Глава 4

      — Это моя вина, мистер Трафальгар, — произнесла Юнна спокойно и вежливо, приложив ладони к верху ног в элегантном жесте. — Мой молодой человек поделился со мной песней, а я поделилась ею с коллегами.       На лице Юнны, впрочем, скорее читалось что-то вроде: «На самом деле, нет, это не моя вина. Я, может, и поделилась с коллегами музыкой, только я никого не заставляла под нее плясать прямо в офисе». Ло обвел взглядом офис еще раз. Очевидно, пока он не смотрел, Пингвин с Шачи водили руками в воздухе, словно синхронно протирая невидимые окна. Потому что, когда он к ним повернулся, они замерли на половине движения и, потупив взгляды в пол, неловко убрали руки на спину. А Бепо вот не прекратил танцевальных движений — продолжал дергать вертикально поставленной правой рукой вверх-вниз, распрямив ладонь, и радостно улыбаться. Иккаку и Юнна переглянулись и безмолвно достигли согласия в том, что они сейчас единственные производят впечатление адекватных в этом помещении. Ну, кроме начальника. На фоне играла музыку, явно специально поставленная на повтор — играла негромко, но все ритмы и слова были достаточно разборчивы. Юнна поймала себя на том, что она все же продолжает почти незаметно притопывать в такт. Взглянув на Иккаку, она заметила такое же, почти неуловимое притопывание у коллеги.       Ло сложил руки на груди, чуть потянул один уголок губ вверх в выражении явного скепсиса. Затем глубоко вздохнул и на секунду взглянул вниз. После этого цепкий серьезный взгляд серых глаз прошелся по подчиненным.       — Так, — выдохнул Ло ровным голосом. — Музыку на минимум. Если она вам так понравилась, что вы хотите ее слушать весь день. Но, — он уперся взглядом в Бепо, а затем посмотрел и на Пингвина с Шачи. Юнна с Иккаку тихо вздохнули с облегчением — на них начальник не смотрел. — Никаких больше танцев в офисе.       Бепо с грустной физиономией перестал дергать рукой и опустил ее. Ло довольно шумно вздохнул и продолжил:       — Я, так уж и быть, пойду извинюсь перед офисом под нами за вашу дискотеку, — он, круто развернувшись на пятках, сделал два шага в сторону двери, ведущей из помещения в коридор. А затем остановился и, спокойно подняв руку, покачал указательным пальцем. — Но только попробуйте еще раз тут что-нибудь такое устроить… — он угрожающе оставил фразу без окончания и отправился на этаж ниже.       В этот раз звонок от Юнны был только с аудио, и Эйс догадался, что она все еще на работе. За часовыми поясами сейчас следить было сложновато, Эйс немного путался в том, который час в данный момент должен быть в Великобритании, когда он сам был посреди океана. К тому же, Юнна иногда задерживалась на работе, так что по отсутствию видео в звонке он сразу догадывался, что она звонит из офиса. Правда, звонок его несколько… встревожил. Обычно Юнна писала перед звонком, как и он. К счастью, вахту рулевого сейчас нес Зоро (под чутким руководством Нами), и потому Эйс мог сразу же ответить на вызов в мессенджере.       — Amore mio, что-то случилось? — произнес он вместо приветствия.       Юнна, в это время прогуливавшаяся взад-вперед по коридору офиса небольшой адвокатской конторы, тихо выдохнула, улыбнувшись.       — Нет, все в порядке, любимый, — нежно, почти шепотом произнесла она, и во взгляде серо-голубых глаз ее появилось такое море тепла, словно она была уверена, что Эйс сейчас ее видит.       В динамике послышался вздох облегчения и быстрые слова:       — Фух, а я уж думал… — Эйс вытянулся на мягких матрасах для загорания, расположенных на палубе ближе к носовой части.       Первым его порывом было сказать Юнне, что он готов прямо сейчас искать способ добраться к ней как можно быстрее (он и правда был готов), но затем он этот порыв проглотил и просто расслабленно улыбнулся. Раз Юнна говорит, что все в порядке, то ему стоит ей доверять в этом. Она, конечно, продолжала казаться ему очень хрупкой, нежной, требующей защиты, но он уже успел усвоить, что она умеет решать проблемы — и, между прочим, не хуже, чем он. Только она обычно планирует свои дела так, чтобы по возможности избежать проблем, а он… ну, он обладает потрясающей способностью находить выход из самых сложных и запутанных ситуаций и не менее потрясающей способностью находить туда вход.       — Скучал по тебе, милая, — произнес Эйс, почти мурлыкая и прикрывая глаза. Солнце клонилось к полоске горизонта, омываемой синими океанскими волнами, и его косые лучи светили в уголок правого глаза, заставляя щуриться.       — И я по тебе, — серебристо мурлыкнула в ответ Юнна.       — Так как у тебя дела? — поинтересовался Эйс.       И вот тут Юнна, глубоко вдохнув, начала рассказ.       — Ах, Эйс, и зачем только я тебя попросила прислать мне эту песню! — ее тон показался парню взволнованным, однако в нем не было намека конкретно на тревогу.       О какой песне шла речь, Эйс понял сразу же. На протяжении этих двух дней песню, под которую танцевала вся команда, включали уже столько раз, что ему казалось, что он запомнил уже все слова наизусть (а что их там запоминать-то было!) и готов петь ее в караоке. Остальные, очевидно, тоже: когда музыка в редкие моменты была выключена, каждый напевал навязчивый мотив себе под нос. Теперь стало еще более интересно, что же произошло с участием этой песни у Юнны.       — Значит, что-то все-таки случилось… — произнес Эйс, усмехнувшись. Он не беспокоился, ему просто было любопытно.       Юнна тихо хихикнула в трубку и, развернувшись на каблуках туфель, в которые переобувалась в офисе, пошла по коридору до окна. В самом конце коридора находился новый кабинет начальника. Раньше тот занимал как кабинет помещение, теперь служащее архивом.       — Все началось с того, что я сама слушала эту песню, не переставая, — она сделала жест свободной рукой так, словно наполовину «разводит руками».       Эйс и сам рассмеялся.       — Знакомая история, — сказал он. — У нас ее тоже уже второй день слушают почти без перерыва.       — Даже не знаю, чем она меня так зацепила, — покачала головой Юнна и неторопливо сделала несколько шагов прочь от окна в коридоре. — Я ведь обычно такое не слушаю… — она слегка задумалась, а затем продолжила: — Сегодня я, должно быть, слушала эту песню в своих наушниках слишком громко. И это привлекло внимание Бепо.       — Бепо — это… — вопросительно протянул Эйс, пытаясь вспомнить.       — Мой сотрудник, он переехал из Нидерландов. Ты с ним виделся, когда прилетал, чтобы поддержать меня на слушании по делу… Ну… — Юнна сдержанно улыбнулась, деликатно стараясь не упоминать суть дела.       — А, да, точно, — Эйс взмахнул свободной рукой. — Прости. Странно, что я его не запомнил.       На палубу заглянул Уссопп, но, увидев, какое у Эйса довольное лицо, и заметив, что он прикладывает к уху телефон, понимающе кивнул и убрался к штурвалам.       — Так вот, — продолжила Юнна приглушенным голосом. — Бепо поинтересовался, что я слушаю, и я… — она вздохнула, словно набираясь смелости, чтобы сказать следующие слова. — Я поделилась с ним песней. А он поделился с другими сотрудниками. А потом они отыскали видеоклип на просторах Ютуба, и мы решили все вместе его посмотреть.       — Дай угадаю, — уже тихо смеясь, произнес Эйс. — После просмотра клипа вас потянуло танцевать? — сам он клип не видел, но мог в красках представить, что там могли быть за танцы, а они там быть просто обязаны были.       Юнна выдохнула с тихим смехом, все еще чувствуя легкую обескураженность после всего произошедшего в офисе.       — Ты просто себе не представляешь, Эйс, — ответила она, снова прогуливаясь по коридору в сторону окна и двери кабинета начальника. — Танцевал весь офис!       Эйс уже, не стараясь быть тихим, хохотал в голос. Он хлопнул свободной ладонью по мягким бежевым матрасам для загорания и зажмурился, утерев затем выступившие от смеха в уголках глаз слезы.       — Могу себе представить, какое это было зрелище! — сказал он, сбиваясь и чередуя словами с хохотом. Потом, чуть успокоившись, спросил: — И твой начальник тоже?       Юнна покачала головой. Она догадывалась, почему Эйс спросил именно об этом. Они с мистером Трафальгаром успели познакомиться, когда Эйс неожиданно прилетел в гости, поддержать ее на сложном судебном выступлении. Тогда ее начальник был крайне серьезен, собран и — Юнна это отлично знала — очень взволнован. В общем, тогда он уж точно не производил впечатление человека, который стал бы танцевать под заводную музычку. И… вообще, если честно, никогда не производил впечатление такого человека.       — Нет-нет, — ответила она приглушенно — она как раз проходила мимо кабинета начальника и не очень хотела, чтобы он случайно услышал ее разговор из-за двери. — Он как раз вернулся с важного заседания и сделал нам всем выговор, — помолчав немного, она взглянула в серый с разводами потолок в задумчивости, а затем добавила, свободной рукой накрутив на палец выбившуюся из гладкой прически короткую прядь волос у лица: — Ты ведь уже говорил с ним, он все же не из тех людей, которые…       Юнна на пару секунд замолчала, подбирая наиболее деликатную и корректную формулировку вместо «плясать под глуповатую музыку», пришедшего ей на ум первым. И в образовавшейся тишине внезапно услышала нечто, что показалось ей странным. Весьма ритмичные шаги, даже притопывания. Доносившиеся аккурат из кабинета начальника, рядом с которым она сейчас проходила. И эти шаги, как уверенно думалось Юнне, были совсем непохожи на простую ходьбу по кабинету.       — О, нет, и он тоже! — девушка, честно говоря, не знала, что хочет сделать в первую очередь: обескураженно оглянуться по сторонам и проморгаться или же рассмеяться от понимания того, что, вероятнее всего, творится в кабинете у начальника. Потому она сделала и то, и другое. Только смеяться постаралась тихо. — Только в своем кабинете — видимо, чтобы мы не видели! И что-то мне подсказывает, что он в наушниках.       Услышав это, Эйс расхохотался еще громче.       — Это обязано быть записано на видео! — выпалил он в микрофон телефона, хлопая по палубе свободной рукой.       — Нет, дорогой, пожалуй, на это я не решусь, — сквозь мелодичный смех сказала Юнна. — Не хочу, чтобы мистер Трафальгар потом судился со мной насчет видеозаписи его приватной жизни. Честно говоря, сомневаюсь, что я бы выиграла дело, если бы мне пришлось выступать против него.       Эйс с пониманием покачал головой, словно Юнна в этот момент могла его видеть.       — Когда-нибудь ты обязательно его переплюнешь, mia cara, — произнес он нежно, а затем снова рассмеялся. — И тогда мы обязательно снимем на видео, как твой начальник отжигает под эту песню!       Юнна улыбнулась с ответной нежностью, слышной в выдохе.       — Мне кажется, он потом поделится этой песней со своей женщиной, — выдвинула предположение она, вспоминая притопывание, слышное из кабинета начальника, и улыбаясь с теплом. — Может, ты припоминаешь: у нее есть шестилетняя дочь. Возможно, девочке эта песня понравится, — не сдержавшись, Юнна хихикнула. — А там, может быть, и в семейном кругу дойдет до танцев, и тогда видео снимут уже они.