Глава 5. Змеиный узел.

Спустя ещё неделю подготовки и сборов информации команда Мари наконец выехала за первым соучастником. Решили начать с малого — с тату-салона. Прибыв на место, они оставили машины подальше, чтобы не привлекать внимания, и пошли пешком. Все были одеты в гражданское: ничего не должно было выдавать в них полицию. Когда здание показалось на горизонте, Мари заметила Тэхёна и Чонгука. — Вы уже здесь? — удивилась она. — Что-то вы долго, — отозвался Чонгук, поглядывая на часы. Мари тоже сверилась со временем: — Это вы рано… Ладно, держите. Она протянула им миниатюрные наушники. Парни молча приняли их и вставили в уши. — Это на всякий случай. Вдруг захотите побеседовать, — усмехнулась девушка, но тут же посерьёзнела. — Мы заходим с вами, — отрезал Тэхён. — Нет, это исключено. Заходим только мы впятером, — Мари указала на своих людей за спиной. — Мы так не договаривались, — нахмурился Чонгук. — Прости, но правила диктую я. Тэхён и Чонгук быстро переглянулись, обмениваясь немым сигналом. — Раз не согласны, значит, мы делаем по-своему, — бросил Чонгук. Он коротко ударил Тэхёна по плечу, и оба, игнорируя протесты, решительно направились к дверям салона. — Эй! Чёрт! — только и успела крикнуть им вслед Мари. Пятеро полицейских бросились следом, но парни были быстрее. Салон располагался в цокольном этаже. Спустившись по крутой лестнице, они замерли перед массивной дверью. Короткий кивок друг другу — и Тэхён рывком открывает её. Внимание всех присутствующих мгновенно переключилось на вошедших. К ним вальяжной походкой направился громила — выше и шире Чонгука. Вытирая руки полотенцем, он окинул их оценивающим взглядом. — Вы по записи? — Пак Хёнин здесь? — проигнорировал вопрос Тэхён. — Он у себя. А вы кто такие, нахрен, будете? Чонгук молниеносно перехватил его запястье. Рванув руку на себя, он увидел татуировку змеи. — Не повезло тебе, приятель, — усмехнулся Гук. — Кто ты, черт возьми?! — Громила вырвал руку. Работники повскакали с мест. Клиенты, почуяв неладное, ломанулись к выходу, пролетая мимо замерших в дверях полицейских. — Отвечай! — бандит толкнул Чонгука в грудь, но тот лишь ловко провел захват. — Очень жаль, что ты первым попался мне под руку. Развернувшись, Чонгук точным пинком захлопнул дверь прямо перед носом команды Мари, а Тэхён в ту же секунду подпер её тяжелым стулом. — Что?! Эй! Откройте немедленно! — донесся из-за двери яростный крик Мари и глухие удары. — Начнём, — коротко бросил Тэхён. Чонгук отпустил гиганта и тут же нанес серию сокрушительных ударов: сначала в левое ребро, затем правое и в челюсть. Громила рухнул на пол, как подкошенный. Чон лишь невозмутимо размял кулак. — Вот сволочи! — взревел кто-то из толпы. — Разберитесь с ними! Чего встали?! — Тренировки не прошли даром, форму держишь, — хмыкнул Тэхён, резким взмахом раскрывая телескопическую дубину. — Обчистим тут всё, — отозвался Чонгук. Двое «спортсменов» приняли на себя удар. Они работали слаженно: Тэхён бил дубиной по уязвимым точкам и мышцам, вплетая в связки хлесткие удары из тхэквондо. Чонгук же действовал грубее — два удара, и противник в нокауте. Поняв, что Чон опаснее, бандиты окружили его толпой. Пока он расправлялся с теми, кто был впереди, сбоку прилетело арматурой. Удар пришелся прямо по скуле. — Ублюдок… — прошипел Чонгук. Резкий левый хук — и нападавший отлетел в сторону. Остальные бандиты, завидев его бешеный взгляд, начали медленно пятиться, вставая в стойки. — Я думал, будет быстрее… Чёрт. Чон вытер кровь, сочившуюся из рассеченной скулы, и кивнул Тэхёну в сторону дальней комнаты. — Уверен? — спросил Тэхён, на мгновение задержавшись. — Мне это и нужно. Иди! Встав в боевую позицию, Чонгук выдохнул и первым бросился в атаку, принимая весь гнев толпы на себя. Тэхён, воспользовавшись моментом, проскользнул мимо. Он прокладывал себе путь дубиной, оставляя позади стонущих на полу противников. Взлетев по лестнице на второй ярус, он с корнем вынес ветхую дверь кабинета. Внутри мужчина в дорогом костюме уже наполовину вылез в окно. — Куда-то собрался? — Твою мать! — Пак Хёнин в панике сорвался вниз. Тэхён бросился к окну, но успел лишь задеть пальцами подошву его туфли. — Чёрт! — Парень прижал палец к наушнику. — Пак Хёнин выпрыгнул из окна с тыльной стороны здания! Преследуйте его! — Пак Хёнин выбежал через окно! Преследуйте! — выкрикнул Тэхён в рацию. — Всем на выход! — скомандовала Мари. Команда оперативников пулей вылетела из подвала, рассредоточившись по обе стороны здания для перехвата. Тэхён быстро спустился обратно в зал и замер: Чонгук как раз добивал последнего из бандитов. — Охренеть… — выдохнул Тэхён. Чон, тяжело дыша, откинул голову назад, пытаясь расслабить забитые мышцы, а затем посмотрел на друга. Только сейчас Тэхён заметил, как сильно у младшего разбито лицо — кровь из скулы заливала шею. — Убежал? — коротко бросил Чонгук. — Когда я зашёл, он уже наполовину вылез наружу. — Чёрт! Эти оперативники его не догонят, — Гук пнул рядом стоящий стул и упёр руки в бока. — Идём, может, успеем перехватить. Тэхён отшвырнул стул, блокировавший дверь, и оба сорвались с места. Выбежав на улицу, Тэхён зажал наушник: — Мари? Где вы?! Ответ пришёл лишь через несколько секунд. Девушка говорила прерывисто, дыхание сбивалось от бега: — Преследуем по Каннам… у кофейни «Альвер»… движемся на север! — Обойдём и выйдем прямо на них! — скомандовал Чонгук. Они рванули наперерез, сокращая путь через узкие подворотни и лестничные пролеты. — Иди в ту сторону, я налево! — крикнул Гук на развилке. — Как увидишь — сообщай! Парни разделились, проверяя каждый угол и щель. Добежав до очередного переулка, Чонгук замер, сканируя местность. По его расчетам, Пак должен был пробежать именно здесь. В наушнике тем временем нарастал хаос: — Кто-нибудь его видит? — Чёрт, упустили! — Всем искать! Немедленно! — надрывалась Мари. Пока в ухе звучали панические голоса, Чонгук оставался предельно сосредоточен. Вдруг в боковом проходе мелькнул силуэт — мужчина в костюме, точь-в-точь как на фото из дела. — Попался, — хищно прошептал Чон. Он сорвался с места. Чонгук всегда был самым быстрым: и в школе, и в университете, и на чемпионатах. Сейчас он бежал на пределе возможностей, сокращая дистанцию за считанные секунды. Пак Хёнин, заметив погоню, попытался ускориться, но силы окончательно покидали его. Чонгук настиг его в два прыжка и мощным ударом ноги в спину впечатал в асфальт. Мужчина проехал по земле несколько метров, обдирая в кровь лицо и руки. Парень замедлился, остановился над поверженным врагом и, тяжело дыша, коснулся наушника: — Взял. — Где вы?! — тут же отозвалась Мари. — Чон, скажи место! — потребовал Тэхён. Вместо ответа Чонгук просто вытащил наушник из уха. Ему не нужны были лишние голоса.  — Далеко надеялся убежать? — в голосе Чонгука звенел холод. — Что... что тебе нужно?! — Пак Хёнин пытался отползти назад, загребая ладонями пыль. Чон подошёл вплотную, присел на корточки и рывком задрал рукав его рубашки. Татуировка змеи зловеще блеснула на свету. — Неужели твой босс не рассказывал обо мне? — с усмешкой спросил он. Не дожидаясь ответа, Чонгук схватил мужчину за шиворот и с мощного замаха впечатал кулак в его лицо. — Ты нам многое расскажешь, так ведь? — Я ничего не... — начал было Пак, но новый удар заставил его захлебнуться словами. Чонгук бил методично и сильно. От такой мощи мужчина быстро впал в состояние шока, перестав соображать, где находится. — Не пытайся врать, псина, — прорычал Чон. Он снова замахнулся, но сзади раздался резкий крик: — Стой! Чонгук обернулся. К ним, задыхаясь, бежала Мари. Она на ходу бросила рапорт в наушник и через пару секунд уже стояла рядом. Парень нехотя разжал пальцы, выпуская обмякшее тело, и поднялся во весь рост. — Ты совсем больной?! — выпалила Мари. Она с размаху ударила его кулаком в живот. Чонгук даже не шелохнулся, а девушка лишь почувствовала, насколько каменный у него пресс. — Мари, мне и так сегодня прилетело, зачем и ты бьешь? — он указал на свою разбитую скулу. Девушка обеспокоенно цокнула языком. Она перевела взгляд на бесчувственного Пак Хёнина, потом снова на Чона. Её пальцы осторожно коснулись его лица. — Придурок... Что вы устроили? Кровавую бойню?! Тут подоспели остальные полицейские. Увидев избитого Пака и залитого кровью Чонгука, они замерли в онемении. — Раз у вас такие лица здесь, то в тату-салон вам лучше вообще не заходить, — бросил Гук, заметив их взгляды. — Это точно... — Тэхён, подошедший следом, неловко почесал затылок. Полицейские привели Пака в чувство и защелкнули на его запястьях наручники. Мужчина озирался по сторонам мутным взглядом. — Что... где я...? Все присутствующие медленно взглянули на парня — Это просто шок, — хладнокровно пояснил Чонгук, складывая руки на груди. Мари снова попыталась осмотреть его рану, и парень невольно дернулся. — Ащ! Больно же. — Как ты вообще умудрился стать чемпионом, если пропустил такой удар?! — возмутилась она, хотя в глазах читалась тревога. — Меня со всех сторон зажали, он подтвердит, — Чон кивнул на Тэхёна, и тот согласно закивал. — Ладно, о том, что вы там устроили, я поговорю с вами позже, — отрезала Мари, хотя гнев в её голосе уже сменился усталостью. Спустя десять минут они вернулись к тату-салону. Задержанный уже сидел под замком в фургоне. Но когда команда зашла внутрь помещения, работа парней заставила их снова застыть на пороге. Салон выглядел так, будто через него прошел мощнейший торнадо.  — Вы что за наемные киллеры такие?.. — прошептал один из оперативников, оглядывая зал. Ни один из тех, кто лежал на полу, не шевелился. Боль была такой, что они даже не пытались встать или сбежать. Мари перевела взгляд на спортсменов — те с довольными ухмылками оценивали масштаб разрушений. — «Ослаб», говорила? — подколол её Чонгук. — Вот придурки... ащ! В итоге в салон пришлось вызывать дополнительные наряды и скорую: задержанных нужно было подлечить, прежде чем везти в изолятор. Тэхён поехал сопровождать колонну, а Мари и Чонгук остались у входа. — Бесишь! — Мари снова замахнулась на него, но в последний момент опустила руку. — Перестань. Зато я облегчил вам работу. — Да я не об этом! Она резко схватила его за руку и потащила к его же машине. — Эй, ты чего творишь? — удивился Чон, едва успевая переставлять ноги за её быстрым шагом. Как только двери разблокировались, Мари нырнула в багажник, нашла там аптечку и, не говоря ни слова, кивком приказала парню сесть на край багажного отделения. — Ты злишься, что мы всё провернули сами? — спросил Чонгук, наблюдая, как она нервно перебирает бинты и антисептики. — Ты понимаешь, что получил удар арматурой?! — выпалила она, наконец подняв на него глаза. — И? — Ты серьезно?! Чон замолчал, глядя в её глаза, полные неподдельного страха за него. — Они могли ударить чуть выше. По виску или по шее... и тогда ты бы не отделался просто ссадиной! — Мари вздохнула, пытаясь унять гнев, и принялась обрабатывать рану. Её взгляд упал на его руки. Бинты на кулаках пропитались алой кровью — костяшки были сбиты в кровь. — Думаешь, я бы позволил тебе зайти туда первой? — тихо спросил Чон. — Это моя работа, в первую очередь! А вы — гражданские помощники, так что даже не спорь со мной! — Сама видишь итог. Если со мной такое случилось, что бы они сделали с тобой? — Если бы вы не заперли дверь, как сговорившиеся школьники, нас бы было больше! — Мари говорила почти на одном дыхании, не отрываясь от работы. — Мы бы управились быстрее, и этот урод бы не сбежал. Но я забыла, что вы — два упёртых спортсмена, которым вечно нужно что-то доказывать... Она на мгновение замерла, глядя прямо ему в душу. — Да ты просто псих, Чон Чонгук. Скула уже заметно опухла, но Мари удалось остановить кровь. Она осторожно начала наносить заживляющий крем. — Боже... Как ты вообще тренера своего слушался? Теперь понятно, почему он попросил меня присмотреть за вами. Он же предупреждал, что вы сумасшедшие... Господи. На губах Чонгука появилась слабая улыбка. Заметив её, Мари замерла с тюбиком в руках. — Тебе смешно? Придурок... Она покачала головой и вернулась к пластырям. — Вот сиди и молчи. Скажешь еще хоть слово — и я сама тебя прибью. Больше вы никуда не поедете, раз не умеете работать в команде. Ясно? Она аккуратно заклеила рану и в конце почти невесомо провела кончиком пальца по краю пластыря, проверяя, плотно ли он сидит. В этот момент Чонгук перехватил обе её ладони в свои. — Ещё что-то? Или это всё, что ты хотела сказать? — его голос стал непривычно мягким. — А ты что, продолжения хочешь? Я могу, — фыркнула Мари, пытаясь высвободить руки. — Мари, ты забыла? — Что я забыла? Что? — Я всё еще действующий чемпион WBC, — напомнил Чонгук, и в его голосе прозвучала стальная уверенность. Мари лишь усмехнулась, снова качая головой, но он не дал ей перебить: — Я любого уложу в спячку. И уж точно никому не позволю тебя обидеть. Её взгляд моментально смягчился. Она хотела поспорить, но слова застряли в горле. — Эта рана — ерунда, — продолжал Чон. — У этих сопляков нет и доли моей силы. Им повезло только из-за количества, да и то они едва смогли меня зацепить. Я моментально исправился и за две минуты нокаутировал всех. Меня просто нужно было взбесить. На последних словах он сделал акцент и хищно улыбнулся. — Когда я злюсь, я дерусь лучше. Так что этот удар меня даже взбудоражил. — Всё равно это было глупо и опасно, — упрямо повторила Мари, хотя её тон уже не был таким колючим. — Ты не права. Это было самое легкое, — отрезал Чонгук. Его лицо стало серьезным. — Послушай, чем дальше мы зайдем, тем опаснее будет. А к концу... я не позволю, чтобы там был кто-то из вас. Ни ты, ни даже Тэхён. Я сам лично всё это закончу. Мари вскинула подбородок: — Не тебе решать, буду я в этом финале или нет. — К счастью, мне. — Сначала дойдём до туда. Парень, поджав губы, спрыгнул с багажника. Он оказался так близко, что Мари пришлось сделать шаг назад. — Кстати, бегаешь ты не очень-то и быстро, — вдруг подколол он её, меняя тему. — Нашел, что говорить в такой момент! — Она с силой толкнула его в бок и направилась к пассажирской двери. — Поехали. Его скоро привезут на допрос. — Слушаюсь, капитан, — хмыкнул он. Чон захлопнул багажник и обошел машину. — Голова не болит? Сможешь вести? — обеспокоенно спросила Мари, уже садясь в салон. — Всё хорошо, Ким. — Уверен? — Да сядь ты уже. Как только они оказались в машине, Мари снова начала: — Тебе всё равно нужно будет заехать в больницу... — Ты лучше переживай о том, что я могу прямо в участке убить этого ублюдка, — перебил её Чонгук. Он достал сигарету, щелкнул зажигалкой и выпустил густой дым в приоткрытое окно. Мотор взревел, и машина сорвалась с места, направляясь в сторону полицейского участка.

***

Свет в комнате допроса был тошнотворно-белым, превращая лицо Пак Хёнина в бледную, безжизненную маску. Мари вошла резко, с шумом бросив на стол папку. Фотографии рассыпались веером: черные чернила на коже, запечатленные в моргах и на местах задержаний. — Красивые змеи, — Мари придвинулась ближе, облокотившись на стол и вглядываясь в лицо задержанного. — Твоя работа? И твоих парней? Пак Хёнин лениво рассматривал свои ногти, под которыми забилась краска и засохшая кровь. Его дорогой смокинг превратился в грязное тряпьё. — Я художник, офицер. Кто заходит в мой салон и зачем — не моё дело. — Я думаю иначе, — отрезала Мари. — Если каждый второй с этой татуировкой заканчивает жизнь в бетонном блоке или с пулей в голове, это уже статистика. Ты — часть преступной группировки. Кан Тэсан не просто клиент. Ты — один из его людей, управляющий этим притоном под видом салона. От тебя многого не требуется… Расскажи, где прячется Тэсан? Мужчина вдруг тихо рассмеялся. За односторонним стеклом в тени стояли Чонгук и Тэхён. Чонгук, скрестив руки на груди, внимательно следил за каждым микро-движением Хёнина. Его кулаки периодически сжимались, отзываясь ноющей болью в сбитых костяшках. Тэхён стоял чуть поодаль; его взгляд был холодным и отстраненным, словно он читал открытую книгу. — Она давит не на те рычаги, — тихо заметил Чон, не оборачиваясь к офицерам из команды Мари. — Посадить тебя на пожизненный срок мне не составит труда, — продолжала давить Мари. — Ты ведь представляешь, в какую тюрьму отправишься? Тэсан тебя оттуда не вытащит. Ты для него — расходный материал, которым он метит своих людей, как скот. Говори, где он! Хёнин наконец поднял глаза. В них не было страха — только пустота и едкая насмешка. — Вы ищете змею, офицер Ким… Но змеи не оставляют следов. Они просто сбрасывают старую кожу. Он замолчал. Сколько бы Мари ни угрожала сроками и последствиями, Хёнин не проронил ни слова. Он знал: молчание стоит дорого, но предательство Тэсана — еще дороже. За стеклом Чонгук едва заметно усмехнулся. Тишина в комнате допроса стала слишком густой. — Посмотри на него, — негромко произнес Гук, кивнув на татуировщика. — Он не просто молчит. Он наслаждается процессом. Мари думает, что зажала его в угол, но для него это сцена. Он чувствует себя героем. Тэхён, до этого неподвижно стоявший в тени, сделал шаг вперед. Свет из коридора подчеркнул его острые, почти нереальные черты лица. Он игнорировал суету оперативников с протоколами. Его взгляд был прикован к пальцам Хёнина, которые ритмично, едва слышно постукивали по столу. — Думаю, нужно было начинать по-другому, — отозвался Тэхён. Его голос звучал спокойно, но в нем отчетливо лязгнула сталь. — Она хочет напугать его законом, но этот ублюдок боится не тюрьмы, — голос Тэхёна в полумраке операторской звучал почти зловеще. — Он боится того, кто научил его рисовать этих змей. Один из офицеров команды Мари обернулся, раздраженно нахмурившись: — Слушайте, парни, вы здесь как консультанты, а не как критики. У нас есть улики, связь с Тэсаном практически доказана... — Улики? — Чонгук наконец перевел тяжелый взгляд на полицейского, и тот невольно осекся. — Вы нашли у него чернила и иглы. А у Кан Тэсана в руках весь город. Пока Мари пытается выжать из него хоть слово, Пак Хёнин просто ждет, когда его адвокат или «чистильщик» Тэсана переступит порог этого участка. — Бесполезно, — добавил Тэхён, не отрывая глаз от допроса. — Он не сдаст хозяина, потому что верит: Тэсан вытащит его отсюда. — Или убьет прямо в камере, — жестко закончил Чон. — Для Пак Хёнина молчание — единственный способ дожить до утра. В этот момент дверь комнаты допроса с грохотом распахнулась. Мари выскочила оттуда, тяжело дыша от ярости. — Ни черта! — бросила она, не глядя на присутствующих. — Он словно в трансе после твоих ударов, Чон! — Он не в трансе, Мари. Чонгук и Тэхён одновременно посмотрели через стекло. Пак Хёнин теперь сидел, открыто улыбаясь прямо в камеру наблюдения. — Он думает, что мы уже проиграли, раз не смогли выдернуть информацию сразу, — тихо произнес Тэхён. Мари отошла на пару шагов, чтобы перевести дух и вернуться к Паку с новыми силами. Чонгук воспользовался секундным замешательством офицеров. Прежде чем кто-то успел его остановить, он рванул на себя дверь и вошел внутрь, оставив Мари в полном замешательстве. Тэхён не двинулся следом. Вместо этого он встал в дверном проеме, перекрывая обзор остальным офицерам и самой Мари. — Дайте им минуту, — лениво бросил он оперативникам, хотя взгляд его оставался стальным. — Уверяю, мы закончим быстрее. В комнате допроса Пак Хёнин даже не поднял головы, решив, что Мари вернулась для очередного раунда криков. — Я же сказал, офицер, я не… Договорить он не успел. Чонгук в один шаг преодолел расстояние и, не размениваясь на слова, нанес резкий профессиональный удар в челюсть. Мужчина вместе со стулом отлетел к стене, с грохотом рухнув на пол. В глазах татуировщика мгновенно вспыхнул первобытный ужас. Этот холодный блеск в глазах Чонгука он запомнил навсегда: часами ранее этот парень едва не переломал ему ребра и отправил в нокаут парой движений. Сейчас Хёнин понял окончательно: этот человек не будет зачитывать права. Чонгук перемахнул через стол, схватил Пака за воротник и рывком поднял на ноги, прижимая к стене. Он заговорил тихо, но от этого шепота у мужчины по коже пошли мурашки: — Здесь нет камер со звуком, а офицеры за стеклом сейчас очень заняты. Вспомни наше сегодняшнее знакомство… Хочешь, чтобы я закончил то, что начал в переулке? Хёнин судорожно сглотнул, чувствуя, как во рту разливается вкус крови. Страх перед Тэсаном был велик, но Чонгук был здесь, прямо перед ним, и его кулаки были реальнее любой призрачной угрозы банды. — Стой… подожди! — прохрипел Пак, выставляя перед собой дрожащие руки. — Я не знаю, где он прячется постоянно, он всегда меняет точки. Но у него встреча в порту… Склад номер семь! — Когда? — Чонгук сдавил его горло сильнее, отчего зрачки Пака расширились до предела. — Завтра в полночь! Он… он встречается с кем-то из Пекина. Чонгук еще секунду удерживал его, всматриваясь в лицо, а затем резко отпустил. Хёнин сполз по стене на пол, жадно хватая ртом воздух. Чонгук вышел из комнаты, поправляя куртку с таким видом, будто просто заходил спросить время. Тэхён, стоявший «на шухере», лишь приподнял бровь, глядя на ошарашенную Мари и застывших полицейских. — Порт. Склад номер семь, — бросил Чонгук, проходя мимо команды. — Проверьте. Кажется, он внезапно вспомнил о своем гражданском долге. Парень демонстративно размял кулак и направился к выходу, не дожидаясь реакции. Тэхён молча последовал за ним. Ближе к полуночи, пока Мари в кабинете руководства пыталась оправдать «методы» своих консультантов и спорила о законности допроса, Чонгук и Тэхён уже сидели в черном «Порше». Им не нужны были приказы и мобилизация групп захвата. Рев мотора разорвал тишину парковки, и машина сорвалась в сторону портовых доков. — Он раскололся слишком быстро, — заметил Тэхён, глядя в окно на мелькающие огни ночного города. — Ты напугал его, это факт, но такие, как Хёнин, всегда страхуются. — У него не было выбора, — коротко ответил младший, крепче сжимая руль. В это же время в полицейском участке, пока Ким Мари в соседнем кабинете яростно заполняла протоколы, один из офицеров — тот самый, что работает на Кан Тэсана — зашел в туалет. Достав одноразовый телефон, он быстро набрал сообщение: «Хёнин сдал седьмой склад. Хвост уже выехал. Меняйте точку». Сообщение было доставлено мгновенно. Почти сразу в сейфе для вещдоков начал вибрировать телефон Пак Хёнина, принимая ответную команду. Когда машина затормозила у доков, вокруг не было ни одной живой души. Время прошло полночь. Порт казался вымершим. — Разделяться не будем. Опасно, — бросил Чонгук. Тэхён согласно кивнул и приготовил дубину. Чонгук поправил бинты на кулаках и с силой сжал их, чувствуя, как адреналин закипает в крови. — Идём. Подходя ко входу на склад, Тэхён выбил дверь одним мощным ударом. Но по ту сторону их встретила лишь звенящая, издевательская пустота. На бетонном полу, прямо в центре круга от прожектора, лежал свежий окурок. От него еще шел тонкий сизый дым. Тэхён подошел к нему и медленно придавил подошвой дорогих кроссовок. — Мы опоздали ровно на пять минут! В этот момент у Чонгука в кармане зазвонил телефон. Это была Мари. Её голос дрожал от напряжения и осознания провала: — Чон, они узнали! Нас выдала крыса в участке. — Да, мы это уже заметили, — глухо отозвался Чонгук, глядя на дымящийся окурок. — Склад — это ловушка или просто отвлекающий манёвр, — Мари тяжело вздохнула в трубку. — У вас там всё в порядке? — Узнай как можно скорее, кто из ваших людей «крыса» этого ублюдка, — проигнорировал её вопрос Чон. — Это не так быстро… — Займись этим сейчас же — бросил он и, не дожидаясь ответа, сбросил вызов. Парни стояли посреди пустого ангара. Здесь не было ни засады, ни контейнеров, ни людей Тэсана. Только голые бетонные стены, эхо их собственных шагов и едкий запах морской соли. — Хёнин не соврал про склад, — констатировал Тэхён, обводя помещение холодным взглядом. — Он просто обеспечил Тэсану время, а их «крот» в участке подчистил всё остальное. Чонгук с силой ударил кулаком по железной балке. Металл отозвался гулким, вибрирующим стоном. — Он знал, что полиция не даст ему уйти просто так. Пока Мари воевала с руководством за ордер, кто-то из её коллег уже отправил сигнал. И Тэсан просто растворился. В это время в участке Мари замерла у окна, глядя на опустевшую комнату допроса. Она злилась, считая, что они упустили шанс из-за медлительности системы, и не замечала, как один из её офицеров спокойно убирает в карман запасной телефон, доложив все своему боссу. Он вернулся к своему столу с абсолютно невозмутимым видом. Крот сработал чисто: Тэсан получил предупреждение раньше, чем Чонгук успел нажать на газ. Оба парня вышли на пирс. Тёмная вода залива лениво билась о сваи, скрывая в своих глубинах все секреты этой ночи. — Мы в тупике, — подытожил Тэхён. — Хёнин чист перед законом: он дал наводку. То, что она оказалась пустой — не его вина. — А этот ублюдок сейчас празднует свою неуловимость в месте, о котором мы даже не догадываемся, — процедил Чонгук. Они остались ни с чем. След Кан Тэсана простыл, а единственная ниточка оборвалась в тишине этого пустого порта. Хёнин оказался куда умнее, чем они думали. Он выдал правду, которая мгновенно стала ложью благодаря третьему лицу. Он знал, что делает, с самого начала.

***

Черная машина Кан Тэсана стояла в тени заброшенного ангара, окруженный тремя внедорожниками. Вокруг, в идеальном полукруге, выстроились молчаливые фигуры в темных костюмах.. В центре этого круга, на коленях в холодной липкой грязи, дрожал Пак Хёнин. Тэсан вышел из машины медленно, поправляя полы идеально выглаженного пальто. Он не выглядел рассерженным. Он выглядел разочарованным, что было куда страшнее.  — Господин Пак, — негромко произнес он, подходя вплотную. Носком лакированного ботинка Тэсан аккуратно приподнял лицо татуировщика за подбородок. — Ребята говорят, ты «поплыл» в участке. Сдался какому-то парню. — Босс, это был маневр! Я выигрывал время! — голос Хёнина сорвался на хрип. Тэсан обернулся к своим людям, и по его губам скользнула едва заметная змеиная усмешка. — Он называет это маневром. А я называю это трещиной в фундаменте, — Тэсан снова посмотрел на Пака. — Если игла в твоих руках дрогнула перед этим ублюдком Чонгуком, значит, ты больше не можешь клеймить моих людей.  Тэсан коротко кивнул. Двое подчиненных мгновенно схватили Пака за плечи, с силой выламывая руки назад. Кан Тэсан достал из кармана раскладной нож.  — Твои руки — твой капитал, верно? — Тэсан внезапно перехватил правую кисть Хёнина, сжимая пальцы так, что послышался сухой хруст костей. — Но раз теперь они принадлежат полиции и страху перед ним… Ах, даже не так. Страху перед каким-то бывшим боксером… Это унизительно. Знаешь, такие руки мне больше не нужны. Тэсан не стал убивать его на глазах у банды. Это было бы слишком милосердно. Коротким, выверенным движением он сломал Хёнину рабочую кисть, а затем ножом глубоко перечеркнул ладонь крест-накрест, уничтожая сухожилия. — Теперь ты не художник, — холодно бросил Тэсан, вытирая окровавленные руки шелковым платком. Мужчина рухнул в грязь, заходясь в крике от невыносимой боли. — Ты просто напоминание для остальных, что бывает за предательство. Я не убиваю тебя, ты был славным рабом. Но если ты еще раз попадешься мне на глаза — превратишься в мешок с органами. Тэсан развернулся к своим людям, которые наблюдали за экзекуцией с каменными лицами. — Бросьте его у любой больницы. Пусть живет и помнит: язык может спасти жизнь на час, но руки кормят тебя вечно. Уезжаем. У нас новая точка сбора, о которой не узнает даже Господь Бог. Черный кортеж сорвался с места, растворяясь в ночи. Искалеченного Хёнина грубо зашвырнули в одну из машин, оставляя его один на один с осознанием того, что его жизнь как мастера и как человека закончилась в эту самую секунду.

***

— Надо было дождаться нас! Почему вы всегда лезете наперёд? — набросилась на парней Мари, едва они встретились на улице у участка. — Я поражаюсь тому, что у вас под носом работает человек Кан Тэсана, а вы в упор его не видите! — Чонгук не просто говорил, он буквально кипел от ярости. Тэхён и Мари видели, как ходят желваки на его скулах. — Мы не можем обвинить каждого встречного без доказательств! — выкрикнула в ответ девушка. — Мы понятия не имеем, кто этот человек. — Так узнайте! — Чонгук сорвался на крик. — Вы расследуете сложнейшие дела, а очевидных вещей под носом не замечаете?! Из-за вашей ошибки мы сегодня провалили всё! — Чон, это только первый день нашей активной фазы, — попытался вмешаться Тэхён, положив руку приятелю на плечо. — Это не имеет значения, Ким Тэхён! — Чонгук сбросил его руку и резко повернулся к Мари, вскинув руки. — Если так будет продолжаться, мы добьемся ровным счетом ничего. И уж поверь мне, Мари: следующие информаторы теперь даже под дулом пистолета ничего не скажут. Потому что Пак Хёнина, скорее всего, уже убили за предательство! — И ты считаешь, что в этом виновата я?! — Мари сделала шаг вперед, не желая отступать. — Это вина всей вашей команды. И твоя в том числе, — он обвиняюще ткнул пальцем в её сторону. Мари горько усмехнулась: — Вот как? Я делаю всё, чтобы помочь этому делу, а в итоге крайняя? — Была договоренность! — Чонгук снова перешел на рык. — Ни одна душа за пределами вашей группы не должна была знать о задержании. И что вышло? Знает весь участок! Весь! Мари открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле — ей нечего было возразить. В этот момент Тэхён решительно встал между ними, закрывая Мари собой. — Чон, посмотри на это с другой стороны. Может, нам это на руку? — его голос звучал пугающе спокойно. — Они думают, что хитрее нас, но мы можем использовать это все против них же. Мы знаем, что у них встреча с китайцами. И мы не можем быть уверены, что Хёнина убили. Если есть хоть шанс, что он жив — мы найдем его и доломаем. Чонгук вдруг коротко и зло рассмеялся. Этот смех не предвещал ничего хорошего. — Знаете что? Забудьте, — он поправил куртку и посмотрел на них. — Ты, Тэ, иди и занимайся своей работой. А ты, Мари... просто забрось это дело. Нам не быть командой. Я сам всё закончу. — Ты не будешь сам что-то предпринимать! — Мари почти преградила ему путь. — Я всё сказал. — Если ты думаешь, что мы оставим это дело только потому, что ты так решил, — ты глубоко ошибаешься, парень, — вставил Тэхён, чеканя каждое слово. — В одиночку это слишком опасно. Мы оба представляем, сколько у Тэсана людей. Ты не справишься один. — И дай мне время, — добавила Мари тише, но жестче. — Я узнаю, кто этот пёс Кан Тэсана в участке. И в ту же секунду отправлю его гнить в тюрьму вслед за его боссом. Чонгук тяжело вздохнул, переводя взгляд с одного Кима на другого. Его плечи наконец немного расслабились, хотя кулаки всё еще были сжаты. — Последняя попытка, — бросил он. Он уже развернулся, чтобы уйти, но Мари внезапно перехватила его за руку. Тэхён мгновенно обратил на это внимание, задержав взгляд на их руках. — Твои руки, Чон… — начала она. — Я сам обработаю. — Идем в участок, там есть нормальная аптечка и… — Мари, хватит, — перебил он её, но руку не вырвал. — Езжай домой и отдохни. — Мы поедем в больницу, там всё сделают как надо, — подытожил Тэхён. Мари отпустила его ладонь и вздохнула: — Я понимаю, что вы злитесь, но меня этим не напугать. Так что, Чон, не упрямься. В каждом расследовании что-то идет не так. Преступника не ловят за день, и даже не за три. На это нужно время, поверь моему опыту. А сейчас, раз уж мы завершаем первый день расследования, я поеду с вами. Мы теперь команда, если вы еще не поняли. Она коротко толкнула обоих в плечи, разгоняя напряжение, и решительно зашагала к своей машине. Парням ничего не оставалось, кроме как молча последовать за ней. В больнице с процедурами закончили быстро: скулу Чонгука обработали, а костяшки заново перебинтовали. Уходя из приемного покоя, Чон на мгновение остановился. — Стоит проверить каждую больницу в городе, — негромко произнес он. — Вдруг Хёнин поступил к ним. — Займемся этим завтра же с самого утра, — согласился Тэхён. Все трое синхронно кивнули друг другу и вышли из здания в холодную ночную тишину.