Осколки вишни

Ночь в Форксе стала еще холоднее. Гарри аппарировал прямо на порог дома Калленов через секунду после того, как почувствовал всплеск магии Долиша. Звук его появления — резкий хлопок, разорвавший тишину леса — заставил вампиров внутри дома занять боевые позиции. Когда Гарри вошел в гостиную, его взгляд сразу упал на обломок палочки на столе. — Вишня и жила дракона, — негромко произнес он, не дожидаясь приветствий. — Четырнадцать дюймов. Жесткая. Идеальна для боевой магии, но совершенно бесполезна в руках того, кто не умеет чувствовать поток. Эммет, всё еще возбужденный после стычки, сделал шаг навстречу. — Эй, Гарри, твой приятель в гавайской рубашке чуть не поджарил мне куртку. Что это за штуковины? — он указал на обломок. — Это не штуковина, Эммет. Это проводник. — Гарри подошел к столу и осторожно, кончиками пальцев, коснулся дерева. Огрызок палочки Долиша болезненно искрнул, признавая в Поттере более сильного мага. — Маг — это реактор. Палочка — это фокусирующая линза. Без неё магия Долиша просто сожгла бы его изнутри или выплеснулась в случайном взрыве. То, что ты её сломал, Эммет... ты лишил его части души. Маги и палочки связаны на уровне нейронных связей. Карлайл подошел ближе, его лицо выражало глубокую профессиональную заинтересованность. — Ты хочешь сказать, что этот предмет — часть его организма? — В некотором смысле, — Гарри посмотрел на Карлайла. — Если бы ты, Карлайл, потерял возможность чувствовать запахи, ты бы остался собой, но мир стал бы для тебя плоским. Для мага потеря палочки — это слепота. Розали стояла у окна, скрестив руки на груди. Её аура была пропитана недоверием, которое Гарри чувствовал кожей — оно пахло кислым лимоном и старым металлом. — Значит, теперь из-за тебя на нас будут охотиться эти «слепые» с огнеметами? — её голос был полон сарказма. — Мы жили здесь десятилетиями, Гарри. Мы были тенью. А теперь ты привел к нам войну. — Война началась не из-за меня, Розали, — Гарри обернулся к ней, и его голос стал пугающе тихим. — Она началась, когда Министерство решило, что может владеть людьми. Я здесь, чтобы закончить её. Если вы поможете мне, мы создадим здесь место, куда они не смогут войти. Если нет... что ж, авроры Долиша не отличаются деликатностью. В следующий раз они придут с Адским Пламенем. Оно сжигает даже камень. Представь, что оно сделает с вами. Слово «сжигает» повисло в воздухе тяжелым грузом. Все Каллены знали, что огонь — единственный способ окончательно убить их. Пока в гостиной шел спор, Элис внезапно опустилась на пол. Её глаза закатились, а пальцы начали судорожно царапать паркет. Эдвард мгновенно оказался рядом, подхватывая её. — Элис! Что ты видишь? Она видела Лондон. Высокое здание Министерства магии, которое внезапно начинает покрываться... льдом. Но это был не обычный лед. Это была застывшая скорбь. Она видела Перси Уизли, который плачет, глядя на пустую рамку от фотографии. А потом — золотой снитч, который влетает в окно особняка Гарри и взрывается, превращаясь в призрачную фигуру в черном саване. — Он здесь, — прохрипела Элис, приходя в себя. — Снитч. Он не ищет тебя, Гарри. Он — портал. Он несет в себе кого-то... кого-то, кто уже мертв, но всё еще служит. Гарри побледнел. Он знал только одних существ, которые были мертвы, но служили Министерству. — Дементоры, — выдохнул он. Вернувшись в свой особняк, Гарри не лег спать. Ему нужно было расширить объем защитных чар. Мы опишем этот процесс детально: Гарри достал из сумки флакон с серебристым веществом — слезами феникса, которые он хранил как величайшее сокровище. Он смешал их с землей у порога. — Сальвио Гексия! — прошептал он, и над домом на мгновение вспыхнул прозрачный купол, похожий на мыльный пузырь, переливающийся всеми цветами радуги. Затем он начал накладывать «Муффлиато» на весь периметр участка. Это не просто тишина. Гарри чувствовал, как звук внутри купола становится «густым». Крик птицы за пределами чар доносился как через слой ваты. Он зашел в библиотеку. «Кусачая» книга Блэков сегодня была необычайно тихой. Она словно чувствовала страх хозяина. Гарри открыл её на главе «Защита дома от неживых сущностей». Страницы пахли сырой могильной землей и старым сургучом. — Посмотрим, — пробормотал он, зажигая палочкой магический огонь, который не давал тени. — Как вы встретите патронуса, который не видел солнца два года? Перси Уизли сидел в своем кабинете, окруженный стопками пергамента. Лампа на его столе мигала — магическая энергия в Министерстве стала нестабильной с тех пор, как артефакт-ищейка пересек океан. В дверь вошли без стука. Это был Кингсли. Его лицо больше не выражало сочувствия. — Персиус, отчет. Ищейка достигла цели? — Она... она зафиксировала всплеск в штате Вашингтон, министр. Но там возникли помехи. Дикая магия леса подавляет сигнал. — Используйте протокол «Тень», — холодно сказал Кингсли. Перси замер. Его перо хрустнуло в пальцах, оставив жирную кляксу на приказе. — Но это... это использование дементоров на магловской территории. Статут секретности... — Поттер и есть угроза Статуту, — отрезал Кингсли. — Если он объединится с местными тварями, мы его не достанем. Выпускайте их. Когда Кингсли вышел, Перси закрыл лицо руками. Он вспомнил, как Гарри кормил его сову в Хогвартсе. Как они сидели за одним столом. — Что я делаю... — прошептал он. Но его рука уже тянулась к следующему бланку. Бюрократ внутри него побеждал брата, но человек внутри него начинал умирать.