Глава 12. Обратный поезд

      Поезд отходил из Анапы в восемь вечера. Они приехали на вокзал загодя — билеты обратно были куплены ещё тогда, когда взяли туда, так что оставалось только ждать. Вера купила воды и пару пирожков с повидлом, Роман стоял у табло, проверяя платформу.       Перрон пах дизелем и жареным тестом. Вера вдруг почувствовала, как внутри медленно угасает то особенное, отпускное состояние. Туда — она ехала с надеждой, обратно — с чувством, похожим на тихую уверенность.       — О чём задумалась? — спросил Роман, отрываясь от телефона.       — О том, что август ещё не кончился. И что мы успеем ещё что-то до осени.       — Например?       — Например, повесить полку, — она улыбнулась. — И начать копить на Питер.       Он хмыкнул, убрал телефон.       — Погоди с Питером. Сначала проект доделаю. А там видно будет.       Она кивнула, не настаивая.

***

      В поезде они сидели друг напротив друга, у окна. Соседями оказались двое парней, ехавших в Краснодар, и молодая женщина с ребёнком. Вера села, пристроила рюкзак на верхнюю полку.       Поезд тронулся. За окном поплыли окраины Анапы — гаражи, частные домики, акации, а потом потянулись поля. Солнце садилось, окрашивая небо в розово-золотые тона.       — Ты как? — спросила Вера.       — Нормально. — Он понизил голос, чтобы соседи не слышали. — Знаешь, я вчера по дороге обратно подумал… про Ивана.       — И что?       — А то, что он не страшен. Если я сделаю свою работу хорошо, начальник сам увидит. А если нет… ну, значит, не судьба. Но я не буду бояться.       Она протянула руку через столик, сжала его пальцы.       — Вот это правильный настрой.

***

      Где-то в районе полуночи Вера проснулась от того, что поезд замедлил ход. Роман не спал — сидел у окна, глядел на тёмные поля, изредка освещаемые луной.       — Не спится? — спросила она тихо.       — Думается.       — О чём?       Он помолчал, потом ответил:       — О нас. О том, как хорошо было в Утрише. И о том, что я чуть не разрушил это всё из-за своей дурацкой гордости.       — Не разрушил же, — она села, подоткнула плед. — Мы ещё здесь.       — Да. — Он повернулся к ней, и в свете ночника его глаза казались почти чёрными. — Спасибо, что потащила меня туда. Если б не ты, я бы так и сидел в своей берлоге, боялся и ничего не менял.       — Для того и нужна команда, — ответила она. — Один толкает, другой идёт. А потом наоборот.       Он кивнул, потом вдруг сказал:       — Слушай, а давай в следующем году в начале июня. Клубника как раз поспеет. И можжевельник.       — И ты обещаешь, что мы увидим дельфинов?       — Обещаю.       Они засмеялись тихо, чтобы не разбудить соседей. А потом она снова легла, закрыла глаза, чувствуя, как вагон мерно покачивается, и в этом покачивании было что-то уютное, почти домашнее.

***

      Утром они проснулись в своём городе. Серое небо, прохлада, люди, спешащие по своим делам. Вера натянула кофту, поправила волосы.       — Ну, здравствуй, реальность, — сказала она.       — Здравствуй, — ответил Роман, беря её за руку.       Они вышли на перрон, и он не отпустил её ладонь. Даже когда взял билеты на выход. Даже когда они проходили через турникеты.       Люди толкались, спешили, но им было всё равно. Они возвращались домой, где ждала работа, Алиса с мамой по телефону и — да, лежала ещё та самая полка на подоконнике. Но теперь это казалось не проблемой, а просто задачей. Решаемой. Как и всё остальное.       По дороге в такси Роман смотрел в окно и молчал. Вера подумала, что он устал, и не стала нарушать тишину. Она не знала, что в его голове уже созрело решение — то, о котором он не скажет ей сейчас, потому что хочет сделать сюрприз. Она не знала, что через несколько дней он зайдёт в ювелирный, выберет кольцо и будет прятать коробочку в ящике с носками, дожидаясь правильного момента.       Она просто сидела рядом, чувствуя тепло его руки на своей, и верила — теперь уже спокойно, без нервов, — что всё будет хорошо.       Такси везло их по мокрым улицам. Шёл мелкий дождь, но Вере казалось, что светит солнце.