Часть 8

Пол завалился на кровать в своей комнате в Ла-Пуш, даже не снимая ботинок. В голове, как заезженная пластинка, крутился голос Белль. Он закрыл глаза и начал по пунктам восстанавливать её «список идеального мужика», примеряя его на себя, как новую куртку. — Так, пункт первый: без вечной драмы на морде. — Пол ощупал своё лицо и довольно хмыкнул. Драмы у него не было. Была ярость, был азарт, была похоть, но вот этого «я страдаю, потому что я такой сложный» — ни грамма. — Тут в яблочко. Я простой как кирпич... э-э, нет, про кирпич это она про Каллена. Короче, я нормальный. Зачёт. Он перевернулся на бок, закинув руки за голову. — Пункт второй: житейски хитрый и уверенный на ногах. — Пол вспомнил, как лихо он «подрезал» Каллена, зайдя через парадную дверь с книжкой. — Ну, хитрости мне не занимать, а уж стою я на ногах так, что никаким вампирским ветром не сдует. Две тонны живого веса в прыжке ( или три) — это тебе не в кустах ныть. Тоже зачёт. Но самым важным был финал её списка. «Точно знает, что сегодня и завтра будет есть его семья». Пол замер. Это ударило по нему сильнее всего. Оборотни в Ла-Пуш жили именно так: стая была семьей, и каждый заботился о том, чтобы на столе было мясо, а в доме — тепло. У него не было акций в банках, но у него были руки, сила и инстинкт добытчика. — Семья... — прошептал он в потолок. — Моя Белль. Моя семья. Он представил, как завтра привезет ей что-нибудь поесть. Не эти больничные помои, а нормальное мясо, которое приготовит Эмили. Или сам на костре зажарит. Чтобы она видела: он — тот самый, кто «знает, что она будет есть завтра». — Умная... пиранья, — Пол улыбнулся, и на этот раз его улыбка была почти нежной. — Всё по полкам разложила. Поняла, что ей не стихи нужны, а надежное плечо. Он чувствовал, как запечатление окончательно перестраивает его мозг. Теперь каждое его действие — ремонт пикапа, патрулирование леса, даже чистка зубов — было подчинено одной цели: соответствовать этому списку. Быть тем самым настоящим, о котором она просила. Но вдруг Пол подскочил на кровати, как ужаленный. До этого момента он жил моментом: патруль, лес, пожрать, поспать. О будущем он думал примерно никогда. Но Белль… Белль — это не просто «девушка из резервации». Она — дочка шерифа, привыкшая к дому с интернетом и двум машинам во дворе. «Черт, — Пол вцепился в волосы. — А ведь она права. На одной "житейской хитрости" далеко не уедешь. Если я реально хочу, чтобы она была моей, это ж деньги нужны. По-любому». Он оглядел свою холостяцкую берлогу и представил там Белль. Картинка не склеивалась. Белль в вигваме? Да она его костылем по голове огреет при первой же попытке предложить «романтику в лесу». Ей нужен комфорт, стабильность и чтобы в холодильнике не только сырое мясо лежало. — Так, — Пол начал мерить комнату шагами, и пол под его весом жалобно заскрипел. — Где в этом захолустье взять нормальное бабло? В полицию к Чарли? Не вариант, сорвусь на первом же допросе. В сервис к Билли? Копейки. Он вспомнил Сэма. Сэм как-то крутился, строил дом для Эмили, всегда имел заначку. Значит, выходы есть. Можно заняться лесозаготовками или пойти на рыболовецкое судно в сезон — там платят адски много, если не боишься пахать по двадцать часов. А Пол не боялся. Он теперь за пятерых отпашет, лишь бы у его Белль была лучшая плита и самая мягкая кровать. — Я не буду нищебродом, — рыкнул он своему отражению в зеркале. — Если она хочет мужика, который «знает, что семья будет есть завтра», я стану этим мужиком. Придется, видимо, реально браться за ум. Он прикинул, сколько стоит нормальный ремонт её пикапа, если заказывать детали из Сиэтла, а не ковыряться в ржавом хламе. Это был первый пункт его нового плана. Показать серьезность намерений.

***

Когда Пол на следующее утро ворвался к Сэму и вместо обычного «Ну что, идем патрулировать?» с ходу спросил: «Где тут у нас можно реально срубить бабла, и побольше?», вожак едва не выронил кружку с кофе. — Сэм и шок в шоке — это мягко сказано, — пробормотал Адли, глядя на то, как у Пола от решимости буквально искры из глаз летят. — Тебе зачем? На новую куртку не хватает? — Какая куртка, Сэм?! — Пол начал мерить шагами кухню, едва не снося стол. — У меня Белль! Она — городская, ей нужен комфорт. Она хочет мужика, который обеспечивает семью. Я не могу привести её в сарай и сказать: «Зато у меня кубики на животе и я теплокровный». Ей нужен дом, машина на ходу и чтобы счет в банке не вызывал желания застрелиться. Она в вигваме жить не будет! Сэм медленно поставил кружку. Он впервые видел Пола таким... взрослым и чертовски напуганным перспективой бедности. Запечатление творило чудеса: вчерашний псих-разрушитель сегодня превратился в карьериста-маньяка. — Работа, значит... — Сэм задумался. — Ну, есть вариант с лесозаготовками на дальнем участке. Там контракт тяжелый, техника старая, мужики не выдерживают — спины летят через неделю. Но платят там втрое больше, чем в городе. Для обычного человека это каторга, а для тебя... — Для меня это разминка, — хищно оскалился Пол. — Пиши адрес. Я за неделю там норму месяца выдам. Мне нужно починить её пикап и начать откладывать на «черный день». Сэм покачал головой, всё еще не веря своим ушам. — Ты хоть понимаешь, что будешь приходить к ней весь в опилках, мазуте и злой как черт от усталости? — Плевать, — Пол уже был у двери. — Главное, что я приду с деньгами и буду знать, что могу купить ей любой «Монте-Кристо» в золотом переплете. И этот «запорный» из леса пусть посмотрит, как пахнет настоящий работающий мужик, а не разочарование в жизни

***

План созрел мгновенно — дерзкий и четкий, как удар под дых. Пол понимал: если он хочет обеспечить Белль будущее, которое она заслуживает, ему нужно на время исчезнуть из её поля зрения, но при этом оставить её под «колпаком». Первым делом он вытряс номер телефона Белль у Чарли, обставив это максимально невинно: «Шериф, дайте номерок дочки, вдруг по машине что спросить надо будет или по урокам, а вас на связи не будет». Чарли, уже считавший Пола своим парнем, без задней мысли продиктовал цифры. Затем Пол собрал «шпану» — Джейкоба, Эмбри и Квилла — за гаражами. — Так, мелюзга, слушайте сюда, — Пол навис над ними, как грозовая туча. — Я сваливаю на вахту, на дальний лесоповал. Буду рубить бабло. Пока меня нет, вы — мои глаза и уши. Каждый день кто-то из вас ошивается возле дома Свонов. Если увидите там хоть тень этого бледного из школы — сразу звоните мне. Если ей что-то надо — привезти, поднять, подать — делаете это быстрее, чем я успею чихнуть. — А чего это ты так за Беллу переживаешь? — влез любопытный Джейкоб. — Не твое собачье... в смысле, не твое дело! — рыкнул Пол, вовремя прикусив язык. — Чарли — резервации, мы должны помогать. Короче, если с её головы хоть волос упадет, пока я в лесу вкалываю — вернусь и побрею вас налысо. Всех троих. Шпана прониклась. Для них это было крутым заданием от «старшего», и они даже не догадались, что вписались в охрану дамы сердца самого бешеного волка стаи. Уже вечером, перед самым отъездом, Пол долго смотрел на набранный номер в телефоне. Пальцы дрожали. Он не привык писать сообщения, но сейчас это было единственным способом не сойти с ума на вахте. «Уехал по делам на пару недель. За тобой приглядят мои ребята — если что-то нужно, свистни им. Веди себя хорошо, пиранья. Книжку не теряй». Он нажал «отправить» и, не дожидаясь ответа, закинул сумку в кузов, чувствуя, как внутри всё сжимается. Ему было чертовски страшно оставлять её одну, но он знал: когда он вернется, у него в кармане будет фундамент для их жизни, а не просто пустые обещания. Ответ прилетел почти мгновенно, и Пол чуть не выронил телефон из рук. Он ожидал чего угодно — игнора, сухого «ок» или даже просьбы не писать больше, но Белль осталась верна себе. «Ты в лесу об дуб не стукнулся, Пол? (узнала) С чего вдруг такое участие?» Пол сидел в кабине своего грузовика, тупо пялясь в экран, и на его лице расползалась идиотская улыбка. Она его «считала» сразу. Никаких «кто это?», никаких прелюдий. — Стукнулся, — пробормотал он под нос, — об одну пиранью колючую. Он вытер вспотевшие ладони о джинсы и начал лихорадочно набивать ответ. Хотелось написать что-то пафосное, но он вспомнил её аллергию на драму и «морду кирпичом». «Об дуб не стукнулся, просто березу не заметил. Участие — от чистого сердца, Белль. Ты же у нас калека на экстернате, за тобой глаз да глаз нужен, а то еще решишь шкаф в одиночку передвинуть и второй гипс заработать. Шпана надежная, не обижай их сильно. Всё, я в зону без связи ухожу. Не скучай без кирпичей». Он нажал «отправить» и почувствовал, как внутри всё затрепетало. Это было похоже на прыжок с обрыва — страшно, но дух захватывает. Он знал, что сейчас скроется в лесной глуши, где из связи будут только топоры и сосны, но этот короткий диалог грел его лучше, чем печка в кабине. Белль дома, прочитав это, лишь фыркнула и закатила глаза. — «От чистого сердца», как же, — проворчала она, но почему-то впервые за день плотные шторы в её комнате не казались такими уж давящими, а ещё у неё был официальный повод эксплуатировать Джейкоба, и это не могло не радовать.