Глава 10 "Время надежды"

Я ушла. Ушла от Ника. Каждое слово, сказанное ему, давалось с трудом — словно я вырывала их из самого сердца. Мне хотелось, чтобы всё сложилось иначе… Но теперь в голове звенело одно и то же: «Нет нас. Есть он — и есть я». Эта фраза крутилась, как заевшая пластинка, не давая вдохнуть. Слёзы скатывались по щекам, соль жгла губы. Телефон в сумочке настойчиво вибрировал — Амелия, Элоди… Я не хотела ни с кем говорить. Пальцы дрожали, когда я написала короткое сообщение: «Мне нужно побыть одной. Не переживайте. Увидимся дома» Сняв туфли, я подняла подол платья и вышла на песок. Ночные волны мягко касались берега, будто пытались утешить. Море дышало глубоко и спокойно, не зная о моей буре внутри. Ветер запутывался в волосах, шептал что-то едва слышно. Я шла босиком, чувствуя, как тёплый песок прилипает к ногам. Ник вошёл в мою жизнь внезапно — словно шторм, сорвавший якорь. Я ведь думала, что останусь одна, что одиночество — мой тихий приют. Но жизнь, как всегда, решила по-своему. Теперь я не знала, как быть. Как дышать рядом с ним. Как смотреть ему в глаза. Между нами было слишком много — искр, касаний, слов, взглядов. Слишком много, чтобы просто всё забыть. Я дошла до конца набережной. Море мерцало под лунным светом, тишина казалась живой, почти одушевлённой. Я пошла дальше — к тому самому месту, где любила бывать одна. Небольшой островок у дома, мой личный уголок тишины. Села на гладкий валун, слушая, как перекатываются волны. Домой идти не хотелось. Не хотелось отвечать на вопросы. Не хотелось встречаться с его взглядом. До рассвета оставалось немного. Я сползла на песок, откинулась на спину и закрыла глаза. Так легче — просто слушать, как море говорит с миром. Когда небо стало светлеть, я приподнялась. Первый луч солнца прорезал горизонт. Мир затаил дыхание — и вдруг всё вокруг засияло. Я подумала, что в моём родном городе никогда не видела ничего подобного. Такого живого света, такого тёплого утра. К шести нужно было возвращаться — Эмили и Генри могли начать волноваться. Я поднялась по ступенькам, ведущим к дому. Сад был залит золотом, листья мерцали росой. Дом спал — такой безмятежный, будто и не существовало вчерашней ночи. Проходя мимо комнаты отдыха, я услышала тихое сопение. Заглянув, я замерла. Ребята спали кто как — кто на диване, кто прямо на ковре. А Ник… он устроился в кресле. Спал, уронив голову на спинку, с усталым, но спокойным лицом. Я подошла тихо и села на край дивана. Они ждали меня. Моя семья. Моя опора. Моя тихая гавань. Я посмотрела на Ника. Сердце сжалось. Он выглядел невероятно красивым — даже во сне. Мне хотелось протянуть руку, коснуться его щеки, поцеловать… хотя бы один раз. Но я лишь улыбнулась сквозь слёзы. Возможно, в другой жизни… там, где всё сложится иначе, у нас действительно будет мы. Я взяла за руку Амелию. Она тут же открыла глаза, а потом, не сдержавшись, кинулась ко мне на шею. — Оливия, слава богу, ты дома! — её голос дрожал от облегчения. Ребята начали просыпаться один за другим. Элоди подбежала ко мне и крепко обняла. — Где ты была? — спросила она, еле сдерживая волнение. — У меня была долгая дорога домой, — я улыбнулась устало. — Мне нужно было время… чтобы всё обдумать, — и, произнося это, я невольно посмотрела на Ника. Все стояли рядом — растерянные, но счастливые видеть меня. Ко мне подошёл Габриель, прижал к себе с такой силой, что я на секунду перестала дышать. Поцеловав меня в щёку, он тихо сказал «береги себя» и ушёл. Айрин с Джеймсом тоже попрощались и вышли. Ник всё это время стоял неподвижно. Его взгляд был серьёзен, внимателен, немного растерян. Когда он наконец подошёл, то просто взял мою руку и поцеловал её. — Прости, — прошептал он, почти не глядя в глаза, и вышел из комнаты. Я тяжело выдохнула. Амелия и Элоди сразу оказались рядом, обняли меня, прижимая к себе. Эти две — мои сестрёнки по духу, мой щит. — Может, перекусим? — спросила я, чувствуя, как усталость снова наваливается. — Элоди, останешься у меня гостем? — Конечно, — улыбнулась Эли. Мы прошли на кухню, где всё ещё пахло кофе и ванилью. Позавтракали втроём, смеялись над чем-то глупым. Смузи был свежим и прохладным, как глоток отдыха после бури. Я чувствовала, как силы постепенно покидают тело. Мы прошли с Эли в комнату. — Иди первая в ванну, — сказала я Элоди, доставая для неё одежду, а затем вышла на балкон. На улице витал аромат моря. Воздух был мягким, будто сам хотел утешить. Жизнь странная штука, — подумала я. — Иногда она даёт, чтобы потом забрать. Но, наверное, всё происходит именно так, как должно. Дверь соседнего балкона открылась. Ник. Наши взгляды встретились. Мы просто стояли и смотрели друг на друга. Долгие, тянущиеся минуты, в которых не было ни злости, ни слов — только тишина и тяжёлое дыхание. Я глубоко вдохнула и зашла обратно в комнату. Не сегодня. Подумаю обо всём завтра. Приняв ванну, я сказала девчонкам, что ужасно хочу спать. После пары их шуток я, наконец, рухнула на кровать. Сон пришёл мгновенно — мягкий, глубокий, спасительный. … Проснувшись к вечеру, я некоторое время лежала, не двигаясь. Какие же насыщенные дни… — мелькнула мысль. — Нужно замедлиться. Дать себе передышку. Я потянулась к телефону — ни звонков, ни сообщений. Открыв фотографии со вчерашнего вечера, я невольно улыбнулась. Как же мы выглядели… чертовски красиво. Я выложила пару снимков в профиль. Красотой стоит делиться, — подумала я и рассмеялась про себя. С улицы донёсся звонкий смех. Я вышла на балкон — внизу, у бассейна, Амелия и Элоди что-то бурно обсуждали и смеялись до слёз. Приведя себя в порядок, я спустилась к ним. — Оли, привет! Отдохнула? — спросила Элоди, подплывая к бортику. — Немного, — я села на край бассейна, опустив ноги в тёплую воду. — О чём спорите? — Мел утверждает, что мне лучше в платьях, а я — что нет, — ответила Элоди, хитро улыбаясь. — Вчера было исключение! — Конечно… конечно… — протянула Амелия, делая вид, что сдаётся. Через секунду Элоди плеснула на неё водой — и началась война. Они визжали, смеялись, брызгались, ныряли, топили друг друга. Их смех был таким искренним, что даже стены дома будто оживали. Я смотрела на них и впервые за долгое время чувствовала лёгкость. Тёплая вода касалась моей кожи, а сердце — впервые за долгое время — не болело. Как раньше. Когда Амелия подплыла ко мне, я не успела ничего понять — она схватила меня за руку и потянула вниз. Тысячная доля секунды — и я уже под водой. Тепло, смех, световые блики — всё смешалось в одно. Мы барахтались, плескались, кричали и смеялись, как дети. Вода была тёплой, почти расслабляющей. И в тот момент осознание — жизнь продолжается. Боковым зрением я заметила силуэт, приближающийся к бассейну. Это был Ник. Он подошёл к лежаку, не спеша положил на него полотенце и снял рубашку. Я невольно задержала дыхание. Как же он был красив… сильный, уверенный — и в то же время уставший. Карие глаза, обычно тёплые и живые, сегодня были другими — в них читалась грусть. Не сказав ни слова, он коротко кивнул в знак приветствия и нырнул в воду. Я наблюдала, как он плывёт — размеренно, будто стараясь уйти от мыслей, от всего, что между нами произошло. Когда он остановился и посмотрел на меня, наши взгляды встретились. И будто вспышка — я вспомнила тот первый поцелуй здесь, в воде, его руки на моих бёдрах, то чувство, когда казалось, что время остановилось. Сердце сжалось. Я зажмурилась и нырнула, погружаясь в теплую толщу воды, будто пытаясь смыть с себя прошлое. Вынырнув, я молча вышла из бассейна и поспешила к себе в комнату. Я уже переоделась, когда в дверь тихо постучали. Вошла Элоди. — Ты так быстро ушла… Всё в порядке? — в её голосе звучала тревога. — Это из-за Ника? Я посмотрела на неё — на эти огромные, добрые глаза — и покачала головой. — Нет, Эли. Это из-за меня. Ник здесь ни при чём. — Оли, поговори со мной, — она подошла ближе, взяла мои руки в свои. — Не закрывайся. Ты не одна. Я рядом. Она беспокоилась обо мне, ведь мы столько пережили вместе... Я улыбнулась ей — устало, но искренне. — И я тебя люблю, — сказала я. — Просто… я не знаю, как объяснить всё, что происходит у меня внутри. Мне тяжело быть рядом с ним. Элоди вздохнула. — Ник по-прежнему не сводит с тебя глаз. Видно, что ему больно. Он переживает из-за того, что между вами случилось. Я кивнула. Конечно, я тоже это видела. Его взгляд теперь был другим — не дерзким, не страстным, а каким-то… потерянным. — Я всё вижу, Эли, — прошептала я. — Просто… то, что произошло, пусть и не кажется важным со стороны, для меня было болезненно. Наверное, я ожидала большего. От нас. От него… — А если дать ему ещё один шанс? — мягко спросила Элоди. — Один шанс тебе самой. Может, теперь всё будет по-другому. Я глубоко вздохнула. — Помнишь Маркуса? — слова сами сорвались с губ. — Мы ведь тоже казались счастливыми. Пока он не предал меня и не разорвал мою душу на куски. Я прикрыла лицо ладонями. Слёз не было — но внутри всё кричало. Не от обиды, а от усталости, от боли, которую я так долго носила. — Не сравнивай их, — твёрдо сказала Элоди. — Маркус был сволочью. И жизнь ему это вернёт. А Ник другой. Я покачала головой. — А если нет? А если я поверю… и всё повторится? Если, он тоже причинит боль? — впервые я произнесла вслух то, чего так боялась. Элоди сжала мои руки сильнее. — А если нет, Оли? — её голос звучал почти шёпотом. — Возможно, всё окажется так, как ты боишься. А может — даже лучше, чем ты можешь себе представить. Но ты не узнаешь, пока не позволишь себе попробовать. Она обняла меня, и я почувствовала, как напряжение уходит, хотя бы на миг. — Подумай об этом, ладно? — сказала она тихо. — Ладно, — я кивнула. — Время всё расставит по местам. В этот момент дверь распахнулась, и в комнату влетела Амелия, сияя как солнце. — Что вы тут затеяли без меня? — возмутилась она с притворной строгостью. Мы обе рассмеялись, и я обняла её так крепко, как только могла. — Спасибо вам, девчонки. Я вас безумно люблю, — сказала я, глядя то на одну, то на другую. — Не знаю, что бы я без вас делала. Эти двое знали обо мне всё — и всегда оставались рядом. И, наверное, именно в этом и была настоящая любовь. — Чем займёмся? А то, как-то скучно становится, — протянула Амелия, скрестив руки на груди и притворно нахмурившись. Мы с Элоди переглянулись и, как по команде, в один голос ответили: — Ночь кино! — Только фильм выбираю я! — радостно выпалила Мели, подпрыгнув на месте, словно ребёнок, которому пообещали подарок. Мы спустились на кухню: наложили на поднос кучу закусок, захватили попкорн, сырную тарелку, виноград и чипсы. Амелия, сияя, принесла две бутылки вина. Разлив одну по бокалам, мы уселись на диван, окопавшись под пледами. — Девчонки, сегодня без драм! — объявила Мели, включая комедию. — Хватит нам душещипательных историй. Сегодня — только смех! — Как скажешь, — одновременно ответили мы с Элоди и тихо рассмеялись. Фильм действительно оказался весёлым. Мы хохотали, перебивая друг друга комментариями, то споря, то обсуждая какие-то нелепые сцены. В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Ник. — А вот и наш киноманский штаб, — усмехнулся он, глядя на поднос с едой. — Что здесь происходит? — Привет, Ник! Присоединяйся! — весело отозвалась Элоди, показывая на свободное место рядом со мной. Уголки его губ дрогнули — лёгкая, почти незаметная улыбка мелькнула и исчезла. Он прошёл и сел рядом. — Вина хочешь? — предложила Амелия, покачав бокалом. Ник покачал головой. Запах его парфюма тут же заполнил всё вокруг. Тёплый, знакомый, слишком близкий. Я невольно закрыла глаза, и на секунду мне показалось, будто снова ощущаю вкус его губ… Девчонки переглянулись, и я заметила, как Элоди незаметно подмигнула Амелии. Да, они явно что-то задумали. Ник включился в просмотр — смеялся вместе с нами, отпускал язвительные, но забавные комментарии, от которых мы не могли удержаться от смеха. Ночь пролетела незаметно: несколько фильмов подряд, куча разговоров, закуски закончились, а вино — тем более. Проснувшись утром под мягким пледом, я почувствовала лёгкое дежавю. Голова покоилась на чьём-то плече, тёплые руки обнимали меня. Я приподняла взгляд — Ник. Он спал спокойно, его лицо было умиротворённым, почти мальчишеским. Моя рука сама легла на его грудь, и я ощутила, как ровно бьётся его сердце. Запах его кожи, лёгкий аромат сладкого и ветра… Он был рядом. Реально рядом. Ник пошевелился, открыл глаза и встретился со мной взглядом. Несколько секунд — и между нами будто снова замкнулась та же невидимая искра. Мы просто дышали, не отрывая глаз друг от друга. Он чуть сильнее прижал меня к себе, обнял, словно боялся, что я исчезну. И я позволила. …Он не оставит меня в покое.... Так мы и лежали — тихо, спокойно, почти счастливо — пока не раздался знакомый голос: — Доброе утро, киноманы! — простонала Амелия, держась за голову. — Срочно нужен кофе. Много. И желательно сразу. Мы рассмеялись. Элоди сонно потянулась и буркнула: — Ещё одно доказательство, что вино — не лучший спутник для ночных марафонов. Все поднялись, и мы направились на кухню. — Дамы, позвольте я позабочусь о вас, — сказал Ник, с лёгкой улыбкой отодвигая стулья. — Присаживайтесь. Он поставил на стол поднос с фруктами, печеньем и конфетами, затем принёс четыре чашки кофе, аромат которого разлился по всей кухне. Я сделала глоток — и невольно зажмурилась. — Это… великолепно. Спасибо, Ник. Он только кивнул, а я, не скрывая, наблюдала за ним. За каждым движением, каждым взглядом. Что-то изменилось, между нами, после этой ночи. Я не могла точно понять, что именно, но чувствовала — мы стоим на грани чего-то нового. Может, он тоже это ощущал? Может, думал об этом так же, как я? После завтрака все разошлись. Ник с Амелия поднялись к себе, а я с Элоди зашли ко мне в комнату. — Ну что, ещё одна ночь в объятиях друг друга, — протянула она с хитрым прищуром. — Ага, — усмехнулась я, проходя к письменному столу и открывая ноутбук. Я проверила почту — пусто. И впервые за долгое время я была этому рада. Мир мог подождать. Сегодня хотелось просто… немного тишины. Элоди быстро поняла, что я не в настроении обсуждать вчерашний вечер. Она начала рассматривать комнату — фотографии, постеры, аккуратно расставленные рамки на полках. — Оли… подожди, это же Додж моего брата? — удивлённо произнесла она, указывая на один из постеров. Я усмехнулась и покачала головой, будто не понимая, о чем она говорит. — Нет, это не его. Я просто когда-то сфотографировала похожую машину. С тех пор она преследует меня. Моё вдохновение. Моя мечта. Элоди подошла ближе, прищурилась. — Номера-то… знакомые, — протянула она, и уголки её губ поползли вверх. — Иди сюда, покажу тебе кое-что, — я позвала её, взявшись за мышку ноутбука. Открыв папку с названием «Мечта», я раскрыла перед ней целую коллекцию снимков — десятки фотографий того самого Доджа. Один и тот же силуэт, разные ракурсы, города, освещение. Элоди в изумлении провела пальцем по экрану. — Это всё… машина моего брата? Я кивнула, не скрывая лёгкой улыбки. — Маньячка, — с нарочитой серьёзностью сказала она. — Если ты про Додж, то да, абсолютно, — ответила я. — Я влюбилась в него с первого взгляда. С того дня, как увидела твоего брата за рулём этого Демона. У меня есть деньги, но пока ни одна машина не заставила сердце биться так же. Элоди лукаво приподняла бровь. — Может, спросить у него, не хочет ли он продать тебе — твою любовь? — Если он согласится… я, кажется, заплачу от счастья, — рассмеялась я, но где-то глубоко внутри почувствовала странное ощущение. Возможно, скоро я и правда смогу быть там, где хочу быть. Спустя час разговоров и шуток в комнату влетела Амелия: — Девочки, давайте к бассейну! Загар сам себя не сделает! Солнце стояло высоко, лениво переливаясь в волнах воды. Мы растянулись на шезлонгах у бассейна: Элоди и Амелия включили музыку, я устроилась с книгой, наслаждаясь теплом и покоем. Но вскоре этот покой нарушил шум — смех, шаги, голоса. Ник появился вместе с друзьями. С ними были Айрин и Джеймс. Все поприветствовали друг друга, и вскоре бассейн снова зажил весёлой жизнью. Я осталась на своём месте. Пряталась за страницами книги, словно за щитом, наблюдая за происходящим краем глаза. Ник не должен был заметить, что я смотрю на него… Но, как назло, именно в этот момент он вылез из воды. Солнечные капли стекали по его плечам. Я едва успела спрятаться за книгой, когда он подошёл ближе. — Оливия, ты не хочешь к нам присоединиться? — спросил он, наклоняясь чуть ближе, чем нужно. Его голос был тихим, почти бархатным. Я медленно опустила книгу и подняла глаза. На секунду — только на секунду — позволила себе рассмотреть его. Тело, загорелая кожа, этот взгляд, в котором всегда было слишком много всего. — Ммм… не думаю, — выдохнула я, снова глядя в страницы. — Я занята. — Может, сделаешь паузу? — он присел на край моего шезлонга. — Оли, пожалуйста… прости меня за всё. Я не хочу, чтобы между нами была стена. Если позволишь, я хотя бы буду другом. — Другом? — повторила я, не веря своим ушам. — Да. Просто другом. Я рядом. И обещаю… не обижу тебя больше. — Его рука легко коснулась моей. Мир на мгновение перестал существовать. Я слышала только биение своего сердца. Когда Ник дотрагивался до меня, всё во мне начинало гореть. — Интересное предложение, — тихо ответила я, глядя ему в глаза. — Так что? Присоединишься к нам? — он всё ещё держал меня за руку. — Возможно, если только… Я не успела договорить — Ник внезапно улыбнулся, и в следующее мгновение я оказалась у него на руках. — Ник! — успела только вскрикнуть, но он уже сделал шаг — и мы вместе нырнули в воду. Всё произошло мгновенно: всплеск, смех, холодное касание воды и его руки вокруг моей талии. Когда мы вынырнули, наши лица оказались совсем близко. Слишком близко. Мир застыл — ни звуков, ни слов. Только дыхание. Мне хотелось поцеловать его так, как никогда прежде… Но я отвернулась и поплыла к девчонкам. Мы плескались, смеялись, как дети, и я чувствовала, как моё сердце всё сильнее стучит где-то глубоко внутри. …Он не оставит меня в покое… В этот раз друзья Ника уделяли мне куда больше внимания, чем хотелось бы. «Кабели, не знающие слова нет,» — мысленно усмехнулась я, глядя, как они обступили меня своими неуместными комплиментами. Ник следил за происходящим внимательно, почти ревниво. Он был рядом, не вмешиваясь открыто, но отчётливо показывая всем границы дозволенного. Его взгляд говорил за него. И я понимала — он держит под контролем каждую деталь, каждое движение, каждое слово. Сегодня Элоди должна была уехать домой. Мы, втроём с ней и Амелией, поднялись ко мне в комнату. Эли сушила волосы, потом переоделась обратно в своё любимое платье. — Мел была права, — я взяла её за руку и повернула к зеркалу, — ты выглядишь просто потрясающе. — Спасибо, Оливия, — она улыбнулась, но в её взгляде мелькнула грусть. Обняв меня, Элоди шепнула тихо, почти касаясь губами моего уха: — У Ника к тебе чувства. Не отталкивай его, ладно? Ты заслуживаешь счастья… Я только кивнула. Она сказала то, что я и сама знала. Но счастье — вещь ускользающая, как песок между пальцев. Когда мы вышли, у ворот уже стояла машина. Элоди села внутрь, помахала рукой, и машина медленно скрылась за поворотом. День закончился. Я легла рано. Мир снов звал меня, обещая покой. Утро встретило ароматом розы. Открыв глаза, я увидела на соседней подушке алый цветок. Его аромат наполнял комнату — тёплый, густой, живой. Я улыбнулась. Это был Ник. Он не переставал удивлять. Он не оставит меня в покое… После душа я спустилась за вазой. Ник стоял на кухне, готовя кофе. — Привет, — бросила я коротко, стараясь не задерживать взгляд. Он ответил тем же. Я поднялась обратно, поставила розу в воду и долго смотрела, как солнечный свет играет на её лепестках. Сегодня я хотела тишины. Хотела побыть наедине с собой. С пледом на плечах, с книгой и телефоном в руках я вышла в сад. Генри, Амелия и Эмили как раз садились в машину — куда-то ехали. Я осталась одна. Разложив плед на траве, я устроилась поудобнее. Ветер тихо шевелил листву, солнце лениво скользило по коже. Я открыла книгу, но слова расплывались. Всё внимание притянул другой — тот, кто стоял у бассейна. Ник говорил по телефону, что-то бурно обсуждая. Его голос, его движения — уверенные, немного раздражённые, но притягательные. Я смотрела на него исподтишка, не в силах отвести взгляд. Я хотела его. Он восхитил меня утром — и теперь снова. Надежда, почти забытая, тихо проснулась внутри. Может, всё ещё возможно? Я закрыла книгу, легла на спину и посмотрела на небо. Сквозь ветви деревьев пробивались солнечные лучи — мерцающие, теплые, ласковые. Жизнь прекрасна. Чертовски прекрасна. Я думала обо всём: о том, что со мной случилось здесь, о Никe, о нас, о каждом взгляде, каждом касании. Эти мысли сводили с ума. Где-то глубоко теплилась безумная вера — что всё ещё может сложиться иначе. Я вставила наушники и включила музыку. Дышала ровно, глубоко. Мысли текли свободно: о будущем, о машине, о мечтах. Может, Элоди уговорит Кристиана продать свой Додж… Я представляла, как мчусь по берегу — ветер, солнце, дорога. Дом семьи Морел был миром, где всё текло иначе. Здесь жизнь была лёгкой, полной вкуса и красоты. Я хотела сохранить часть этого — себе. Дом у моря, сад, бассейн, машина, своя компания. Своё дело. Своё всё. Я чувствовала взгляд, даже не открывая глаз. Когда всё же посмотрела — Ник стоял рядом. Он присел, просто смотрел. Молча. Я вынула наушник, ожидая, что он что-то скажет, но он лишь опустился на плед и лёг рядом. Тихо забрал у меня один наушник и вставил его себе. Мы смотрели друг на друга. Время остановилось. Он взял мою руку, переплёл наши пальцы и легко поцеловал их. Его губы — мягкие, тёплые, осторожные. ...Мы не оставим друг друга в покое.