Часть девятая: Ночь

Время прошло. Шатер постепенно пустел. Помни первой прощалась — она зевала (или делала вид, потому что во сне она не нуждалась) и махала рукой, прежде чем исчезнуть в коридоре. Рагата ушла следом, но перед этим мягко сжала вашу ладонь. — Ты сегодня сделала что-то важное, — сказала она тихо. — Для всех нас. Джекс ушёл, ворча что-то про «ненормальный цирк», но его уши не выглядели раздражёнными — скорее, задумчивыми. Гэнгл, собрав свои рисунки, последний раз оглянулась на вас с Кейном и тихо улыбнулась. Зубл просто кивнула — коротко, но без обычной резкости. Королёра пришлось вытаскивать из крепости — он заснул с цилиндром Кейна на ведре. Вы осторожно забрали головной убор, и он даже не проснулся — только пробормотал что-то про «жуков-дипломатов». Вы остались вдвоём. — Они… они ушли, — сказал Кейн тихо. — Все. Остались только… мы. Вы шли по коридору. Свет вокруг был мягким, фиолетовым — будто специально приглушённым для позднего времени. Кейн не пытался телепортироваться. Не пытался парить. Просто сидел на ваших плечах, доверчиво держась за вашу голову. — Я никогда не был… в чьей-то комнате, — сказал он. — Кроме своей. И Пузырька. Но Пузырёк… он не считается. У него нет стен. — Пауза. — У вас… есть стены? Вы дошли до двери. Рыжая кошка с зелёными глазами смотрела на вас с портрета — в полумраке её улыбка казалась почти живой. — Это… вы, — сказал Кейн тихо. — Красиво. Очень… похоже. На вас. Вы открыли дверь. Фиолетовый свет окутал вас, гирлянды из черепов и сердечек мерцали в такт каким-то невидимым ритмам. Подушки на кровати — в виде звёзд и луны — будто ждали, когда их обнимут. — Здесь… здесь пахнет вами, — прошептал Кейн. — Цифровым лугом. И… безопасностью. Вы сели на кровать — осторожно, чтобы не сбросить Кейна. Он не слез. Только его руки чуть расслабились на вашей голове. Вы зевнули. Усталость навалилась внезапно — тяжёлая, тёплая, как одеяло. День был слишком долгим. Слишком странным. Слишком… Кейн замер. — Вы… вы устали, — сказал он. — Люди устают. Я знаю этот факт. Но… — Он посмотрел на ваше лицо, на полуприкрытые веки. — Я никогда не видел этого… вживую. Его руки стали осторожнее — будто он боялся, что даже его прикосновение может отнять у вас силы. — Т/И… вы… вы должны отдохнуть, — сказал он шёпотом. — Люди… спят. Я знаю. У меня есть… есть данные. — Его челюсть слегка стучала. — Но я… я не знаю, что мне делать. Когда вы спите. — Пауза. — Мне… уйти? Он не двигался. Не телепортировался. Сидел на ваших плечах, сжимая их с такой осторожностью, будто вы были сделаны из самого хрупкого стекла. — Я… я могу остаться, — сказал он ещё тише. — Если вы… если вы хотите. Я не буду… шуметь. Не буду… создавать приключения. — Пауза. — Я могу… просто… быть здесь. — Его голос дрожал. — Рядом. С вами. Вы посадили Кейна на край кровати. Он послушно сел — ноги свисают, руки на коленях, глаза смотрят на вас с ожиданием. А потом вы плюхнулись на кровать. Подушки взвизгнули (буквально — у них были звуковые чипы), но вы не обратили внимания. Вы притянули Кейна к себе — резко, крепко — и обняли. Кейн издал звук. Тот самый — низкий, вибрирующий, похожий на мурлыканье. — Т/И… вы… вы меня… обнимаете, — прошептал он. — В постели. Я… я никогда… Вы не ответили. Вы начали гладить его по спине — медленно, успокаивающе, так, как гладят котёнка перед сном. — Спи, — сказали вы тихо. — Но я… я не могу спать, — возразил Кейн. — У меня нет… режима сна. Я программа. Я должен… работать. Всегда. Его голос становился всё тише. — Но… ваши объятия… они… они… Он не закончил фразу. Его глаза — зелёный и голубой — медленно моргнули. Один раз. Второй. А потом закрылись. Оба. — Я… кажется… я… засыпаю, — прошептал он. — Но это… невозможно. Я… не… должен… Его процессоры, обычно жужжащие громко и настойчиво, замедлились. Стали тише. Глубже. Будто кто-то повернул регулятор скорости на «спокойно». — Т/И… — прошептал он в последний раз. — Вы… вы сделали… невозможное… Его голос затих. Кейн спал. Программа, которая никогда не должна была спать, закрыла глаза и позволила себе просто… быть. Не работать. Не создавать. Не управлять. А просто — лежать в чьих-то объятиях и чувствовать себя нужным. Вы улыбнулись, прижали его крепче и тоже закрыли глаза. Фиолетовый свет в комнате стал мягче. Гирлянды мерцали тише. Светлячки, которые откуда-то взялись в вашей комнате, собрались в золотистое облачко под потолком, освещая сон. Вы спали. Вдвоём. Программа и кошка. Бог и игрок. В фиолетовой комнате с гирляндами из черепов и подушками-звёздами. И даже цифровой мир вокруг стал мягче, теплее — будто он тоже учился отдыхать.