Часть 5

Глава 5 Е Сюань После разговора с Гу Юем я вернулась в общежитие поздно и почти сразу легла, даже не включая свет. Но уснуть мне не дали. Едва глаза закрылись, передо мной вспыхнуло розовое окно. [Желание №1 выполнено.] [Открыто Желание №2.] Несколько секунд я молча смотрела на строки, потом медленно села на кровати. Новая надпись появилась почти сразу: [Желание №2: чтобы мой кумир Е Сюань добавил меня в друзья в игре.] Я уставилась на текст. Потом потянулась за телефоном, открыла Weibo и без труда нашла профиль Е Сюаня. Последний пост был совсем свежим: [Через 3 дня я буду вести игровую трансляцию ヽ(ω )ゝ] Репосты и комментарии росли с пугающей скоростью. Телефон был отложен в сторону, ноутбук открыт почти сразу. Началась загрузка игры. Раз уж система решила переключить меня с Гу Юя на Е Сюаня, тратить время на бессмысленное возмущение не имело смысла. Следующие три дня кампус будто подхватил одну общую лихорадку. PUBG обсуждали в столовой, в коридорах, на лестницах и даже в библиотеке. Девушки, ещё недавно равнодушные к играм, теперь спорили о картах, оружии и стримах. Парни поначалу снисходительно посмеивались, а потом сами же начинали объяснять механику всем, кто просил помочь. В общежитии было ещё хуже. По вечерам соседки играли до глубокой ночи, перекрикивались через наушники и вспоминали имя Е Сюаня так часто, будто он уже официально числился четвёртой соседкой по комнате. Я не вмешивалась. Днём — пары, библиотека, перевод. Вечером — правила игры, управление, карты. Жизнь быстро вошла в ритм, и это было даже к лучшему. Чем меньше оставалось свободного времени, тем реже удавалось задумываться о том, как быстро всё вокруг меняется. Пока весь кампус жил стримом Е Сюаня и игровым ажиотажем, в новостях всё чаще мелькали короткие сообщения о странных сбоях, энергетических аномалиях и необъяснимых помехах. Пока ещё никто не произносил вслух слова «Башни», «разломы» или «пробуждённые». Но воздух уже менялся. Это чувствовалось. В день стрима библиотека начала пустеть за полчаса до начала. Сначала ушли две девушки у окна. Потом трое парней из дальнего ряда. Потом ещё несколько человек почти одновременно поднялись, захлопнули ноутбуки и быстро разошлись по выходам. Я взглянула на часы в углу экрана. До начала оставалось двадцать семь минут. Хватит. Перевод был закрыт, игра — открыта, аккаунт — загружен. Ник оказался самым простым: song Без цифр, без украшений, без лишних зацепок. Потом я достала телефон и включила трансляцию. Е Сюань только появился в кадре. Похоже, действительно только что вышел из душа. Волосы ещё были чуть влажными, рубашка сидела небрежно, а лицо без всякой заметной подготовки выглядело слишком хорошо для живого человека и слишком удобно для камеры. Чат уже сходил с ума. Е Сюань поправил камеру, сел, коротко улыбнулся, бросил пару фраз зрителям и вывел игру на главный экран. Имя аккаунта оказалось коротким и предсказуемым: yexuan Он выбрал режим на двоих и нажал поиск матча. Я нажала следом. Несколько секунд загрузки. Потом экран сменился. И под моим ником всплыло имя напарника. yexuan В чате началась истерика. Я молча надела наушники. Через секунду в них прозвучал голос Е Сюаня: — Слышно меня? — Да, — ответила я. Он на миг замолчал, потом мягко усмехнулся: — Хорошо. Тогда поехали. Матч начался. Первые вещи были собраны быстро: оружие, броня, базовый лут. Я двигалась по домам без суеты. Е Сюань шёл по соседней линии, попутно болтая со зрителями, шутя и комментируя всё подряд. Через несколько минут стало ясно: стрим он держит блестяще, а вот играет заметно слабее. Не ужасно. Но слабее, чем должен был бы человек с такой уверенностью. Это даже немного развеселило. Я открыла ещё один дом, подняла шлем, броню, нормальный автомат и пачку патронов, потом быстро пересекла улицу к следующему укрытию. Лут шёл подозрительно хорошо. Слишком ровно. Но я не зацикливалась. Просто брала нужное и двигалась дальше. В наушниках голос Е Сюаня то приближался, то становился тише, когда он отвлекался на чат. Потом раздался его короткий смешок: — Кажется, мне сегодня не очень везёт. Я мельком глянула на мини-карту. Он уже успел залутать несколько домов — и всё равно выглядел беднее меня. Через минуту это стало совсем смешно. Когда мы снова оказались рядом, на мне уже были хороший шлем, броня высокого уровня, вместительный рюкзак и приличный набор оружия, а у него — довольно жалкий комплект и дробовик. Чат трансляции, судя по мелькающим на экране телефона комментариям, вцепился в это с восторгом. Е Сюань тоже заметил разницу. — Подождите, — сказал он с деланым возмущением. — Это что за несправедливость? Я ничего не ответила. Он коротко хмыкнул и побежал вперёд, явно собираясь отыграться убийствами. Сначала у него даже получилось. Он снял одного противника почти в упор, потом второго, бросился к ящику — и замер. Пусто. Чат разразился хохотом. Е Сюань не растерялся, пошёл дальше, снял ещё одного, снова полез в ящик — и снова почти ничего полезного. Я уже видела, чем это кончится. Он слишком торопился. Слишком хотел красиво сыграть на публику. Слишком полагался на темп. Через полминуты его поймали на открытом месте. Один точный выстрел. Персонаж рухнул. В наушниках на секунду стало тихо. Потом Е Сюань выдохнул: — Ладно. Сегодня я, видимо, работаю комментатором. Судя по скорости сообщений, чат был в восторге. Я не отвлекалась. Сместилась к укрытию, подобрала прицел, развернулась на звук выстрелов и сняла ещё одного игрока, который слишком поздно понял, что его уже держат на мушке. Е Сюань из матча не вышел. Остался смотреть. Это было хорошо. Очень хорошо. Я заехала на машине за холм, резко сменила позицию, выглянула из окна, дала очередь по тем, кто пытался расстрелять корпус, и тут же ушла в сторону, пока они не пристрелялись. В наушниках Е Сюань на секунду замолчал. Потом тихо, уже почти без игры на публику, сказал: — Ты хорошо играешь. — Нормально, — ответила я. — Нормально? Это сейчас было совсем не «нормально». Спорить я не стала. Дальше всё пошло ещё быстрее. Зона сжималась. Людей становилось меньше. Я держалась ближе к краю, не лезла в центр без необходимости, снимала тех, кто слишком шумел, и не задерживалась на одной позиции дольше нужного. Осталось пятеро. Потом четверо. Потом трое. Чат уже не успевал метаться между комментариями про Е Сюаня и обсуждением моей игры. На телефоне я увидела, как он наклонился ближе к микрофону, следя за экраном уже без прежней показной расслабленности. Теперь он действительно смотрел. Внимательно. Остались двое. Последний противник ошибся первым — выдал позицию слишком длинной очередью. Я сместилась, переждала полсекунды, вышла из-за укрытия и добила его. На экране вспыхнула победа. В наушниках повисла короткая тишина. Потом Е Сюань засмеялся. Не для чата. Не для публики. Именно от удивления. — Это было красиво, — сказал он. Я сняла один наушник и взяла телефон в руку. На экране он смотрел уже не в игру, а чуть мимо камеры, будто мысленно всё ещё возвращался к нашему матчу. — song, да? — спросил он. — Да. — Ты правда случайно попала ко мне в пару? — А у тебя есть другая версия? Он усмехнулся. — Вообще-то теперь есть несколько. Бровь у меня чуть приподнялась. В чате снова начинался ор. Кто-то уже умирал от ревности. Кто-то требовал повтор. Кто-то писал, что я, должно быть, парень. Кто-то, наоборот, настаивал, что так играть может только девушка, пришедшая убивать не людей, а чужую самооценку. Е Сюань быстро пробежал взглядом чат, потом снова спросил: — Ещё катку? Перед глазами коротко вспыхнуло окно. [Этап Желания №2 обновлён.] [Увеличьте личную заинтересованность цели.] Ладно. Значит, ещё катка. — Можно, — ответила я. Е Сюань улыбнулся — уже заметно живее, чем в начале. — Тогда не уходи. — Постараюсь. Приглашение в новую игру пришло сразу. Второй матч начался хуже. Приземлились неудачно, рядом оказалось слишком много людей, а лут шёл рвано. Но это даже сыграло мне на руку. Потому что теперь можно было не просто тащить молча. Можно было разговаривать. — Ты часто играешь? — спросил Е Сюань, пока мы перебегали между домами. — Нет. — Не верю. — Твои проблемы. Он коротко рассмеялся. — Ты всегда так отвечаешь? — Только когда меня подозревают во лжи. — А если я просто впечатлён? Я сменила оружие и заглянула в соседнюю комнату. — Тогда молчи и впечатляйся дальше. На этот раз он рассмеялся уже в голос. Судя по чату, там началась новая волна истерики. Мне это было только на руку. Чем естественнее шёл разговор, тем лучше. Во втором матче мы не победили. Зато в какой-то момент я вытащила его из очень неудобной перестрелки, а он потом всё-таки добрал одного из нападавших почти в упор. Получилось шумно, криво, но зрелищно. Когда нас наконец вынесли, он не спешил выходить в меню. Пару секунд молчал. Потом сказал: — song. — Что? — Добавить тебя? Я перевела взгляд на экран. Вот и всё. Без лишних кругов. Без унизительных просьб. Без необходимости самой лезть первой. Хорошо. Очень хорошо. Но голос всё равно остался спокойным: — Добавляй. Уголок его рта дёрнулся. — Командный тон. — А ты ожидал благодарные слёзы? — Вообще-то нет, — сказал он. — Но стало ещё интереснее. На экране всплыло уведомление о запросе в друзья. Я приняла его сразу. Перед глазами тут же загорелось розовое окно. [Желание №2 выполнено.] Всего одна строка. И всё. На этот раз система не стала ничего дописывать. И это тоже было неплохо. На телефоне Е Сюань уже снова улыбался в камеру, отбиваясь от чата и шутливо жалуясь, что зрители сейчас устроят ему бунт. Я сняла наушники и закрыла игру. Хватит. Задача выполнена. Дальше задерживаться смысла не было. Телефон почти сразу завибрировал от нового уведомления. Не системного. Обычного. yexuan: Ты правда студентка? Я посмотрела на экран. Потом медленно села ровнее. А вот это уже было быстрее, чем я рассчитывала. Пальцы быстро набрали ответ: song: А ты правда так плохо лутаешься? Сообщение прочиталось почти сразу. Через секунду пришёл ответ: yexuan: Жестоко. yexuan: Но справедливо. Я усмехнулась и отложила телефон. За окном уже окончательно стемнело. В библиотеке почти никого не осталось. Только где-то далеко шелестели страницы и стучали клавиши. Я собрала вещи, выключила ноутбук и вышла в коридор. По пути к лестнице машинально глянула в окно. Над университетом висело тяжёлое небо. Слишком низкое. Слишком плотное. А на самом горизонте, далеко за огнями города, на секунду будто мелькнуло что-то странное — вертикальная тёмная полоса, едва различимая на фоне ночи. Я остановилась. Посмотрела ещё раз. Ничего. Только темнота и городской свет. Но ощущение осталось. Словно мир уже где-то треснул. И скоро эта трещина станет видна всем.