Эпизод 1. Глава 9 «Опять...»

Соня провалилась в сон быстро. Ей снилось что-то тёплое и бесформенное — может, пляж, может, детская комната, может, просто ничего. А потом пришёл бункер. Она снова стояла в том коридоре — бетонные стены, ржавые трубы, капающая вода. Только теперь не одна. Рядом никого не было, но она знала — он где-то здесь. Тот, кто шёл за ними в прошлый раз. Шаги. Медленные, тяжёлые. Она побежала. Но ноги не слушались — будто вязли в бетоне. Коридор тянулся бесконечно, сворачивал, петлял, и каждый раз, когда ей казалось, что она вырвалась, шаги становились ближе. — Соня… Голос. Не её имя — просто звук. Шёпот, который шёл из стен, из пола, из темноты. — Иди сюда… Она хотела закричать, но не могла. — Иди сюда… мы ждём… Она проснулась с криком. Саша тоже проснулся — рядом, дёрнулся, схватил её за руку. — Соня! Что? Она тяжело дышала, смотрела в потолок, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Футболка промокла насквозь. Простыня под ней была мокрой — не от того, что было ночью, а от холодного пота. — Кошмар, — выдохнула она. — Опять бункер. Саша молчал. Он сидел, опершись спиной о спинку кровати, и лицо его было бледным даже в утреннем свете. — Тебе тоже? — спросила Соня, глядя на него. — Тоже, — сказал он. — Я шёл по коридору. Один. И кто-то говорил… шептал. — Что говорил? Саша посмотрел на неё. В его глазах было что-то, чего она раньше не видела. Страх. — «Приходи сюда. Мы ждём». Соня похолодела. — Мне то же самое, — сказала она. — Те же слова. Они сидели в тишине. За окном уже светало — серое, весеннее утро, с птицами и редкими машинами. Но в комнате было холодно, хотя батареи работали. — Это не просто совпадение, — сказал Саша. — Я знаю. Она откинула одеяло, встала. Ноги дрожали. Она прошла на кухню, выпила стакан воды. Саша пришёл следом, обнял её сзади, положил подбородок на плечо. — Мы выбрались оттуда, — сказал он. — Всё нормально. — Нормально? — она повернулась к нему. — Нам всем снятся одни и те же кошмары. С одними и теми же словами. Это не нормально. Он не нашёлся с ответом. Они постояли так, обнявшись, на холодном полу кухни. Потом Соня отстранилась. — Пойду оденусь, — сказала она. — Холодно. Она вернулась в комнату, натянула джинсы, взяла с кресла свою серую кофту. Заправила кровать — машинально, не думая. И только когда положила подушку на место, поняла. — Саша, — позвала она. — Что? — он зашёл в комнату. — Где Фрося? Он посмотрел на подушку. Пусто. Посмотрел на пол. Пусто. Под кровать. Пусто. — Ты её вчера поднял, — сказала Соня. — Ты посадил её на подушку. — Я помню. — Тогда где она? Они обыскали комнату. Заглянули под кровать, за шкаф, в ящики комода. Заглянули на кухню — вдруг Фрося решила исследовать новое пространство. Заглянули в ванную. Фроси нигде не было. — Может, ты её куда-то переложила? — спросил Саша. — Я спала, — сказала Соня. — Я не вставала. — И я не вставал. Они посмотрели друг на друга. — Её нет, — сказала Соня. — Она пропала. — Кто мог её взять? Мы дверь закрывали. — Закрывали. Они снова обошли квартиру — медленно, заглядывая в каждый угол. Диван, кресло, подоконник, коридор, прихожая. Фрося исчезла. Соня села на кровать, чувствуя, как внутри нарастает липкий, холодный страх. — Саша, — сказала она. — Это как-то связано с бункером. — Не может быть. — Может. Кошмары, голос, теперь Фрося. Что-то происходит. Он сел рядом, взял её за руку. — Мы найдём её, — сказал он. — Она не могла далеко уйти. — Она заяц, Саша. Плюшевый заяц. Она не ходит. Он замолчал. За окном светило солнце, но в комнате было темно. И холодно. И Соне казалось, что стены шепчут. — Приходи сюда, — прошептала она, глядя в окно. — Что это значит? — Не знаю, — ответил Саша. — Но боюсь, что нам придётся это узнать. Соня сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в окно. За стеклом серело весеннее утро — небо тяжёлое, низкое, будто набрякшее дождём. Фроси на подушке не было. Она пропала. Исчезла. Испарилась. Саша стоял у стены, растирая лицо ладонями. Он всё ещё не отошёл от кошмара — от того голоса, который шептал из темноты: «Приходи сюда… мы ждём…» — Сонь, — сказал он хрипло. — Может, она упала? Закатилась под кровать? — Я смотрела, — ответила она, не оборачиваясь. — Три раза. — Под шкаф? — И под шкаф. — За батарею? — Саша, её нет. Нигде. Мы вдвоём искали. Он замолчал. Просто стоял и смотрел на неё — на её спину, на то, как напряжены плечи, как она вцепилась в собственные колени. А потом телефоны взорвались. Сначала завибрировал Сашин. Потом Сонин. Потом снова Сашин — одна за другой, не умолкая, будто кто-то долбил в дверь с той стороны экрана. Соня взяла телефон. Общая группа. Лена, Дима, Костя — все писали одновременно. Лена: Вам тоже это снилось? Дима: Тот же бункер? Лена: Те же шаги? Костя: И голос? Лена: «Приходи сюда»? Дима: «Мы ждём»? Костя: А мне показалось, что «приходи, здесь есть булки». Но я, наверное, перепутал. Лена: КОСТЯ, НЕ СЕЙЧАС Дима: Я проснулся в четыре. В холодном поту. И не мог заснуть. Лена: Я в пять. Та же темнота. Тот же коридор. И этот голос. Костя: А я в шесть. Но я вообще рано встаю. Соня читала, и внутри всё холодело. Не только у них с Сашей. У всех. Один и тот же сон. Один и тот же голос. Одни и те же слова. Она подняла глаза на Сашу. Он тоже смотрел в телефон, и лицо его было бледным — бледнее, чем после бессонной ночи, бледнее, чем после бункера. — Ты видишь? — спросила она. — Вижу, — ответил он. — У всех. Соня снова посмотрела в окно. За стеклом всё так же серело небо, и где-то вдалеке кричала птица — резко, тревожно, будто предупреждала о чём-то. Она не оборачивалась. Не могла. Потому что боялась, что если сейчас отведёт взгляд от окна — случится что-то ещё. Лена: Соня, вы там как? Лена: Соня? Соня: Мы здесь. Лена: Вам тоже? Соня: Тоже. Дима: Что же это такое? Костя: Может, мы все с ума сошли? Лена: Вместе? Костя: А почему нет? Дима: Кость, ты не помогаешь. Костя: А что я могу? Я булку ем. Соня отложила телефон. Посмотрела на подушку — пустую, без Фроси. Потом снова на окно. — Саша, — сказала она. — Мм? — Что это значит? «Приходи сюда»? Куда — сюда? В бункер? — Не знаю, — ответил он. — Но боюсь, что нам придётся это узнать. Он подошёл к ней, сел рядом, взял за руку. Соня не отнимала. Она смотрела в окно, и ей казалось, что за стеклом, на той стороне улицы, кто-то стоит и смотрит в ответ. Но там никого не было.

{чуть позже}

Они сидели на кухне, пили остывший чай и жевали бутерброды без вкуса. Соня смотрела в кружку, Саша — в окно. Фроси не было. Кошмар не отпускал. Голос всё ещё звучал в голове: «Приходи сюда… мы ждём…» — Надо встретиться, — сказал Саша, отодвигая тарелку. — С кем? — Со всеми. Лена, Дима, Костя. Обсудить. — В парке? — спросила Соня. — В парке. Через час. Она кивнула, допила чай, пошла одеваться. Натянула джинсы, кофту, посмотрела на себя в зеркало — бледная, с тёмными кругами под глазами, с засосом на шее, который вчера казался признаком любви, а сегодня — просто пятном. — Готова? — спросил Саша, появляясь в прихожей. — Готова, — ответила она. Они вышли из квартиры, закрыли дверь. Соня на секунду замерла, прислушиваясь — не послышится ли изнутри шорох, не позовёт ли её Фрося. Но было тихо. В парке их уже ждали. Лена сидела на скамейке, обхватив себя руками — даже под курткой было видно, как она дрожит. Дима стоял рядом, засунув руки в карманы, и смотрел в землю. Костя жевал булку, но медленно, без обычного аппетита. — Вы выглядите… — начала Соня, подходя. — Как зомби, — закончил Костя. — Я знаю. — Я хотела сказать «уставшими». — Это одно и то же. Лена подняла голову. Глаза у неё были красные — то ли не выспалась, то ли плакала. — У вас тоже? — спросила она. — Тоже, — сказал Саша, садясь рядом. — Тот же сон. Те же шаги. Тот же голос. — «Приходи сюда», — прошептал Дима. — «Мы ждём», — добавила Лена. Костя прожевал булку. — А мне показалось, что «приходи, здесь есть булки». Но вы не верите. — Кость, — устало сказала Лена. — Сейчас не время для твоих булок. — А когда время? Булка — это единственное, что меня успокаивает. Он надкусил новую — откуда они у него брались, оставалось загадкой. Соня села на скамейку рядом с Леной, Саша пристроился на подлокотник. Дима остался стоять. — Это не может быть совпадением, — сказала Соня. — Всем один сон. В одну ночь. С одними и теми же словами. — А Фрося? — спросила Лена. — Нашли? Соня покачала головой. — Нигде. Мы всю квартиру обшарили. — Может, ты её во сне куда-то переложила? — предположил Дима. — Я не вставала. Саша подтвердит. — Не вставала, — подтвердил Саша. — Тогда куда она делась? — Лена посмотрела на Соню. — Плюшевый заяц не может сам по себе исчезнуть. — А голос в бункере не может сам по себе присниться пятерым людям одновременно, — сказал Дима. — Но мы здесь. Все замолчали. Ветер шевелил ветки деревьев, где-то вдалеке лаяла собака, по аллее прошла женщина с коляской — обычное утро в обычном парке. Но для них оно не было обычным. — Что будем делать? — спросил Костя, доедая булку. — Может, сходить туда? — предложил Дима. — В бункер. Днём. — Ты с ума сошёл? — Лена повернулась к нему. — Нам всем снятся кошмары, а ты предлагаешь вернуться? — А что ещё? Сидеть и ждать, пока они не закончатся? — А если не закончатся? — Тогда мы будем знать, что это не просто сны. — Днём там безопаснее, — сказал Саша. — Свет есть. Нас пятеро. — Пятеро и один заяц, которого нет, — вздохнул Костя. — Негусто. — Кость, причём здесь заяц? — спросила Лена. — А вдруг он там? — пожал плечами Костя. — Мало ли. Соня посмотрела на него. Мысль была бредовой, но внутри что-то дрогнуло. — А если правда? — сказала она тихо. — Что — правда? — не поняла Лена. — Если Фрося там. В бункере. Тишина стала ещё тяжелее. — Соня, это невозможно, — сказал Саша, но голос его звучал неуверенно. — Так же невозможно, как один сон на пятерых? Он не нашёлся с ответом. — Ладно, — сказал Дима. — Давайте так. Мы идём в бункер. Днём. Смотрим, что там. Если ничего не находим — возвращаемся и забываем. Нанимаем психолога. Пьём успокоительное. — А если находим? — спросила Лена. — Тогда будем решать по месту. Все посмотрели на Соню. Она сжала пальцы в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — Идём, — сказала она. — Я хочу найти Фросю. — И узнать, кто шепчет в наших головах, — добавил Саша. — И съесть булку в бункере, — сказал Костя, доставая новую. — На всякий случай. Лена закатила глаза, но улыбнулась — впервые за это утро. — Тогда решено, — сказала она. — Встречаемся через час у моста. На великах. — Как в прошлый раз, — кивнул Дима. — Только без приключений, — попросил Костя. — С тобой без приключений не получится, — вздохнул Саша. Они разошлись. Соня и Саша пошли домой — собираться. Забирать фонарики, тёплые кофты, воду. — Сонь, — сказал Саша, когда они подходили к подъезду. — Мм? — Ты веришь, что Фрося там? — Не знаю, — ответила она. — Но я должна проверить. — Я с тобой. — Я знаю.