Часть 6

Ранний звонок бесцеремонно вырвал Сабину из сна. — Алло… — едва шевеля губами, пробормотала она в трубку. — Сабина, меня срочно отправляют в командировку в Питер, — взволнованный голос Виктора Николаевича мгновенно заставил девушку проснуться. — Пытался отказаться, но бесполезно. Очень переживаю, что оставляю тебя одну. Звонить буду каждый вечер, поняла? — А как же… — Орлова осеклась. Ей не хотелось даже вслух произносить его имя. Казалось, назови она Белова — и тот, словно черт из табакерки, тут же возникнет рядом. — Придерживаемся прежнего плана: институт — дом. Это весь твой маршрут, — строго отчеканил мужчина. Сегодня была суббота, и после бессонной ночи, проведенной за зубрежкой к зачету, Сабине хотелось проспать до самого вечера. Она осторожно выглянула в окно: во дворе не было никаких подозрительных машин. Орлова облегченно выдохнула. «Кажется, все начинает налаживаться», — промелькнуло в голове. Весь выходной она провела за уборкой, разбирая вещи, которые ей помог перевезти Белов. Перед глазами невольно всплывал его холодный, стальной образ, пахнущий дорогим парфюмом, металлом оружия и чем-то смертельно опасным. По коже пробежала волна мурашек. К обеду выяснилось, что в холодильнике повесилась мышь, и Сабине пришлось идти в магазин. На улице было необъяснимо тепло для конца марта. Девушка накинула свитер, бежевую ветровку и обула светлые кеды. Длинные платиновые волосы красивой волной струились вдоль ее стройной фигуры. На обратном пути Сабина едва тащила пакеты с продуктами, как вдруг чьи-то крепкие мужские ладони перехватили тяжелую ношу. — Тяжело же, давай помогу, — раздался знакомый голос. Обернувшись, она увидела своего одногруппника Тимофея. — Ничего себе! А ты что здесь забыл? — удивленно спросила Сабина, растирая покрасневшие от пластиковых ручек пальцы. — От вашего общежития это же другой конец города. — Да я за тобой приехал. Кристина до тебя дозвониться не может. Мы же сегодня все на дачу к Костровой едем! А ты после зачета убежала, и след простыл, — ответил брюнет, оценивающе разглядывая недоступную красавицу-отличницу. — Я не поеду. Передай ребятам спасибо за приглашение, — отрезала Сабина. Наставления преподавателя еще стояли у нее в ушах, и рисковать не хотелось. — Там будет Димка из политеха. Я слышал, ты к нему неровно дышишь… Сабина замерла. Сердце бешено застучало в груди. — Что за чушь? — попыталась отмахнуться она, но щеки предательски вспыхнули. — Мне Кристина рассказала, — с уверенной усмешкой добавил Тимофей. «Вот и верь после этого подругам», — подумала Сабина, выдерживая паузу. Мысли лихорадочно сменяли друг друга. С одной стороны — запрет Виктора Николаевича. С другой — оставаться одной в квартире, адрес которой знает криминальный авторитет, казалось куда опаснее, чем поехать за город в компанию студентов, о которой Белов даже не догадывается. — А, черт с тобой! Подожди меня здесь, мне нужно переодеться. Оставив парня на улице, Сабина взлетела на свой этаж. Бросив продукты на кухне, она бросилась к шкафу в поисках лучшего наряда. Быстро подкрутила волосы плойкой, сделала аккуратный, но достаточно яркий макияж и выпорхнула из подъезда. — Я готова, — Сабина кокетливо покрутилась перед брюнетом, ловя его одобрительный взгляд. — Так-то лучше! А то вечно дома сидишь, зубрилка, — Тимофей по-хозяйски положил руку на плечи хрупкой блондинки, и они зашагали в сторону метро. Двухэтажная дача Костровой встретила их грохотом музыки: из колонок старенького магнитофона на всю громкость надрывались «Леприконсы» и «Демо». Внутри стоял стойкий запах сигаретного дыма, дешевого пива и жареного мяса. На веранде, заваленной куртками, будущие медики вовсю обсуждали жесткую сдачу анатомии, а в углу двора парни жгли костер в ржавой бочке. Сабина сразу почувствовала себя чужой в этом хаосе. Она глазами искала Диму из соседнего политеха, ради которого переступила через свои страхи, и наконец заметила его в глубине гостиной. Димка сидел на облезлом диване, вальяжно закинув ногу на ногу. Вокруг него крутились две девчонки с младших курсов, а он, явно упиваясь их вниманием, громко хохотал, обнажая желтоватые зубы. В руке он держал пластиковый стакан с дешевым портвейном. От того загадочного, интеллигентного технаря, которого Сабина рисовала в своих фантазиях, не осталось и следа. Сейчас он выглядел обычным дворовым пижоном в засаленной олимпийке, который отчаянно пытался казаться крутым. — О, зырьте, пацаны, Тёмыч саму отличницу из меда притащил! — крикнул Дима на весь дом, заметив вошедших. Он даже не поднялся, чтобы поздороваться. Вместо этого он окинул Сабину сальным, липким взглядом с ног до головы.  — Слышь, Сабин, а че ты такая зажатая? Расслабься, плесни себе че-кого. Поди, в своей анатомичке все формалином пропахла, трупы зубришь, а настоящей жизни не видела? Это тебе не формулы в политехе считать, тут отдыхать надо! Девчонки на диване прыснули от смеха. Димка, довольный своей «остротой», грязно выругался и смачно сплюнул прямо на деревянный пол веранды, вытирая рот рукавом. Сабину обдало волной брезгливости. В этот момент пелена с ее глаз спала окончательно. И ради этого неотесанного, хамоватого парня она рискнула ослушаться Виктора Николаевича? Ради парня, который выставляет ее на посмешище перед толпой пьяных студентов, чтобы поднять свой авторитет? Ей стало тошно от самой себя и от этой глупой влюбленности, которая растаяла в одно мгновение, оставив лишь липкое чувство разочарования. Сабина не выдержала и часа. Развернувшись, она ушла с дачи и направилась к автобусной остановке. Но нужного автобуса, который мог бы довезти её до метро, всё не было. Совсем отчаявшись, девушка решила пойти пешком вдоль темной дороги. Вдруг рядом с ней притормозил огромный черный «Линкольн», глухо заурчав мотором. Дверь резко распахнулась, преграждая Сабине путь, и из салона вылез Космос. — Какого черта ты здесь делаешь?! — зло бросил он, нависая над ней. Кос окинул её быстрым, цепким взглядом, задержавшись на непривычно ярком макияже и слегка растрепанных локонах. Лицо его потемнело от злости. — Ты че, с тусовки? С этой шняги, которую малолетки устроили? Там же пойло одно и наркота! Космос искренне не понимал, что происходит. Она — протеже его отца, Виктора Николаевича. Будущий врач, умница, девчонка, которая спит и видит себя в заграничной магистратуре.  Сабина заметно успокоилась, увидев его. Уж лучше вспыльчивый Кос, чем Белов. По крайней мере, когда Космос был в трезвом уме, он не представлял для неё реальной угрозы. — Я, возможно, далеко не так умна, как мне казалось раньше, — глубоко и разочарованно вздохнула девушка, кутаясь в ветровку. — Саня если узнает, где ты шлындала, я даже не знаю, что с ним будет, — уже мягче проворчал Кос, открывая перед ней пассажирскую дверь.  — Садись, давай, я увезу тебя домой. Космос прекрасно понимал, что Сабина для его друга — это уже не просто очередное мимолетное увлечение, а нечто гораздо большее. В голове Коса тут же всплыл утренний разговор со Шмидтом. Когда начальник охраны Белова вскользь рассказал про приказ шефа «убрать» Виктора Николаевича, у Космоса по спине пробежал холодок. В Сане тогда так отчаянно играла дикая, чертовская ревность, что он был готов пойти на убийство уважаемого человека. Если бы Кос вовремя не вмешался и не связался с министерством образования, которые за пару зеленых перенесли конференцию, и  не отправил профессора на время в Питер, подальше от греха, Сабина разочаровалась бы в Белове навсегда. И тогда у Сани точно не осталось бы ни единого шанса её вернуть.  — Так вернемся к главному: ты-то там что забыла? — снова спросил Кос, выруливая на проспект. — Мне… мне нравился один мальчик, — неуверенно начала Сабина.  — Мы случайно пересеклись еще на первом сентября. Он из политеха, соседнего вуза. Был такой вежливый, добрый… Часто приходил к нам в мед, он друг нашего одногруппника. У меня, наверное, впервые в жизни появились такие чувства к парню. А сегодня… я даже не знаю. Пыль с глаз слетела, и я наконец увидела, кто он на самом деле. Сабина отвернулась к пассажирскому окну, разочарованно вздыхая и глядя на пролетающие мимо огни ночного города. — Да уж. Вот поэтому тебе лучше присмотреться к Саше, — хмыкнул Космос, постукивая пальцами по рулю. — Нет, точно нет, — твердо отчеканила девушка, резко повернувшись к нему.  — Вы еще хуже. Вы — преступники. И Саня твой старше меня больше чем на десять лет. Так что без вариантов.  — Я тоже считаю, что ты слишком маленькая для него. Ребенок несовершеннолетний, — огрызнулся Кос, недовольно дернув плечом. В его голосе проскользнули собственнические нотки — за друга ему всё равно было обидно.  — И вообще, что за боевой раскрас на лице? Я хотел пригласить тебя к нам домой, чаем напоить, но моего отца удар хватит, если он тебя такой увидит. Не снимая руки с руля, Космос резко потянулся к ней и бесцеремонно ткнул пальцем в веко, смазывая яркие синие тени к самому виску. — Эй! — возмутилась Сабина, отстраняясь и тщетно пытаясь поймать его руку.  — Сдурел? — Я тебе дело говорю. Вытри этот кошмар, пока Белый не увидел, а то решит, что у тебя свидание было, и весь политех на кирпичи разберет, — уже серьезнее добавил Кос, бросив на нее короткий взгляд через зеркало заднего вида.  — Не говори ему, — попросила Сабина, с тревогой посмотрев на Коса.  — И вообще не рассказывай, что видел меня сегодня. Кажется, между нами всё только-только начало налаживаться… Мне хочется верить, что он наконец осознал мой отказ. — Такие, как Саня, не принимают отказов, — глухо бросил Космос. В этот момент «Линкольн» мягко затормозил, и фары осветили облупившуюся дверь её подъезда. Машина замерла. Сабина сжала ручку двери, чувствуя, как от слов Коса по спине пробежал холодок. На мгновение в салоне повисла тяжелая тишина. — Добрых снов, — тихо сказала девушка. — Иди уже, отличница. Дверь запри на все замки, — буркнул Кос, дожидаясь, пока она скроется за тяжелой металлической дверью подъезда. После встречи с ней у Космоса в груди разлилось непривычное, приятное тепло. Она была совершенно другой — доброй, мягкой, чистой и по-настоящему, ослепительно красивой. Перед глазами всё ещё стоял её взгляд: большие зелёные глаза, словно два чистейших изумруда, смотрели прямо в душу, наивно и одновременно проницательно. А её платиновые волосы, к которым он только что случайно прикоснулся, на ощупь казались нежнее дорогого шёлка. Кос поймал себя на мысли, что рядом с такой девушкой и самому хочется стать лучше, хотя криминальный мир затянул его уже слишком глубоко.  От мыслей его бесцеремонно оторвал резкий звонок мобильника. На экране высветился Пчёла. — Ты где потерялся, Кос? — огрызнулся Витя, как только тот снял трубку. — Тебя только за смертью посылать. Мы тут без тебя уже все перетерли и порешали. Давай дуй в офис, Саня ждет. В офисе Белов уже ждал. Он сидел за массивным столом, мрачный и напряженный. Стоило Космосу переступить порог, как Саня медленно достал из кармана пачку сигарет, выудил одну и щелкнул зажигалкой. — Ты где шлындаешь? Почему мои ребята звонят и говорят, что ты Сабину мою по городу катаешь? — Белов затянулся, не сводя с друга тяжелого, пристального взгляда.  — Я чё-то, Кос, не понял… Ты же сам орал, что она малолетка, осуждал меня. А сам втихаря клинья к ней подбиваешь? — Саня, ты чё? Я ехал на стрелку, смотрю — она вдоль трассы идёт, одна. Ну подвёз до дома, не оставлять же её там, — Космос развёл руками, стараясь говорить как можно более буднично. Услышав это, Белов удивлённо вздёрнул брови и замер с зажигалкой в руке. — И чё говорит? Откуда и куда она шла? — тут же начал допрос Саня, навалившись на стол и бросая на друга тяжёлый, полный недоверия взгляд сквозь сигаретный дым. — Да на дачу к своей одногруппнице Костровой она гоняла, — Космос махнул рукой и сел в кресло напротив друга, решив выложить всё как есть. — Там малолетки тусовку устроили. Пойло, дым коромыслом... И Димка этот из соседнего политеха. Она же по нему сохла, Саня. Вот и рванула за город, забив на все запреты. Белов резко подался вперед, лицо его опасно окаменело, а сигаретный дым повалил изо рта густыми клубами. — Какой еще Димка? — тихо, но с явной угрозой в голосе переспросил Саня. — Да прыщ один, технарь, — Кос хмыкнул, вспомнив рассказ девушки. — Только Сабина приехала, а он там уже с другими девками зажимается, бухой в хлам. Короче, выставил её дурой перед всеми, ещё и из-за учёбы в меде высмеял. Она и часа там не выдержала, развернулась и ушла пешком по трассе в слезах. Ну я её и подобрал. Пыль с глаз у неё слетела, Саня. Сама рыдала, что дурой была. Белов молча раздавил окурок в пепельнице. Его кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев. Договорить они не успели. С улицы донесся оглушительный визг тормозов, а секундой позже тишину офиса взорвал треск автоматных очередей. Окна разлетелись вдребезги, осыпая комнату тысячами острых осколков. Нас заказали! — Ложись! — рявкнул Космос, швыряя тяжелое кресло в сторону окна и выхватывая ТТ. Офис крушили безжалостно и методично. Стены покрывались рваными шрамами от пуль, повсюду летела штукатурка, бумага и щепки от дорогой мебели. Крики, грохот, свист свинца — начался настоящий ад. Белов кувырком ушел за массивный дубовый стол, отстреливаясь в ответ. Из коридора уже доносились раскатистые выстрелы Фила и матерные выкрики Пчёлы — пацаны приняли удар на себя, грамотно отсекая нападавших от кабинета шефа. Космос, прикрывая Саню, хладнокровно вёл огонь по дверному проёму. В какой-то момент Белова сильно дернуло в плечо. Горячая кровь мгновенно пропитала рубашку. Саня глухо зарычал от боли, зажимая рану рукой, однако хватки не ослабил. Бригада действовала как единый механизм: пока Фил и Кос сдерживали штурм, Пчёла сумел расчистить путь к черному ходу. Пацанам удалось отбиться и уйти из-под огня целыми, хоть и потрёпанными, рассредоточившись по городу. Сам Белов под прикрытием дыма выскочил во внутренний двор, где стояла неприметная дежурная машина. В государственную больницу с огнестрелом соваться было нельзя — это верный арест или наводка для киллеров. Сознание уже начинало плыть от потери крови, когда Саня рванул руль, уходя дворами от возможной погони. Мысли лихорадочно крутились вокруг одного адреса. Он поехал к Сабине. Она будущий врач, она дома одна, и это единственное место в городе, о котором нападавшие точно не могли знать. Поднявшись на нужный этаж, Саня едва держался на ногах. В глазах всё сильно мутнело, а стены подъезда уплывали в сторону. Теряя сознание от хлынувшей из плеча крови, он из последних сил привалился к косяку и забарабанил в дверь. Сабина открыла далеко не сразу. Сначала она даже не хотела подходить, упрямо кутаясь в одеяло, но настойчивый, тяжелый стук заставил её подняться. — Уходи, Белов! — крикнула она, не открывая замок. — Мы, кажется, всё прояснили в прошлый раз. Я не хочу тебя видеть! В ответ раздался лишь глухой удар тела о металлическую обшивку и прерывистый хрип. Заподозрив неладное, девушка настороженно заглянула в глазок. Увидев, что Саня сползает по стене, а его лицо бледнее мела, она испуганно ахнула и тут же щелкнула замками, распахивая дверь. Белов тяжело рухнул прямо на порог её квартиры, оставляя на светлых обоях прихожей страшные бурые разводы. Паника накрыла Сабину лишь на секунду, но медицинская закалка сразу взяла верх. Задыхаясь от тяжести, она перекинула руку полубессознательного Сани через свое плечо и буквально заволокла его в квартиру, пинком закрыв входную дверь. Кое-как уложив Белова на диван в гостиной, она бросилась за домашней аптечкой. Рубашка на его плече полностью пропиталась кровью. Сабина схватила ножницы, безжалостно разрезала дорогую ткань и вздохнула с облегчением: пуля прошла навылет, не задев крупную артерию, но кровопотеря все равно была критической. Девушка наложила тугую давящую повязку, залив рану перекисью, чтобы остановить сочащуюся кровь. Саня бредил, его кожа стала ледяной и липкой — начинался геморрагический шок. Чтобы стабилизировать давление и восстановить объем жидкости, ему срочно требовалась капельница, но дома не было нужных растворов. Накинув куртку прямо поверх домашней одежды, Сабина выскочила на улицу и побежала к круглосуточной дежурной аптеке. С трудом переводя дыхание у окошка фармацевта, она четко, стараясь не выдать дрожь в голосе, перечислила список: несколько флаконов физраствора, пятипроцентную глюкозу, системы для внутривенного вливания, шприцы и стерильные бинты. Забрав тяжелый пакет, она со всех ног помчалась обратно, молясь только об одном — чтобы Белов успел её дождаться. Сабина ловко, точным движением загнала иглу в вену и закрепила систему пластырем. Флакон с физраствором она подвесила на импровизированный штатив, сооруженный из высокой напольной вешалки. Просидев рядом несколько часов и чутко контролируя каждую каплю, уходящую в пластиковую трубку, девушка сама не заметила, как её сморил тяжелый, изнурительный сон. Белов пришел в себя только к утру, когда сквозь блеклые шторы в гостиную начали пробиваться первые робкие лучи солнца. Мутная пелена перед глазами наконец рассеялась, а в голове прояснилось. Первое, что он почувствовал — тупую, ноющую боль в забинтованном плече и странную тяжесть в здоровой руке. Опустив взгляд, Саня замер, и его сердце бешено застучало совершенно не от страха. Сабина спала прямо на полу, сиротливо облокотившись на край дивана. Её бледное, уставшее лицо казалось беззащитным, а под глазами залегли едва заметные тени от бессонной ночи. Платиновые волосы растрепались и шелковой волной разметались по его покрывалу. Из-под одеяла виднелись её тонкие пальцы, которые во сне доверчиво касались его ладони. Саня смотрел на неё и не мог наглядеться. Эта чистая, умная девочка, которую он так отчаянно и грубо пытался подчинить своей воле, не бросила его умирать на пороге. Она пошла против своих принципов, против страха и спасла его. Белов осторожно, едва дыша, чтобы не потревожить её сон, повернул ладонь и слегка прикрыл её пальцы своими, бережно и нежно, как никогда в жизни никого не касался.