30. Маленькие, красивые и невинные

Предупреждение

Глава содержит сцены убийств, психологического насилия, манипуляций, сексуализированного насилия, инцестуальных мотивов, семейной травмы, эмоциональной зависимости, упоминания аборта, ПТСР и другие тяжёлые темы.

До назначенной встречи оставалось ещё около получаса. Гермиона прошла вдоль южной стены к живописному обрыву и принялась любоваться закатом. Через какое-то время она посмотрела себе под ноги. Зелёный травяной ковёр был украшен редкими нарциссами. Маленькие, красивые и невинные головки. Гермиона выдохнула. Заклинание было простым — дословно оно означало: «обнажи, что скрыто». Она сделала необходимый пасс палочкой и произнесла: — Revelio! Толща земли, истончившись, засветилась золотистым светом, проявляя то, что было тут спрятано. Гермиона была практически уверена, что именно увидит, и всё же обнаруженное заставило всё в ней похолодеть, а саму её — на несколько минут замереть. Взяв себя в руки, она медленно направилась к особняку. Поднялась на второй этаж и, войдя в одну из комнат, пристроилась к окну. Именно тут когда-то стояла Пинки, которую Гермиона приняла за привидение. Нет, в Солтрейнхолле не было привидений, только старые тайны, которые она надеялась сегодня раскрыть. Половица за стенкой скрипнула, но Гермиона намеренно проигнорировала этот звук и продолжила сосредоточенно смотреть в окно. Внезапно она почувствовала холодное онемение во всём теле, а затем сразу же наступила тьма. Когда Гермиона снова открыла глаза, то на мгновение ослепла. Оранжевое солнце, тонко очерченное красным обручем, смотрело прямо на неё сквозь большое окно. Она медленно осознала, что сидит на кровати, а когда попыталась дёрнуться, поняла, что руки привязаны тонким шнуром к опорам балдахина. Морщась от яркого света, она всё же разглядела тёмные очертания своего пистолета, лежавшего на подоконнике. А за ним — витраж: белогривый барашек с золотыми рогами на фоне прекрасного города-сада. Почти идиллический пейзаж, если бы не маленький жертвенный алтарь, уже поджидающий чуть поодаль. Когда силы вернулись к Гермионе, она прошептала: — Unmanacled! — Значит, такое твоё слово, — голос раздался совсем близко, будто бы над самым её ухом. Гермиона резко повернула голову. Нарцисса медленно обошла кровать и присела прямо напротив, заслонив солнце. Белые волосы в этот раз были собраны в тугой хвост, а платье сменилось на серый спортивный костюм. — Такое сложное… — проговорила Нарцисса задумчиво. — Я выбрала Free (с англ. — свободный). Легко и коротко. Чем сильнее магия, тем проще могут быть слова для заклинаний. — Она подмигнула Гермионе. — Не пытайся освободиться. Я наложила на верёвку чары. — Ты понимаешь, что сейчас только подтверждаешь мою версию? А ведь она до последнего была просто предположением, — сказала Гермиона, вздёрнув подбородок. Нарцисса не спешила с ответом и прежде успела накрутить белый локон на палец. — Предположение? Этого уже очень много. Я убила своего мужа за меньшее, чем предположение, — сказав это, она внимательно посмотрела Гермионе в глаза, будто проверяя, какой именно эффект произвела, а потом продолжила: — Я делаю то, что должна сделать мать — защищаю своё дитя. — Тогда к чему это? — Гермиона дёрнула связанные за спиной руки. — Почему сразу меня не убила? — Две вещи. Хотела убедиться, глядя тебе в глаза, что ты не успела ничего разболтать моему сыну. — Я ничего не сказала Драко. — Вот и славно. — Она ласково похлопала Гермиону по колену. — А какая вторая вещь? — Мне просто было любопытно узнать, что меня выдало. — Развяжи меня, и я расскажу. Нарцисса состроила гримасу и хмыкнула. — Если это твоё последнее желание, то нет, я не настолько любопытна, малышка. — Как ты планируешь меня убить? Нарцисса нахмурила брови, а потом, размышляя вслух, продолжила: — Палочку могут проверить… А подходящее заклинание эльфийской магии у меня только пламя… Но очередная смерть от огня была бы слишком подозрительной. — Это верно, — с вызовом произнесла Гермиона, — тогда смерть Пинки, которая обеспечила тебе прикрытие, стала бы бесполезной. Нарцисса вдруг приблизилась к Гермионе и взяла её за подбородок двумя пальцами. — Мне не нравится этот тон, юная леди. Думаешь, смерть Пинки была моей идеей? — Разве нет? Думаю, тебя напугали слова Реддла за ужином. О мести. И ты заставила Пинки сделать это у него на глазах, чтобы отвести от себя подозрения раз и навсегда. А покушение на меня, полагаю, было просто отвлекающим манёвром. Нарцисса подняла на неё свои большие синие глаза, но тут же отпрянула на другой конец кровати. Разглядывая что-то на полу, она тихо сказала: — Считаешь меня монстром? — Ты убила девять человек и моих родителей. Чем бы ты там ни оправдывалась, ты — монстр. Нарцисса принялась снова наматывать прядку из хвоста на палец. — Я монстр... — задумчиво повторила она. — Но я правда не планировала столько смертей. В тот день всё просто вышло из-под контроля. Я решила отправиться во Францию с одной целью — наконец-то расквитаться с Беллой. Вот только Люциус тоже оказался там. До сих пор ума не приложу, откуда моя сестрица узнала о существовании Драко. Как ты считаешь? — Нарцисса повернулась и посмотрела на Гермиону. Но ответа не последовало. — Ну же? Никаких предположений, мисс Марпл[1]? Гермиона не шелохнулась. — Ну и ладно. Должно быть, Драко мелькал в маггловской светской хронике. Журналистам нравится его мордашка. Знаешь, Миона, — продолжила она после небольшой паузы, — эта злющая дурочка Белла никогда не была так уж проста. Иногда я думаю, была ли она на самом деле безумной или только притворялась? Мне всё было интересно, о чём таком она говорит Люциусу наедине. Помню, как прижала ухо к двери и услышала, что она повторяет: «проклятое дитя, проклятое дитя», — а потом упоминает Этьена. Она сказала Люциусу, что Драко — проклятое дитя. Или мне так только показалось? Это было уже неважно. Сколько бы понадобилось моему мужу с его блестящими мозгами, чтобы разобрать бредни сестры? Белла подписала Люциусу приговор одними лишь своими мерзкими словами. И мне пришлось действовать быстро. Хотя на секунду, когда я распахнула дверь, моя решимость поколебалась. Но Люциусу не повезло — он оказался спиной ко мне. Кто знает, если бы он посмотрел на меня своими красивыми глазами, возможно, я бы не отважилась. Только в момент произнесения заклинания я не видела ни его лица, ни его глаз. За миг до конца он всё же обернулся. Я не вынесла его мучений и закрыла лицо руками. До сих пор не знаю, заметил ли он меня. Но все изображения Люциуса я на всякий случай уничтожила. Кто знает, как работает эта чёртова магия портретов? И что именно он запомнил. Нарцисса посмотрела в сторону окна и какое-то время не двигалась. Обернувшись снова к Гермионе, она продолжила: — Потом наступила очередь сестрички. Белла заметалась по комнате, словно дикая собака, и начала скулить. Она чуть было не сбила меня с ног и почти выбежала в дверь, но я успела создать несколько сильных всполохов, и огонь перегородил ей дорогу. Дальше было просто. В этот раз я не прятала глаза. На то, как пламя пожирало её, я смотрела внимательно. Сколько раз я представляла свою месть... Но реальность оказалась намного приятнее. И всё же она снова успела отнять дорогого мне человека. Огонь тем временем перекинулся на мебель и стены. Я поспешила трансгрессировать. А что было дальше — узнала из новостей. Впрочем, это даже было мне на руку. Девять смертей легко могут скрыть одну. — Нет, не могут, — прошептала Гермиона, в горле у неё всё пересохло. — Я сразу поняла, что целью был Люциус. — Да, Том тоже так решил. Но я сказала, что если журналисты пронюхают, что мой муж погиб, тайно встречаясь с моей сестрой, они всё извратят. Начнут копаться в нашем грязном белье, будут приставать к Драко с расспросами. Том всё понял. Он забрал дело Люциуса из Аврората и позаботился о том, чтобы про Беллу позабыли. Постепенно все просто приняли самую удобную версию — это был несчастный случай. Гермиона не сводила с неё глаз. — Как такая, как ты, овладела эльфийской магией? — Такая, как я? — передразнила её Нарцисса. — Ну… — Она взглянула на элегантные часики на руке. — Я могла бы рассказать, но если задержусь здесь больше часа, то опоздаю на массаж. С другой стороны, мне тоже интересно, как ты обо всём догадалась. Так что, если раскроешь свои карты, то я раскрою свои. — Идёт! — Что ж, — Нарцисса упёрлась руками в деревянную поверхность кровати и откинулась назад, — слушай. Твоё предположение, что я вынудила Пинки это сделать, просто нелепо. Она была мне как мать. Это Пинки воспитала меня. Всё своё детство я провела среди домовых эльфов и освоила их колдовство быстрее, чем магию палочки. Это было так естественно, получилось само собой. Эльфы были удивлены. Никто из волшебников до этого — или, по крайней мере, никто из тех, кого они знали, — не овладевал их магией. Забавное совпадение, скажи? То, что ты тоже стала избранной, как и я. Мы словно две стороны одной медали. И обе развили в себе магию, которая убила наших родителей. Гермиона тряхнула головой, чтобы убрать с лица непослушную каштановую прядь. — Моих родителей убила ты, Нарцисса. — А! И верно. Их. Всех в доме, всех в Монпелье. Я могла бы даже уничтожить всю чёртову Францию. Знаешь, когда делаешь что-то ради своего ребёнка, тебя не мучает совесть. — Нарцисса ухмыльнулась, и Гермиона вздрогнула, узнав улыбку Драко. — Но тебе этого не понять. Ты от своего ребёнка избавилась. Гермиона тихонько зарычала. — Да, милая Миона, я знаю это. За эти годы я многому научилась сначала у Люциуса, потом у Тома. Копия твоей медкарты обошлась мне в пять тысяч евро. Даже как-то дороговато, не думаешь? Гермиона на мгновение сжалась, но тут же, собравшись, произнесла: — Я беременна. — Перестань. Я знала, что это блеф, с самого начала. Том рассказал. Без подробностей, конечно. И мы решили вас разыграть. Простимулировать, так сказать. Она приблизилась к Гермионе и заправила её снова выбившуюся прядь за ухо. — Так как ты узнала о Драко? Гермиона дёрнулась, сбрасывая её руку, и кивнула. — Четыре вещи. — Как интересно! — Драко как-то сказал, что ты посещаешь психотерапевта. Но я следила за тобой. Торговые центры, вечеринки, косметолог, парикмахер, фитнес. И ни одного визита к мозгоправу. Странно, да? Нарцисса пожала плечами. — В Интерполе нас учили всегда обращать внимание на ложь. Знаешь, некоторые преступники настолько привыкают врать, что уже не могут остановиться и врут даже в самых нелепых мелочах. На чём и попадаются. — Что ж. Это и вправду приятно — вот так открыто с кем-то болтать. Что ещё? Гермиона снова кивнула: — Я увидела фотографии Этьена, они были в местной газете. — Про работы мистера Краке она благоразумно решила не упоминать. — Драко похож на него как две капли воды. Конечно, одно это ничего не доказывает. Кроме того, они ведь родственники — вполне возможно, что будут похожи. Но потом я вспомнила, как Пинки говорила, что служит только Розье. Что если она имела в виду буквальный смысл? Если сложить факты и допустить, что Этьен Розье — настоящий отец Драко, тогда мотив убийства Люциуса становится очевиден. — Даже так? — Нарцисса ободряюще похлопала в ладоши. — А дальше? — Её глаза вспыхнули, как у ребёнка, которому принесли рождественский подарок. — Я думала, эта спальня принадлежала Беллатрикс, так как нашла тут следы эльфийского пламени. Но ты упомянула, что в ночь пожара проснулась от стука дерева в окно. Я проверила: ветки не касаются окон других комнат, только этой. Значит, это была твоя спальня. И значит, эльфийскую магию могла творить ты. Нарцисса некоторое время переваривала только что сказанное, а потом расстроенно поджала губы. — Как глупо! — наконец воскликнула она. — Мне надо быть менее болтливой. — Но на самом деле, — продолжила Гермиона, не обращая внимания на ремарку, — разгадку мне подсказала моя мама. Нарцисса удивлённо вскинула брови, и в её глазах, полностью сосредоточенных на Гермионе, снова зажглись огоньки. — Да, — кивнула Гермиона. — Она указала ещё на одну твою ложь. В день взрыва ты появилась в Монпелье не в первый раз. Нарцисса опустила плечи и рассмеялась. — Верно, — продолжила она после небольшой паузы. — Я часто навещала Беллу после её возвращения. Мне хотелось посмотреть, во что она превратилась за эти годы. Она ведь была так похожа на Андромеду. И я всё не могла решиться её убить. Иногда мне даже казалось, что я должна позволить ей жить, чтобы знать, как выглядела бы Андромеда, если бы смогла состариться. Её большие синие глаза влажно блеснули. — Ну так что? — торопливо спросила Нарцисса. — Как именно она тебе подсказала? — Моя мама чувствовала твои духи. В одном из последних писем она описала красивую беловолосую женщину, которая одинаково хорошо говорила по-французски и по-английски и которая назвала ей свой аромат. Это твой запах, Нарцисса. Я узнала его. Нарцисса выпрямилась и прижала руки к груди — совсем как на старой фотографии в ночь пожара. — Ах, так это и была твоя мать! — воскликнула она. — Теперь я что-то такое вспоминаю. Англичанка. Лицо не помню, только безвкусное платье с рюшами. Да, — протянула она, — я говорила с ней. Что ж, — Нарцисса хмыкнула. — Вот мне и урок: никогда не отвечать незнакомцам. — Может быть, у моей мамы и было безвкусное платье, но она точно не заслуживала умереть вот так. Это была её самая первая и единственная поездка за границу. Услышав это, Нарцисса мигом стала серьёзной. — Прости, милая, — произнесла она таким тоном, что Гермионе на мгновение и правда показалось, будто та сожалеет, — я вовсе не хотела тебя обидеть. — Обидеть? — Гермиона тут же собралась. — А разве это важно, если ты всё равно планируешь меня убить? Нарцисса только развела руками. — Если хочешь кого-то обвинить, то вини Беллу, — она снова обрела насмешливый тон. Гермионе вдруг захотелось стереть эту беззаботную ухмылку. — Я нашла твой секрет у обрыва на западной стороне. Кости принадлежат Андромеде, я так понимаю, — быстро сказала Гермиона и по тут же изменившемуся выражению лица Нарциссы поняла, что попала точно в цель. Нарцисса вскочила и заметалась по комнате взад и вперёд, а потом подошла к окну. — Это произошло здесь? Поэтому комнату никто не прибирал? Как умерла Андромеда? Ты говоришь, что хотела мстить Белле. Мстить за её смерть, или это очередная ложь и ты сама убила свою сестру? — Замолчи! — вдруг вскрикнула Нарцисса. В её глазах сверкнула молния. Но Гермиона и не думала останавливаться. — Этьен изнасиловал тебя? Поэтому Андромеда хотела, чтобы вы сбежали? — Этьен!? — Нарцисса замерла, и её лицо вытянулось. Она перестала расхаживать и пристально уставилась на Гермиону, а мгновение спустя разразилась хохотом: — Мерлин! Так ты ничего и не поняла! Всё же ты далеко не так умна. — Она выдохнула и подошла к самому стеклу. — Не нужно больше твоих теорий. Я расскажу сама. Солнце уже почти зашло за горизонт. За окном медленно сгущались сумерки. Чуть вытянув шею, Гермиона могла видеть в отражении бледное, красивое лицо — оно стало словно каменным. А потом Нарцисса начала говорить. ========== [1] Мисс Марпл — знаменитая героиня детективных романов Агаты Кристи, пожилая и проницательная англичанка, живущая в деревне и щелкающая сложные криминальные загадки благодаря глубокому пониманию человеческой природы.