Часть 4

Поездка в Ла-Пуш была глотком свежего воздуха. Билли Блэк, старый хитрый лис, светился от счастья: то, что Белла «забыла» Каллена, для него было лучшим подарком. Пока Чарли в стороне жаловался другу, что какой-то «бледный парень из школы» ошивается у них под окнами, старейшины переглядывались. Решение пришло само — Беллу позвали к костру «послушать легенды». Официально — для реабилитации памяти, неофициально — чтобы выставить вокруг неё незримый барьер. Но до костра она успела влипнуть в историю. Чарли оставил её в коляске у края площадки, пока ходил за соком. Она пыталась развернуться, чтобы не смотреть на навязчивого Джейкоба, который так и так крутился рядом, и случайно наехала колесом на чью-то куртку и сумку, брошенные прямо на траве. — Эй! Смотри, куда прешь, колесница! — раздался за спиной резкий, как удар хлыста, голос. Она с трудом развернула коляску. Перед ней стоял парень — высокий, с кожей цвета жженого сахара и такими плечами, что они, казалось, не влезали в пространство. Взгляд у него был бешеный, а от самого тела буквально веяло жаром. — Ой, простите, я не заметила ваши драгоценные шмотки в этой грязи, — огрызнулась она, даже не подумав испугаться. После того как ты осознала себя в теле мертвой школьницы среди вампиров, какой-то грубый качок — это просто мелкая неприятность. — Мог бы и поднять, а не бросать где попало. Грубиян неотёсанный. С девушками так не общаются, если тебя в лесу не волки воспитывали. Парень замер, его ноздри раздулись. Он сделал шаг вперед, обходя коляску и нависая над ней всей своей массой. — Слышь ты... девушка! — выплюнул он, едва сдерживая рычание. — А ты сомневаешься в наличии у меня первичных половых признаков? — она вскинула бровь, глядя ему прямо в глаза. — Могу справку показать, если зрение подводит от избытка тестостерона. Парень замер. Это был Пол. Он собирался сорваться, наорать на наглую девчонку из города, может, даже тряхнуть её... но слова застряли у него в горле. Он посмотрел ей в глаза — не в те испуганные глаза Беллы Свон, которые он видел мельком раньше, а в эти — колючие, умные и абсолютно бесстрашные. В ту же секунду мир для Пола перестал существовать. Гравитация, державшая его на земле, лопнула. Всё — друзья, стая, его гнев, резервация — улетело в пустоту. Осталась только эта девчонка в инвалидном кресле со сломанной ногой и острым языком. Невидимые цепи приковали его к ней намертво. Пол моргнул, его лицо за долю секунды сменилось с яростного на совершенно ошарашенное. Он выглядел так, будто ему в голову прилетел кирпич. — О... — выдавил он, внезапно забыв все ругательства. — Я... я Пол. — Очень приятно, Пол. А я — Белла, у которой нет времени на твои психи, — она подозрительно прищурилась, глядя на его внезапно обмякшее лицо. — Ты чего так смотришь? У меня лицо в саже от твоего костра? Пол стоял как вкопанный, пока в голове у него медленно проворачивались шестеренки. До него наконец дошло — перед ним та самая Белла. Дочка шерифа, из-за которой Каллены в последнее время ведут себя так, будто у них под хвостом подожгли фитиль. Та самая «девчонка вампиров». Но то, что он видел перед собой, вообще не вязалось с рассказами Сэма. Сэм говорил о тихой, неуклюжей тени, которая пахнет как обед для кровососов. А эта... эта кусалась словами больнее, чем он сам. Мир для Пола перевернулся. У Сэма с Эмили всё было иначе — там была нежность, узнавание, судьба. А здесь Пола просто приложило об стену. Его «якорь», его смысл жизни сидел в коляске с задранным носом и смотрел на него как на кучу мусора. — Слышь... — Пол попытался вернуть себе привычный дерзкий тон, но голос предательски дрогнул. — Ты это... прости за шмотки. Я не... — Что «не»? Не ожидал, что «колесница» умеет разговаривать? — Белла скептически изогнула бровь. — Полегче на поворотах, парень. В этот момент к ним подошел Чарли, осторожно неся в руках пластиковый стаканчик с соком. Он подозрительно посмотрел на Пола, чьи кулаки всё еще были сжаты, а лицо горело неестественным румянцем. — Пол? — Чарли нахмурился, инстинктивно делая шаг, чтобы перекрыть собой дочь. — Какие-то проблемы? Пол дернулся, словно его ударили током. Он посмотрел на шерифа, потом на Беллу, и в его глазах промелькнула такая паника, какую обычно не ждешь от стокилограммового качка. — Нет, шериф! Никаких проблем! — выпалил он слишком громко. — Я просто... я куртку заберу. Извините. Он наклонился, лихорадочно сгреб свои вещи, едва не запутавшись в собственных руках, и пулей отлетел в сторону леса. Белла проводила его недоуменным взглядом. — Пап, у вас тут в резервации все такие... дерганые? Этот Пол выглядит так, будто у него одновременно случился запор и просветление. Чарли хмыкнул, протягивая ей сок. — Пол Лэйхот. Славный малый, но вспыльчивый как сухая трава. Странно, обычно он ни перед кем не извиняется. Видимо, твой гипс его впечатлил. Белла отхлебнула сок, глядя туда, где в тенях деревьев всё еще маячил силуэт Пола. Она не знала про «запечатление», но интуиция подсказывала: этот псих теперь от неё не отвяжется. И, честно говоря, это было гораздо лучше, чем Эдвард. Пол был живым. Пол был горячим. И Пол явно был в шоке.

***

Сэм нашел Пола в глубине леса, всего в паре сотен метров от берега, где еще доносились отголоски костра. Тот сидел прямо на сырой земле, привалившись спиной к корявому стволу кедра, и выглядел так, будто по нему проехался каток. Никакой ярости. Никакого дрожания, предвещающего обращение. Пол — самый взрывной и неуправляемый из них — был «не в форме». Плечи опущены, руки безвольно лежат на коленях, а взгляд абсолютно пустой и прикован к одной точке в пространстве. — Пол! — Сэм подошел вплотную, готовый в любой момент прижать парня к земле, если тот начнет превращаться. — Ты что творишь? Ты должен быть на костре, там Билли, там старейшины! Что произошло? Пол медленно, словно через силу, поднял голову. Сэм ожидал увидеть гнев или раздражение, но наткнулся на нечто пугающее — абсолютную, фатальную покорность. — Это она, Сэм, — голос Пола прозвучал глухо, без единой искры привычной дерзости. — Кто «она»? Белла? — Сэм нахмурился. — Она просто девчонка, пусть и с острым языком. Ты из-за нее так сорвался? — Нет... — Пол судорожно вдохнул, и в его глазах наконец-то промелькнул живой ужас. — Ты не понимаешь. Это не так, как у тебя с Эмили. Гравитация... она просто сдохла, Сэм. Мир теперь держится на ней. Если она скажет мне прыгнуть с утеса — я прыгну. Если скажет сдохнуть — я сдохну. Сэм замер. Он знал о запечатлении всё, но видеть, как самого дикого волка стаи ломает об колено судьба, было невыносимо. Пол был разбит. Та Белла, которую они должны были «защищать от вампиров», только что одним взглядом превратила его главного боевика в преданного пса, который сам не понимал, как ему теперь жить. — Она тебя... — Сэм не договорил. — Обложила матом за куртку, — Пол издал короткий, истеричный смешок. — И я... я просто поплыл. Сэм посмотрел в сторону костра, где сидела девушка в коляске. Защитники должны были быть там. Но теперь всё изменилось: один защитник был запечатлен на объект защиты, а это значило, что Форкс и Ла-Пуш больше никогда не будут прежними. Сэм стоял над Полом, переваривая услышанное. Ситуация из «сложной» превратилась в «катастрофическую». — Билли сказал, она вообще никого не помнит, Пол, — глухо произнес Сэм, глядя в сторону костра. — Она не узнает мать, не узнает друзей. И этого кровососа, Каллена, который к ней присох... она его видеть не может. Как только он появляется на горизонте — у неё начинается дикая истерика. Она боится его до смерти, орет на весь дом, чтобы его убрали. Пол резко вскинул голову. Его глаза, только что бывшие пустыми, вспыхнули недобрым, яростным огнем. — Кровосос крутится рядом с ней? — он начал медленно подниматься, и по его телу прошла первая волна дрожи. — Она его боится, а он лезет? — Успокойся! — Сэм придавил его плечом к дереву. — Сейчас ты её напугаешь еще сильнее. Она и так в шоке. Но Билли и старейшины правы: это наш шанс. Если она не подпускает Каллена и доверяет только отцу, мы можем легально быть рядом. Чарли сам ищет, кто бы присмотрел за ней, пока он на смене. Пол прерывисто дышал, пытаясь обуздать волка внутри. Мысль о том, что ЕГО девочка (теперь — только его, и плевать на законы физики) трясется от страха из-за холодного мертвеца, выжигала ему внутренности. — Она попросила Чарли не пускать его, — продолжал Сэм, внимательно следя за реакцией Пола. — Каллен в бешенстве, он не понимает, почему «его Белла» вдруг стала его ненавидеть. А нам это на руку. Если она зацепилась с тобой языком и не упала в обморок от ужаса, значит, ты — тот, кто может находиться рядом, не вызывая у неё припадка. Пол сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Я его убью, Сэм. Если я увижу его тень под её окном, я вырву ему хребет. — Сначала вернись туда и не рычи, — осадил его вожак. — Пойдем. Билли сейчас будет рассказывать легенды. Садись рядом с ней. Просто сиди и дыши. Ей нужно привыкнуть к твоему теплу. Раз она не узнает Каллена — значит, для неё его больше нет. И у тебя есть реальный шанс.

***

— Ты сок будешь? — вопрос прозвучал неожиданно. Белла замерла с открытым ртом, так и не донеся какую-то колкую фразу до конца. Она была уверена, что это снова Джейкоб со своим щенячьим восторгом маячит за плечом, мешая слушать про «духов-воинов». История Билли была по-настоящему захватывающей — никакой голливудской мишуры, только древний шепот и треск углей. — Слушай, Джейк, ты извини, но я сразу скажу, малолетки мне не нравятся, — отрезала она, наконец поворачивая голову, чтобы поставить точку в его притязаниях. Но вместо долговязого подростка она наткнулась на стену из горячих мышц. Пол сидел совсем рядом, и от него исходил такой жар, что плед на её плечах казался лишним. Его взгляд, еще недавно бешеный, теперь был странно прикован к её лицу, словно он пытался запомнить каждую ресничку. — Круто, — ответил Пол, и в его голосе не было ни капли прежней агрессии. Только какая-то утробная, низкая уверенность. — Так будешь сок? Он протянул ей стакан, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Белла внутренне вздрогнула — он был не просто теплым, он был горячим. «Так, — подумала она, принимая напиток. — Значит, это тот самый Пол. И он, кажется, больше не хочет меня придушить за наезд на его куртку. Наоборот, смотрит так, будто я — последний стакан воды в пустыне». — Спасибо, — она отхлебнула сок, продолжая коситься на него. — А ты... У тебя кажется температура или лихорадка— ты в обморок падать не собираешься? Она бесцеремонно потрогал его лоб. Её рука, прохладная по сравнению с его кожей, легла ему на лоб. Пол замер, даже дышать перестал. Для него это прикосновение было сродни удару тока, прошедшему через всё тело прямо в позвоночник. — Ого, — пробормотала она, не торопясь убирать руку. — Да ты реально закипаешь. Градусов сорок пять, не меньше. Слушай, Пол, ты если решишь тут сознание терять, ты предупреди, ладно? Я со своей ногой тебя не поймаю, только придавишь сверху. Пол медленно выдохнул, чувствуя, как внутри него всё вибрирует от близости этой девушки. Он ожидал чего угодно — страха, отвращения, холодности, которую она демонстрировала Каллену, — но не этой деловой, почти материнской бесцеремонности. — Не упаду, — хрипло ответил он, осторожно перехватывая её ладонь своей огромной лапищей, чтобы убрать её от своего лба, но так и не выпуская. — Я... я крепкий. Просто у нас в семье все такие. Кровь горячая. — Заметно, — она хмыкнула, чувствуя, как от его руки по её предплечью разливается уютное тепло. — Полезное качество для Форкса. Можно на отоплении экономить. Она не стала отдергивать руку. Наоборот, ей было чертовски комфортно. В этом мире, где всё казалось либо липким от дождя, либо ледяным от присутствия «сталкера», Пол ощущался как огромная, надежная грелка. Или у нее уже заскок от нервов? Но он реально ощущался надёжным. А если не верить интуиции, то чему вообще тогда можно верить? Пол смотрел на неё, не моргая. Его зрачки были расширены, а дыхание стало тяжелым, но на удивление ритмичным. Он чувствовал, что его волку наконец-то спокойно. — Ты это... — Пол запнулся, пытаясь подобрать слова, которые не звучали бы как рычание. — Если тебе реально холодно будет, ты только скажи. Мне не сложно. — Ловлю на слове, — усмехнулась она. Она знала, что здесь, на этой земле, она в полной безопасности. Граница резервации была для Калленов невидимой, но непреодолимой стеной. Договор — штука серьезная, и даже такой одержимый тип, как Эдвард, не рискнет его нарушить, не развязав войну. Впервые за всё время «попаданства» она по-настоящему расслабилась. — Слушай, Пол, — она чуть склонила голову набок, — а кто здесь кто? Пол слегка придвинулся, и от него повеяло таким жаром, что Белла невольно расслабилась не морально , а физически. Просто. Комфортно. В этом сыром лесу он был единственным стабильным источником тепла, который ей "понравился". — Ну, смотри, — Пол кивнул в сторону костра, где сидели старейшины. — Народу много, но тех, на кого реально стоит смотреть, мало. Вон тот, с тяжелым взглядом, который сидит рядом с Билли — это Сэм Адли. Он у нас за главного. Серьезный мужик, слов на ветер не бросает. Если он сказал, что ты здесь в безопасности, значит, так оно и есть. Белла проследила за его взглядом. Сэм выглядел внушительно — скала, а не человек. Вожак. Понятненько. — А остальные? — спросила она, кивнув на стайку парней помладше, среди которых выделялся долговязый Джейкоб. — А, мелюзга, — Пол пренебрежительно махнул рукой. — Джейк, Эмбри, Квил... Дети еще. Бегают, шумят, в машинах копаются. Толку от них пока ноль, только пыль поднимают. Он замолчал, и Белла почувствовала, как он снова напрягся, словно защищая свою территорию. Она прикинула, раз щеглы ещё маленькие, то они ещё не обращаются, значит, если она правильно помнит, по канону, волков пока всего двое — Сэм и этот псих рядом с ней. Остальные еще не «переродились», не почувствовали в себе зверя. Это делало Пола и Сэма кем-то вроде элиты, кастой неприкасаемых. — Значит, только ты и Сэм? — пробормотала едва слышно, она в упор посмотрела на него, проверяя реакцию. — Вы двое тут вроде как местная гвардия? Пол усмехнулся, и в этой ухмылке промелькнуло что-то хищное. — Вроде того. Сэм следит за порядком вообще, а я... — он на секунду замялся, его взгляд снова стал тяжелым и странно мягким одновременно, когда он посмотрел на неё. — А я буду следить за твоим порядком. Раз уж ты такая «поломанная» и никого не помнишь. — Не надо за мной следить, — фыркнула она, отпивая сок. — Я не золотая рыбка в аквариуме. — Рыбки не кусаются, — парировал он. — А у тебя зубы есть, я уже понял. — Смотря какие рыбы, — тут же ответила она, прищурившись и делая медленный глоток сока. — Может, я акула. Или пиранья. Знаешь, такие маленькие, но если вцепятся — костей не соберёшь. Пол замер на секунду, а потом выдал короткий, лающий смешок. В его глазах промелькнуло нечто похожее на азарт — дикий и первобытный. — Пиранья, значит? — он окинул её взглядом, задержавшись на гипсе. — Ну, для акулы ты и правда маловата, а вот на пиранью тянешь. Злая, кусачая и в воде, небось, чувствуешь себя лучше, чем на суше. — В воде хотя бы ноги не ломаются, — буркнула она. — Ладно тебе, — Пол вдруг подался чуть ближе, и она почувствовала, как от него буквально веет жаром, словно от раскалённой печи. — Ты это... на «колесницу» не обижайся. Просто я не привык, чтобы мне тут условия ставили. А ты забавная. Не такая, как о тебе говорили. — И что же обо мне говорили? — Что ты тихая. Как мышь за плинтусом, — Пол хмыкнул, не сводя с неё глаз. — А ты... ты другая. У тебя взгляд такой, будто ты этот лес насквозь видишь. И нас вместе с ним. Он замолчал, и тишина между ними не была неловкой. Она была... тёплой? Белла косилась на его огромные ладони и думала о том, что этот парень — её идеальный билет в безопасную жизнь. Пока он рядом, ни один холодный мертвец не рискнёт подойти к ней. — Слушай, Пол, — она посмотрела на огонь костра, — а этот ваш Сэм... Он всегда такой хмурый? Или он просто прикидывает, как бы поскорее отправить меня обратно в Форкс? А если я не захочу никуда отправляться? — она посмотрела на него в упор, не отводя взгляда. — Что ты предпримешь? Скрутишь и силой в машину запихнешь? Или Сэму пожалуешься, что «пиранья» не слушается? Пол замер. Его ноздри расширились, а по телу снова прошла короткая судорога, словно он едва сдерживал внутреннего зверя. Но в глазах не было злости. Там была странная, пугающая решимость. — Если ты не захочешь уходить, ты останешься, — голос его стал низким, почти вибрирующим. — И никто — ни Сэм, ни твой отец, ни тем более этот бледный ублюдок из твоей школы — не заставит тебя сделать шаг против воли. Он подался еще ближе, так что она кожей почувствовала исходящий от него жар. — Я не буду тебя заставлять, Белла. Я просто... буду стоять между тобой и всем миром. Если ты скажешь «нет», значит, это «нет» для всех. Она хмыкнула, хотя внутри всё на секунду сжалось от осознания масштаба этой клятвы. — Громкие слова для парня, которого я знаю полчаса. Ты всех так защищаешь или я какая-то особенная? — Ты — это ты, — отрезал он, и в этой короткой фразе было больше смысла, чем во всех сопливых эссе из школьной программы по литературе. — И я не бросаю слова на ветер. В этот момент к ним подошел Чарли, тяжело ступая по влажной траве. — Ну что, молодежь, закругляемся? Беллз, тебе пора в кровать, а то завтра на уроках будешь носом клевать. Пол мгновенно вскочил, обходя коляску. Его движения были слишком быстрыми, слишком хищными, но как только его руки коснулись ручек кресла, он стал предельно осторожным. — Я помогу, шериф Свон, — бросил он через плечо. Пока он катил её к машине, обходя каждую кочку и каждую ямку, Белла молчала. Она чувствовала его присутствие за спиной — как будто за ней двигалась передвижная электростанция. У самой машины, когда Чарли, пока отец возился с багажником она решила рискнуть. — Что ж, это было интересное знакомство, — произнесла она, глядя на него через плечо. — Не знаю, приятное или нет, но запоминающееся. Пол замер, удерживая коляску за ручки. На его губах снова заиграла та самая дерзкая ухмылка, но в глазах на мгновение вспыхнуло что-то еще — признательность за честность. Ему явно надоели люди, которые либо боятся его, либо пытаются подлизаться. Пол коротко хохотнул, и этот звук был на удивление теплым. Он наклонился чуть ниже, обдавая ее жаром своего дыхания. — «Запоминающееся» — это хорошее начало, пиранья, — хрипло отозвался он. — Главное, что не скучное. Увидимся. Он отступил на шаг, освобождая место Чарли, который уже закончил возиться с багажником. Пока отец помогал ей устроиться на сиденье, Пол не уходил. Он стоял рядом, сложив руки на груди, и смотрел, как захлопывается дверь машины. В его позе было что-то от часового на посту — непоколебимое и пугающее. Когда машина тронулась, Белла посмотрела в боковое стекло. Фигура Пола быстро таяла в сумерках и тумане, но она всё еще чувствовала то место на плече, которого почти касалось его тепло. — Странный он парень, этот Пол, — подал голос Чарли, выруливая на шоссе. — Обычно он и слова из себя не выдавит, кроме ругани, а тут... Понравился он тебе? — Ну, он хотя бы симпатичный, не то что этот Каллен, — хмыкнула она, устраиваясь поудобнее на сиденье и глядя в окно на мелькающие деревья. Чарли от неожиданности даже чуть руль не дернул. Он привык, что Белла — девочка серьезная и на внешность парней внимания особо не обращает (или, по крайней мере, помалкивает об этом), а тут такая прямая оценка. — Симпатичный, значит? — Чарли усмехнулся в усы, явно довольный выбором дочери. — Ну, Пол парень крепкий, тут не поспоришь. Она не знала, что за сотню метров от них, на обочине дороги, два волка замерли, как каменные изваяния. Слух оборотней позволял ловить шепот в закрытой машине так же легко, как обычный человек слышит крик в пустой комнате. Пол стоял рядом с Сэмом, всё еще не в силах унять дрожь в руках. Когда её голос долетел до него, и он услышал это простое «симпатичный», его буквально накрыло волной самодовольства. Он выпрямился, расправил плечи, и на его лице расплылась такая широкая и глупая улыбка, какой Сэм у него не видел никогда. Сэм же только тяжело вздохнул, прикрыв глаза рукой. — Слышал? — шепнул Пол, не сводя взгляда с красных габаритных огней машины шерифа. — Она сказала, что я симпатичный. И что Каллен — урод по сравнению со мной. — Она сказала «не то что Каллен», Пол. Не переиначивай, — осадил его вожак, хотя в его голосе тоже чувствовалось облегчение. — Главное, что она сделала выбор. Сама. Даже не зная, кто мы такие. — Мне плевать, знает она или нет, — Пол резко развернулся в сторону леса, его глаза азартно блеснули в темноте. — Я завтра же буду у её дома. Кровосос должен понять: территория занята.