5.

Я ждал Пейдж у ее дома. Мы с Дэнни и Бет договорились встретиться на автобусной остановке — они сказали, что выбор места для «двойной прогулки», которая на деле являлась двойным свиданием, за ними, и они нам ничего не расскажут. Честно сказать, я очень переживал. Мало ли, что Дэнни может предложить, учитывая специфичную деятельность его новой возлюбленной — если бы они выбрали стриптиз-бар или дешевое караоке с услугами эскортниц, я бы провалился сквозь землю от стыда перед Пейдж. Я отчаянно пытался выпытать, куда они хотят нас повести, но Дэнни держал рот на замке, словно оберегал государственную тайну. Поэтому, когда Пейдж вышла — красивая и как всегда идеальная, я перетаптывался с ноги на ногу, невольно разводя у порога грязь, и старался не смотреть в глаза Пейдж. — Привет! Все хорошо? — спросила Маршалл. — Да… да, все отлично, — отозвался я, начиная путь к остановке, — просто… ну, знаешь, у Дэнни и его подружки бывает немного специфичный юмор. Они так и не сказали мне, какое место выбрали. Так что если вдруг… ну, ты просто скажи, и мы уйдем. — Ой, да ладно тебе, — отмахнулась Пейдж, коротко рассмеявшись, — я уверена, все будет в порядке. Я лишь кивнул. Мне бы такую уверенность. Дорога до остановки была недолгой, от силы — десять минут. На улице с каждым днем становилось теплее и теплее, или же я теперь научился различать холод и тепло, жизнь и существование. На улицу выбегали дети, прогуливающие уроки из-за первой весенней теплоты в пользу похождений по заброшенным зданиям с друзьями в поисках острых приключений, а взрослые люди шли на работу чуть оживленнее — сбросив тяжелые куртки и накинув легкие пальто. Я провожал взглядом прохожих, и они, встречая мои глаза, больше не смотрели на меня сочувствующе, принимая меня за бездомного. Эдакий «эффект Пейдж поблизости» — она заставляет все вокруг цвести и порхать, даже если эта весна обещала быть совершенно несносной. С каждым шагом мое беспокойство усиливалось. Как будет шутить Дэнни? Как будет выглядеть Бет? Пейдж разочаруется, если узнает, что я сексоголик, или просто молча уйдет, больше никогда не позвонив мне? Но когда мы подошли к остановке, нас встретил Дэнни в чистой рубашке, и Бет, которая выглядела как совершенно обычная девушка и махала нам издалека. — Привет! — сказала Бет нам с Пейдж. На ней была длинная кожаная куртка и юбка до середины бедра. Она покрасила волосы, и теперь у нее был чистый блонд — без отросших корней. На лице был легкий макияж, без излишней вычурности. Я выдохнул. Если бы мы с Дэнни были одни, то меня бы ничего не заботило. Я бы наплевал и на ее внешний вид, и на ее речь — но каждое неверное движение моего лучшего друга и его новой девушки теперь отзывалось во мне ужасом, ведь Пейдж могла узнать обо мне что-то, что ей знать не стоило. — Привет! — также радостно поздоровалась с Бет и Дэнни Пейдж, пожимая им обоим руки, — Я Пейдж, Пейдж Маршалл. — Привет, Бет, — поздоровался я с Черри Дайкири, пожимая ей руку, — я Виктор Манчини, приятно познакомиться. — Взаимно, Дэнни много о тебе рассказывал! — довольно прохихикала Бет. — Ну ладно, ладно. Прыгайте в автобус, а то опоздаем, — встрял в разговор Дэнни, махая нам рукой. Мы, все четвером, сели рядом, и Пейдж склонилась над сиденьем Бет в немом вопросе. — Раскрывайте интригу, куда мы едем? — спросила она с легкой улыбкой. Я посмотрел на Черри Дайкири. На ее лице была усмешка, но не язвительно-ядовитая, а какая-то добрая, несвойственное выражение лица людям в этом городе. — Узнаете, — сказала она, — вам понравится, я обещаю. Всю дорогу мне было беспокойно, но я это беспокойство навязчиво подавлял. «Дэнни бы не стал меня подставлять», убеждал я себя. «Все пройдет хорошо, нужно поменьше думать». Когда Дэнни сказал о том, что мы подъезжаем, мы вышли из автобуса, и сердце у меня уже не билось где-то в горле. Я был практически спокоен, потому что это был незнакомый район — а все районы со стриптиз-клубами или услугами эротического массажа я знал наизусть. — Быть не может, — прыснула в ладонь Пейдж от вида места, в которое они приехали. — Это… кулинарные курсы? — спросил я, звуча искренне удивленно. — Весело, правда? — спросил Дэнни, идя вперед. Бет резво поскакала за ним на своих высоких каблуках, Пейдж, все еще хихикая, пошла следом, а я плелся еле-еле. Это было даже удивительнее, чем позорная подворотня с ночными бабочками — это было по-настоящему неожиданно и по -детски абсурдно. Но что поделаешь — уже приехали, значит, нужно идти. Курсы встретили нас приятным ароматом выпечки и пряных приправ. Чистые, длинные коридоры, прозрачные от блеска окошки, рисунки бабочек и цветов на стенах, белоснежный пол и улыбающиеся люди на ресепшене… Теперь понятно, почему я никогда раньше не видел этого места. Наверное, если бы я зашел сюда еще на прошлой неделе, то меня бы стошнило от обилия слащавых улыбок и аромата яблок в карамели. Но сейчас я совершенно другой человек. Я добрый, улыбчивый и, по всей видимости, до безумия мечтаю научиться готовить. Пейдж и Бет были в абсолютном восторге — им это место явно было под стать. Они вцепились в плечи друг друга, в предвкушении разглядывая рисунки на стенах. Я словил себя на мысли о том, что Пейдж поразительно идет аромат корицы и карамелизированных яблок. А еще, возможно, ей будут к лицу тюльпаны. На самих курсах людей было немного — неудивительно, на самом деле. В этом тусклом и затхлом городе было так мало свободных островков спокойствия, что я вообще не ожидал увидеть здесь ни единой души, кроме нас и администратора на ресепшене. Но народ все же был, пускай людей и можно было сосчитать на пальцах одной руки. Рядом с Пейдж, Дэнни и Бет было… хорошо. Как-то правильно — будто мы все знали друг друга с рождения, и наконец-то подобрали идеальный момент, чтобы встретиться вчетвером и прогуляться. Даже если это «двойная прогулка» осталась неназванным свиданием. Мы отчаянно пытались что-то спечь. Пейдж и Бет старались сильнее, чем мы с Дэнни, и у них почти получилось — но тесто на пирог не поднялось. Зато мы с Дэнни были с лицами в муке и с заляпанными карамелизированными яблоками ботинками, и мы смеялись так, будто это было самое смешное, что происходило в нашей жизни. Пейдж лишь покачала головой в томным вздохом, стараясь выглядеть строгой, но у нее не получалось. Бет сунула руки в муку, пачкая и лицо Маршалл — и Пейдж сдалась, устраивая битву мукой. На удивление, на нас даже никто не шикнул — ни администраторы, ни присутствующие клиенты, ни наш куратор шеф-повар, который должен был учить нас готовить. Казалось, что сегодня все были просто счастливы, без веской причины или уверенности в завтрашнем дне. И, о Боже, как бы мне хотелось всегда чувствовать себя любимым именно так, а не разыгрывая удушье в дешевых ресторанах.