Часть третья: Решение

Вы стояли посреди шатра, чувствуя, как лицо пылает. Не просто горит — пылает. Будто кто-то включил внутри вас маленькое солнце, и оно разгоралось всё сильнее, распространяя жар на щёки, уши, шею. Вы боялись посмотреть в зеркало — вдруг оттуда на вас посмотрит помидор в рыжем парике. «Это легкое недоразумение», — замахали вы руками. Слова вылетали быстрее, чем вы успевали их обдумывать. — «Д-да, легкое недоразумение. Думаю, пойду и извинюсь перед К-кейном прямо сейчас». Помни, которая всё ещё сидела на диване с отсутствующим видом, медленно повернула голову. — Ты… ты уверена? — спросила она с опаской. — Потому что он телепортировался. В смысле, телепортировался. Он даже не сказал ни слова. — Она поёжилась. — Это пугает меня больше, чем когда он кричит. Рагата отняла руки от лица — на тряпичной щеке остались влажные разводы, похожие на слёзы. Она мягко положила ладонь вам на плечо — её пальцы, набитые ватой, были удивительно тёплыми. — Дорогая, может, дать ему немного времени? — сказала она. — Кейн… ну, он не совсем привык к… такому виду взаимодействий. — Она замялась, подбирая слова. — Однажды Луна призналась ему в любви. Прямо, при всех. Знаешь, что он сделал? — Что? — спросила Помни, не удержавшись. — Он не выходил из своего офиса три часа. — Рагата покачала головой. — А когда вышел, сделал вид, что ничего не было. И неделю избегал смотреть в окно. Джекс, который уже успел восстановить свою обычную наглую ухмылку (хотя в ней всё ещё чувствовалась нотка паники), скрестил руки на груди. — О да, Т/И, беги к нему, — сказал он с деланным равнодушием. — Обязательно скажи: «Извини, что случайно запечатлела на тебе свои губы, это была чистая случайность, вызванная кроликом-дебилом». Он указал на себя большим пальцем, и в его глазах мелькнуло что-то вроде гордости. — Это я, кстати. Кролик-дебил. Если ты не заметила. Вы открыли рот, чтобы ответить — но не успели. В воздухе раздалось потрескивание. Сначала тихое, едва слышное — как шум статического электричества в сухой день. Потом громче. А потом из ниоткуда, с лёгким хлопком, появился Пузырёк. Он кружился на месте, переливаясь всеми цветами радуги, и выглядел… растерянным. Его «глаза» — два пузырька поменьше — моргали, оглядывая шатёр. — Кейн сказал передать… — начал он и замолчал. Прислушался к самому себе. — Как там эта фраза? А, точно! Он выпрямился — насколько пузырь вообще может выпрямиться — и провозгласил: — Кейн сказал, что ему нужно перекалибровать свои «внутренние процессы» и чтобы его «никто не беспокоил следующие два-три рабочих цикла»! Он опустился на уровень ваших глаз и посмотрел с неподдельным любопытством. — А что случилось? — спросил он. — У него лицо стало цвета моего языка. Это нормально? Он высунул язык для наглядности — длинный, розовый, влажно блестящий. Вы почувствовали, как земля (или цифровой пол, что в данном случае одно и то же) уходит из-под ног. Два-три рабочих цикла? Он серьёзно? — Я тогда пойду приду в себя, — сказали вы, проводя дрожащей рукой по лицу. — Всё так быстро произошло, мне нужно это переварить. Вы сделали шаг к выходу из шатра, но Помни вскочила с дивана и подбежала к вам. Её глаза-вертушки вращались медленно — она явно пыталась успокоиться. — Т/И, подожди! — сказала она, хватая вас за руку. — Я могу пойти с тобой. Ну, знаешь, чтобы ты не была одна. — Она замялась. — Я понимаю, каково это — когда случается что-то очень странное, а потом нужно сидеть и пытаться осознать реальность. Рагата кивнула, подходя ближе. — Да, дорогая, не запирайся в одиночестве, — сказала она мягко. — В конце концов, мы все здесь… ну, не совсем в одной лодке, но в одном цирке. А это почти то же самое. Вы колебались. С одной стороны, хотелось просто исчезнуть — раствориться в воздухе, как Кейн, и забыть, что этот день вообще был. С другой — Помни действительно выглядела искренне обеспокоенной. Её лицо, обычно бледное, сейчас было ещё бледнее обычного, а руки дрожали. — Ладно, — сказали вы наконец. — Помни, можешь пойти со мной. Но, пожалуйста, без вопросов. Пока что. Помни кивнула, сжав вашу руку. Джекс открыл рот — видимо, чтобы снова что-то съязвить, — но Рагата молча наступила ему на ногу. Буквально. Каблуком. Кролик издал приглушённый, очень обиженный звук и закрыл рот. Вы вышли из шатра, и шторка за вами упала с тихим шорохом.