Мысли парней их танца с девушкой, которая покорила их.

      Ночной Лондон за окном тонул в привычном дожде, но в квартире Ксандра было жарко от виски и тяжелых мыслей. Полковник сидел в глубоком кожаном кресле, откинув голову. В комнате царил полумрак, нарушаемый лишь тлеющим огоньком сигареты.       Он закрыл глаза, и реальность отступила. Вместо запаха старой пыли и пороха он снова почувствовал аромат её духов — тонкий, дерзкий, с нотками металла.       В его воображении зал особняка Соломонса исчез. Остались только они двое в бесконечном пустом пространстве, залитом призрачным светом. Это не был тот осторожный танец под прицелом глаз Шелби. Это была стихия.       Ксандр вел её властно, почти грубо притягивая за талию, не оставляя ни миллиметра воздуха между ними. Райна отвечала ему той же страстью, её руки оплетали его шею, как шелк, который в любой момент мог превратиться в удавку. Он кружил её, чувствуя каждый изгиб её тела, и на пике движения резко опрокидывал назад, удерживая над самой бездной.       В какой-то момент он не выдерживал — его губы накрывали её губы в требовательном, обжигающем поцелуе, срывая маски профессионализма. А в следующую секунду он снова становился нежным, едва касаясь губами её виска, ведя её по воображаемому залу так легко, словно она была сделана из тумана. В его голове, откуда-то из глубин воспоминаний, которых не должно было существовать в 1920-х годах, зазвучал хриплый, ритмичный бит. Мелодия была чужой этому веку — резкой, тягучей, пропитанной обреченностью и драйвом. Песня «A Little Death». Ксандр не понимал, откуда он знает эти звуки, но они идеально ложились на ритм его пульса и движений Райны.       В его сознании всплыли строчки, ставшие гимном этого момента. Help me, I’m pre-occupied (Помоги мне, я одержим) Let’s go for a little ride (Давай отправимся в небольшую поездку) A little death around the eyes (Маленькая смерть в твоих глазах) Fold me into your thighs (Укрой меня в своих объятиях)       Ксандр видел, как губы Райны в его мыслях беззвучно повторяют эти слова. Эта «маленькая смерть» была именно тем, что они чувствовали каждый день, играя с огнём в окружении Острых Козырьков.       Он резко открыл глаза. Музыка смолкла, оставив только шум дождя по стеклу. Сигарета дотлела до пальцев, обжигая кожу.       — Черт бы тебя побрал, Райна Рейн, — прошептал он в пустоту комнаты. Он знал, что этот мысленный танец — его самая большая слабость и его самая большая сила.       Полковник Ван Хейс снова надел свою невидимую броню, но ритм той странной песни всё ещё продолжал пульсировать в его висках, напоминая, что за ледяным спокойствием скрывается пожар, который он не в силах потушить.

***

      В комнате Макса и Райны царил покой. Свет уличного фонаря пробивался сквозь занавески, рисуя полосы на одеяле. Макс лежал на спине, чувствуя рядом мерное дыхание Райны. Когда он закрыл глаза, шум ночного Бирмингема стих, и он погрузился в видение, сотканное из нежности и тепла.       Этот танец не был похож на борьбу или тактическую игру. В его мыслях они с Райной стояли посреди цветущего луга, залитого мягким закатным светом. Макс вёл её искренне, его руки лежали на её талии бережно, словно он боялся разрушить это мгновение. Их движения были манящими и плавными, как течение реки. Райна смотрела на него с той редкой улыбкой, которую она дарила только ему — доброй и лишённой всяких тайн. В этом танце не было места интригам Шелби или угрозам Чангретты. Были только они двое, и каждое движение было признанием в верности. Это было глубокое чувство защищенности, где тишина говорила громче любых слов.       Словно из воздуха, в его сознании возникла мелодия — современная, тягучая, с мягким басом, который резонировал с его спокойным сердцебиением. Песня «Slow Down». Макс не знал, как эти звуки попали в его голову, но они обволакивали его, заставляя мир вокруг замедлиться до одного бесконечного вдоха.       В мыслях звучал припев, ставший ритмом их шагов: Slow down, I'm waiting for the moment to be right (Замедлись, я жду подходящего момента) I'll make it all alright, just tell me you are mine (Я сделаю так, что всё будет хорошо, просто скажи, что ты моя) Slow down, I'm looking for the words to say to you (Замедлись, я ищу слова, которые хочу сказать тебе)       Для Макса этот танец был обещанием. Он не хотел власти или денег — он хотел этого момента, где время остановилось, и они могли просто быть вместе, без прицелов на горизонте.       Музыка постепенно стихла. Макс медленно открыл глаза в полумраке комнаты. Видение исчезло, но тепло осталось. Он повернулся на бок и увидел Райну, спящую рядом. Макс осторожно, чтобы не разбудить, придвинулся ближе и прижался к её телу, чувствуя тепло. Его рука собственнически, но мягко легла ей на талию, точь-в-точь как в его сне. В отличие от Ксандра, чей танец был полон огня и противоречий, Макс нашёл свой мир здесь, в этой тишине.       С лёгкой улыбкой на губах он закрыл глаза снова и заснул, крепко обнимая ту, ради которой был готов пройти через любой ад.