3.

      Бар возле больницы единственный работал круглосуточно специально для сотрудников. Хаюн неуверенно зашла в помещение и осмотрелась. Народу практически не было, она заметила несколько знакомых лиц – в основном младший мед персонал. Девушка прошла к барной стойке и поняла, что не знает, что ей заказывать. Она раньше никогда не была в таких заведениях, редко пила, но понимала, что в тот момент ей это было необходимо. Хаюн пыталась уснуть в дежурке, но каждый раз закрывая глаза, сразу же всплывал образ того самого мужчины, который рыдал и говорил, что не чувствует ног. Ей было страшно за него, страшно, что он больше не сможет ходить, страшно, что Чонгук не сможет ему помочь, страшно, что уже не спасти. «Ты его уже спасла», - отозвался внутренний голос. – «Вы остановили кровотечение. Он жив». Хаюн не хотелось думать о пациенте хотя бы эти 12 часов перед ночной сменой, поэтому заказала для начала пиво – единственный напиток, который она знала и которому не нужны были детали. Но впала в ступор, когда у неё спросили какое. «Любое», - нервно улыбнулась девушка, чем повеселила бармена. Мгновение спустя она уже сидела за небольшим столиком в углу с большой кружкой пива, вспоминая, что в прошлый раз ей не понравилось. Девушка сделала пару глотков, чуть поморщилась, но решила продолжить дальше пить. - Можно к вам присесть? – девушка подняла голову на голос и увидела знакомое лицо. - Мин Юнги? – спросила она, осматривая парня с головы до ног. – Подозрение на перелом головки плечевой кости. - Да, - посмеялся тот, не веря, что она помнит, и чуть приподнял локоть, намекая, что он в повязке. – Так что, присесть можно? - Ой, да, - как-то быстро ответила девушка, понимая, что она просто пропустила мимо ушей его вопрос. Она следила, как Юнги поставил сначала свой стакан с коричневой жидкостью, той же рукой отодвинул стул и приземлился напротив него. – Разве вам не давали обезболивающего? - Давали, - спокойно ответил он, не понимая, к чему она клонит. - Тогда почему вы пьёте? – искренне удивилась она. – Нельзя же. - Много что делать нельзя, но я это делаю, - улыбнулся тот, подмигнул и отпил из стакана. – Тяжёлая смена выдалась, да? - И не говорите, - вздохнула Хаюн, а воспоминания яркими вспышками проносились в голове. – А это только моя вторая рабочая смена. - О, - удивился Юнги. – Так вы интерн? Не удивительно, что я раньше о вас ничего не слышал. - Вы тоже там работаете? – Хаюн чуть прищурилась, пытаясь вспомнить, видела ли она его при обходе. - Нет, - улыбнулся он. – Мои друзья там работают, поэтому нередко разговоры заводятся о сотрудниках. - Но как вы поняли, что обо мне ничего не слышали? Вы же не знаете, как меня зовут, - этот диалог ей казался очень странным, что она даже незаметно попыталась себя ущипнуть, вдруг, действительно, отрубилась в дежурке и всё ещё спит. - Чхве Хаюн, - спокойно ответил ей Юнги, а девушка лишь шикнула на свой щепок. Не спит. – Я спросил у медсестры. - А вы что тут делаете? Неужели вас так долго продержали в приёмном отделении? - Я тут уже несколько часов. За руль мне садиться нельзя, спать не хочу, поэтому и зашёл в ближайшее место, - весь разговор Юнги продолжал улыбаться. Его забавлял внешний вид Хаюн, который совершенно не подходил заведению. Единственное, что могло сочетаться с баром – это её усталый вид. – Я так понимаю, о работе лучше не говорить, тогда предлагаю просто выпить за знакомство, а там уже как пойдёт.       Хаюн благодарно улыбнулась, подняла свою кружку с пивом вверх, а затем снова сделала пару глотков неприятной жидкости. Она точно так же поморщила нос, что не ускользнуло от глаз Юнги, и он предложил ей купить другой напиток. Конечно же, Хаюн отказалась и решила показать, что она не такая уж и неженка, поэтому взяла и залпом выпила до дна этот стакан, пролив при этом немного на себя. Парень расширил глаза от удивления, а затем громко рассмеялся, привлекая внимание других посетителей. Ему совершенно не верилось, что она была настолько упрямой, что не хотела показать свою слабость, что выпила целый бокал лишь для того, чтобы доказать, что ей нормально пить горький напиток. При этом лицо её выдавало с потрохами: складки на носу, сильно зажмуренные глаза, брови съехали к переносице. А Юнги смотрел и любовался ею, просто не мог оторвать от неё взгляд. - Не уверен, что я так тоже смогу, - посмеивался тот. – И пробовать не буду, - он поднялся, прошёл к бармену и заказал для Хаюн какой-то фруктовый коктейль. - Я бы и сама могла купить, - вместо благодарности сказала девушка, но приняла напиток. - А кто сказал, что я купил? – улыбнулся Юнги, поддразнивая её. – Записали на твоё счёт, оплатишь позже.       Хаюн, конечно же, понимала, что он так пошутил, поэтому просто показала язык и попробовала коктейль на вкус. Он оказался в меру сладким и кислым одновременно, чему улыбнулась, не сдерживая свою реакцию. Юнги снова поймал себя на том, что засматривался, да, девушка явно его привлекала, именно поэтому он пошёл в наступление. Разговор полился сам собой: рассказы о себе, о хобби, которых у Хаюн из-за медицины не было, о мечтах, о последних событиях в городе… Таким образом выяснилось, что Юнги работал механиком, у него была своя мастерская, иногда он участвовал в уличных гонках на мотоцикле, но в последнее время забросил это дело, любил музыку, а ещё, по его словам, был лучшим игроком в дартс. Хаюн резко встала и бросила ему вызов. Да, тот самый залпом выпитый стакан пива ударил в голову, а коктейль приправил сверху. Из-за редкого употребления алкоголя, ей нужно было немного для того, чтобы быстро напиться. Именно поэтому она на слегка ватных ногах прошла к стене, где висел дартс, и вытащила оттуда все дротики. - Уверена, что никого не покалечишь? – улыбнулся Юнги, следуя за ней. - Я будущий хирург, рука у меня ровная, - Хаюн передала несколько дротиков парню и кинула первый без предупреждения. Он попал в стену над мишенью. – А если и проткну кого-то, то сразу же смогу зашить. - Просто так играть неинтересно, - Юнги чуть отодвинул Хаюн и, практически не прицеливаясь, метнул дротик в удвоение на 20. – Что насчёт желания? - Договорились.       Сказать, что Хаюн не умела играть в дартс – ничего не сказать. Только с пятого броска она всё-таки смогла попасть по мишени, за что получила аплодисменты и ликование Юнги. Желание явно было в его кармане. Девушка не знала правил и старалась отвлекать спутника разговорами, но тот не поддавался. Его счёт уже подходил к нулю, но Хаюн считала по-другому, да и вообще где-то на середине сбилась, именно поэтому они были на этапе 57:104, конечно же, в её пользу. Она была уверена, что выиграла, поэтому так яро спорила с Юнги о счёте, но ему осталось кинуть лишь один дротик на удвоение, и игра была закончена. - У меня ноль, - улыбнулся парень, поворачиваясь к девушке и широко улыбаясь. - Как это ноль? – удивилась она, не веря. – Ты вообще в дартс играть умеешь? В этот момент бармен принёс ей ещё один коктейль, половину которого она сразу же выпила. - Ты же знаешь, что счёт идёт на убывание, да? – переспросил он, начиная немного беспокоиться о количестве алкоголя в ней. - А, да?! – искренне удивилась та. – Тогда у меня сколько? - Где-то в районе 400,- он святился только от одной мысли, что Хаюн должна ему желание. – А вообще, пора закругляться. Давай, я тебя провожу до дома. - Мне нельзя в таком виде возвращаться домой, - с грустью сказала девушка, понимая, что родители явно будут от такого не в восторге. Она не могла показать им, что пила. Они бы сразу же в ней разочаровались, а этого допустить было нельзя. – Я лучше в дежурке переночую. - Плохая идея, - усмехнулся тот. – Представь, что будет, если тебя поймают пьяной там? Плюс, ты облилась, когда допивала пиво. Тебе надо принять душ и выспаться. - Родители меня убьют, если увидят, - разочаровано вздохнула Хаюн, понимая, что ей некуда было идти, а денег на гостиницу точно не было. - Вроде, такая умная, а в бытовых ситуациях вообще не соображаешь, - Юнги потрепал Хаюн по голове и за плечо повёл обратно к столику. – Собирайся, я пока оплачу счёт.       Юнги вёз Хаюн на такси к себе домой. Они оба понимали, что это была плохая идея, но девушка, действительно, многим бы рискнула, если бы осталась в дежурке или же поехала к родителям. В такси Хаюн открыла свою сумку и достала оттуда один дротик, который «случайно» прихватила с собой. Она им пригрозила Юнги, что если он вдруг начнёт вести себя неподобающе, то заколет его так, что никто не узнает, кто это сделал. Парень громко рассмеялся и на всякий случай чуть отодвинулся от угрожающей девушки. И даже начал обдумывать, точно ли надо её впускать в квартиру. Она казалось ему красивой, смешной, очень умной и любящей своё дело. Будто всё то, что он всегда искал в других девушках, но так и не находил. И в тот момент он для себя решил не отступать, даже если впереди его ждали трудности. - Убирай своё холодное оружие, мы подъезжаем, - проговорил Юнги, косясь на дротик, который Хаюн всё ещё держала в руке. – Я всё равно сейчас однорукий, так что ничего сделать тебе не смогу. - Смотри у меня, - она снова пригрозила ему дротиком, но всё же убрала его обратно в сумку.       Они молча поднялись в лифте на девятый этаж, Юнги открыл дверь квартиры и пропустил девушку вперёд. Она была там буквально секунду, а уже заливалась истеричным смехом, потому что первое, что она увидела – Чон Чонгук стоял с кружкой в руках в пижамных штанах с розовыми уточками, а на ногах у него были объёмные тапки в виде кроликов. Он застыл на месте в то время, как Хаюн уже прижималась к стене, хватаясь за живот в истерике. Она не могла успокоиться, а Юнги просто смотрел и не понимал, как ему на это всё реагировать. Если бы она кому-то в больнице рассказала об увиденном, то ей бы точно никто не поверил. Тот самый заносчивый и самовлюблённый нейрохирург стоял перед ней в штанах с этими чёртовыми уточками, и совершенно не обратила внимание на то, что он был без футболки. Ему не хватало лишь бантика на голове, чтобы сойти за пятиклассника. - Вы в операционной так же одеваетесь? – сквозь смех спросила Хаюн, пытаясь успокоиться. Она смахнула с глаз проступившие слёзы. – Боже, это очень… неожиданно, - и снова залилась смехом. Её настолько сильно прорвало из-за алкоголя, если бы она была трезвой, то точно бы развернулась и выбежала из квартиры. - Так вы знакомы? – удивился Юнги, хоть и знал, что Хаюн работала в больнице, но не знал её отделение. - Расскажешь хоть кому-нибудь, я тебе такую райскую жизнь в интернатуре устрою, - прошипел Чонгук и поспешил удалиться, а Хаюн продолжала смеяться, пока Юнги стаскивал с неё обувь. - А ты не говорил, что живёшь не один, - кое-как отошла от смеха Хаюн, проходя вглубь. Она всё ещё улыбалась, а лицо её было раскрасневшееся от приступа истерики. – И надо же, твоим соседом оказался этот самовлюблённый индюк. - Ты его плохо знаешь, - усмехнулся Юнги, кидая ключи на тумбу у входа. – Он просто лучший в своём деле. - Ага, - саркастично согласилась та. – А ещё он называет других интернов безмозглыми и не разрешил ему ассистировать на операции, хотя это был мой пациент, видимо, всю славу хотел забрать себе. Лучший, да. - Я не разрешил тебе ассистировать, - дверь в одну из комнат резко распахнулась, и оттуда показалось раздражённое лицо Чонгука. – Потому что ты была на ногах с 9 утра, ассистировала на внутреннем кровотечении, а потом носилась, как угорелая в приёмном отделении. Ты бы не выдержала ещё 6 часов операции, где нужна была сосредоточенность и внимательность, и угробила бы нам его окончательно. Ещё раз что-то подобное услышу от тебя в свой адрес, тогда уже точно до нейрохирургии не допущу.       Хлопок. Закрытая дверь. Тишина. Хаюн смотрела в ту сторону, где только что виднелась голова Чонгука, и ей безумно хотелось достать дротик из сумки и запульнуть его туда, а Юнги снова потрепал её по волосам, улыбаясь. Он проводил девушку до ванной комнаты, выдал полотенце, свою одежду, в которой она сможет комфортно поспать, а сам кинул в стирку её облитую футболку. Юнги вообще надеялся, что Чонгук будет ещё спать, когда они садились в такси, потому что знал, что смена и у него выдалась нелёгкой. Да, наверное, стоило рассказать Хаюн заранее, что он проживает не один, и даже не вдвоём с Чон. Третья комната в квартире, которую они вместе снимали уже несколько лет, принадлежала его лучшему другу Хосоку, который уехал в отпуск на острова. И Юнги боялся не сдержать себя, если положит Хаюн в свою кровать, поэтому он по-хозяйски зашёл в комнату Хосока, застелил новое постельное бельё и поставил стакан с водой на прикроватную тумбочку для Хаюн. Он ненавидел спать не в своей кровати, поэтому мысли о том, чтобы самому спать у друга, даже не было.       Вода смогла чуть отрезвить Хаюн, но не до конца, поэтому она, пошатываясь, вышла из душа, вытирая мокрые волосы полотенцем, которое вскоре отдала Юнги. Он уложил девушку в кровать, подоткнул ей одеяло, зашторил окна от дневного света и пожелал сладких снов. Хаюн не спала уже более суток, поэтому, как только голова коснулась подушки, она моментально провалилась в сон, где оказалась в операционной с той самой девочкой, которую видел Ынсу.       Юнги оставил приоткрытой дверь друга, поэтому Чонгук, предварительно переодевшись во что-то более ему подобающее и выйдя из комнаты, решил, что Хосок вернулся раньше времени с отпуска. Он снова сделал себе кофе и заглянул вовнутрь со словами: «наконец-то хён вернулся», но увидел только распластавшуюся звёздочкой Хаюн. Одеяло было смято у ног, футболка Юнги чуть задралась, открывая хирургу обзор на плоский живот и гладкую бледную кожу. Он задержался ещё на пару секунд, рассматривая спящее лицо девушки, которая, видимо, незадолго до этого пустила слюну, так как у уголка губ появилась белая дорожка. - Ещё и надо мной смеялась, - тихо сказал Чонгук и закрыл дверь, при этом почему-то с облегчением подумал, что Хаюн не спала с Юнги в одной кровати.       Девушка еле открыла глаза, и ей понадобилась целая минута, чтобы понять, где она находилась. Воспоминания с бара и квартиры Юнги пронеслись со скоростью света в голове, что заставило её недовольно поморщиться. Она аккуратно села на кровати и попыталась найти свой телефон, чтобы узнать время, но его рядом не было. Лишь стакан воды, который оказался спасительным, ведь в её рту образовалась пустыня. Хаюн залпом всё выпила и резко пожалела об этом, так как желудок предательски свело. Она поняла, что в последний раз ела тот самый сэндвич с Ынсу в кафетерии. Девушка решила всё-таки встать и мысленно надеялась, что не проспала работу, поэтому, открыв дверь в гостиную, почувствовала облегчение от дневного света за окном. Юнги в это время сидел на диване в позе лотоса и залипал в телефон, он даже и не заметил открывшейся двери. - Сколько время? – хриплым голосом спросила Хаюн. Мин резко повернул на неё голову и широко улыбнулся от увиденного: гнездо на голове, заспанные глаза и мятая футболка. - Почти пять вечера, не волнуйся, на работу не опоздаешь, - он сразу же поднялся и прошёл на кухонный островок, чтобы достать кружку и начать делать кофе для Хаюн. – Тебе лучше привести себя в порядок. - Настолько ужасно выгляжу? – жалобно спросила та и, найдя неподалёку зеркало в пол, посмотрелась в него. – Можешь не отвечать.       Со стороны Юнги послышался смешок, поэтому Хаюн решила быстренько пройти в ванную комнату, чтобы хотя бы умыться холодной водой. На краю раковины она нашла запечатанную новую зубную щётку, которую Юнги приготовил для неё перед сном. Хаюн его мысленно поблагодарила и начала приводить себя в порядок. В то время Юнги уже приготовил ей кофе, достал заказанный незадолго сэндвич, положил его на тарелку и поставил всё на барную стойку, которая отделяла кухонную зону от гостиной. Он поднял голову на шорох, который, как надеялся, исходил от Хаюн, но увидел только Чонгука, который был совершенно не в настроении, что и было понятно и объяснимо. Младший кинул на него немного обиженный взгляд и прошёл к холодильнику. - Тебе, действительно, надо было предупредить и меня, и её, - сказал тот, доставая яйца из дальнего угла верхней полки. - Знаю, - признал свою ошибку Юнги, помешивая ложкой свой кофе. - У вас с ней что-то есть? – резкий вопрос, который выбивался из привычного разговора между ними. Юнги не часто приводил кого-то к себе, а Чонгук уж тем более, занят был только своей работой. - Нет, - честно ответил тот и поспешил добавить. – Пока. - Ну, удачи, - лишь сказал Чонгук, разбивая яйцо над маленькой сковородкой, а на его лице не было ни одной эмоции.       И замолчали. Были слышны только шипение от яиц и включенная вода в ванной комнате. Каждый думал о своём: Юнги – о том, что он реально должен приложить усилия, чтобы добиться Хаюн, а Чонгук – о возможных проблемах в будущем для девушки, если она начнёт отвлекаться мыслями от медицины. И почему-то ему казалось, что Хаюн не была легкодоступной и той, кто сможет вступить с кем-то в отношения – её мужем должна быть хирургия. Чонгук, как и все остальные ординаторы его отделения, уже выделял среди интернов тех, кто, действительно, сможет этим заниматься, и даже тех, кто добьётся больших успехов в медицине. Хаюн была одной из них. Всегда знала, что делать, давала правильные ответы и предлагала варианты лечения и диагностики. Тэхён уже в первые сутки запросил про неё всю информацию из института: лучшая ученица курса, проходила практику в больнице на другом конце города, там же и выбрала специальность хирургии. Чонгук всё это узнал не по собственной воле, просто его хён очень сильно любил болтать и хвалиться своими интернами перед другими. - Так вкусно пахнет, - подала голос Хаюн, присаживаясь рядом с Юнги. - Закатай губу, - резко отозвался Чонгук, перекладывая яйца на тарелку. – Это я для себя делаю, тебе достался сэндвич. - Я бы отказалась в любом случае, - пожала плечами девушка и приняла в руки чашку с горячим кофе, которую протянул ей Юнги. – Вдруг вы бы её отравили, чтобы я уж точно никому не рассказала про вашу пижаму.       Чонгук гневно бросил на неё взгляд через плечо, а Мин посмеивался себе под нос. Да, определённо, она была смешной. И на самом деле очень удивился, что девушка хоть что-то вообще помнила, потому что напилась она достаточно сильно. Чонгук, не желая сидеть вместе с этой парочкой, уселся на диван и включил новости на телевизоре. - Как отсюда добраться до больницы? – спросила Хаюн, уплетая свой сэндвич. С похмелья он казался ей самым вкусным куском хлеба, который она когда-либо пробовала. - Думаю, что Чонгук не откажет и подвезёт тебя, - посмеивался Юнги, чуть косясь на парня, сидящего неподалёку. - Ещё чего, - фыркнул тот и с ещё большим усилием принялся есть свою яичницу. – Ты её сюда привёл, ты её и вези на работу. - Не волнуйся, я вызову такси, - успокоил девушку Юнги, но всё же обратился за помощью к Чонгуку. – Слушай, а ты сможешь пригнать мою машину сюда? Я пока водить не могу. - Нет, - будто из вредности ответил он, но дальше дополнил. – Я знаю, что как только за мной закроется дверь, ты сразу же снимешь все повязки и не будешь следовать рекомендациям. А так я знаю, что тебе придётся приехать в больницу для повторного осмотра. - Подожди, - не поняла Хаюн. – Ты приехал в больницу с такой травмой на своей машине? Почему не на скорой? И как вообще её получил? - Я вёз пьяного знакомого домой на его тачке, когда это всё случилось. Нам в бок на небольшой скорости врезались. Мне пришлось на попутке возвращаться под шумок, но тут меня уже ждал наш общий друг, который и погнал меня в больницу, - он это всё рассказывал, будто возмущаясь. – Прям вытолкал из квартиры обратно и сказал не возвращаться, пока я не покажусь врачу, - эта история что-то напомнила Хаюн, и она улыбнулась воспоминаниям о том самом пациенте в приёмном отделении до жёлтого кода. - Скажи спасибо, что у тебя сустав снова не съехал, и кости целы, - Чонгук совершенно не обращал внимание на жалобы Юнги. Он с особым интересом смотрел новости и жевал приготовленные яйца.       И вот через несколько часов Хаюн уже стояла в раздевалке и рассматривала себя в небольшом зеркале. Выпитый алкоголь превратил её лицо в опухшую массу, а сушняк добивал это состояние. Она была благодарна за то, что голова не раскалывалась, была лишь немного ватной. Ночную смену она должна была провести в кардиологии, соответственно ничего интересного. Просто наблюдение за пациентами, заполнение большого количества карточек и разговоры с медсёстрами. Хаюн снова прошла на пост, со всеми поздоровалась и принялась за работу. На этой смене она была единственным интерном, остальных поставили с утра, и она очень сильно себя сдерживала, чтобы не говорить, что будет скучно и тихо.       И в два часа ночи ей пришёл вызов на пейджер от ординатора Ким Намджуна на второй этаж. Хаюн отложила карты в сторону и направилась к нему, надеясь, что её вызывают для срочной операции. Девушка постучалась и вошла его кабинет. Намджун сидел за столом и просматривал какие-то бумаги, которые лежали перед ним. Он указал на стул перед собой и пригласил Хаюн присесть, что она и сделала. - Думал, что ты захочешь знать, - начал он, откладывая бумаги. – У того пациента операция на позвоночнике прошла успешно, осколок, действительно, только давил на спинной мозг, но точных прогнозов по поводу чувствительности нижних конечностей мы дать не можем, пока отёк не спадёт. Это твой первый пациент, которого ты будешь вести от начала и до конца под моим присмотром, конечно, поэтому заглядывай сюда почаще. - Хорошо, спасибо, - улыбнулась девушка. Её первый собственный пациент. - Как у тебя дела? – вдруг спросил мужчина. – Как работа? - Всё прекрасно, - растерялась Хаюн. – Даже лучше, чем я предполагала. - Ну, и отлично, - он улыбнулся. – Слышал, что ты хочешь попасть в нейрохирургию? – девушка кивнула. – Будет очень непросто, конкуренция туда большая, особенно среди интернов ординатора Чон Чонгука. Я поставлю тебя в следующую смену ассистировать ему, чтобы ты попробовала, потому что самостоятельно он это сделает ещё не скоро. - Это я уже поняла, - тихо, но с улыбкой проговорила Хаюн, радуясь такому раскладу. - Но ты должна понимать, что то, что произошло в операционной со мной, не должно повториться, особенно в нейрологии. Один раз дёрнешься, и нервы уже не спасти, - Намджун переключился на более строгий тон, но при этом всё ещё оставался мягким. – На этот раз я спишу это всё на нервозность от первой чрезвычайной ситуации, но при повторении уже не подпущу к операционному столу. - Я вас поняла, - конечно, Хаюн расстроилась. Она всю предыдущую смену думала только о такой ошибке, которая могла стать фатальной для пациента. - Не смею тебя больше задерживать, возвращайся обратно, - он снова улыбнулся и пожелал девушке хорошей смены.       Хаюн поднялась в кардиологию и, поняв, что от неё практически ничего не требуется, села на посту заканчивать заполнять карты. Она очень сильно надеялась, что доктор Ким Намджун сдержит своё слово и поставит её ассистировать к Чонгуку, который так в её голове и застрял в тех самых штанах с уточками.