Часть 9

Учёба началась, и я закрутился в водовороте будней. Подработки, задания, проекты. Репетиции, новые песни, тренировки по баскетболу — это меня преподаватель по физкультуре уговорил попробовать и, на удивление, мне зашло. Я, конечно, не под два метра ростом, но как разыгрывающий защитник нашёл своё место на площадке. — Амбициозный и злой, такая энергия в самый раз. И двигаешься ты быстро, думаешь быстро. Переигрываешь всех мозгами. Хорош! — тяжёлая ладонь ободряюще шлёпнула меня по спине. А потом мне выдали форму с номером. Я теперь пятнадцатый. На площадке я кайфую от ритма игры. В гараже за барабанами я кайфую от ритма музыки. Люблю шум и структурированный хаос, как бы странно ни звучало. После трёх часов барабанной дроби на репетиции, когда пальцы немеют, а в ушах звон, нет ничего лучше, чем выйти на паркет и гонять этот чёртов мяч до седьмого пота. Одно напряжение сменяет другое, и в итоге в голове наступает чистота. Тренировка однажды наложилась на репетицию. Пришлось выбирать, и я, как идиот, выбрал баскетбол. Тога потом чуть не прибила меня моей же барабанной палочкой. Писала злые сообщения, что я говнюк и без барабанов репетиция фигня. Параллельно тренер сказал, что без моего видения площадки команда — говно. По итогу это я чувствую себя куском говна, потому что разрываюсь дико, но, чёрт побери, это так круто быть занятым! Я приходил домой и спал без задних ног, все какие-то мысли о том, что мне одиноко, пропали. Не было времени на это — голова едва касалась подушки, как я отключался мгновенно. Будильник на шесть утра, душ, быстрый завтрак. Субботу выделял на уборку — пинал Томуру, чтобы помогал мне, потом мы разделяли обязанности и к обеду дому было чисто. Стирал, сушил, но глажкой особо не занимался. Ненавижу глажку. Никогда особым чистоплотным хозяином я не был. Пыль лежала, я лежал, никто никому не мешал, но мне начинал нравиться мой новый ритм жизни. Даже мама похвалила, когда случайно в гости заглянула. Я научился готовить что-то попроще и перестал баловаться доставками. Вечер субботы мы посвящали закупам продуктов, а дальше каждый сам за себя: Томура уходил к своей девушке, я играл в игры или на тусовки ходил. Иногда Шото приводил к себе и мы смотрели фильмы. Или писал песни. Пытался писать песни, по крайней мере. Ни единой строчки из себя выдавить не мог. Такое всё тухлое, тусклое, рифмы не ложатся, смысла нет. Тоге сказала, что для этого нужно вдохновение, а откуда я его достану? — Тебе легко говорить, вон текст забацала. — А я же не с пустого места! Это песня про парня, который ко мне клеился и не понимал по-хорошему, что это не взаимно. Вот я и по-плохому с ним. — А что в итоге сделала-то? — Показала, какой ебанутой быть могу. Он и свалил. — Справедливо... У Томуры всё было хорошо: он расцветал, стал собраннее даже — любовь ему была к лицу. Щёки, обычно бледные, чуть румяные стали. Он даже поправился будто чуть, измождённость обычная отсутствовала. Я его изредка ругал, что он пропускает репетиции, но то было показное — я, что, изверг какой ему делать мозги всерьёз? К тому же, наша группа потихоньку раскручивалась, нас приглашали отыграть на мероприятиях в университете, на вечеринках даже пару раз, но я согласился тогда только из-за хороших приятелей. Таскать оборудование каждый раз херня какая-то. Я жил простую свою жизнь и заглушил в себе одиночество. Я был почти новым Даби, только вот сигареты ещё оставались со мной. В четверг нас ждали на вечеринке. Томура слился сразу же, а я не стал отказываться. Надел свою самую парадную чёрную футболку, поправил пирсинг и пошёл. — О, Даби, друг! — нарисовался один мой старый знакомый. Всунули мне пиво ячменное, усадили на диван. Алкоголя было много, но пил я совсем немного. Всего банки четыре, но я чётко свои лимиты знаю, да и не пьянею я. Просто приятной тяжестью на тело нападает расслабленность, движения становятся медленнее, а ещё мне хочется в такие моменты тактильности. Дико. Хочется. Целоваться. До одури. Хочется вжаться в чьё-то тело и просто целоваться. Дело не в сексе, а просто хочется тепла. Наверное, мои границы плывут внутренние и демоны мои вылезают, начинают по-дурацки пытаться наесться теми желаниями, что я обычно давлю. В углу хихикала стайка милых девушек, с одной из них я даже пересёкся пару раз взглядами. Симпатичная, милая такая, с короткой стрижкой. Я пробно целенаправленно улыбнулся ей, получил в ответ такую же улыбку. Ага, контакт налажен, сигналы не смешанные. Уже набрался было смелости к ней подойти, как... Как, чёрт побери... Да, не всё ведь может в этом мире идти гладко. Я закрыл глаза и вздохнул, смял в ладони пустую банку от пива. Крах моему вечеру, полный крах и пиздец. Потому что рядом с моим вечерним объектом воздыхания нарисовалась ОНА.