвался Фрэнк, отбивая очередной бросок. — Я умираю. — Умирать будешь после тренировки! К концу занятия все валились с ног. Но настроение было приподнятым — команда работала как единый механизм, и это чувствовалось. — Отличная работа, — Джеймс хлопнул каждого по плечу. — Ещё пара таких тренировок, и мы выиграем Кубок. — Ещё пара таких тренировок, и я умру, — пробормотал Саймон. — Не умрёшь, — Сириус усмехнулся. — Ты теперь с нами. А мы не умираем. — Мы побеждаем, — добавила Джессика. И все, переглянувшись, улыбнулись. --- Вечером, когда гостиная опустела и даже самые стойкие полуночники разбрелись по спальням, в дальнем углу у догорающего камина собрались пятеро. Они сидели тихо, почти шёпотом переговариваясь. — Значит, анимагия, — сказал Джеймс. — А что ещё мы можем сделать? — Что ты имеешь в виду? — спросил Римус. — Ну, кроме анимагии. Что-то, что поможет нам... не знаю. Быть везде. Знать всё. — Карта, — вдруг сказал Сириус. — Помните, я говорил про тоннели? Их много. И не только в Хогсмид. Есть проходы, о которых даже Филч не знает. А что, если нанести их все на одну карту? — Карту? — Питер подался вперёд. — Какую? — Карту Хогвартса. Со всеми тайными проходами. И не только проходами — всеми комнатами, коридорами, подземельями. Чтобы видеть, где кто находится. — Это невозможно, — сказал Римус. — Технически. Нужно слишком сложное заклинание. — А если попробовать? — глаза Джеймса горели. — Мы же... мы можем всё. Мы столько всего уже сделали. — Мы ещё не придумали, как нас называть, — заметила Джессика. — Значит, придумаем. Сириус переглянулся с Джеймсом. Потом с Джессикой. Что-то в его взгляде изменилось. — Мне нравится эта идея, — сказал он. — Карта, которая показывает всё. И всех. А название придумаем позже. — Карта, которая показывает всё, — повторил Питер. — Звучит круто. — Звучит как повод получить отработку, — вздохнул Римус. — Но я в деле. — Я тоже, — сказала Джессика. — Значит, решено, — Джеймс хлопнул ладонью по колену. — Начинаем работать над Картой. И над анимагией. И над дуэлью. У нас, кажется, слишком много проектов. — Мы справимся, — сказала Джессика. — Мы всегда справляемся. Они ещё немного посидели, обсуждая детали, а потом разошлись. Джессика поднялась в спальню девочек — и с удивлением обнаружила, что никто не спит. Лили сидела на кровати с книгой, но явно не читала. Алиса и Мэри лежали на животе, подперев подбородки руками. Марлин расчёсывала волосы. — О, наконец-то! — воскликнула Марлин, увидев подругу. — Мы уж думали, ты там навсегда осталась. — Просто разговаривали, — Джессика стянула мантию и села на свою кровать. — С Блэком? — хором спросили Алиса и Мэри. — С Блэком. И с остальными. Но Блэк тоже был. — Кстати, о Блэке, — Марлин заговорщически понизила голос. — У него же день рождения третьего ноября. Вы уже думали, что ему подарить? — Я думала, — призналась Джессика. — Но пока не решила. — Я подарю ему карамельные бомбы, — сказала Мэри. — Он их обожает. — Это банально, — возразила Алиса. — Надо что-то особенное. Может, новый ремень для метлы? — У него нет своей метлы, — напомнила Лили, не отрываясь от книги. — Тогда что-то для его собаки? Ну, когда у него будет собака. Он же говорил, что хочет завести. — Он говорил, что хочет завести собаку, когда съедет от родителей, — уточнила Джессика. — Это будет не скоро. — Тогда что? — Марлин повернулась к ней. — Ты его знаешь лучше всех. Что ему точно понравится? Джессика задумалась. Она помнила их спор — «Yesterday». Он хотел выучить эту песню. Может, записать для него мелодию? Нотами, от руки? Это было бы личное. Тёплое. Настоящее. — Кажется, у меня есть идея, — сказала она. — Какая? — хором спросили все четверо. — Пока секрет. — Ну Рокс! — Узнаете на дне рождения. Марлин запустила в неё подушкой. Джессика поймала и запустила обратно. Лили вздохнула и перевернула страницу, но уголки её губ дрогнули в улыбке. Впереди была дуэль. Анимагия. Карта. И день рождения Сириуса, на который ей нужно было приготовить самый лучший подарок. Но одно Джессика знала точно: что бы ни случилось, они справятся. Потому что они вместе. И это было самое главное.