Часть 24

В доме Калленов стояла редкая для этого места тишина. Карлайл читал в кабинете, Эсме что-то тихо переставляла на кухне, Розали спорила с Эмметом из-за машины, а Элис сидела на подлокотнике дивана, бездумно листая журнал, который даже не видела. Она уже третий раз за вечер пыталась поймать Беллу. Раньше это было легко. Будущее Беллы всегда ощущалось странно — текучее, нервное, слишком зависимое от эмоций, — но Элис всё равно видела вспышки: коридоры школы, лес, Чарли, руки Эдварда, больницу, страх, слёзы,выборы. Теперь же каждый раз происходило одно и то же. Пустота. Не туман или развилка. Будто кто-то гасил экран. Элис медленно перебирала варианты. Нет. Что-то изменилось. Она снова закрыла глаза, цепляясь за последнее воспоминание о Белле: тонкие пальцы, чашка кофе, смазанное раздражение, мелькнувшее в будущем буквально секунду назад… И всё оборвалось. Чернота. Элис резко вдохнула и открыла глаза. — Нет… — выдохнула она шёпотом. Дверь наверху хлопнула так быстро, что человек бы даже не услышал. Через мгновение Эдвард уже стоял внизу лестницы, настороженный, неподвижный, слишком внимательный. — Что случилось? Элис повернулась к нему, и что-то в её лице заставило его мгновенно напрячься. — Я не вижу её. Он нахмурился. — Кого? Она даже не ответила сразу — настолько дико прозвучал этот вопрос. — Беллу, конечно. Эдвард медленно подошёл ближе. — Объясни. Элис нервно запустила пальцы в короткие волосы и начала ходить по комнате. — Раньше это было временно. Когда рядом были квилеты — всё исчезало, ты знаешь. Но потом возвращалось. Я могла увидеть её позже: дома, в школе, рядом с Чарли… Она замолчала, пытаясь подобрать слова, которые не звучали бы как паника. Не получилось. — А сейчас ничего не возвращается, Эдвард. Он застыл. Элис смотрела, как медленно меняется его лицо. Как приходит понимание — Волки, — произнёс он наконец. Это был не вопрос. Элис кивнула. — Она постоянно рядом с ними. Теперь слова посыпались сами, быстрее, лихорадочнее: — Я пыталась увидеть хоть что-то. Любое решение. Любую мелочь. Будущее Чарли. Её школу. Её комнату. Но она словно всё время находится внутри этой слепой зоны. Как будто… Она резко замолчала. Как будто кто-то намеренно не выпускает её оттуда. Элис не произнесла этого вслух. Не успела. Потому что Эдвард уже услышал достаточно. Он отвернулся к окну, и Элис увидела, как напряглись его плечи. В комнате хрустнуло стекло. Только тогда она заметила, что его ладонь сжалась на спинке кресла, оставляя глубокие трещины в дереве. — Ты сказала подождать. Голос был спокойным. Элис почувствовала, как внутри всё неприятно сжалось. — Эдвард… — Ты сказала, что ей нужно время, — продолжил он, не оборачиваясь. — Что если я перестану давить, если дам ей пространство, она успокоится. Ты убедила меня держаться от неё подальше. Элис резко поднялась. — Потому что она тебя боялась! Слова вырвались раньше, чем она успела подумать. Поздно. Эдвард медленно повернулся. И Элис мгновенно пожалела, что сказала это вслух. Несколько секунд он просто смотрел на неё, и в золотых глазах было что-то страшно неподвижное. — А теперь? — тихо спросил он. Элис открыла рот и не ответила. Потому что впервые не знала ответа. Раньше она видела Беллу рядом с Эдвардом сотни раз. Видела их будущее так ясно, что воспринимала его почти как свершившийся факт. Но теперь… Теперь будущего не было вообще. Только слепая чёрная зона там, где должна была быть Белла. И чем дольше Элис думала об этом, тем сильнее внутри росло холодное, липкое понимание. Белла не просто пряталась у квилетов... Она связывала с ними свою судьбу. Эдвард будто тоже пришёл к этой мысли одновременно с ней. Он коротко рассмеялся, и от этого звука Элис стало не по себе. — Пока я ждал… пока я слушал тебя… этот пёс просто забрал её. — Не говори так, — быстро сказала Элис. — Она не вещь. — Тогда почему она исчезла? Вот теперь в его голосе наконец прорвалось настоящее. Отчаяние. — Почему она больше не возвращается, Элис? Она молчала, ведь ответ был очевиден. Пока Белла была одна — Элис хотя бы иногда видела её будущее. Теперь — никогда. А это значило только одно. Рядом с ней всегда был волк. Близко и на постоянной основе. Долго.

***

Жизнь Белль за последние две недели впервые начала напоминать что-то… нормальное. Настолько нормальное, насколько вообще может быть нормальной жизнь девушки, случайно попавшей в тело умершую в балетной студии Беллы Свон. Эдвард не появлялся.( Слава всем богам). Не маячил под окнами, стоя в лесу ледяной статуей и прожигая взглядом стены дома шерифа. После той сцены в больнице и пары попыток прорваться через Чарли Каллены словно исчезли. Белль не обманывалась — это затишье временное, маленький шанс перевести дух. Но эта пауза после постоянного ощущения чужого взгляда действовала почти терапевтически. Поэтому в маленьком хозяйственном магазине Форкса она бродила в хорошем настроении. Ну, насколько это возможно, когда ты выбираешь между названиями: «морской туман», «серый гранит» и «дождливый кедр» для новых штор на кухню. — Господи, почему в этом городе всё называется как депрессия, — пробормотала Белль, рассматривая образцы ткани. — Белла? Она обернулась автоматически и тут же внутренне застонала. Джессика Стэнли. Высокий хвост, яркий блеск для губ и то самое выражение лица, которое бывает у людей, почуявших свежие сплетни за километр. — Ой боже мой, Белла! — Джессика всплеснула руками и тут же придвинулась ближе. — Тебе сняли гипс?! — Эм… да? — осторожно ответила Белль. — Я тебя поздравляю! — выдала Джессика с таким энтузиазмом, будто Белль лично победила рак. — Ого… а что у тебя с лицом? Белль моргнула. — С лицом? — Ну вот тут, — Джессика бесцеремонно ткнула пальцем себе в щеку. — Это шрам? От падения? Тебя зашивали, да? Белль застыла на секунду. Шрам? Она машинально коснулась щеки. Если честно… она была почти уверена, что этот тонкий след всегда там и был. Настолько привыкла к отражению в зеркале, что давно перестала обращать внимание. — А-а… наверное? — неуверенно сказала она. — Не знаю, я как-то не спрашивала подробности у человека, который собирал меня по кускам. Джессика нервно хихикнула, но глаза её уже лихорадочно сканировали дальше. — И волосы! Ты теперь заплетаешься? Белль машинально тронула косу через плечо. — Иногда. — Тебе идёт, — быстро сказала Джессика. И тут же: — Ой, а это ещё шрамы? Господи, Белла, тебя реально как будто в мясорубку засунули… — Джессика, ты умеешь делать комплименты только через описание чужих травм? — сухо уточнила Белль. — Нет! То есть да! Ой, ты поняла, что я имею в виду! Белль тихо фыркнула. Вот это уже было почти привычно. Форкс словно только и существовал что на: дожде, кофе и коллективном желании знать чужие дела. — Ты так и не пришла на танцы, — продолжала Джессика, мгновенно перескакивая на новую тему. — Было, кстати, очень весело. Все спрашивали про тебя. Ну… и про Эдварда тоже. Белль почувствовала, как внутри всё неприятно напряглось. — А что с Эдвардом? — с нарочитым безразличием спросила Джессика. «Жив ли ваш местный вампир-сталкер? Надеюсь, нет», — мысленно закончила Белль, но вслух сказать ничего не успела. Потому что за её спиной раздался знакомый голос: — Белль, это такие, как ты просила? Джессика обернулась одновременно с ней и замерла. Пол стоял в проходе между стеллажами с рулонами ткани, держа в руках несколько образцов. Высокий, загорелый, спортивный, с растрёпанными после дождя волосами и закатанными до локтей рукавами. От него буквально веяло лесом и опасной мужской уверенностью. — Просто там ещё пять видов было, — продолжил Пол, подходя ближе. — Я решил, лучше тебе показать, а то опять скажешь, что я выбрал «цвет тоски по налоговой декларации». Белль невольно хмыкнула. — Потому что ты реально это выбрал. Пол ухмыльнулся в ответ — лениво, тепло, слишком по-свойски. И только тут заметил Джессику. — О. Привет. Джессика смотрела на него так, будто ей только что лично явился горячий индеец из женского любовного романа. Её взгляд заметался от Пола к Белль и обратно к Полу. Она заметила всё и как близко он стоит, и как естественно держится рядом, и как смотрит на неё. И Белль буквально увидела момент, когда в голове Джессики вспыхнуло: СПЛЕТНЯ. Глаза девушки загорелись почти сверхъестественным восторгом. — О БОЖЕ МОЙ, — выдохнула она. — Белла Свон… ты встречаешься с квилетом?! Пол заинтересованно перевел взгляд с сияющей Джессики на Белль. И, что самое ужасное, выглядел он при этом слишком довольным. Заинтересованным в ответе на этот вопрос от первоисточника. Белль мысленно застонала. «Ах ты ж сучка крашеная…» Она слишком хорошо знала этот тип вопросов. Джессика не спрашивала напрямую. Нет. Она подбрасывала спичку — и ждала, кто первым загорится. Белль медленно повернулась к ней, вскинув бровь. — А что, нельзя? Джессика подавилась воздухом. Пол рядом подозрительно притих. — Нет! То есть можно! Конечно можно! — быстро затараторила Джессика, уже едва не подпрыгивая от восторга. — Просто… ну… Каллен… — А что Каллен? — невинно уточнила Белль. Пол теперь откровенно наслаждался происходящим. Она буквально чувствовала, как рядом с ней этот здоровенный волчара мысленно навострил уши. Джессика нервно понизила голос, хотя в магазине кроме них никого не было: — Ну, вы же были… вместе? Типа? Все так думали. — А-а-а, — протянула Белль с таким видом, будто только сейчас вспомнила о существовании Эдварда. — Ну да. Было дело. Пол медленно повернул голову. Белль краем глаза заметила, как у него дернулась челюсть. «Ой, всё. Сейчас кто-то начнет внутренне рычать». — Но знаешь, — задумчиво продолжила она, разглядывая образец ткани в руках Пола, — после того как пребываешь на грани, начинаешь иначе смотреть на некоторые вещи. Пол окончательно перестал изображать мебель. Джессика же, наоборот, подалась ближе, как акула, почуявшая кровь. — В смысле? Белль подняла взгляд и абсолютно спокойно сказала: — Я пересмотрела свои приоритеты и требования к партнёру. В магазине повисла тишина. Пол резко кашлянул в кулак. Очень подозрительно. Джессика моргнула. — Чего? — Ничего, — невозмутимо ответила Белль. — Это метафора. Пол уже откровенно отворачивался, пытаясь спрятать ухмылку и это было ошибкой, потому что Джессика мгновенно заметила всё эти взгляды и сделала правильные выводы. Глаза Джессики расширились ещё сильнее. — Подождите… — выдохнула она. — Это серьёзно?! Белль почувствовала, как Пол рядом буквально замер. И вот теперь ей захотелось сделать гадость уже им обоим. Она медленно взяла из его рук образец ткани, специально задев пальцами его ладонь. Пол тут же посмотрел на неё так, будто она только что лизнула его шею посреди магазина. «Господи, какой же ты всё-таки легковоспламеняющийся». — Не знаю, Джессика, — задумчиво произнесла Белль, рассматривая ткань. — А через сколько отношений с человеком тебе начинают бесплатно выдавать его фамилию? Я просто не в курсе правил. Мы с Полом ещё не дошли до уровня коллективной налоговой декларации. Пол всё-таки хрюкнул. Прямо вслух. Джессика переводила взгляд между ними с таким выражением лица, будто уже мысленно писала: Анджеле, Майку, половине школы, и, возможно, местной газете. — О боже мой… — прошептала она почти благоговейно. — Белла Свон бросила Эдварда Каллена ради квилета. — Джессика, — устало сказала Белль. — Ты сейчас говоришь так, будто я сбежала с цирковым медведем. — Эй, — немедленно возмутился Пол. — Я как минимум симпатичный медведь. И это добило Джессику окончательно.

***

Машина мягко качнулась, когда Пол захлопнул водительскую дверь. Пакеты с тканью полетели на заднее сиденье, а сам он ещё пару секунд сидел молча, держась за руль и явно переваривая последние пять минут своей жизни. Белль невозмутимо пристегнулась. Тишины хватило ровно на три секунды. — Так значит, мы встречаемся, а, пиранья? Белль медленно повернула к нему голову. Пол даже не пытался скрыть ухмылку. Глаза у него блестели слишком довольно, слишком по-волчьи сыто. — О, ты всё-таки научился человеческой речи после магазина? — сладко уточнила она. — Я уж испугалась, что тебя там окончательно закоротило. Пол фыркнул и тронул машину с парковки. — Не уходи от темы. — А я и не ухожу. — Белль. — Пол. Он бросил на неё долгий взгляд. Тот самый взгляд, от которого у неё в животе начинало происходить что-то подозрительно не соответствующее образу взрослой разумной женщины. — Ты не ответила. — На что именно? На вопрос Джессики или на твой внутренний брачный ритуал, который я слышала даже через твоё молчание? Пол чуть не подавился воздухом. — Ты невыносима. — Спасибо, я стараюсь. Машина свернула на мокрую лесную дорогу. За окнами тянулись ели, дождь тихо шуршал по крыше. Пол какое-то время молчал, прежде чем очень спокойно выдать: — Мне понравилось, как это прозвучало. Белль моргнула. Вот теперь это было нечестно. Потому что говорил он без своей обычной наглости. Она медленно отвернулась к окну, чувствуя, как внутри что-то предательски теплеет. — Ты сейчас специально стал нормальным, да? — пробормотала она. — Это манипуляция. — Работает? — К сожалению. Пол тихо рассмеялся. Низко и довольно. Белль покосилась на него и тут же пожалела об этом, потому что этот идиот выглядел слишком счастливым. — Так что? — не отставал он. — Мы встречаемся? Она медленно сузила глаза. — Пол Лэйхот… — М-м? — Хоть волк у нас ты… Белль резко подалась ближе и ткнула пальцем ему в бок. Пол дёрнулся от неожиданности. — …покусаю тебя сейчас я. Он расхохотался так, что машина едва не вильнула. — За что?! — За глупые вопросы. — Это был очень важный вопрос! — Нет, это была попытка вытянуть из меня признание в присутствии рулевого колеса. Пол ухмыльнулся, не отрывая взгляда от дороги. — И как, получилось? Белль смерила его долгим взглядом. Потом медленно протянула руку и поправила ворот его куртки — просто потому что он перекрутился. Пол мгновенно замолчал. Такие демонстрации действовали на него лучше любых слов. — Езжай уже, Ромео, — тихо сказала она. — Пока я действительно тебя не покусала. И судя по тому, как довольно дрогнули уголки его губ —этот псих был бы совершенно не против.

***

Джессика Стэнли держалась ровно двадцать семь минут. Ровно двадцать семь. Она сначала героически пыталась дойти до дома, спокойно поужинать, «не быть такой», и вообще «не лезть в чужую жизнь». Но потом вспомнила как в маленьком хозяйственном магазине Форкса она собственными глазами видела, что странная Белла Свон, по которой страдал сам Эдвард Каллен, — стояла рядом с огромным горячим квилетом так, будто они уже полгода живут вместе и делят ипотеку. И всё. Информацию невозможно было удерживать внутри человеческого организма. Телефон Анджелы зазвонил в семь вечера. — Алло? — ТЫ НЕ ПОВЕРИШЬ. Анджела тяжело вздохнула. — Джессика… — НЕТ, СЕРЬЁЗНО. Я только что видела Беллу Свон с парнем. — Ну… это не новость? У неё был Эдвард? — НЕ БЫЛ ЭДВАРД! — Подожди… что? Джессика уже металась по комнате, размахивая руками так активно, будто Анджела могла это видеть через трубку. — Там был этот квилет! Огромный такой! Загорелый! Господи, Анджела, он выглядел как ожившая реклама мужского парфюма! — Джессика! — И они вели себя СТРАННО. — Что значит «странно»? — Ну знаешь… — Джессика понизила голос, будто обсуждала государственную тайну. — По-семейному странно. Он называл её «Белль», — трагическим шёпотом сообщила она. — И таскал за ней образцы ткани. — Образцы ткани? — ДЛЯ ШТОР, АНДЖЕЛА. Ты понимаешь уровень близости?! Мужчины не выбирают шторы просто так! На другом конце трубки послышался очень подозрительный смешок. — Может, ты всё преувеличиваешь? — Я?! Да Белла при мне сказала, что она пересмотрела требования к кандидатам на роль своего парня! Теперь уже Анджела подавилась. — Она ЧТО?! — ВОТ И Я О ТОМ ЖЕ! К девяти вечера об этом знали: Анджела, Лорен, Майк, Тайлер, половина школьной футбольной команды, и, вероятно, кассирша из супермаркета. К десяти история обрела новые детали. По версии Тайлера: Белла бросила Эдварда ради «огромного индейца-байкера». По версии Лорен: они уже тайно встречались, пока Каллен «делал ей мозги». По версии кого-то из младших классов: квилет вообще подрался с Эдвардом из-за неё прямо посреди леса. К полуночи история окончательно мутировала в городской фольклор. И теперь весь город уверен в том, что Белла носила рубашки Пола, ночевала в резервации, и «выглядела очень счастливой». Последнее, кстати, было правдой. А утром следующего дня Майк Ньютон, не выдержав внутреннего напряжения, позвонил Эрику Йорки. — Слушай… ты же общаешься с Калленами? Эрик насторожился. — Ну? Майк драматично понизил голос: — Лучше присядь.

***

К обеду Форкс жил только одной темой. Даже дождь как будто начал идти с особым уровнем осуждения. А где-то в Ла-Пуш Джаред, дочитав очередное сообщение от Ким, внезапно заржал так громко, что чуть не свалился с крыльца. — О НЕТ… — простонал он. — Пол, ты легенда. — Чего ещё? — Школа Форкса считает, что ты увёл девушку у Эдварда Каллена. Повисла короткая пауза,а потом раздался крайне довольный голос Пола: — …и? Где ложь?