5.

      Все мероприятия они безоговорочно посещали вместе. Свадьба друзей Серафима, с которыми Камила была едва знакома, исключением не стала. Всё утро квартира была заполнена звуками сборов и тихого копошения. Сидорин, не до конца застегнув черного цвета рубашку, ходил из одной комнаты в другую, потирая виски, словно это помогло бы ему вспомнить, куда же делся подарочный конверт с деньгами. Помимо достаточно большой суммы, от себя они дарили дорогую бутылку вина, привезённую из-за границы, выполненную на заказ резную шкатулку для украшений из темного дерева, украшенную лентой глубокого цвета тёмно-синего бархата и белой тесьмы.       — Нашёл, — облегченно выдохнул Серафим спустя десятки минут поиска. — Под комод упал, а мы и не заметили.       — Ну слава богу. Положи рядом с остальной частью подарка, — попросила она. На журнальном столике стоял белый картонный пакет, с уголков которого по всей белизне рисунком тянулись светло-розовые розы, дополненные зеленоватыми веточками. Заранее было обговорено, что, хоть подарок считается за общий, конверт вручает Серафим, а пакет с остальной частью — Камила.       Пробный макияж девушка делала прошлым вечером, а потому сейчас ей было крайне легко собираться, ведь импровизировать не приходилось; её движения были отточенными, словно заученными наизусть. Волосы, накрученные на бигуди, оставалось лишь расплести и побрызгать лаком. В салонной укладке смысла не было — дома получается не хуже, да и она обычная гостья, а не подружка невесты. Зато проблемы сегодня, кажется, были у Сидорина. Стоя перед зеркалом, тот зачесывал волосы на разные стороны, пытаясь уложить их так, чтобы волоски не торчали в разные стороны.       — А я говорила, что тебе стричься пора, оброс вон уже как, — практически неслышно подойдя, девушка встала перед ним на достаточном расстоянии, чтобы видеть его лицо полностью. Запустила пальцы в тёмные волосы, чуть потянула вперед. — Всё. Красавец мой, — привстав на носочки, Мила чмокнула его в маленькую татуировку сердечка под глазом, оставив на щеке едва заметный след от розового бальзама для губ.       — Ну так уж и быть, послушаю тебя, — его руки опустились на талию девушки, несильно сжимая. — По пути запишусь на стрижку.       — Вот бы ты кудряшки свои вернул... Тебе они очень шли, — склонив голову набок, мечтательно вздохнула Камила. Серафим неоднократно говорил, что завитки больше не вяжутся с его образом, но, увидев выражение лица любимой, твёрдо и решительно сказал:       — И на завивку запишусь. Может, и правда стоит в юность окунуться.       Его стремление делать всё для того, чтобы Ками была счастлива, согревало, заставляло каждый день радоваться, что два года назад он нашел в себе силы признаться, а она — приехать и всё обсудить.       — Ты выглядишь просто нереально. Словно снизошла с небес, — прокомментировал её внешний вид Серафим, стоя за спиной и терпеливо завязывая бант. — Не жмёт? — поднял глаза и, удостоверившись в том, что Камиле в данном наряде будет комфортно, продолжил: — Мы же ночуем там, в домиках на усадьбе, верно? Давай и правда на рассвете выйдем к озеру и устроим тебе фотосессию. Без профессионалов, просто на старенькую мыльницу. Зато будет особенный шарм. Я и правда хочу видеть на обложке альбома тебя.       — Сим, — выдержав небольшую паузу, она продолжила. — Не знаю, правда. Дай мне время об этом подумать, хорошо? Мы и отношения толком не афишировали, а тут такое... Да и до утра у меня макияж в идеальном состоянии не продержится.       — Ты у меня и без него красивая. Думай, конечно, я не заставляю. Но фотоаппарат с собой возьму...       Камила, не особо давно получившая права, вызвалась вести машину. На полупустой трассе тренироваться всегда легче, да и наверняка к завершению праздника доза алкоголя в крови Серафима будет превышать норму. Ажиотаж от предстоящего события сменялся глубоким чувством внутри, разливающемся от осознания того, что он доверил ей машину ценой в её месячную зарплату.       Дорога до усадьбы, расположенной в по-настоящему живописном месте, заняла не больше полутора часов. Первые минут двадцать Сидорин записывал видеосообщения в свой телеграм-канал, а после и правда позвонил в парикмахерский салон и записался на следующий вторник. Припарковав автомобиль на одном из свободных мест, Камила подкрасила губы и, собравшись с духом, вышла из машины, не забыв про подарок.       Гостей оказалось много — больше, чем Мила ожидала, — но, достаточно быстро найдя в толпе знакомые лица, та расслабилась. Первым делом они поздравили жениха и невесту, к которым выстроилась очередь, а уже после заняли места за столом, найдя таблички со своим именем.       Организованность была на высшем уровне. Забавный ведущий постоянно отпускал шутки, которые действительно были на редкость интересными и смешными. Видео, что профессию тот выбирал по зову сердца. Вскоре воздушное пространство разрезали крики «горько!», свист и улюлюканье, а музыка сменилась на плавную.       Дальнейший банкет проходил в более расслабленной атмосфере. Закусок на длинных столах поубавилось, многие встали, чтобы пройтись и пообщаться со знакомыми. Молодоженов вновь обступили, заваливая поздравлениями и вопросами. Когда настал момент ловить букет невесты, Камила осталась за столом, положив голову на плечо любимого.       — Прошу всех незамужних дам выйти на середину, — звонко объявил ведущий, — И поучаствовать в традиционной «лотерее»! Та, кто поймает букет, станет следующей невестой!       — Ты чего не идёшь? — тихо спросил Серафим, поглаживая её по спине.       — Не особо хочется. Зачем? Мне и тут, с тобой, хорошо.       — Камил, посмотри на них. Считай это просто игрой. Квестом на удачу, — он взял её за руку, чуть отстраняясь. Мягко, но уверенно заставил подняться со стула и кивнул в сторону собравшихся девушек. Его ладонь легла на её спину, направляя в сторону круга.       — А если поймаю? Потом ведь не отвертишься, — чуть прищурившись, помедлила Мила.       — Я буду только рад, — на его лице появилась ухмылка. — Давай.       В его словах не было игры. Зато была тихая, фундаментальная уверенность и готовность принять любой исход этого вечера.       Ками остановилась чуть ли не у края толпы, чувствуя себя немного неловко среди всех претенденток на счастливый билет. Обернувшись, та увидела Серафима, стоящего поодаль, прислонившись к колонне. Один его уверенный кивок заставил сделать шаг вперёд. Когда ведущий завершил обратный отсчёт, цветы взлетели ввысь. На мгновение девушка замерла, пытаясь осознать факт того, что букет летит именно в её сторону. Она даже не пыталась за него бороться, поймала инстинктивно, просто чтобы цветы не упали на пол. На её лице застыло удивление. Почти сразу же оглянувшись, она глазами нашла Сидорина, оставшегося в той же позе. Улыбаясь, тот кивнул ей, подтверждая все свои недавно сказанные слова.       Следующие пару часов они провели на деревянных качелях, стоящих в укромном уголке подальше от шума, и не поднялись даже когда запустили салют.       — Появившись в моей жизни, ты окрасила её так же ярко, как сейчас светится небо, — шепнул он, целуя её в висок и зарываясь носом в волосы.

«Перед тобой я забуду все слова

Я забуду, как меня зовут

Вроде на плечах есть голова

Но лишь о твоих я думаю

Перед тобой я выбираю слова

Но поверь они не передадут

Мое небо было сплошной туман

Теперь у меня каждый день салют»