8

      Томми вошёл в дом, стягивая кепку. Внутри было подозрительно тихо, но в воздухе витало напряжение, которое он чувствовал кожей всякий раз перед большой бурей. Когда он явился в гостиную, то замер на пороге.       Лиззи сидела в кресле, одетая в своё самое лучшее вечернее платье, с бокалом дорогого вина в руке. Она не вскочила ему навстречу, не спросила о делах. На столе перед ней лежала та самая бархатная коробочка с колье, которую Райна вернула утром.       Томми нахмурился, его взгляд потяжелел.       — Лиззи, сейчас не время для сцен.       — О, это не сцена. — Она наконец подняла на него глаза, и в них Томми увидел странную, холодную решимость, которой раньше не замечал. — Сегодня ко мне заходила Райна Рейн. Удивительная женщина. Она сказала мне правду, которую ты пытался скрыть за своими бесконечными «делами». Она сказала, что ты присылаешь ей подарки. И что она — не твоя игрушка.       Томми молчал, закуривая сигарету. Он явно недооценил Райну. Он думал, она просто откажет, но она пошла дальше — она нанесла удар по его тылу.       — Она дала мне хороший совет, — продолжала Лиззи, медленно вставая. Она подошла к нему вплотную, и от неё пахло дорогими духами, но взгляд оставался ледяным. — Спросила, почему я не заставлю тебя ревновать. Почему я до сих пор жду твоего внимания, как милостыню.       Она небрежно коснулась пальцами его лацкана.       — Знаешь, Томас, она права. Мне надоело быть «тенью Шелби». Сегодня вечером я ужинаю в «Эдвардианце». С человеком, который ценит моё общество больше, чем портовые квитанции. Не жди меня к ужину.       Томми перехватил её за руку, его пальцы сжались чуть сильнее нужного.       — Лиззи, прекрати это. Ты никуда не пойдешь.       — Пойду, — она вырвала руку, и в её глазах вспыхнул огонь. — Райна сказала, что она не хочет быть твоей любовницей. А я... я больше не хочу быть женой, которую вспоминают только тогда, когда нужно сменить простыни. Если тебе так нравится дарить украшения женщинам, которые тебя презирают — продолжай. А я посмотрю, каково тебе будет сидеть в этом пустом доме, зная, что я сейчас с другим.       Она развернулась и вышла из комнаты, чеканя шаг. Томми остался стоять посреди гостиной, глядя на проклятую коробочку на столе. Он понял, что Райна Рейн сделала то, что не удавалось ни одному его врагу: она внесла хаос в его собственную крепость. Она не просто отказала ему — она перевернула его мир с ног на голову, стравив его с собственной женой.       — Черт бы тебя побрал, Райна, — прошептал он, чувствуя, как внутри закипает непривычное чувство — жгучая, настоящая ревность, которую он так долго пытался в себе подавить.       План Райны сработал идеально. Теперь Томми Шелби было не до подарков другим женщинам — ему нужно было удержать ту, которая была рядом.       Томас стоял неподвижно, слушая, как стук каблуков Лиззи затихает в глубине дома. В его голове прокручивались слова Райны. Эта женщина не просто выставила перед ним щит — она перешла в контратаку, используя его собственную жену как оружие.       Он резко смахнул коробочку с колье со стола. Бархатный футляр отлетел к камину, но бриллианты внутри даже не звякнули — они были так же холодны, как и всё в этом доме.       Томми не был бы главой семьи Шелби, если бы позволил эмоциям взять верх надолго. Он сделал глубокую затяжку, выдохнул, прикрыл глаза и начал выстраивать стратегию.       Томми подошёл к телефону и резко крутанул ручку.       — Это Томас Шелби. Дай мне Джонни Пса. Быстро.       Когда на том конце ответили, его голос был сухим и коротким:       — Джонни, Лиззи направляется в «Эдвардианец». Выясни, с кем она встречается. Не приближайся, просто наблюдай. И если этот ублюдок хотя бы посмотрит на неё дольше пяти секунд... нет, просто следи. И приготовь машину.       Он понял, что Лиззи действует по сценарию Райны. А значит, идти за ней и устраивать сцену — значит признать поражение. Райна хотела, чтобы он ревновал? Она этого добилась. Но он не собирался давать ей удовольствие видеть его слабым.       Томми подошёл к зеркалу, поправил галстук и надел свою кепку, надвинув козырёк на глаза. В его взгляде снова появилась та самая опасная пустота. Вместо того чтобы бежать в ресторан за женой, Томми решил нанести визит первоисточнику хаоса. Он знал, где сейчас могут быть Райна, Макс и Ксандр — скорее всего, они праздновали свой успех в доках.       Он вышел из дома, сел в свой «Роллс-Ройс» и приказал водителю:       — К дому Макса.       Через пятнадцать минут машина остановилась. Томми вышел и увидел Райну, которая стояла на крыльце, вдыхая ночной воздух. Она выглядела спокойной, почти умиротворённой.       — Мисс Рейн, — его голос прозвучал из темноты, заставив её обернуться. Райна не вздрогнула. Она лишь слегка приподняла бровь, видя его одного, без охраны, с потемневшим лицом. — Вы мастер интриг, Райна, — Томми подошел ближе, остановившись в паре шагов, — вы решили, что раз я не могу купить вашу лояльность, то вы разрушите мой дом изнутри?       — Я просто дала Лиззи то, чего вы лишали её годами, Томми, — спокойно ответила Райна. — Правду и выбор. А что вы будете делать с этим выбором — зависит от вас.       Томми подошёл ещё ближе, так, что между ними осталось всего полметра. Он посмотрел на неё — не как босс на подчинённую и не как влюблённый, а как игрок на достойного противника.       — Вы думаете, что победили, — тихо произнёс он. — Но вы забыли одну вещь. Я — Шелби. И я не отпускаю то, что считаю своим. Лиззи вернется домой сегодня вечером. А вы... вы будете работать на меня в два раза усерднее, чтобы искупить этот беспорядок.       Он вытащил из кармана пачку денег и небрежно бросил её на перильца крыльца.       — Передай это Максу. Премия за доки. А завтра утром я жду тебя в офисе. Мы едем в Лондон. Вместе. Посмотрим, как ваша «тройка» справится с настоящими проблемами, а не с мелкими крысами.       Томми развернулся и ушёл к машине. Он не стал устраивать скандал Лиззи в ресторане — он решил доказать Райне, что он может контролировать ситуацию, даже когда всё рушится. Но внутри него всё еще горел огонь, зажженный её словами, и он знал: эта игра только начинается.       Райна смотрела ему вслед, и на её губах играла едва заметная улыбка. Она добилась своего: Томми Шелби больше не видел в ней «красивый трофей». Он видел в ней силу, с которой нужно считаться. И теперь, в Лондоне, у них с Максом и Ксандром будет шанс показать, на что они способны по-настоящему.       Райна положила трубку, её пальцы всё ещё крепко сжимали рычаг телефона. Визит Томми оставил после себя неприятный осадок — этот человек был слишком спокоен для того, чью личную жизнь только что выставили на посмешище. Она знала этот тип людей: их спокойствие было затишьем перед настоящим штормом.       Ксандр ответил на звонок почти мгновенно, как будто ждал его.       — Приходил Шелби, — начала она без лишних вступлений, её голос звучал отрывисто и властно, — рассказал мне про свои «планы» на Лондон. Пытался давить авторитетом. Но слушай меня внимательно, Ксандр... — Она кратко пересказала суть разговора, упомянув и деньги для Макса, и ледяной взгляд Томми. — Нам всё-таки нужно будет подготовиться к обороне, — продолжала она, глядя в окно на пустую улицу. — Вдруг наша выходка с Купером выйдет нам боком? Шелби не прощает тех, кто видит его слабости, а мы сегодня увидели их слишком много. И Лиззи, и этот саботаж в порту... он чувствует, что теряет контроль.       Райна сделала паузу, и её голос стал ещё более серьёзным, лишённым всякой иронии.       — Поэтому, Ван Хейс, я рассчитываю на тебя. Ты — наш стратег и наша главная огневая мощь в тени. Проверь все наши связи ещё раз. Подготовь «пути отхода» в Лондоне, о которых не будет знать ни Шелби, ни даже Соломонс. И смотри, не подведи меня. Не то ты знаешь, что будет. Мы в одной лодке, полковник, и если она пойдет на дно, я позабочусь о том, чтобы ты был первым, кто это почувствует.       — Я тебя услышал, Райна, — отозвался Ксандр на другом конце провода. В его голосе не было обиды на её угрозу, только профессиональная собранность. — Всё будет готово. Я не привык проигрывать партию из-за того, что кто-то не досмотрел за флангами.       — Хорошо. Давай, пока.       Райна повесила трубку и обернулась. Макс стоял в дверях, наблюдая за ней. Она подошла к нему и молча протянула пачку денег, которую оставил Шелби.       — Это за доки, — сказала она. — Но не расслабляйся. Завтра мы едем в Лондон. И что-то мне подсказывает, что там крысы будут куда крупнее тех, что мы встретили здесь.       Она прижалась лбом к его плечу на секунду, закрыв глаза. «Трое против целого мира», — пронеслось у неё в голове. — «И мы всё равно выйдем победителями».